Разное

Религиозный догматизм: Место и роль религиозного догматизма в истории общества и культуры Текст научной статьи по специальности «Философия, этика, религиоведение»

Содержание

Догматизм — это… Что такое Догматизм?

Догмати́зм (др.-греч. δόγμα — мнение, учение, решение) — способ мышления, оперирующий догмами (считающимися неизменными вечными положениями, не подвергаемыми критике) и опирающийся на них.

Для догматизма характерны некритичность по отношению к догмам (отсутствие критики и сомнений) и консерватизм мышления (неспособность воспринимать информацию, противоречащую догмам), слепая вера в авторитеты.

Термин «догматизм» применяется в сфере политики, религии и философии.

Религия

Религиозный догматизм характерен для религий, требующих веры в догматы, утверждаемые в качестве непреложных истин и обязательных для всех верующих.

Философия

В философии догматизмом называется характеристика философского учения или разновидность философских учений. Философское учение догматично, если оно принимает какие-либо основоположения в качестве абсолютно достоверных и соответствующих действительности без какой-либо предварительной проверки и возможности изменения. Несовместимыми с догматизмом учениями являются скептицизм, критицизм и диалектика.

Скептицизм

Происхождение самого философского термина «догматизм» связано с античной философией. Древнегреческие скептики Пиррон и Зенон, отрицая возможность достижения истинного знания, называли «догматиками» всех философов, выдвигавших и защищавщих какие бы то ни было утверждения (догмы) о вещах как таковых (субстанциях) . Быть может обо всём познаваемом желательно говорить «мне так кажется».Быть может стоит сомневаться в том, что есть на самом деле.

Пирронисты (скептики) эпохи Возрождения и раннего Нового времени критиковали с помощью скептических аргументов и обвиняли в догматизме разные учения, прежде всего перипатетиков (то есть схоластов, которые считались последователями Аристотеля).

Критическая философия

В Новое время Иммануил Кант назвал «догматической» всю рационалистическую философию от Декарта до Христиана Вольфа за создание философских учений без предварительного исследования возможностей и предпосылок знания, исследования пределов познавательных способностей человека, то есть без решения вопроса о том, насколько человек способен познать истину. Изложенная им в «Критике чистого разума» критическая философия положила начало философскому критицизму.

Начиная с утверждения, что прежде построения философской системы необходимо подвергнуть критике наши познавательные способности, Кант приходит к выводу, что познающий субъект не может познать вещи сами по себе, а познаёт только явления, закономерности организации которых принадлежат самому познающему субъекту. Поэтому метафизика как догматическое положительное знание о вещах самих по себе невозможна.

Вопрос догматического мышления и его устранения детально разобран также тут[1]

Гегельянство и марксизм

Г. В. Ф. Гегель также критиковал догматическую метафизику, собственно в его философии термины «догматизм» и «метафизика» являются синонимами. В понимании Гегеля догматизм — это односторонне рассудочное мышление, которое догматически принимает только одну сторону диалектического противоречия и, как таковое, противостоит диалектике.

Догматизм в более узком смысле состоит в том, что удерживаются односторонние рассудочные определения и исключаются противоположные определения <…> диалектическое мышление <…> не имеет в себе таких односторонних определений и не исчерпывается ими, а как целостность, содержит внутри себя совместно те определения, которые догматизм признает в их раздельности незыблемыми и истинными[2].

Эта критика догматизма была воспринята от Гегеля и диалектическим материализмом.

Политика

В политической сфере «догматизм» является расхожим политическим клише. В частности, коммунисты использовали ярлык догматизма в паре с ярлыком ревизионизма: «ревизионизм» означал недопустимую степень изменения марксистского учения, а «догматизм» — недопустимую неизменность.

Примечания

См. также

Литература

Новое время

Поговорим о том, какое представление сложилось о свободе воли в Новое время.

В Новое время (17—18 века) складывается так называемая механистическая картина мира. После тысячелетия Средних веков, когда господствовала религиозная картина мира, философы и обычные люди начинают по-другому относиться к миру и Богу.

🌍 Мир не храм, в котором надо молиться и благоговейно созерцать, не понимая всех тайн. Мир — это мастерская, где надо разобраться, как все устроено, активно работать, осваивать, покорять, использовать в своих целях. Отношение к миру становится более проективным и потребительским.

😇 Отношение к Богу — больше не рабское почтение. Бог перестает быть творцом мироздания, он больше не всесильное личностное существо — Бог становится абстрактной первопричиной, первотолчоком. Деизм, философско-религиозное течение Нового времени, рассматривает Бога в качестве первопричины природы и человека, но отрицает религиозный догматизм и большинство сверхъестественных и мистических явлений.

⚙️ В эту эпоху возникает образ мира как механизма, мира, в основе которого лежит математика и законы — с их помощью можно все просчитать. А если все можно просчитать, значит все предсказуемо.

🕰 Французский философ-просветитель Вольтер (1694—1778) сравнивает создание мира Богом с созданием мастером часов. Какой часовой мастер лучше: тот, который завел часы один раз и после этого может не вмешиваться в их работу, или мастер, который время от времени должен вмешиваться в их работу, ставить точное время и заводить их? Вольтер убежден, что первый мастер лучше, настоящий Бог не нуждается в том, чтобы постоянно лезть в мирские дела и творить чудеса, его величие состоит в том, чтобы создать идеальную машину, где все работает самостоятельно по установленным законам.

➡️ В Новое время в абсолютно религиозной картине мира Бог как личность больше не представлен. Оказывается, что весь мир можно описать через причины и следствия, воцаряется каузальный детерминизм.

Январь 2015 – Левада-Центр

Россияне о том, как они провели новогодние каникулы, и стоит ли сокращать новогодние праздники, перенося праздничные дни на начало мая.

Прошло больше 60 лет после смерти Сталина, а Россия все не может достичь согласия в оценке его правления. Твердые про- и анти-сталинские позиции занимает меньшинство. У большинства мнения колеблются вслед за политическим ветром.

В наибольшей степени россияне считают себя ущемленными в правах на медицинскую помощь и бесплатное образование. Но двигателем протестных акций этот фактор не станет, считает эксперт.

Наиболее важные права, по мнению 74% россиян, – право на жизнь, свободу слова и личную неприкосновенность. Наиболее ущемляемые права – право на медицинскую помощь и социальную защиту. Их ущемление в России отмечает каждый второй респондент. Только каждый десятый опрошенный не видит ущемления каких-либо прав в стране. Внимание к социальным правам (бесплатное образование, медицина, прожиточный минимум), предоставляемым государством, среди населения намного выше, чем к гражданским (свобода слова, получения информации, мирных собраний).

Украина снова вытеснила все остальные события – продолжение боев на востоке Украины более всего запомнилось россиянам за прошедший месяц.

Большинство россиян считает, что защита религиозных чувств граждан важнее свободы слова.

Две трети россиян (59%), слышавших о теракте, видят его причину в публикации журналом провокационных карикатур. 72% респондентов считают, что публикации карикатур на пророка оскорбляют чувства мусульман. Каждый пятый винит в трагедии французские власти, неэффективно борющиеся с терроризмом, и распространение исламского фанатизма в мире. Большая часть респондентов (68%) считает недопустимой публикацию религиозных карикатур. Практически такая же доля опрошенных (63%) положительно оценивает рекомендацию Роскомнадзора о непубликации карикатур, рассматривая это как защиту чувств верующих. Только у каждого четвертого россиянина свобода слова и мнений более значимы, чем религиозный догматизм. В целом распределение мнений отражает двойственность отношения к этим событиям среди населения, которое либо отрицательно относится к публикациям такого рода, либо вовсе уходит от ответа. Сохраняется позитивное или нейтральное восприятие мусульман. Каждый четвёртый россиянин признался, что ничего не знает об исламской религии и культуре.

Одобрение деятельности Владимира Путина сохраняется на прежнем высоком уровне.

Рост цен на продовольственные товары очень сильно волнует 43% россиян. Треть опрошенных (32%) очень обеспокоены падением курса рубля и качеством работы больниц, поликлиник (30%). Каждого четвертого респондента очень сильно тревожит расслоение общества на богатых и бедных.

Доля россиян, считающих, что спецслужбы выполняют очень важную роль, достигла максимального значения за все годы замеров – 56%. Каждый четвёртый респондент уверен, что спецслужбам дана слишком большая власть. Более половины опрошенных выступают за раскрытие широкой общественности информации о том, как расходуются деньги на оборону и национальную безопасность.

«Осторожно, люди!»: догматы науки и смелые диссиденты

В своем блоге легендарный ведущий Русской службы Би-би-си Сева Новгородцев смотрит на новости дня порой под самым неожиданным углом.

Аудиоверсию рубрики «Осторожно, люди!» слушайте также в программе «БибиСева», которая выходит в интернет-эфир на сайте bbcrussian.com ежедневно по будням в 19:00 по Москве (16:00 по Лондону). Подкаст программы можно загрузить <documentLink href=»» document-type=»»> здесь</documentLink>.

<documentLink href=»» document-type=»»> Программа «БибиСева» на сайте микроблогов Twitter</documentLink>

В известном термине «наука и религия» заложено привычное нам противопоставление. В зависимости от ваших взглядов это либо научный прогресс против косности церковников, либо – наступление вульгарного материализма на высокие духовные ценности.

На самом деле и «наука» и «религия» – это люди, носители догмы. Догмы либо религиозной, либо научной. Носители ее верят в правоту и незыблемость своей системы убеждений и борются с теми, кто пытается ее подорвать.

Меня сегодня интересуют догматы науки и диссиденты, не побоявшиеся выступать против них. Начну с американского генетика с русской фамилией.

Говард Темин работал в конце 60-х в Висконсинском университете, изучал вирусы раковых опухолей. У этих вирусов нет ДНК, их генетическая молекула — это отрезок РНК, функция которой в обычном биологическом процессе — это перенос информации ДНК для синтеза белков. Этих белков в нашем теле, кстати, более 30 тысяч разновидностей.

В данном случае вирус внедрялся в клетку и захватывал процесс ее воспроизводства, производя только больное потомство. Темин предположил, что информация РНК идет не в одном направлении — ДНК-РНК-Белок, как считала научная догма того времени, а в обоих. Другими словами, информация идет и в обратном направлении, меняя генетический код самой клетки.

Темин опубликовал свои исследования, за что был отлучен от науки и назван еретиком. Дальнейшие исследования вирусов СПИДа подтвердили его правоту, и Темин получил Нобелевскую премию 1975 года за открытие «обратной транскрипции», в процессе которой фермент синтезирует ДНК на матрице РНК.

Другими словами, ДНК посылает информацию на РНК, а та, в свою очередь, может послать ее обратно в ДНК. Это означает, что процесс наследственности зависит не только от «генетических чертежей» или случайных мутаций, как считали раньше, но регулируется окружающей средой, а в основе всего механизма находится некий сложный биологический процесс, созданный.. Ну, скажем, Природой.

Затем, в 1988 году, генетик Джон Кернз изучал кишечную палочку с поврежденной ДНК. Эти микробы были не в состоянии переваривать лактозу, молочный сахар. Кернз поместил эти бактерии в среду, где кроме молочного сахара ничего не было. То есть — хочешь питаться, кушай лактозу, не можешь — как хочешь.

Ученый был уверен, что палочки, неспособные расти и размножаться, просто погибнут. К его удивлению, в посеянных культурах появились колонии микробов-мутантов, которые «научились» питаться лактозой. Голод — не тетка, он вынудил кишечную палочку искать выход из кризиса, включать внутренние механизмы адаптации.

Это, господа, весьма отличалось от стандартной модели, тем более что Кернз осмелился предложить еретический термин «направленная мутация». Куда направленная, а главное, кем? Все крупные мировые журналы обрушились на генетика, журнал Science так и озаглавил редакторскую колонку: «Ересь эволюционной биологии».

Жрецы научного материализма в белых халатах готовы были подвергнуть Кернза инквизиции.

Результаты работ Кернза были потом многократно подтверждены, последняя попытка опровергнуть его была предпринята в 2002 году.

Получается, что процесс эволюции бактерий беспорядочен и хаотичен, но в этом хаосе есть направление и цель. Откуда мы это знаем? Потому что, как только бактерия находит адаптивную мутацию, процесс прекращается.

Это похоже на шутку — почему потерянную вещь находишь в самом последнем месте?

Потому что, когда нашел, то искать больше не надо.

(По материалам книги Spontaneous Evolution, Our Positive Future and a Way to Get there From Here — «Спонтанная эволюция, наше позитивное будущее и как туда попасть отсюда». Брюс Липтон и Стив Баерман, 2009 год)

Ваши комментарии

Догматизм найдётся во всякой конкретной науке (примеров приведу множество — хотя бы концепция литосферных плит, или рассепления индоевропейцев в бронзовом веке) — это то, что упрощает,что принято на веру, кажется истиной по привычке. То есть — банальность. Выйти из рамок банальности не просто. Но нужно, иначе она становится агрессивной антинаукой. А выход прост — одна конкретная наука сама себя проверять не может, она становится достоверной только на стыке наук: геологию может проверять планетология (сама сплошная гипотеза), иcторическую лингвистику — археология. Специалист в одной науке — не более чем лаборант. И не забывать о философии — только она сохраняет восприятие целостности Вселенной, без неё каждая наука — слепой щенок.

<strong>Владимир, Москва, Россия</strong><br/>

Абсолютно сумасшедшая идея:не контролирует-ли более ранняя циклическая т.е. двухмерная днк бактерий более позднюю эвалюционно «относительно» линейную днк многоклеточных химическим или даже квантовым путем? Можно было-бы проверить…

<strong>ваня иванюта, rassia</strong><br/>

«На самом деле и «наука» и «религия» – это люди, носители догмы. Догмы либо религиозной, либо научной. Носители ее верят в правоту и незыблемость своей системы убеждений и борются с теми, кто пытается ее подорвать.»

Попытка приравнять науку и религию — это возмутительно. Наука имеет дело с доказуемым — проверяемым, повторяемым, измеримым (иначе это не наука). Критика нормальна, попытки опровергнуть что-либо составляют неотъемлемую часть научного метода. При этом некоторые отдельные личности, конечно, могут быть сколь угодно догматичными, но не в этом соль. Наглядные и независимо повторяемые опыты и

расчёты пробъются сквозь этих личностей рано или поздно.

Религия принципиально другая. Про ненаблюдаемое, недоказуемое, неповторяемое. Заповедник догматиков.

<strong>vvm13ru, </strong><br/>

На самом деле и «наука» и «религия» – это люди, носители догмы. Догмы либо религиозной, либо научной

Такое утверждение может сделать только человек, который понятия не имеет, что такое наука. Абсолютно невежественный. Наука, в отличие от религии не может быть догмой, так как все научные утверждения, в отличие от религиозных проверяемы и доказуемы. Если периодически в науке и возникают догматические утверждения, то они довольно быстро опровергащтся. Наука динамична, движется вперед, а не застыла где-то в бесконечно далеком прошлом.

<strong>Норайр, </strong><br/>

Механизмы Природы человеку еще далеко не все известны. Но почему господин Сева не ополчился против нелепых теорий относительности Эйнштейна, которые вот уже второе столетие калечат современную физику (да и науку вообще). Пытливые исследователи давно уже надежно доказали ложность этих «теорий».

<strong>Михаил, Кишинев, Молдова</strong><br/>

Не верю в Триединого… Но придерживаюсь Православия — так мне удобнее

Верю в Единого — Вселенский Разум и допускаю, что это одно и то же

Самое яркое проявление единства материализма и идеализма компьютеры, их хард и софт, при чём, хард не может существовать без софта, а софт и двоичная система счисления без компа — ЛЕХХХХКО! Что это значит?!

А значит это, что при единстве Добра и Зла — Добро главнее. В компьютере, как и в материальном мире, мысль, разум — это Аверс, а хард и тело — это реверс, или Разум — это решка, а тело — это орёл.

И в основе Ума и Бога (того места, где Ума — ОЧЕНЬ много), — лежит простая вещь! — Да и нет!Янь и Инь, единица или ноль

Разум возможен без материи. До большого взрыва и элементарных частиц-то не было! А ЗАКОНЫ, по которым они должны существовать — уже были! Закон был, а НОСИТЕЛЯ ЭТОГО ЗАКОНА — НЕ БЫЛО!

Обратная транскрипция способна приоткрыть тайны эволюции, но Боже! Как же хочется увидеть клон Гитлера или Ленина! Обр. транскрипция -это эволюция!

<strong>albor.ru, </strong><br/>

Я не Говард Темин, а Адам Казлевич и у меня свой взгляд на вирус рака. ДНК-РНК-Белок — это что автомобиль на дороге: ДНК — водитель, РНК — вирус раковой опухоли, а общее уже белок. Иммунная система в основном, если машина не грязная и не битая реагирует только на водителя, несмотря какие кренделя вытворяет машин: РНК. И Обратная связь с машиной через ключи, алкотестеры машины и прочее есть и т.д. А уже качество и колличество дорог уже порождает пробки — опухоли. Можно и водилу уму разуму учить или самим заранее увеличивать дороги, а не предоставлять это делать РНК — и вы таки видели стоянки в центре Москвы… Можно отказаться Путину от немецких машин, так в открытом обществе его самого съедят, а вот химиотерапию провести это в системе ДНК РНК белок… Вчера смотрел «Миссия не выполнима 2» — так почему-то в первую очередь там грохнули создателя не самой «Химеры», а антивируса! Со СПИДом проще. Если у тебя есть фонтан — заткни его! Козьма Прутков. Будут деньги: звоните господин борон…

<strong>Валерий Хакимович, Уфа</strong><br/>

Темин предположил, что информация РНК идет не в одном направлении — ДНК-РНК-Белок, как считала научная догма того времени, а в обоих. ДНК-РНК-Белок, если я правильно понимаю, можно назвать фракталом Бозона Хиггса, как кинокадр увеличивается кинопроектором на большой экран… И сказать вам и кто тогда БОГ???

<strong>Валерий Хакимович, Уфа</strong><br/>

Это все укладывается в понятия неравновесной термодинамики, от которой даже многие ученые весьма далеки, не говоря об обывателях. Мы все привыкли и нас учат, что окружающий нас мир подчиняется законам равновесной термодинамики, что находит многократное подтверждение в повседневной практике и математически это означает достижение максимума энтропии. Однако это не полная картина природы, осбенно если это касается биологических процессов.

С уважением, ЕА

<strong>Judgin, Moscow</strong><br/>

Вы тут малёх не правы. Во-первых, если бы всё это было научными догмами, то правоту смельчаков никто бы не признал до сих пор (и никогда вообще). Во-вторых, мутации у бактерий не прекращаются — просто в этом примере выжившие мутанты начинают доминировать, а остальные исчезают вообще, никакой мистики.

<strong>Eugene, </strong><br/>

Ересь, в науке ли, в религии — всегда рождается, как ответ на вырождение и того, и другого, она — залог обновления коснеющей мысли, и ее нападки на ересь и еретиков — необходимое условие эволюции жизни.

«Е-ресь» — «истинная вера» (др. греч.)

<strong>Nikolaus, Россия</strong><br/>

Вообще-то, вера основана на неизменности представлений, а знание, наоборот, добывается опытным путем. Поэтому существуют две тавтологические пары: «религиозная вера» и «научное знание». Вы же предложили оксюморон: «догматы науки». Корректно говоря, нужно было поставить вопрос об амбициях или невежестве в официальных кругах.

Речь, однако, не о правильном словоупотреблении. Когда я учился в школе, на уроках естествознания нам рассказывали о ветвистой пшенице, морозоустойчивых сортах культурных растениях, гибриде пшеницы с пыреем и прочих чудесах учения Лысенко. Потом это все заклеймили как «лысенковщину». Однако, в последнее время появились сообщения о том, что ученым все-таки удалось передать по наследству приобретенные признаки, т.е. воплотить идеи Лысенко в жизнь. Вот, и вы об этом пишете. У меня, в связи с этим, вопрос к вам, как автору рубрики, где вы представляете читателям не всегда известные курьезы. А именно: добился ли Лысенко каких-то конкретных успехов в своей работе или

<strong>Сергей, Бостон, </strong><br/>

Увидеть противоречия в догматизме – науке, религии, и иных законов и правил социума, это уже, хорошо. А ещё лучше, предложить оптимальный выход из паранойи (застоя развития знаний) догматизма. И, конечно, гарантом от такого застоя в развитии Человечества (догматизма), является Демократия, в устройстве социума людей.

<strong>Evgeniy, </strong><br/>

неокантианство Алоиза Риля в поле напряжения между религией и политикой

Хаммер М. Хладе Й.

Мораль и догма: неокантианство Алоиза Риля в поле напряжения между религией и политикой

Moral und Dogma: Alois Riehls Neukantianismus im Spannungsfeld zwischen Religion und Politik
DOI
10.5922/0207-6918-2020-1-4
Аннотация

Наша цель — исследовать вклад Алоиза Риля в культуркампф второй половины XIX в. Мы показываем, что он применял кантовский принцип автономии в доводах против идеи о том, что религиозный догматизм образует фундамент морали. Мы намерены доказать этот тезис, сфокусировавшись на забытом историческом контексте, который важен для понимания сочинения «Мораль и догма». Это эссе по своему замыслу было экспертным заключением, подготовленным для судебного процесса над социалистом И. Таушинским, обвинявшимся в богохульстве. Он написал статью, в которой усомнился в бессмертии души и в личностном существовании Бога. Два этих догмата католической церкви рассматривались австрийскими властями как основы общественного порядка. Риль поставил под вопрос не только содержание, но и значение религиозных догматов для морали. Основываясь на этике Канта, он доказывал моральную индифферентность религиозных догм. Это эссе в силу своего антиклерикального содержания сильно отразилось на его карьере. В период культуркампфа у Риля неоднократно возникали проблемы с властями, особенно в Австро-Венгерской империи. В тезисе Нойрата — Халлера утверждается, что в Австрии назначение профессоров контролировалось и инспектировалось государством с целью насаждения такой философии, которая была выгодна интересам государства, и, как следствие, в австрийской философии была сильна антикантианская тенденция. Мы можем согласиться с этим тезисом постольку, поскольку Рилю в период «католического возрождения» в Австрии не было позволено стать преемником Эрнста Маха. Кроме того, анализ аргументов Риля подтверждает, что уже в 1871—1872 гг. его можно считать неокантианцем, что оспаривалось многими авторами, которые полагали, что ранний Риль кантианцем не был.

Abstract

The aim is to examine Alois Riehl’s contribution to the “culture war” (Kulturkampf) in the second half of the nineteenth century. We show that he used Kant’s autonomy principle to argue against the idea that religious dogmatism is a fundament of morality. We prove this thesis by focusing on the forgotten historical background, which is important for an understanding of Morals und Dogma. Originally this essay was an expert opinion for the court case of the socialist H. Tauschinski who was accused of blasphemy. Tauschinski wrote an article in which he doubted the immortality of the soul and the existence of a personal God. These two dogmas of the Catholic Church were considered bу the Austrian authorities to be the foundations of public order. Riehl questioned not only the charge but also the validity of religious dogmas for morality. Based on Kant’s ethics, he argued for a moral indifferentism of religious dogmas. His career was significantly influenced by this essay, because of its anti-clerical content. During the culture war, Riehl repeatedly had problems with the authorities, especially in the Austro-Hungarian monarchy. The “Neurath-Haller Thesis” argues that in Austria the appointment of professorships was controlled and monitored by the state, with the goal of installing a philosophy which was beneficial to the interests of the state, and a strong anti-Kantianism in Austrian Philosophy as a consequence. We can agree with this thesis insofar as Riehl in the period of the “Catholic Renaissance” in Austria was not allowed to succeed Ernst Mach. The analysis of Riehl’s arguments allows us furthermore to understand Riehl as a neo-Kantian as early as 1871/1872, which has been questioned by many authors who think the early Riehl was no Kantian.

Список литературы

Кант И. Грезы духовидца, поясненные грезами метафизики // Соч. : в 8 т. М. : Чоро, 1994а. Т. 2. С. 203—266.
Кант И. О вопросе, предложенном на премию Королевской Берлинской академией наук в 1791 году: Какие действительные успехи создала метафизика в Германии со времени Лейбница и Вольфа? // Соч. : в 8 т. М. : Чоро, 1994б. Т. 7. С. 377—441.
Кант И. О поговорке «Может быть, это и верно в теории, но не годится для практики» // Соч. на нем. и рус. яз. М. : Ками, 1994в. Т. 1. С. 239—352.
Кант И. Религия в пределах только разума // Соч. : в 8 т. М. : Чоро, 1994г. Т. 6. С. 5—222.
Кант И. Что значит ориентироваться в мышлении? // Соч. на нем. и рус. яз. М. : Ками, 1994д. Т. 1. С. 193—237.
Кант И. Критика практического разума // Соч. на нем. и рус. яз. М. : Московский философский фонд, 1997. Т. 3. С. 277—733.
Кант И. Критика способности суждения // Соч. на нем. и рус. яз. М. : Наука, 2001. Т. 4. С. 67—833.
Кант И. Критика чистого разума (В) // Соч. на нем. и рус. яз. М. : Наука, 2006. Т. 2, ч. 1. 
Anonym. Preßprozeß des “Volksboten” wegen Verbrechens der Religionsstörung // Der Volksbote (Graz). 1871а. Jg. II, Nr. 12 (15. Juni). S. 87—92.
Anonym. Zum Prozesse des Volksboten // Der Volksbote (Graz). 1871б. Jg. II, Nr. 13 (1. Juli). S. 95—97.
Anonym. Literatur // Deutsche Wochenschrift. Organ der Deutschen Partei in Steiermark (Graz). 1871в. Jg. I, Nr. 3 (16. December). S. 24.
Anonym. Grazer- und Provinzial-Nachtichten // Tagespost. Morgenblatt (Graz). 1871г. Nr. 265 (4. Oktober). S. [4].
Anonym. Process gegen Dr. Hippolyt Tauschinski und 31 Genossen wegen Religionsstörung und geheimen social-demokratischen Verbindungen. Nach stenographischen Aufzeichnungen. Graz : Steiermärkische Genossenschafts-Buchdruckerei, 1874. 
Anonym. Machs Nachfolger // Arbeiter-Zeitung (Wien). 1903. 29. Oktober. S. 6.
Banks E. The Realistic Empiricism of Mach, James, and Russell. Neutral Monism Reconceived. Cambridge : Cambridge University Press, 2014. 
Bayertz K., Gerhard M., Jaeschke W. Einleitung // Weltanschauung, Philosophie und Naturwissenschaft im 19. Jahrhundert / hrsg. von K. Bayertz, M. Gerhard, W. Jaeschke. Hamburg : Meiner, 2012. Bd. 1 : Der Materialismus-Streit. S. 7—24.
Beiser F. C. The Genesis of Neo-Kantianism, 1796—1880. Oxford : Oxford University Press, 2014.
Benjamin W. Über den Begriff der Geschichte // Gesammelte Schriften / hrsg. von R. Tiedemann, H. Schweppenhäuser. Frankfurt a/M : Suhrkamp, 1974. Bd. I/1. S. 691—706.
Brief von Alois Riehl an Wilhelm Wundt, Berlin, 26.02.1913 // Universitätsarchiv Leipzig. Nachlass Wilhelm Wundt / Briefe. Sign. : NA Wundt/III/1301-1400/1391/407-410.
Clark Ch., Kaiser W. Kulturkampf in Europa im 19. Jahrhundert // Comporativ. 2003. Jg. 12, H. 5/6. S. 7—13.
Dörflinger B. Die Rolle der Gottesidee in Kants Konzeption des ethischen Gemeinwesens // Recht und Frieden in der Philosophie Kants / Law and Peace in Kant’s Philosophy: Akten des X. Internationalen Kant-Kongresses / hrsg. von V. Rohden et al. Berlin ; Boston : De Gruyter, 2008. S. 51—70.
Dörflinger B. Zur Unmöglichkeit eines theoretischen und zur Möglichkeit eines praktischen Gottesbeweises [Unveröffentlichtes Manuskript] : Vortrag, gehalten auf der Fachtagung “Die Gottesidee in Kants theoretischer und praktischer Philosophie”, Haus am Dom, Frankfurt am Main (05—06.10.2018). 2018. S. 1—11. 
Düsing K. Das Problem des höchsten Gutes in Kants praktischer Philosophie // Kant-Studien. 1971. Jg. 62, H. 1. S. 5—42.
Erklärung gegen die Besetzung philosophischer Lehrstühle mit Vertretern der experimentellen Psychologie // Logos. Internationale Zeitschrift für Philosophie der Kultur. 1913. Bd. IV. S. 115—116. 
Feichtinger J. Wissenschaft als reflexives Projekt. Von Bolzano über Freud zu Kelsen: Österreichische Wissenschaftsgeschichte 1848—1938. Bielefeld : Transcript, 2012.
Frank M. Unendliche Annäherung: Die Anfänge der philosophischen Frühromantik. Frankfurt a/M : Suhrkamp, 1997.
Gesetz vom 25. Mai 1868, wodurch die interconfessionellen Verhältnisse der Staatsbürger in den darin angegebenen Beziehungen geregelt werden (Nr. 49) // Reichs-Gesetz-Blatt für das Kaiserthum Österreich. 1868. Nr. 19. S. 99—102.
Gesetz vom 15. Oktober 1868, wodurch mehrere Bestimmungen des Preßgesetzes und des Gesetzes über das Strafverfahren in Preßsachen vom 17. December 1862, Nr. 6 und 7 des Reichs-Gesetz-Blattes vom Jahre 1863, abgeändert werden (Nr. 142), 1868 // Reichs-Gesetz-Blatt für das Kaiserthum Österreich. 1868. Nr. 58. S. 409-411.
Goller P. Alois Riehl (1844—1924). Bausteine zur Biographie eines Südtiroler Philosophen // Der Schlern. 1991. Jg. 65, H. 10. S. 530—558.
Haller R. Gibt es eine österreichische Philosophie? // Wissenschaft und Weltbild. 1979. Jg. 31, H. 3. S. 173—182.
Heidelberger M. Die neukantianischen Wurzeln des Leib-Seele-Problems bei Moritz Schlick // Husserl, Cassirer, Schlick. “Wissenschaftliche Philosophie” im Spannungsfeld von Phänomenologie, Neukantianismus und logischem Empirismus / hrsg. von M. Neube. Heidelberg : Springer, 2016. S. 263—295.
Höflechner W. Die Thun’schen Reformen im Kontext der Wissenschaftsentwicklung in Österreich // Die Thun-Hohenstein’schen Universitätsreformen 1849—1860. Konzeption — Umsetzung — Nachwirkungen / hrsg. von Ch. Aichner, B. Mazohl. Wien ; Köln ; Weimar : Böhlau, 2017. S. 28—55.
Holzhey H., Röd W. Die Philosophie des ausgehenden 19. und des 20. Jahrhunderts: Neukantianismus, Realismus, Phänomenologie // Geschichte der Philosophie. Bd. XII/2. München : C. H. Beck, 2004. 
Jaeschke W., Bayertz K. Der Materialismus-Streit. Exposé zur Veranstaltung “Der Materialsimus-Streit. Naturwissenschaft, Philosophie und Weltanschauung im 19. Jahrhundert”, 21—23. November 2002, ZiF, Universität Bielefeld. URL: https://www.uni-bielefeld.de/ZIF/AG/2002/11-21-Bayertz-Expose.pdf (дата обращения: 13.09.2019).
K. k. Landes- als Preßgericht (Schulheim). Im Namen Sr. Majestät des Kaisers // Der Volksbote (Graz). 1871. Jg. II, Nr. 15 (1. August). S. 107.
Kaulich W. Zum Preßprocesse gegen den “Volksboten” // Tagespost. Morgenblatt. 1871. Nr. 150 (7. Juni). S. [5—6].
Köhnke K. Ch. Entstehung und Aufstieg des Neukantianismus. Die deutsche Universitätsphilosophie zwischen Idealismus und Positivismus. Frankfurt a/M : Suhrkamp, 1993. 
La Rocca C. Aufgeklärte Vernunft — Gestern und Heute // Kant und die Zukunft der europäischen Aufklärung / hrsg. von H. Klemme. Berlin : De Gruyter, 2009. S. 100—123.
Mácha K. Glaube und Vernunft. Die böhmische Philosophie in geschichtlicher Übersicht. T. II: 1800—1900. München et al. : Brill, 1987.
Müller. Gründe // Der Volksbote (Graz). 1871. Jg. II, Nr. 15 (1. August). S. 108.
[Müller H.] Protokoll aufgenommen in der Decanatskanzlei der k. k. Universität Wien am Montag den 1. Juli 1901 um ½ 12 vormittags // Archiv der Universität Wien. Archivbestände der Philosophischen Fakultät, PH S 34.15. Wiederbesetzung der Philosophischen Lehrkanzel nach Prof. Ernst Mach, 01.07.1901—26.03.1903 (Akt). Schachtel 5.
Nahlovsky J. Referat über das Gesuch des Privat-Docenten Herrn Dr. Alois Riehl um Erlangung einer außerordentlichen Professur der Philosophie an der k. k. Carl-Franzens-Universität zu Graz. Graz, 20. Juli 1872 // Österreichisches Staatsarchiv. Allgemeines Verwaltungsarchiv, Unterrichtsministerium, allgemeine Akten. Alois Riehl. Professorenakt. 939.37/9428/1873. 
Ott L. Grundriss der katholischen Dogmatik. Freiburg : Herder, 1981.
Riehl A. Oeffentliche Redehalle. Erklärung // Tagespost. Morgenblatt (Graz). 1871. Nr. 163 (21. Juni). S. [5].
Riehl A. Der philosophische Kriticismus und seine Bedeutung für die positive Wissenschaft. Leipzig : Engelmann, 1879. Bd. 2, T. 1 : Die sinnlichen und logischen Grundlagen der Erkenntniss.
Riehl A. Der philosophische Kriticismus und seine Bedeutung für die positive Wissenschaft. Geschichte und System. Leipzig : Engelmann, 1887. Bd. 2, T. 2 : Zur Wissenschaftstheorie und Metaphysik.
Riehl A. Der philosophische Kritizismus und seine Bedeutung für die positive Wissenschaft. Geschichte und System. 3. Aufl. Leipzig : Körner, 1924. Bd. 1 : Geschichte und Methode des philosophischen Kritizismus.
Riehl A. Der philosophische Kritizismus und seine Bedeutung für die positive Wissenschaft. Geschichte und System. 2. veränderte Aufl. Leipzig : Körner, 1925а. Bd. 2.
Riehl A. Moral und Dogma (1871) // Riehl A. Philosophische Studien aus vier Jahrzehnten. Leipzig : Quelle und Mayer, 1925б. S. 61—90.
Riehl A. Über Begriff und Form der Philosophie (1872) // Riehl A. Philosophische Studien aus vier Jahrzehnten. Leipzig : Quelle und Mayer, 1925в. S. 91—174.
Röd W. Alois Riehl: Kritischer Realismus zwischen Transzendentalismus und Empirismus // Bausteine zu einer Geschichte der Philosophie an der Universität Graz / hrsg. von Th. Binder et al. Amsterdam : Rodopi, 2001. S. 111—128.
Sauer W. Österreichische Philosophie zwischen Aufklärung und Restauration. Beiträge zur Geschichte des Frühkantianismus in der Donaumonarchie. Amsterdam : Rodopi, 1982.
Schulheim H. von. Erkenntnis. Im Namen Sr. Majestät des Kaisers // Der Volksbote (Graz). 1871. Jg. II, Nr. 7 (1. April). S. 59—60.
Sieg U. Aufstieg und Niedergang des Marburger Neukantianismus: die Geschichte einer philosophischen Schulgemeinschaft. Würzburg : Königshausen & Neumann, 1994.
Siegel C. Alois Riehl: Ein Beitrag zur Geschichte des Neukantianismus. Graz : Leuschner & Lubensky, 1932.
Staatsgrundgesetz vom 21. Dezember 1867 über die allgemeinen Rechte der Staatsbürger für die im Reichsrathe vertretenen Königreiche und Länder (№ 142) // Reichs-Gesetz-Blatt für das Kaiserthum Österreich. 1867. Nr. 61. S. 394—396.
Stadler F. Aus den Notizbüchern und der Korrespondenz von Ernst Mach. Briefwechsel mit Theodor Gomperz // Ernst Mach. Werk und Wirkung / hrsg. von R. Haller, F. Stadler. Wien : hpt, 1988. S. 212—229. 
Städtler M. Steinbruch, Kontrastmittel, Antiquariat? Hegels Begriff der Philosophiegeschichte vor dem Hintergrund aktueller Strömungen // Kontingenz und Begriff. Über das Denken von Geschichte und die Geschichtlichkeit des Denkens / hrsg. von M. Städtler. Springe : Zu Klampen, 2018. S. 78—95.
Strafgesetz über Verbrechen, Vergehen und Uebertretungen (Aus № 117) // Allgemeines Reichs-Gesetz- und Regierungsblatt für das Kaiserthum Österreich. 1852. Nr. 36. S. 497—591.
Tauschinski H. Die Botschaft der Wahrheit, der Freiheit und der Liebe. Wien : Selbstverlag, 1868.
Tilitzki Ch. Die deutsche Universitätsphilosophie in der Weimarer Republik und im Dritten Reich. Bd. 1. Berlin : Akademieverlag, 2004.
Überweg F. Grundriss der Geschichte der Philosophie des neunzehnten Jahrhunderts. 9., neu bearbeitete, mit einem Philosophen- und Litteratoren-Register versehene Aufl. / hrsg. von M. Heinze. T. 4 : Das neunzehnte Jahrhundert. Berlin : Mittler & Sohn, 1902.
Venus Th. Tauschinski (Tauschinsky), Hippolyt (1839—1905), Journalist, Politiker und Historiker // Österreichisches Biographisches Lexikon und biographische Dokumentation. Bd. 14 (Lfg. 64). Wien : ÖAW, 2013. S. 216.

Reference

Anonym, 1871a. Preßprozeß des „Volksboten“ wegen Verbrechens der Religionsstörung. Der Volksbote (Graz), II(12), 15. Jun., S. 87-92.
Anonym, 1871b. Zum Prozesse des Volksboten. Der Volksbote (Graz), II(13), 1. Jul., S. 95-97.
Anonym, 1871c. Literatur. Deutsche Wochenschrift. Organ der Deutschen Partei in Steiermark (Graz), I(3), 16. Dec., S. 24ab.
Anonym, 1871d. Grazer- und Provinzial-Nachtichten. Tagespost. Morgenblatt (Graz), 265, 4. Okt. S. [4ab].
Anonym, 1874. Process gegen Dr. Hippolyt Tauschinski und 31 Genossen wegen Religionsstörung und geheimen social-demokratischen Verbindungen. Nach stenographischen Aufzeichnungen. Graz: Steiermärkische Genossenschafts-Buchdruckerei.
Anonym, 1903. Machs Nachfolger. Arbeiter-Zeitung (Wien), 29. Okt. S. 6.
Anonym, 1913. Erklärung gegen die Besetzung philosophischer Lehrstühle mit Vertretern der experimentellen Psychologie. Logos. Internationale Zeitschrift für Philosophie der Kultur, IV, S. 114-116.
Banks, E., 2014. The Realistic Empiricism of Mach, James, and Russell. Neutral Monism Reconceived. Cambridge: Cambridge University Press.
Beiser, F. C., 2014. The Genesis of Neo-Kantianism, 1796–1880. Oxford: Oxford University Press.
Benjamin, W., 1940. Über den Begriff der Geschichte. In: R. Tiedemann, H. Schweppenhäuser, Hg. 1974. Gesammelte Schriften I/1. Frankfurt am Main: Suhrkamp, S. 691-706.
Bayertz, K., Gerhard, M. und Jaeschke, W., 2012. Einleitung. In: K. Bayertz, M. Gerhard und W. Jaeschke, Hg. 2012. Weltanschauung, Philosophie und Naturwissenschaft im 19. Jahrhundert. Band 1: Der Materialismus-Streit. Hamburg: Mei­ner, S. 7-24.
Clark, Ch. und Kaiser, W., 2003. Kulturkampf in Europa im 19. Jahrhundert. Comporativ, 12(5/6), S. 7-13.
Dörflinger, B., 2008. Die Rolle der Gottesidee in Kants Konzeption des ethischen Gemeinwesens. In: V. Rohden et al., Hg. 2008. Recht und Frieden in der Philosophie Kants / Law and Peace in Kant’s Philosophy: Akten des X. Internationalen Kant-Kongresses. Berlin und Boston: De Gruyter, S. 51-70.
Dörflinger, B., 2018. Zur Unmöglichkeit eines theoretischen und zur Möglichkeit eines praktischen Gottesbeweises. Vortrag, gehalten auf der Fachtagung „Die Gottesidee in Kants theoretischer und praktischer Philosophie“, Haus am Dom, Frankfurt am Main, 05-06.10.2018. (Unveröffentlichtes Manuskript), S. 1-11.
Düsing, K., 1971. Das Problem des höchsten Gutes in Kants praktischer Philosophie. Kant-Studien, 62(1), S. 5-42.
Feichtinger, J., 2012. Wissenschaft als reflexives Projekt. Von Bolzano über Freud zu Kelsen: Österreichische Wissenschaftsge­schichte 1848–1938. Bielefeld: Transcript.
Frank, M., 1997. Unendliche Annäherung: Die Anfänge der philosophischen Frühromantik. Frankfurt am Main: Suhrkamp.
Gesetz vom 25. Mai 1868, wodurch die interconfessionellen Verhältnisse der Staatsbürger in den darin angegebenen Beziehungen geregelt werden (Nr. 49), 1868. Reichs-Gesetz-Blatt für das Kaiserthum Österreich, 19, S. 99-102.
Gesetz vom 15. Oktober 1868, wodurch mehrere Be­stimmungen des Preßgesetzes und des Gesetzes über das Strafverfahren in Preßsachen vom 17. December 1862, Nr. 6 und 7 des Reichs-Gesetz-Blattes vom Jahre 1863, abgeändert werden (Nr. 142), 1868. Reichs-Gesetz-Blatt für das Kaiserthum Österreich, 58, S. 409-411.
Goller, P., 1991. Alois Riehl (1844–1924). Bausteine zur Bio­graphie eines Südtiroler Philosophen. Der Schlern, 65(10), S. 530-558.
Haller, R., 1979. Gibt es eine österreichische Philosophie? Wissenschaft und Weltbild, 31(3), S. 173-182.
Heidelberger, M., 2016. Die neukantianischen Wurzeln des Leib-Seele-Problems bei Moritz Schlick. In: M. Neuber, Hg. 2016. Husserl, Cassirer, Schlick. ‚Wissenschaftliche Philosophie‘ im Spannungsfeld von Phänomenologie, Neukantianismus und logischem Empirismus. Heidelberg: Springer, S. 263-295.
Höflechner, W., 2017. Die Thun’schen Reformen im Kontext der Wissenschaftsentwicklung in Österreich. In: Ch. Aichner und B. Mazohl, Hg. 2017. Die Thun-Hohenstein’schen Universitätsreformen 1849–1860. Konzeption — Umsetzung — Nachwirkungen. Wien, Köln und Weimar: Böhlau, S. 28-55.
Holzhey, H. und Röd, W., 2004. Geschichte der Philosophie, Band XII: Die Philosophie des ausgehenden 19. und des 20. Jahrhunderts. Halbband 2: Neukantianismus, Realismus, Phäno­menologie. München: C. H. Beck.
Jaeschke, W. und Bayertz, K., 2002. Der Materialismus-Streit. Exposé, Bielefeld, [Online]: (Zugang am 13.09.2019).
K. k. Landes- als Preßgericht (Schulheim), 1871. Im Namen Sr. Majestät des Kaisers. Der Volksbote (Graz), II(15), 1. Aug., S. 107ab.
Kaulich, W., 1871. Zum Preßprocesse gegen den „Volksboten“. Tagespost. Morgenblatt, 150, 7. Juni, S. [5c-6abc].
Köhnke, K. Ch., 1993. Entstehung und Aufstieg des Neukantianismus. Die deutsche Universitätsphilosophie zwischen Idealismus und Positivismus. Frankfurt am Main: Suhrkamp.
La Rocca, C., 2009. Aufgeklärte Vernunft — Gestern und Heute. In: H. Klemme, Hg. 2009. Kant und die Zukunft der europäischen Aufklärung. Berlin: De Gruyter, S. 100-123.
Luther Biblia: Die gantze Heilige Schrifft. Deudsch 1545. In 2 Bände. Hg. von H. Volz unter Mitarbeit von H. Blanke. München: Rogner & Bernhard, 1972.
Mácha, K., 1987. Glaube und Vernunft. Die böhmische Philoso­phie in geschichtlicher Übersicht. Teil II: 1800-1900. München et al.: Brill.
Müller, 1871. Gründe. Der Volksbote (Graz), II(15), 1. Aug., S. 108.
[Müller, H.], 1901. Protokoll aufgenommen in der Decanatskanzlei der k. k. Universität Wien am Montag den 1. Juli 1901 um ½ 12 vormittags. [Manuscript] Wiederbesetzung der Philosophischen Lehrkanzel nach Prof. Ernst Mach, 01.07.1901 — 26.03.1903 (Akt). Archivbestände der Philosophischen Fakultät, PH S 34.15. Wien: Archiv der Universität. Schachtel 5.
Nahlovsky, J., 1872. Referat über das Gesuch des Privat-Docenten Herrn Dr. Alois Riehl um Erlangung einer außerordentlichen Professur der Philosophie an der k. k. Carl-Franzens-Universität zu Graz. Graz, 20. Juli 1872. [Manuscript] Alois Riehl. Professorenakt. Wien: Österreichisches Staatsarchiv. Sign.: AT-OeStA/AVA Unterricht UM allg. Akten 939.37/9428/1873.
Ott, L., 1981. Grundriss der katholischen Dogmatik. Freiburg: Herder.
Riehl, A., 1871a. Oeffentliche Redehalle. Erklärung. Tagespost. Morgenblatt (Graz), 163 (21. Juni). S. [5bc].
Riehl, A., 1871b. Moral und Dogma. In: A. Riehl, 1925. Philosophische Studien aus vier Jahrzehnten. Leipzig: Quelle und Mayer, S. 61-90.
Riehl, A., 1872. Über Begriff und Form der Philosophie. In: A. Riehl, 1925. Philosophische Studien aus vier Jahrzehnten. Leipzig: Quelle und Mayer, S. 91-174.
Riehl, A., 1879. Der philosophische Kriticismus und seine Bedeutung für die positive Wissenschaft. Band 2, Teil 1: Die sinnlichen und logischen Grundlagen der Erkenntniss. Leipzig: Engelmann.
Riehl, A., 1887. Der philosophische Kriticismus und seine Bedeutung für die positive Wissenschaft. Geschichte und System. Band 2, Teil 2: Zur Wissenschaftstheorie und Metaphysik. Leipzig: Engelmann.
Riehl, A., 1913. Brief an Wilhelm Wundt, Berlin, 26.02.1913. [Manuscript] Nachlass Wilhelm Wundt / Briefe. Leipzig: Universitätsarchiv. Sign.: NA Wundt/III/1301-1400/1391/407-410.
Riehl, A., 1924. Der philosophische Kritizismus und seine Bedeutung für die positive Wissenschaft. Geschichte und System. Band 1: Geschichte und Methode des philosophischen Kritizismus. 3. Auflage. Leipzig: Körner.
Riehl, A., 1925. Der philosophische Kritizismus und seine Bedeutung für die positive Wissenschaft. Geschichte und System. Band 2. 2. veränderte Auflage. Leipzig: Körner.
Röd, W., 2001. Alois Riehl: Kritischer Realismus zwischen Transzendentalismus und Empirismus. In: Th. Binder et. al., Hg. 2001. Bausteine zu einer Geschichte der Philosophie an der Universität Graz. Amsterdam: Rodopi, S. 111-128.
Sauer, W., 1982. Österreichische Philosophie zwischen Aufklärung und Restauration. Beiträge zur Geschichte des Frühkantianismus in der Donaumonarchie. Amsterdam: Rodopi.
Schulheim, H. von, 1871. Erkenntnis. Im Namen Sr. Majestät des Kaisers. Der Volksbote (Graz), II(7), 1. Apr., S. 59-60.
Sieg, U., 1994. Aufstieg und Niedergang des Marburger Neukantianismus: die Geschichte einer philosophischen Schulgemeinschaft. Würzburg: Königshausen & Neumann.
Siegel, C., 1932. Alois Riehl: Ein Beitrag zur Geschichte des Neukantianismus. Graz: Leuschner & Lubensky.
Staatsgrundgesetz vom 21. Dezember 1867 über die allgemeinen Rechte der Staatsbürger für die im Reichsrathe vertretenen Königreiche und Länder (Nr. 142), 1867. Reichs-Gesetz-Blatt für das Kaiserthum Österreich, 61, S. 394-396.
Stadler, F., 1988. Aus den Notizbüchern und der Korrespondenz von Ernst Mach. Briefwechsel mit Theodor Gomperz. In: R. Haller und F. Stadler, Hg. 1988. Ernst Mach. Werk und Wirkung. Wien: hpt, S. 212-229.
Städtler, M., 2018. Steinbruch, Kontrastmittel, Antiquariat? Hegels Begriff der Philosophiegeschichte vor dem Hintergrund aktueller Strömungen. In: M. Städtler, Hg. 2018, Kontingenz und Begriff. Über das Denken von Geschichte und die Geschichtlichkeit des Denkens. Springe: Zu Klampen, S. 78-95.
Strafgesetz über Verbrechen, Vergehen und Uebertretungen (Aus Nr. 117), 1852. Allgemeines Reichs-Gesetz- und Regierungsblatt für das Kaiserthum Österreich, 36, S. 497-591.
Tauschinski, H., 1868. Die Botschaft der Wahrheit, der Freiheit und der Liebe. Wien: Selbstverlag.
Tilitzki, Ch., 2004. Die deutsche Universitätsphilosophie in der Weimarer Republik und im Dritten Reich. Band 1. Berlin: Akademieverlag.
Überweg, F., 1902. Grundriss der Geschichte der Philosophie. 9., neu bearbeitete, mit einem Philosophen- und Litteratoren-Register versehene Auflage. Hg. von M. Heinze. Teil 4: Das neunzehnte Jahrhundert. Berlin: Mittler & Sohn.
Venus, Th., 2013. Tauschinski (Tauschinsky), Hippolyt (1839–1905), Journalist, Politiker und Historiker. In: Österreichisches Biographisches Lexikon und biographische Dokumentation. Band 14 (Lfg. 64). Wien: ÖAW, S. 216.
Waibel, K., 2008. Dissertation zur Kündbarkeit des österreichischen Konkordats. Über Möglichkeiten und Folgen einer Abschaffung des Vertrags zwischen der Republik Österreich und dem Heiligen Stuhl vom 5. Juni 1933. Dissertation, Universität Wien. Rechtswissenschaftliche Fakultät. Wien. [Online]: (Zugang am 05.10.2019).
Wilfing, A., 2015. Die staatlich erwirkte Kant-Zensur — Von Franz II bis Graf Thun-Hohenstein. In: V. L. Waibel, Hg. 2015. Umwege. Annäherungen an Immanuel Kant in Wien, in Österreich und in Osteuropa. Wien: University Press, S. 33-39.
Windelband, W., 1911. Die philosophische Richtung der Gegenwart. In: E. von Aster, Hg. 1911. Große Denker. Leipzig: Quelle & Meyer, S. 361-377.
Zeidler, K. W., 2015. Herbartianismus — Rembold, von Thun und Hohenstein, Exner, Zimmermann. In: V. L. Waibel, Hg. 2015. Umwege. Annäherungen an Immanuel Kant in Wien, in Österreich und in Osteuropa. Wien: University Press, S. 39-47.

Декларация принципов терпимости — Декларации — Декларации, конвенции, соглашения и другие правовые материалы

Декларация принципов терпимости

Принята резолюцией 5.61 Генеральной конференции ЮНЕСКО от 16 ноября 1995 года

Государства — члены Организации Объединенных Наций по вопросам образования, науки и культуры, собравшиеся в Париже на двадцать восьмую сессию Генеральной конференции 25 октября — 16 ноября 1995 года,

Преамбула

памятуя о том, что Устав Организации Объединенных Наций гласит: «Мы, народы Объединенных Наций, преисполненные решимости избавить грядущие поколения от бедствий войны … вновь утвердить веру в основные права человека, в достоинство и ценность человеческой личности … и в этих целях проявлять терпимость и жить вместе, в мире друг с другом, как добрые соседи»,

напоминая, что в Преамбуле Устава ЮНЕСКО, принятого 16 ноября 1945 года, подчеркивается, что «мир должен базироваться на интеллектуальной и нравственной солидарности человечества»,

напоминая также, что во Всеобщей декларации прав человека провозглашается, что «каждый человек имеет право на свободу мысли, совести и религии» (статья 18), «на свободу убеждений и на свободное выражение их» (статья 19) и что образование «должно содействовать взаимопониманию, терпимости и дружбе между всеми народами, расовыми и религиозными группами» (статья 26),

принимая во внимание соответствующие международные акты, в том числе:

  • Международный пакт о гражданских и политических правах,
  • Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах,
  • Международную конвенцию о ликвидации всех форм расовой дискриминации,
  • Конвенцию о предупреждении преступления геноцида и наказании за него,
  • Конвенцию о правах ребенка,
  • Конвенцию 1951 года о статусе беженцев и Протокол 1967 года, касающийся статуса беженцев, а также региональные правовые акты в этой области,
  • Конвенцию о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин,
  • Конвенцию против пыток и других жестоких, бесчеловечных и унижающих достоинство видов обращения и наказания,
  • Декларацию о ликвидации всех форм нетерпимости и дискриминации на основе религии или убеждений,
  • Декларацию о правах лиц, принадлежащих к национальным или этническим, религиозным и языковым меньшинствам,
  • Декларацию о мерах по ликвидации международного терроризма,
  • Венскую декларацию и Программу действий Всемирной конференции по правам человека,
  • Декларацию и Программу действий, принятые на Всемирной встрече на высшем уровне в интересах социального развития, состоявшейся в Копенгагене,
  • Декларацию ЮНЕСКО о расе и расовых предрассудках,
  • Конвенцию и Рекомендацию ЮНЕСКО о борьбе с дискриминацией в области образования,

памятуя о целях третьего Десятилетия действий по борьбе против расизма и расовой дискриминации, Десятилетия образования в области прав человека Организации Объединенных Наций и Международного десятилетия коренных народов мира,

учитывая рекомендации региональных конференций, проведенных в соответствии с резолюцией 27 C/5.14 Генеральной конференции ЮНЕСКО в рамках Года Организации Объединенных Наций, посвященного терпимости, а также выводы и рекомендации других конференций и совещаний, организованных государствами-членами по программе Года Организации Объединенных Наций, посвященного терпимости,

испытывая чувство тревоги в связи с участившимися в последнее время актами нетерпимости, насилия, терроризма, ксенофобии, агрессивного национализма, расизма, антисемитизма, отчуждения, маргинализации и дискриминации по отношению к национальным, этническим, религиозным и языковым меньшинствам, беженцам, рабочим-мигрантам, иммигрантам и социально наименее защищенным группам в обществах, а также актами насилия и запугивания в отношении отдельных лиц, осуществляющих свое право на свободу мнений и выражение убеждений, представляющими угрозу делу укрепления мира и демократии на национальном и международном уровнях и являющимися препятствиями на пути развития,

обращая особое внимание на обязанность государств-членов развивать и поощрять уважение прав человека и основных свобод для всех, без различия по признаку расы, пола, языка, национальной принадлежности, религии или состояния здоровья, и бороться с проявлениями нетерпимости,

принимают и торжественно провозглашают настоящую 
Декларацию принципов терпимости

преисполненные решимости сделать все необходимое для утверждения идеалов терпимости в наших обществах, поскольку терпимость является не только важнейшим принципом, но и необходимым условием мира и социально-экономического развития всех народов,

мы заявляем следующее:

Статья 1 — Понятие терпимости

1.1  Терпимость означает уважение, принятие и правильное понимание богатого многообразия культур нашего мира, наших форм самовыражения и способов проявлений человеческой индивидуальности. Ей способствуют знания, открытость, общение и свобода мысли, совести и убеждений. Терпимость — это гармония в многообразии. Это не только моральный долг, но и политическая и правовая потребность. Терпимость — это добродетель, которая делает возможным достижение мира и способствует замене культуры войны культурой мира.

1.2 Терпимость — это не уступка, снисхождение или потворство. Терпимость — это прежде всего активное отношение, формируемое на основе признания универсальных прав и основных свобод человека. Ни при каких обстоятельствах терпимость не может служить оправданием посягательств на эти основные ценности, терпимость должны проявлять отдельные люди, группы и государства.

1.3 Терпимость — это обязанность способствовать утверждению прав человека, плюрализма (в том числе культурного плюрализма), демократии и правопорядка. Терпимость — это понятие, означающее отказ от догматизма, от абсолютизации истины и утверждающее нормы, установленные в международных правовых актах в области прав человека.

1.4 Проявление терпимости, которое созвучно уважению прав человека, не означает терпимого отношения к социальной несправедливости, отказа от своих или уступки чужим убеждениям. Это означает, что каждый свободен придерживаться своих убеждений и признает такое же право за другими. Это означает признание того, что люди по своей природе различаются по внешнему виду, положению, речи, поведению и ценностям и обладают правом жить в мире и сохранять свою индивидуальность. Это также означает, что взгляды одного человека не могут быть навязаны другим.

Статья 2 — Государственный уровень

2.1 На государственном уровне терпимость требует справедливого и беспристрастного законодательства, соблюдения правопорядка и судебно-процессуальных и административных норм. Терпимость также требует предоставления каждому человеку возможностей для экономического и социального развития без какой-либо дискриминации. Отчуждение и маргинализация могут стать причиной состояния подавленности, враждебности и фанатизма.

2.2 Для того чтобы сделать общество более терпимым, государствам следует ратифицировать существующие международные конвенции о правах человека и, если это необходимо, разработать новое законодательство с целью обеспечения в обществе равноправного подхода и равенства возможностей для всех групп и отдельных людей.

2.3 В интересах международного согласия существенно важно, чтобы отдельные люди, общины и нации признавали и уважали культурный плюрализм человеческого сообщества. Мир невозможен без терпимости, а развитие и демократия невозможны без мира.

2.4 Нетерпимость может принимать форму маргинализации социально наименее защищенных групп, их исключения из общественной и политической жизни, а также насилия и дискриминации по отношению к ним. Как гласит Декларация о расе и расовых предрассудках, «все люди и группы людей имеют право отличаться друг от друга» (статья 1.2).

Статья 3 — Социальные аспекты

3.1 Терпимость как никогда ранее важна в современном мире. Мы живем в век глобализации экономики и все большей мобильности, быстрого развития коммуникации, интеграции и взаимозависимости, в век крупномасштабных миграций и перемещения населения, урбанизации и преобразования социальных структур. Каждый регион многолик, и поэтому эскалация нетерпимости и конфликтов потенциально угрожает всем частям мира. От такой угрозы нельзя отгородиться национальными границами, ибо она носит глобальный характер.

3.2 Терпимость необходима в отношениях как между отдельными людьми, так и на уровне семьи и общины. В школах и университетах, в рамках неформального образования, дома и на работе необходимо укреплять дух терпимости и формировать отношения открытости, внимания друг к другу и солидарности. Средства коммуникации способны играть конструктивную роль в деле содействия свободному и открытому диалогу и обсуждению, распространения ценностей терпимости и разъяснения опасности проявления безразличия по отношению к набирающим силу группам и идеологиям, проповедующим нетерпимость.

3.3 В Декларации ЮНЕСКО о расе и расовых предрассудках провозглашается, что особые меры должны приниматься в целях обеспечения равенства в достоинстве и правах отдельных лиц и групп людей везде, где это необходимо. В этой связи особое внимание следует уделять социально наименее защищенным группам, находящимся в неблагоприятных социальных или экономических условиях, с тем чтобы предоставить им правовую и социальную защиту, в частности в отношении жилья, занятости и охраны здоровья, обеспечить уважение самобытности их культуры и ценностей и содействовать, в особенности посредством образования, их социальному и профессиональному росту и интеграции.

3.4 В интересах решения этой глобальной задачи необходимы проведение соответствующих научных исследований и налаживание контактов с целью координации деятельности международного сообщества, включая анализ в контексте социальных наук коренных причин этого явления, принятие эффективных контрмер, а также осуществление научных исследований и мониторинга, способствующих выработке политических решений и нормативной деятельности государств-членов.

Статья 4 — Воспитание

4.1 Воспитание является наиболее эффективным средством предупреждения нетерпимости. Воспитание в духе терпимости начинается с обучения людей тому, в чем заключаются их общие права и свободы, дабы обеспечить осуществление этих прав, и с поощрения стремления к защите прав других.

4.2 Воспитание в духе терпимости следует рассматривать в качестве безотлагательного императива; в связи с этим необходимо поощрять методы систематического и рационального обучения терпимости, вскрывающие культурные, социальные, экономические, политические и религиозные источники нетерпимости, лежащие в основе насилия и отчуждения. Политика и программы в области образования должны способствовать улучшению взаимопонимания, укреплению солидарности и терпимости в отношениях как между отдельными людьми, так и между этническими, социальными, культурными, религиозными и языковыми группами, а также нациями.

4.3 Воспитание в духе терпимости должно быть направлено на противодействие влиянию, вызывающему чувство страха и отчуждения по отношению к другим. Оно должно способствовать формированию у молодежи навыков независимого мышления, критического осмысления и выработки суждений, основанных на моральных ценностях.

4.4 Мы заявляем о своей готовности поддерживать и претворять в жизнь программы научных исследований в области социальных наук и воспитания в духе терпимости, прав человека и ненасилия. Это означает необходимость уделения особого внимания вопросам повышения уровня педагогической подготовки, учебных планов, содержания учебников и занятий, совершенствования других учебных материалов, включая новые образовательные технологии, с целью воспитания чутких и ответственных граждан, открытых восприятию других культур, способных ценить свободу, уважать человеческое достоинство и индивидуальность, предупреждать конфликты или разрешать их ненасильственными средствами.

Статья 5 — Готовность к действию

 Мы обязуемся поощрять терпимость и ненасилие, используя для этого программы и учреждения в областях образования, науки, культуры и коммуникации.

Статья 6 — Международный день, посвященный терпимости

 В целях мобилизации общественности, привлечения внимания к опасностям, кроющимся в нетерпимости, и укрепления приверженности и активизации действий в поддержку поощрения терпимости и воспитания в ее духе мы торжественно провозглашаем 16 ноября ежегодно отмечаемым Международным днем, посвященным терпимости.

ДОГМАТИК это

Читать PDF
131.79 кб

Догматизм в современной политике

Евдокимов Владимир Анатольевич

Анализируя особенности догматизма, автор рассматривает причины жизнеспособности этого феномена в сфере политики, а также условия, при которых ослабляется воздействие на субъекты властных отношений положений, принимаемых на веру в

Читать PDF
1.20 мб

Скептицизм и догматизм как методологические установки

Николаев Евгений Александрович

В статье обосновывается возможность рассмотрения догматизма и скептицизма как методологических установок, не сводимых к совокупности приемов исследовательской деятельности или последовательности действий, необходимых для получения

Читать PDF
168.04 кб

Место и роль религиозного догматизма в истории общества и культуры

Канаков Дмитрий Владимирович

В статье дается краткий абрис той роли, которую играл религиозный догматизм в истории общества и культуры.

Читать PDF
325.73 кб

Психологические основания религиозного догматизма

Канаков Дмитрий Владимирович

Рассматриваются психологические основания религиозного догматизма на основе методологического принципа единства деятельности и сознания.

Читать PDF
284.06 кб

Таинство брака: догматика и культурная традиция

Орлова Надежда Хаджимерзановна

Читать PDF
339.08 кб

Ислам: догматика и ритуал

Ахметова Л.

Читать PDF
892.79 кб

Догматическое учение о необходимости Церкви для спасения в научно-апологетическом освещении

П. Я. Светлов

Читать PDF
950.04 кб

Сохранение имплицитного догматизма в процессе секуляризации

Канаков Дмитрий Владимирович

Секуляризация в современном обществе носит противоречивый характер: наравне со способствующими секуляризации факторами действуют факторы, сдерживающие этот процесс, укрепляющие позиции религии.

Читать PDF
4.05 мб

Мировоззрение и методология на пороге XXI века: противоположность догматизма и потенциализма

Прохоров Михаил Михайлович

The article discusses the interconnection of world outlook and methodology and looks at the dogmatic nature of substantialism. It also analyses the essence of potentialism forms, etc.

Читать PDF
14.18 мб

ФИЛОСОФСКИЙ РЕАЛИЗМ ПРОТИВ ДОГМАТИЗМА ШКОЛ. ОТВЕТ ДМИТРИЮ КРАЛЕЧКИНУ

Глухов Алексей

В статье дается ответ на рецензию моей книги «Перехлест волны. Политическая логика Платона и преодоление платонизма в постницшеанской волне» (Москва, 2014), написанную Дмитрием Кралечкиным.

Читать PDF
231.20 кб

Церковная догматика (i, 2, §17). Откровение Божие как «Снятие» религии

Барт Карл

Во впервые переведенных на русский язык фрагментах «Церковной догматики» Карл Барт излагает свои идеи по поводу отношения религии (естественной человеческой религиозности) и христианского откровения.

Читать PDF
468.39 кб

Августин и Пелагий: Догматическое содержание и исторические параллели великой полемики V века

Василий Смагин

Читать PDF
216.61 кб

Историческое осмысление «Востока» и «Запада» в догматической, критической и символической парадигмах

Ерыгин Александр Николаевич

Читать PDF
1.14 мб

Вопрос о «догматическом развитии» на Петербургских религиозных философских собраниях

В. В. Успенский

Читать PDF
284.63 кб

Догматика как первичное толкование религиозного чувства в философии религии Ф. Д. Э. Шлейермахера

Беляева Анастасия Владиславовна

Традиционно труды Шлейермахера делятся на два блока: труды по герменевтике и труды по философии религии и теологии.

Догматическая и духовная религия | Психология сегодня

В религии есть что-то очень странное. В последнее время имели место ужасающие террористические акты, якобы совершенные во имя религии. Эти нападения подчеркивают недавние результаты Глобального индекса терроризма, согласно которым религия стала главным мотивом террористических актов. Отчет показал, что количество смертей в результате терроризма увеличилось на 60 процентов в прошлом году до 18 тысяч. Кроме того, было установлено, что число ежегодных смертей в результате террористических актов с 2003 года увеличилось в пять раз.

Однако мы также знаем, что некоторые из самых добродетельных и благородных человеческих поступков совершаются во имя религии. Многие из величайших моральных реформаторов и активистов в истории были вдохновлены принципами своих религий, например Мартин Лютер Кинг, Махатма Ганди и Уильям Уилберфорс (которые боролись за отмену британской работорговли в 1807 году). Хотя я сам не религиозен, одна из современных фигур, которыми я восхищаюсь больше всего, — это архиепископ Десмонд Туту, который всю свою жизнь неустанно боролся за справедливость и против угнетения и в высшей степени воплощал христианские принципы сострадания и прощения.

Как религия может порождать и такую ​​дикость, и такое благородство? Как можно использовать принципы религиозной веры для оправдания терроризма, а иногда и для поощрения актов великого альтруизма и справедливости?

Два типа религии

Чтобы понять это, нам нужно различать два фундаментально разных типа религии: догматическую религию и духовную религию.

Догматически религиозные люди — это те, кто думает, что они правы, а все остальные ошибаются.Для них религия — это не о саморазвитии или переживании трансцендентного, а о том, чтобы придерживаться набора жестких убеждений и следовать правилам, установленным религиозными авторитетами. Речь идет о защите своих убеждений от любого, кто их ставит под сомнение, отстаивании своей «истины» над чужими и распространении этих убеждений среди других. Для них тот факт, что другие люди придерживаются других убеждений, является оскорблением, поскольку подразумевает возможность того, что их собственные убеждения могут быть неверными. Им нужно убедить других в своей неправоте, чтобы доказать себе, что они правы.

Догматическая религия проистекает из психологической потребности в групповой идентичности и принадлежности, а также потребности в определенности и значении. У людей есть сильное желание определить себя, будь то христианин, мусульманин, социалист, американец, республиканец или фанат спортивного клуба. Это побуждение тесно связано с побуждением стать частью группы, почувствовать свою принадлежность и разделять те же убеждения и принципы, что и другие. И эти импульсы работают вместе с потребностью в уверенности — чувством, что вы «знаете», что обладаете истиной, что вы правы, а другие ошибаются.

В основе этих импульсов лежит фундаментальная тревога и чувство нехватки, вызванное нашим чувством того, что мы разные личности, существующие в отделении от других людей и мира «снаружи». Это порождает ощущение, что вы «отрезаны», как фрагменты, которые когда-то были частью целого. Существует также чувство уязвимости и незащищенности, вызванное нашей незначительностью перед лицом мира. В результате нам нужно «укрепить» наше самоощущение, чтобы укрепить нашу идентичность. И в этом нам помогает религия и другие системы убеждений.

Догматическая религия опасна тем, что создает групповой менталитет «вовнутрь-наружу». Это побуждает людей отказываться от сочувствия и морали у других групп, видеть в них низших и невежественных. Другие группы можно рассматривать как общие сущности, а не как совокупность разных людей. И когда две группы объединяются, их разные убеждения сталкиваются, разные убеждения являются оскорблением, потому что они предполагают, что их собственные убеждения могут быть ошибочными, конфликты и войны всегда под рукой.

Но духовная религия другая. «Духовная» религия продвигает высшие качества человеческой натуры, такие как альтруизм и сострадание, и воспитывает чувство священного и возвышенного. «Духовно религиозные» люди не испытывают неприязни к другим религиозным группам; на самом деле, они счастливы исследовать другие верования и даже могут посещать храмы и службы других групп. Обычно они не евангелисты; их позиция состоит в том, что разные религии подходят разным людям и что все религии являются разными проявлениями или выражениями одних и тех же основных истин.

Другими словами, в то время как цель догматической религии состоит в укреплении эго посредством убеждений, ярлыков и групповой идентичности, цель духовной религии — полная противоположность этому: превзойти эго посредством сострадания, альтруизма и духовной практики. .

Вот почему религиозные люди способны на самые ужасные поступки, но также и на самые благородные. Вот почему религия порождает добро и зло, как Усама бен Ладен, так и архиепископ Десмонд Туту.Акты жестокости, совершаемые во имя догматической религии, доминируют в заголовках, но нас может утешить осознание того, что в то же время, более тихо, некоторые духовно религиозные люди выражают некоторые из высших аспектов человеческой натуры.

Стив Тейлор, доктор философии старший преподаватель психологии в университете Лидс Беккет, Великобритания. Он является автором книг «Назад к здравомыслию» и «Падение». www.stevenmtaylor.com

Следуй за Стивом в Facebook Следуй за Стивом в Twitter

Доктрина и догма | религия

Полная статья

Доктрина и догма , экспликация и официально приемлемая версия религиозного учения.Развитие доктрин и догм существенно повлияло на традиции, институты и практики мировых религий. Доктрины и догмы также повлияли и испытали влияние продолжающегося развития светской истории, науки и философии.

Различия между доктриной и догмой

Доктрина в теологии (лат. doctrina ; греческий didaskalia , didachē ) — общий термин для теоретической составляющей религиозного опыта.Это означает процесс концептуализации первичных — часто экспериментальных или интуитивных — прозрений веры религиозного сообщества в поддержку рационально понимаемой веры. Доктрины стремятся предоставить религии интеллектуальные системы для руководства в процессах обучения, дисциплины, пропаганды и споров. Догма (лат. decretum , греческий догма ) стала иметь более конкретную ссылку на дистиллят доктрин: те первые (основные или аксиоматические) принципы, лежащие в основе доктринального размышления, которые все верующие провозглашают важными.

Это различие появляется в христианстве в Новом Завете, где didaskalia означает «основные учения» (как в 1 и 2 послании к Тимофею), тогда как догма используется только в смысле официального суждения или постановления (как в Деяниях 16: 4). Позже, однако, многие богословы ранней церкви (включая, например, Оригена, святого Кирилла Иерусалимского и святого Иеронима) использовали термин догмат в смысле доктрины. В восточном христианстве богослов св. Иоанн Дамаскин популяризировал термин ортодоксия (буквально «правильные взгляды»), чтобы обозначить сумму христианской истины.В западном христианстве великий средневековый богослов св. Фома Аквинский выбрал фразу «догматы веры» для обозначения тех доктрин, которые торжественно определены церковью и считаются обязательными для веры. Даже во времена Римско-католического реформаторского собора в Трент (1545–1563 гг.) Доктрина и догма все еще были примерно синонимами.

Однако большинство современных историков подчеркивают их различие. По словам J.K.L. Гизелер, немецкий церковный историк XIX века, in Dogmengeschichte ,

Получите подписку Britannica Premium и получите доступ к эксклюзивному контенту.Подпишитесь сейчас

Догма — это не доктринальное мнение, не заявление какого-либо конкретного учителя, а доктринальный закон ( decretum ). Догматы церкви — это те доктрины, которые она объявляет важнейшим содержанием христианства.

Современный церковный историк Адольф фон Гарнак пытался объяснить возникновение догматов в христианстве как специфическое следствие чуждой смеси греческой метафизики и христианской мысли, которая устарела из-за апелляции протестантизма к Священному Писанию и истории.Контрастное определение немецкого католического догматика Карла Ранера в Sacramentum Mundi указывает на вечный процесс:

Адольф фон Гарнак, сфотографированный в 1920-х годах.

Архив Беттманна

Догма — это форма непреходящей жизнеспособности депозита веры в церкви, которая сама остается неизменной.

Функции доктрин и догм

Функции доктрин и догм различаются в разных религиозных традициях в зависимости от того, какое ударение каждая придает важности рациональной концептуализации религиозной истины, впервые обнаруживаемой в образах, символах и притчах.В том, что некоторые ученые считают наиболее мистическими религиями Востока, доктрины обычно предназначены для использования в качестве катализатора религиозного понимания (например, понятия нирваны или цели религиозной жизни в индуизме, джайнизме и т. Д. Буддизм). В западных религиях, которые считаются более персоналистическими, доктрины и догмы имеют тенденцию функционировать как вспомогательные средства богословской рефлексии (например, концепция единства Бога в иудаизме, христианстве и исламе). Во всех высших религиях доктрины и догмы возникают и развиваются в служении наставлениям для верующих: толкованию их священных писаний, пониманию их обязательств и обязанностей и сохранению границ между допустимым разнообразием и действительной ошибкой — все это помогает обозначить религиозный путь к мудрости, правоте и самореализации.Богословие (использующее доктрины и догмы), по словам средневекового христианского богослова и священника святого Ансельма Кентерберийского, является «верой, ищущей рационального самопонимания».

Нормативная функция доктринального формулирования — это обычно тщетная попытка зафиксировать и сохранить интерпретацию исходных догм данной традиции. Темы сансары (процесса реинкарнации) и кармы (закона причины и следствия) разделяют индуизм, джайнизм и буддизм, хотя и с совершенно разными доктринальными формулировками и последствиями.Аналогичные события очевидны и в других традициях.

Третья функция доктрины является полемической: защита веры от неверного толкования и ошибок внутри или вне религиозной традиции. Учитывая неизменно плюралистический характер богословской рефлексии, существует постоянное противоречие между заботой об идентичности и преемственности традиции, с одной стороны, и более глубоким и богатым постижением самой истины, с другой. Напротив, в большинстве культур существует одновременное соперничество с другими религиями с их противоположными доктринальными утверждениями, а помимо этого — вызовы светской мудрости и неверия.Это вызывает особый вид доктринальной формулировки: апологетика, защита истинной веры от ее недоброжелателей или неверующих.

В основе всех усилий по поддержке религиозной веры лежит проблема первичной власти. От доктринального утверждения требуется, чтобы оно было ясным и убедительным, но доктрины всегда указывают за пределы своей логической поверхности на какое-то примитивное откровение или залог веры. Обращение может быть к любой из ряда основных авторитетных позиций: к памяти основателя (как в зороастризме), или пророка (Моисей в иудаизме), или к древним писаниям (например.ж., Веды и Упанишады в индуизме), или образцовое событие (как в «просветлении» Будды), или самораскрытие Бога (как в Торе или Законе в иудаизме, или в Иисусе Христе в христианстве, или откровения Мухаммеда исламу). Здесь снова различие между доктринами («допустимые интерпретации») и устойчивость догм («существенное учение») указывает на острую проблему развития доктрины в истории, которая очевидна во всех традициях.

Моисей ведет детей Израиля через Красное море, 15 век; иллюстрация из немецкой Библии.

Ann Ronan Pictures / Heritage Image / age fotostock

Когда научное православие напоминает религиозную догму

Когда мой коллега из Гарварда Стивен Гринблатт увидел мою книгу Extraterrestrial на обложке ортодоксального еврейского журнала Ami , он прокомментировал «Интересно, что православные, очевидно, не считают, что их вере угрожает возможность появления других обитаемых миров». На что я ответил: «Они кажутся менее ортодоксальными, чем мои коллеги из научного сообщества.Это было связано с возражением, которое моя книга получила относительно возможности того, что межзвездный объект «Оумуамуа» мог быть создан другой цивилизацией.

Инновации расцветают в культуре, желающей приобретать новые знания, а не в ловушке своей прошлой системы убеждений. Известный астроном, который десятилетиями работал над камнями в Солнечной системе, неохотно прокомментировал: «Оумуамуа такой странный … Я бы хотел, чтобы его никогда не существовало ». Такие настроения не являются визитной карточкой интеллектуальной культуры, которая способствует открытиям.В течение нескольких недель после публикации моей книги я получил множество писем по электронной почте от астрономов, некоторые из которых были со стажем, которые признались, что согласны со мной, но боятся высказывать свое мнение из-за возможных последствий для их карьеры.

Сопротивление инновациям — явление не новое. Когда астроном Отто Струве в своей статье 1952 года предложил искать горячие Юпитеры — массивные газообразные планеты, подобные нашему Юпитеру, вращающиеся очень близко к своим звездам, — его предложение игнорировалось, пока Дидье Келоз и Мишель Майор не нашли 51 Pegasi b.До этого открытия астрономы утверждали, что время телескопа не следует «тратить» на эти поиски, потому что планета, подобная Юпитеру, вряд ли образуется так близко к солнцеподобной звезде. Многие даже сомневались, что экзопланеты вообще обычны. Тот факт, что этот прогнозируемый «ребенок» родился через четыре десятилетия после его зачатия, означает, что должно быть больше «младенцев», которые никогда не рождались, потому что их существование все еще находится под вопросом. Шоры на наших телескопах удерживают нас в зоне комфорта за счет продления нашего невежества.Но реальность не подчиняется нашим предрассудкам; существование экзопланет или соседних цивилизаций не зависит от того, ищем ли мы их.

Для поиска экстраординарных доказательств требуется выделение чрезвычайных средств. Это было верно для успешных поисков бозона Хиггса или гравитационных волн, и это определенно верно для до сих пор безуспешных поисков природы темной материи. Отсутствие доказательств может быть самоисполняющимся пророчеством, результатом недостаточного инвестирования в поиски.Все четыре предложения по объяснению аномалий Оумуамуа в контексте естественного происхождения предполагали объекты, которые мы никогда раньше не видели в Солнечной системе, включая водородный айсберг, азотный айсберг, фрагмент приливного разрушения или пылевого кролика. Поэтому, сделав в будущем крупный план объекта, похожего на Оумуамуа, мы узнаем что-то новое о детских садах, в которых рождаются объекты, которые мы никогда не представляли до открытия Оумуамуа. Наши научные знания принесут пользу независимо от того, являются ли эти объекты естественными или искусственными по происхождению.Только один сценарий сохранит наше невежество — это «обычный бизнес» и отсутствие интереса к аномалиям Оумуамуа.

Культура игнорирования проверяемых идей из-за предрассудков комфортно сосуществует с более экстремальной культурой, которая принимает другие идеи, не требуя какой-либо проверки. Единственное требование — чтобы идеи были популярны в большом сообществе, которое считает их законными. Есть преимущество в том, чтобы не вкладывать «кожу в игру» с такими понятиями, как мультивселенная или ландшафт теории струн, ошибочность которых не может быть доказана экспериментальными тестами и, следовательно, предлагает идеальный фон для демонстрации математической виртуозности.Как говорится в раввинской поговорке: «Кто хочет солгать, тот хранит свидетельство подальше».

Культура без данных, напоминающая другие бесспорные системы убеждений, приобрела популярность в теоретической физике после отмены сверхпроводящего суперколлайдера в 1993 году. Возникший в результате голод данных привел к появлению новой теоретической основы, исключающей любые обязательства по фальсификации. На первой ежегодной конференции Гарвардской инициативы «Черная дыра» один философ утверждал, что, если физики соглашаются на какое-то понятие на десятилетие, оно должно быть верным.Но история учит нас обратному: философы, не заглядывая в телескоп Галилео Галилея, в подавляющем большинстве согласились с неверным представлением о том, что Солнце движется вокруг Земли.

В то же время мы должны помнить, что одних только достоверных данных недостаточно, чтобы приблизиться к истине. Даже когда данные собираются, их можно игнорировать или неверно истолковать из-за предубеждений. Изображения гигантских световых дуг вокруг скоплений галактик были опубликованы в Astrophysical Journal задолго до того, как они были должным образом интерпретированы в 1980-х годах как результат гравитационного линзирования более далеких фоновых галактик.В другом примере астрономия майя собрала точные данные о движении планет и звезд на небе, но использовала их ортодоксальным указом для предсказания исхода войн вместо открытия закона всемирного тяготения Ньютона. На недавнем книжном мероприятии, которое я провел с писателями-научными работниками, были упомянуты примеры случаев, когда основные факты в различных научных дисциплинах отвергали доказательства, поскольку они не соответствовали преобладающей парадигме.

Все эти реки проступков в форме организованной науки или религии вытекают из моря авторитета — интерпретации свидетельств или их отсутствия для защиты группового мышления от сомнений путем высмеивания альтернатив.Как сказал Галилей: «В вопросах науки авторитет тысячи не стоит скромных рассуждений отдельного человека». Когда в 1931 году была опубликована книга под названием « Сотня авторов против Эйнштейна », Альберт Эйнштейн ответил, что, если бы он был неправ, было бы достаточно одного автора. Современный способ перефразировать Галилея и Эйнштейна состоит в том, что правда не определяется количеством лайков в Твиттере.

С этой точки зрения отказ от моей книги ни в коем случае не является опытом, о котором я сожалею.Вместо этого, как заметил Роберт Фрост: «Две дороги расходились в лесу, и я… я выбрал ту, по которой ездили меньше, и в этом вся разница». Это личное приключение затмевается более широкими последствиями выяснения того, действительно ли человечество является «самым умным ребенком в межзвездном блоке». Всю жизнь мы похожи на актеров, которым вручают сценарии, навязанные ортодоксальными традициями. Самая важная задача, стоящая перед нами как цивилизацией, — найти свободомыслящих актеров с экзопланет и узнать, имеют ли они лучшее представление о том, о чем идет речь в пьесе.Мы надеемся, что их ответ не будет закреплен за тысячелетиями ортодоксальности, а скорее будет подчинен эонам непредубежденного толкования свидетельств.

Это аналитическая и аналитическая статья.

«Взаимосвязь между религиозным знанием и догматизмом в колледже» Кристофера Ф. Сильвера

Название журнала

Современные психологические исследования

Издатель

Университет Теннесси в Чаттануге

Место публикации

Чаттануга (Теннесси.)

Аннотация

Связь между общим знанием мировых религий и догматизмом была исследована на группе студентов колледжа в Теннесси. Знание мировых религий оценивалось с помощью письменного опроса, и результаты сравнивались с оценками по шкале догматизма Рокича. Догматизм — это нежелание принимать новые идеи, выходящие за рамки собственной веры или неверия. Результаты подтвердили гипотезу о том, что люди с высоким уровнем догматизма также будут иметь низкий уровень знаний о религиозных традициях, помимо своих собственных.Дополнительный анализ показал, что люди, которые считают себя более духовными, чем религиозные, имеют более низкие оценки догматизма и более высокие оценки религиозных знаний, чем те, кто считает себя более религиозными, чем духовными. Кроме того, консервативные личности, описывающие себя, были более непредубежденными, чем либералы, которые сами себя описывали. Кроме того, люди с высоким уровнем догматизма, как правило, принадлежали к той же религиозной традиции, что и их родители. Похоже, существует корреляция между догматизмом и либеральными или консервативными убеждениями.

Телефонный номер

BF1 .M63 v. 9 no. 1 и 2 2003

Права

http://rightsstatements.org/vocab/InC/1.0/

Рекомендуемое цитирование

Сильвер, Кристофер Ф. (2003) «Взаимосвязь между религиозными знаниями и догматизмом у студентов колледжей», Современные психологические исследования : Vol. 9 : Нет. 1 , Статья 5.
Доступно по адресу: https: // ученый.utc.edu/mps/vol9/iss1/5

СКАЧАТЬ

С 07 августа 2017 г.

МОНЕТЫ

Догматических цитат (257 цитат)

«Это идея — что все мы должны быть нечестивыми, если не будем придерживаться христианской религии. Мне кажется, что люди, которые придерживались этого, были по большей части крайне нечестивыми. Вы находите этот любопытный факт, что чем более сильной была религия в какой-либо период и чем глубже была догматическая вера, тем сильнее была жестокость и тем хуже было положение дел.В так называемые века веры, когда люди действительно верили в христианскую религию во всей ее полноте, была инквизиция со всеми ее пытками; миллионы несчастных женщин были сожжены как ведьмы; и всякого рода жестокость применялась ко всем людям во имя религии.

Оглядываясь по всему миру, вы обнаруживаете, что каждый шаг в развитии гуманного чувства, каждое улучшение уголовного законодательства, каждый шаг к ослаблению войны, каждый шаг к лучшему обращению с цветными расами или каждое смягчение рабства, всякому нравственному прогрессу, который был в мире, постоянно противодействовали организованные церкви мира.Я совершенно сознательно говорю, что христианская религия, организованная в ее церквях, была и остается главным врагом нравственного прогресса в мире.

Вы можете подумать, что я захожу слишком далеко, когда говорю, что это все еще так. Я так не думаю. Возьмем один факт. Вы потерпите меня, если я упомяну об этом. Это неприятный факт, но церкви заставляют упоминать неприятные факты. Предположим, что в этом мире, в котором мы живем сегодня, неопытная девушка вышла замуж за сифилитика; в этом случае католическая церковь говорит: «Это нерасторжимое таинство.Вы должны соблюдать целомудрие или оставаться вместе. И если вы остаетесь вместе, вы не должны использовать противозачаточные средства, чтобы предотвратить рождение сифилитических детей ». Никто, чьи естественные симпатии не исказились догмами или чья моральная природа не была абсолютно мертвой для всякого чувства страдания, не может утверждать, что это правильно и правильно, что такое положение вещей должно продолжаться.

Это только пример. В настоящий момент существует множество способов, которыми церковь, настаивая на том, что она предпочитает называть моралью, причиняет разного рода людям незаслуженные и ненужные страдания.И, конечно же, как мы знаем, он по большей части является противником прогресса и улучшений во всех направлениях, уменьшающих страдания в мире, потому что он решил назвать моралью определенный узкий набор правил поведения, которые имеют ничего общего с человеческим счастьем; и когда вы говорите, что то или это должно быть сделано, потому что это принесет человеческое счастье, они думают, что это не имеет никакого отношения к делу. «Какое отношение человеческое счастье имеет к морали? Цель морали — не делать людей счастливыми.”
— Бертран Рассел, Почему я не христианин и другие статьи о религии и связанных с ней предметах

Догматизм проявляется в заниженном поиске информации в условиях неопределенности.

Значимость

Догматики неохотно ищут новую информацию для уточнения своих взглядов, часто искажая политический, научный и религиозный дискурс. Когнитивные движущие силы этого сопротивления плохо изучены. Здесь мы изолируем влияние неопределенности на поиск информации с помощью задачи принятия решений на низком уровне.Мы показываем, что люди, придерживающиеся догматических взглядов, с меньшей вероятностью будут искать информацию до принятия решения и с меньшей вероятностью будут использовать колебания неопределенности для направления своих поисков. Наши результаты подчеркивают когнитивный механизм, который может способствовать формированию догматических мировоззрений.

Abstract

Когда знаний мало, адаптивно искать дополнительную информацию, чтобы разрешить неопределенность и получить более точное мировоззрение. Предубеждения в таком поведении, связанном с поиском информации, могут способствовать сохранению неточных взглядов.Здесь мы исследуем, связаны ли предрасположенности к поиску информации на основе неопределенности с индивидуальными различиями в догматизме, явлении, связанном с укоренившимися убеждениями в политическом, научном и религиозном дискурсе. Мы рассмотрели этот вопрос в задаче перцептивного принятия решений, что позволило нам исключить мотивационные факторы и выделить роль неопределенности. В двух независимых выборках генеральной совокупности ( n = 370 и n = 364) мы показываем, что более догматичные участники с меньшей вероятностью будут искать новую информацию для уточнения первоначального перцептивного решения, что приводит к снижению общей точности убеждений, несмотря на аналогичное исходное качество решения.Моделирование «испытание за испытанием» показало, что участники-догматики меньше полагались на внутренние сигналы неопределенности (уверенности) при поиске информации, что снижает вероятность поиска дополнительной информации для обновления убеждений, основанных на слабых или неопределенных исходных доказательствах. Вместе наши результаты подчеркивают когнитивный механизм, который может способствовать формированию догматических мировоззрений.

Бесконечный поток выбора информации — определяющая черта современности (1). Мы отвечаем за сбор информации, критически важной для нашего здоровья (2), выживания демократий (3) или сохранения планеты (4).Эти решения о поиске информации, в свою очередь, являются решающим фактором наших убеждений. Когнитивная наука широко изучала поиск информации, давая нам богатый эмпирический и теоретический взгляд на этот выбор (5–8). Это исследование показывает, что люди предпочитают искать информацию, подтверждающую их убеждения и имеющую положительную значимость, например, когда мы читаем дополнительную новость о победе политической партии, пользующейся поддержкой. Этот тип мотивированного поиска очевиден как в лабораторных экспериментах (9–11), так и в реальных данных (12–14).

Напротив, нормативные рамки предполагают, что неопределенность, а не валентность, должна определять, где и когда мы должны искать информацию (5, 7, 15). В отсутствие внешней обратной связи люди полагаются на внутренние сигналы уверенности, чтобы направлять такой поиск информации, основанный на неопределенности. Байесовские оптимальные агенты должны искать дополнительную информацию, когда они не верят в принятое решение, потому что вероятность ошибки перевешивает затраты на дополнительную информацию (16). Эмпирические данные подтверждают такие прогнозы (17, 18), показывая, что люди с большей вероятностью будут искать информацию, если они выражают низкую уверенность (т.е., более высокая неопределенность) в своих решениях.

В повседневных ситуациях как мотивационные влияния, так и неудачи в поиске информации, основанной на неопределенности, могут привести к предвзятым или неточным убеждениям, хотя и с помощью различных механизмов. Например, человек, который не верит в изменение климата, скорее всего, предпочтет средства массовой информации, которые опровергают его наличие (19), укрепляя ранее существовавшие убеждения. С другой стороны, люди, сомневающиеся в науке о глобальном потеплении (20), могут не принять никаких мер в связи с этой неопределенностью и, как следствие, не искать дополнительных, потенциально корректирующих доказательств.В обоих этих случаях нежелание искать корректирующую информацию является одним из потенциальных источников догматизма, мировоззрения, которое предполагает жесткое сохранение своих убеждений (21⇓ – 23) независимо от их точности (24). Масштабы этого мировоззрения широки и выходят за рамки конкретных вопросов и позиций, затрагивая политические (25), научные (26) и религиозные дебаты (21, 26). Предыдущие анкетные исследования предполагают связь между таким догматическим стилем мышления и желанием искать дополнительную информацию (21, 27).Однако остается неизвестным, как мотивация и неуверенность способствуют этому явлению.

Здесь мы обращаемся к этому вопросу, используя точный анализ поиска информации на основе неопределенности в контексте низкоуровневой задачи принятия решений, связанных с восприятием. Используя точность вычислений, обеспечиваемую этим подходом, мы проверяем (как на исследовательской, так и на репликационной выборках), объясняют ли индивидуальные различия в чувствительности к неопределенности склонность придерживаться догматических убеждений. Наш подход основан на предыдущих исследованиях влияния уверенности на поиск информации (17, 28) и позволяет нам исключить возможные мотивационные влияния: участники вряд ли подойдут к такой низкоуровневой задаче с корыстными интересами или предварительными знаниями, и им не следует по-разному оценивают полезность дополнительной информации.Более того, получение оценок уверенности от испытания к испытанию позволило нам сделать вывод о том, как участники используют неопределенность для управления своим поиском.

Результаты

Мы изучили выборку из 370 взрослых американцев (исследование 1) и воспроизвели все ключевые результаты в независимой второй выборке из 364 участников из США (исследование 2). Обе выборки были набраны через Amazon Mechanical Turk и включали широкий диапазон возрастов и образовательных уровней (подробности см. В Материалы и методы и SI Приложение ).Сначала участники выполнили задание по поиску информации, а затем ответили на ряд анкет, которые позволили нам измерить общую жесткость убеждений и догматизм, политические убеждения, авторитаризм и нетерпимость к противоположным политическим взглядам (подробности относительно вопросников см. В материалах и методах ) . Эта методология основывается на нашем предыдущем исследовании того, как догматичные люди формируют чувство уверенности (24).

Измерение догматизма.

Мы определили степень догматизма на основе факторного анализа, примененного к батарее вопросников (рис.1). Размах этой батареи позволил нам количественно отделить догматизм от других, возможно связанных, конструктов и изучить их взаимодействие. Самая экономная факторная структура включала три фактора, охватывающих 40% дисперсии анкеты. Первый фактор представляет позицию индивидов в лево-правом политическом спектре, а второй фактор описывает их общий догматизм и жесткость мировоззрения (21). Третий фактор отражает различия в убеждениях относительно превосходства политических предпочтений участников (фактор, связанный с догматизмом, но также теоретически независимый от него) (22).В то время как этот последний фактор специфичен для политической политики, догматизм представляет собой более широкую конструкцию, описывающую общий способ удержания убеждений и их действия (23, 29, 30). Таким образом, догматизм выходит за рамки конкретных политических предпочтений, что очевидно, например, в связи между догматизмом и религиозным фундаментализмом (21).

Рис. 1.

Либеральные и консервативные крайности политического спектра связаны с более высоким уровнем догматизма и превосходства убеждений. ( A ) Факторный анализ выявил трехфакторную структуру, лежащую в основе ответов на многочисленные анкеты, оценивающие политические убеждения, авторитаризм и жесткость убеждений.Определялись три фактора: 1) «политическая ориентация» (от либеральной до консервативной), 2) «догматизм», представляющий определенность убеждений в целом в предметной области, и 3) «политическое превосходство убеждений», характеризующее уверенность участников в конкретных политических убеждениях. Загрузки пунктов для каждого вопроса представлены отдельными анкетами, обозначенными цветами. ( B D ) Мы исследовали взаимосвязи между этими конструкциями, исследуя индивидуальные оценки для каждого фактора (объединенные данные из исследований 1 и 2 нанесены на график).( B и C ) Мы заметили, что комбинированная линейно-квадратичная модель наилучшим образом соответствует взаимосвязи между политической ориентацией и догматизмом, а также между политической ориентацией и превосходством политических убеждений. ( D ) Отношения между догматизмом и превосходством политических убеждений лучше всего характеризовались линейной зависимостью (см. SI Приложение для получения дополнительной информации о факторном анализе).

Сначала мы исследовали взаимосвязь между политической ориентацией людей, догматизмом и политическим превосходством убеждений ( SI, приложение , таблица S2).Мы обнаружили как положительную линейную (исследование 1: β линейное = 0,16, P = 0,001; исследование 2: β линейное = 0,24., P <10 −6 ) и квадратичное ( исследование 1: β квадратичный = 0,35, P <10 −13 ; исследование 2: β квадратичный = 0,37, P <10 −13 ) отношения между политической ориентацией и догматизмом по обоим образцам. Эти результаты показывают, что люди как в крайне левом, так и в крайнем правом политическом спектре демонстрируют усиленный догматизм, но, что интересно, этот рост догматизма более заметен для тех, кто находится в крайнем правом (см.рис.1, Материалы и методы и SI Приложение , Таблица S1 для получения дополнительной информации). И наоборот, отрицательная линейная (исследование 1: β линейное = -0,33, P <10 −10 ; исследование 2: β линейное = -0,32, P <10 −9 ) и положительный квадратичный (исследование 1: β квадратичное = 0,43, P <10 −20 ; исследование 2: β квадратичное = 0.34, P <10 −10 ) взаимосвязь между политической ориентацией и превосходством политических убеждений показывает, что люди как на крайнем левом, так и на крайнем правом фланге демонстрируют повышенную веру в превосходство своей соответствующей политической позиции, но в большей степени — на крайнем левом. . Наконец, мы обнаружили положительную линейную связь между превосходством политических убеждений и догматизмом, что указывает на то, что более догматические субъекты также были более уверены в превосходстве своих конкретных политических убеждений (исследование 1: β = 0.26, P <10 -06 ; исследование 2: β = 0,14, P = 0,006).

Поиск измерительной информации.

Затем мы проверили нашу основную гипотезу о связи между догматизмом и поиском информации на основе неопределенности. Чтобы проверить это, мы предложили участникам задачу поиска информации (рис. 2; подробности см. В «Материалы и методы» ), где они получали денежное вознаграждение за правильную оценку того, какой из двух мерцающих квадратов содержит большее количество точек.В каждом испытании участникам сначала давали начальную пару квадратов, они делали беспричинное суждение о том, какой прямоугольник содержит больше точек, и одновременно сообщали о своей уверенности в этом суждении. После этого первоначального решения участников спросили, хотят ли они увидеть дополнительные доказательства, чтобы повысить точность своего решения. Если участники решали увидеть эту дополнительную информацию, им предлагался другой набор мерцающих точек. Эта дополнительная информация всегда была полезной (правильный вариант продолжал иметь большее количество точек) и представлялся при более высокой силе стимула (большая разница точек).Мы установили переменную стоимость за просмотр этой информации путем вычета баллов, что позволило одновременно оценивать чувствительность участников к стоимости информации. Если участники решали не видеть больше информации, вместо этого они видели два пустых черных ящика в течение идентичного времени, и им не снимались баллы. Наконец, независимо от того, решили испытуемые просмотреть дополнительную информацию или нет, их попросили предоставить окончательное решение и рейтинг уверенности. Чтобы побудить испытуемых стремиться к максимально возможной общей точности, им платили только за их выполнение этого окончательного решения.

Рис. 2.

Пример экспериментального испытания. Сначала участники должны были оценить, есть ли в левом или правом квадрате больше мерцающих точек. Затем они выбрали, хотят ли они снова увидеть более сильную и полезную версию этого стимула, что стоит им 5 или 20 баллов. Увидев либо этот дополнительный стимул, либо пустые поля, они снова решили, в каком квадрате больше точек. Мы компенсировали участникам точность только этого окончательного решения (100 баллов за правильное суждение; 0 баллов за неправильное суждение).Участники оценили свою уверенность (по шестибалльной шкале от «конечно слева» до «уверенно справа») как при первоначальном, так и при окончательном решении. Сложность первоначального решения фиксировалась индивидуально заданной разницей в количестве точек, что приводило к точности ~ 71%. Сила доказательств после принятия решения была привязана к этой заранее определенной разнице точек, чтобы упростить окончательное решение (информация о калибровке стимула представлена ​​в Материалы и методы и SI Приложение ).

Во-первых, мы подтвердили, что участники использовали дополнительную информацию адаптивно (см. Материалы и методы для получения подробной информации и SI Приложение , Рис. S2 для обзора). Участники предпочли чаще видеть дополнительную информацию после первоначальных ошибок (исследование 1: β = −0,76, P <10 −69 ; исследование 2: β = −0,77, P = 10 −52 ) и с большей вероятностью приняли правильное окончательное решение после просмотра дополнительной информации (исследование 1: β = 1.23, P <10 −80 ; исследование 2: β = 1,12, P <10 −74 ). Аналогичным образом, изучение индивидуальных различий в поиске информации показало, что участники, которые чаще искали дополнительную информацию, также лучше принимали окончательные решения (исследование 1: β = 0,68, P <10 −50 ; исследование 2: β = 0,71, P <10 −56 ) и получил более высокий выигрыш (исследование 1: β = 0.43, P <10 −17 , исследование 2: β = 0,49, P <10 −22 ). Важно отметить, что участники также были чувствительны к стоимости и реже искали информацию, когда она была дороже (исследование 1: β = −1,22, P <10 −58 ; исследование 2: β = −1,34, P <10 −66 ). Наконец, участники реже искали дополнительные доказательства, когда были более уверены в своем первоначальном решении (исследование 1: β = −2.02; P <10 −126 ; исследование 2: β = -1,93, P <10 -130 ), демонстрируя, что внутренние сигналы неопределенности использовались для управления поиском информации.

Информационный поиск и догматизм.

Затем мы спросили, отличаются ли более догматичные участники по своей склонности к поиску информации. С этой целью мы стремились объяснить различия в оценках факторов догматизма с помощью поведенческих мер, полученных из задачи поиска информации.В соответствии с нашей гипотезой, более высокий уровень догматизма был связан со сниженной готовностью искать информацию (исследование 1: β = -0,15, P = 0,005, R 2 = 0,02; Рис.3 А ). Никаких значимых взаимосвязей с точностью первоначального решения (исследование 1: β = 0,02, P = 0,72) или общим уровнем достоверности (исследование 1: β = -0,03, P = 0,61) не было обнаружено, и наш анализ контролируется по ключевым демографическим переменным, включая возраст, пол и образование (см. рис.3 A и Материалы и методы для получения подробной информации). Мы воспроизвели эту пониженную тенденцию для догматических субъектов искать информацию во второй, независимой выборке в исследовании 2 ( β = -0,10, односторонний P = 0,039, R 2 = 0,01; рис. ), опять же при отсутствии различий в точности начального решения ( β = -0,09, P = 0,13) и достоверности ( β = -0,03, P = 0,53). Чтобы оценить общую силу взаимосвязи между догматизмом и поиском информации, мы провели внутренний мета-анализ этого эффекта, объединив данные из обеих выборок (31).Это выявило устойчивый отрицательный эффект для обоих образцов ( β = -0,12, P = 0,002, R 2 = 0,012). В целом, наши результаты подчеркивают, что при отсутствии мотивационных факторов более догматичные участники ищут меньше информации, прежде чем принять решение, даже если эта информация может оказаться полезной.

Рис. 3.

Догматизм характеризуется сокращением информационного поиска, что приводит к менее достоверным суждениям. ( A ) Догматизм был предсказан сниженной готовностью искать дополнительную информацию перед принятием решения с учетом нескольких демографических переменных и переменных задач.Мы представляем стандартизированные коэффициенты β ± SE предикторов для исследования 1 (левые маркеры, n = 370) и исследования 2 (правые маркеры, n = 364). Эффекты в исследовании 2 были проверены в одностороннем порядке на основе гипотезы направленности, полученной из исследования 1. * P <0,05, ** P <0,01 и *** P <0,001. Существенное влияние возраста было обнаружено только в исследовании 2, которое мы дополнительно обсуждаем в приложении SI . ( B ) Уменьшение объема информационного поиска опосредовано менее точными общими окончательными суждениями у более догматичных участников (результаты посредничества для исследования 1 представлены на рисунке; ​​см. Основной текст для результатов исследования 2).

Ключевой вопрос, возникающий в связи с этим открытием, заключается в том, пострадали ли окончательная точность и отдача более догматичных людей из-за их заниженного поиска информации или они просто искали информацию более эффективно. Здесь анализ посредничества (рис. 3 B ; подробности см. В материалах и методах ) показал, что более догматичные участники были на самом деле менее точными в своем окончательном решении (общий эффект: исследование 1, β = -0,11, P = 0,001; исследование 2, β = −0.09, односторонний P = 0,01), и что этот эффект был полностью опосредован пониженной готовностью искать информацию (опосредованный эффект: исследование 1: β = -0,08, P = 0,005; исследование 2: β = -0,05, односторонний P = 0,038; скорректированный прямой эффект, исследование 1: β = -0,03, P = 0,097; исследование 2: β = -0,03, P = 0,12 ). Чтобы получить метааналитическую оценку этого посреднического анализа, мы снова объединили данные из обоих исследований, чтобы установить, что наш эффект был стабильным во всех условиях (общий эффект: β = -0.098, P = 0,0001; опосредованный эффект: -0,064, P = 0,002; скорректированный прямой эффект: -0,036, P = 0,016). Более догматичные участники также в целом зарабатывали меньше денег, что указывает на то, что их ограниченный поиск информации не повлек за собой каких-либо стратегических выгод (исследование 1: β = -0,24, P = 0,008, R 2 = 0,02; исследование 2: β = -0,21, односторонний P = 0,009, R 2 = 0,01; объединенный внутренний мета-анализ: β = -0.23, P = 0,0003, R 2 = 0,017).

Пробное моделирование информационного поиска.

Затем мы попытались разработать более подробный отчет о том, каким образом догматические индивидуумы, пытающиеся получить информацию о выборе, основывались на суждениях о доверии и стоимости информации. Эта модель может быть выражена как логистическая регрессия, предсказывающая выбор для поиска информации: P Поиск информации = 11 + exp − β0 + β1 ∗ Доверие + β2 ∗ Стоимость. Три β отражают три независимых поведенческих явления (рис.4 A и B ): Различия в пересечении модели, β0, представляют собой общий сдвиг в готовности искать информацию; β1 показывает, насколько сильно на выбор участников при поиске информации влияет уверенность; а β2 указывает на влияние стоимости информации на желание испытуемых искать дополнительную информацию.

Рис. 4.

Индивидуальные различия в доверительном поиске информации, зафиксированные в модели «испытание за испытанием». ( A ) Решение о поиске дополнительной информации было зафиксировано с использованием модели с тремя параметрами: точкой пересечения β0, параметром достоверности β1 и параметром стоимости β2 (здесь не показаны).( B ) Распределение параметров индивидуального уровня, отображающих в целом негативное влияние более высокой достоверности (β1) и более высокой стоимости (β2) на поиск информации. ( C ) Мы зафиксировали связанные с догматизмом различия в этих параметрах модели с помощью процедуры иерархической подгонки, при которой эмпирический априор каждого параметра изменяется в зависимости от другого набора параметров ρ, которые кодируют влияние оценок догматизма субъектов в иерархической схеме оценки. . ( D ) Апостериорное распределение параметров внедрения ρ, кодирующих обусловленные догматизмом сдвиги в средних параметрах.Мы обнаружили связанное с догматизмом уменьшение параметра сбора базовой информации (ρ0) и увеличение параметра, отражающего настройку поиска информации на доверие участников (ρ1). Никакого влияния догматизма на параметр стоимости (ρ2) не наблюдалось. Пунктирная вертикальная линия представляет нулевой эффект. ( E и F ) Догматики ищут меньше информации, чем умеренные, когда они не уверены. Чтобы визуализировать этот эффект, мы сравнили 10% наиболее догматичных участников с остальной частью выборки.Мы строим ( E ) прогнозы модели и ( F ) фактические данные (медианы с верхним / нижним квантилями), усредненные по обоим уровням стоимости информации.

Нас интересовало, были ли какие-либо из этих параметров связаны с индивидуальными различиями в догматизме, т. Е. Был ли догматизм связан с общей тенденцией к поиску меньшего количества информации (β0), различным влиянием уверенности на поиск информации (β1), или измененная чувствительность к информационным затратам (β2).Таким образом, связь между каждым параметром, β , и догматизмом оценивалась непосредственно в иерархической структуре, так что каждый индивидуальный параметр (индексированный ) был функцией среднего группового (µB) и их оценки догматизма (Dogmatismi). . Например, связь между догматизмом и общей тенденцией к поиску меньшего количества информации может быть формализована следующим образом: β0, i = µB0 + ρ0 ∗ Dogmatismi + εB0 Здесь ρ0 описывает связь между догматизмом и β0, а εB0 представляет индивидуальные вариации в этом параметр, не объясняемый догматизмом.Если вероятный интервал ρ0 не включает ноль, это указывает на значительную связь между догматизмом и β0 (32). Далее мы сообщаем 95% вероятных интервалов.

Мы обнаружили, что у более догматичных субъектов были более низкие значения β0 (рис. 4 D ; 95% CIρ0 = -0,40, -0,07), в соответствии с нашими независимыми от модели результатами, согласно которым участники-догматики демонстрируют более низкое поведение поиска информации. Хотя мы не обнаружили связи между догматизмом и чувствительностью к стоимости (95% CIρ2 = -0,06, 0,07), догматизм был связан с более высокими значениями параметра достоверности β1 95% CIρ1 = 0.02, 0,27. Поскольку значения β1 в целом были отрицательными (распределение значений отдельных параметров см. На рис.4 B ), этот положительный сдвиг свидетельствует о том, что решения людей с более высоким уровнем догматизма в отношении поиска информации были менее связаны с колебаниями субъективной уверенности, чем решения люди с более низким уровнем догматизма. Другими словами, участники с более высоким уровнем догматизма с меньшей вероятностью использовали чувство уверенности или неуверенности в поиске дополнительной информации.Вместе этот двойной сдвиг параметров β0 и β1 приводит к заметным различиям в поиске информации при низкой достоверности (высокая неопределенность). В этих испытаниях люди с более низким уровнем догматизма были более склонны (адаптивно) искать новую информацию по сравнению с людьми с высоким уровнем догматизма. Напротив, участники как с более высоким, так и с более низким уровнем догматизма демонстрировали схожие профили поведения, связанного с поиском информации, когда они были более уверены в своем решении (рис.4 E и F ).

Информационный поиск и другие факторные оценки.

Учитывая давние дебаты о различных когнитивных профилях либералов и консерваторов (33–36), мы также исследовали взаимосвязь между информационным поиском и политической ориентацией. Здесь мы обнаружили, что положение в политическом спектре (правое или левое) не было предсказано готовностью искать информацию (исследование 1: β = -0,07, P = 0,19; исследование 2: β = — 0.07, P = 0,23; SI Приложение , рис. S3). Кроме того, не было устойчивой связи между крайностью политических убеждений, индексируемой по абсолютной величине политической ориентации, и поведением, связанным с поиском информации (исследование 1: β = 0,07, P = 0,21; исследование 2: β = -0,13, P = 0,02; SI Приложение , рис. S3). Аналогичным образом, политическое превосходство политических убеждений не было связано с изменениями в поиске информации (исследование 1: β = 0.03, P = 0,62; исследование 2: β = -0,07, P = 0,24; SI Приложение , рис. S3).

Обсуждение

Мы показываем, что догматичные люди с меньшей вероятностью будут искать дополнительную информацию перед принятием решения. Упуская эту возможность, они, в свою очередь, склонны формировать менее точные общие суждения. Моделирование «испытание за испытанием» показало, что два фактора заставляли догматичных людей искать измененную информацию: 1) изменение общей готовности искать информацию и 2) снижение влияния уверенности на поведение, связанное с поиском информации.Вместе эти эффекты породили четкую закономерность: в то время как догматизм мало влиял на поиск информации после решений с высокой степенью уверенности, более догматичные субъекты с меньшей вероятностью (по сравнению с умеренными) искали дополнительную информацию, когда они не были уверены в своем решении.

Ключевым аспектом наших результатов является то, что мы находим этот невыгодный паттерн поиска информации в задаче принятия решений на низком уровне восприятия. Это контрастирует с предыдущими исследованиями поиска информации в политической сфере, которые основывались на анкетах или экспериментальных задачах с явным политическим содержанием (27, 37).Используя нейтральную валентность и личную нерелевантность простых точечных стимулов, мы могли бы изолировать поведение, связанное с поиском информации, вызванное неопределенностью, от возможных мешающих эффектов мотивированных рассуждений. Наблюдение такого эффекта в этой нейтральной обстановке согласуется с предположением, что общие когнитивные факторы предметной области вносят вклад в отношения в реальном мире (38-40). Тем не менее, в большинстве реальных сценариев принятия решений вполне вероятно, что как мотивационные, так и когнитивные (обусловленные неопределенностью) эффекты вносят вклад в предвзятость в поиске информации (6), и интересно учитывать, что последнее может даже усилиться в наличие аффективных влияний.

Наша модель «испытание за испытанием» показывает, что, хотя участники обычно используют внутренние сигналы неопределенности (оцениваемые с помощью рейтингов достоверности) для поиска информации, догматичные люди делали это в меньшей степени. Это указывает на общее изменение способа, которым уверенность направляет действия, процесс, обычно описываемый как метакогнитивный контроль (41). Предполагается, что метакогнитивный контроль регулирует не только поиск информации, но и другие явления, в которых усилия должны быть сопоставлены с точностью, такие как когнитивная разгрузка (42) или компромисс между скоростью и точностью (43).С теоретической точки зрения метакогнитивный контроль дополняет метакогнитивный мониторинг (41), который описывает процесс, который порождает и обновляет представления об уверенности. Однако, хотя метакогнитивному мониторингу уделялось значительное внимание с точки зрения нейронных (44, 45) и индивидуальных различий (24, 46), процессы метакогнитивного контроля остаются недостаточно изученными. Таким образом, такие исследования могут помочь понять движущие силы поиска измененной информации.Необходима также дальнейшая работа, чтобы разобраться в том, как различные модели формирования уверенности [например, архитектуры пострешения или второго порядка (47, 48)] влияют как на процессы мониторинга, так и на процессы управления и, в свою очередь, определяют взаимодействие доверия и поиска информации.

Догматики с меньшей вероятностью искали информацию в ситуациях неопределенности по сравнению со своими сверстниками. На уровне одного испытания это соответствует тому, что окончательное суждение основывается на меньшем количестве доказательств, что в целом приводит к менее точным суждениям.Поскольку сомнительные решения также с меньшей вероятностью будут правильными, это означало, что догматичные люди с меньшей вероятностью будут искать противоречивые доказательства, когда они ошибались — форма предвзятости подтверждения. На более длительном временном горизонте и в отсутствие внешней обратной связи (49) такая самоусиливающаяся петля обратной связи может, в свою очередь, привести к тому, что догматики думают, что их первоначальные суждения уже достаточно оптимальны и что вкладывать средства в получение дополнительной информации нет необходимости. Полезным продолжением нашей работы будет исследование того, как догматичные люди управляют поиском информации в ситуациях, охватывающих более одного испытания и требующих итеративного обучения.В таких сценариях адекватное управление компромиссом между разведкой и разработкой является центральным для эффективного обучения (5, 8), так что небольшие различия в тенденции к поиску информации, основанному на неопределенности, или против него, могут суммироваться и приводить к искаженным представлениям о реальности.

В то время как психофизический подход предоставляет нам точный контроль, необходимый для характеристики поиска информации догматическими индивидами, наша задача обязательно надумана относительно реальных проблем принятия решений.Остается неизвестным, являются ли наблюдаемые здесь типы поискового поведения репрезентативными для реального поискового поведения, например, в Интернете (1). Однако мы можем с осторожным оптимизмом относиться к обобщаемости текущих результатов, учитывая общий характер нашей задачи и недавние наблюдения того, что реальное поведение соответствует когнитивным моделям исследования, основанного на неопределенности (50). Одно из различий между нашей парадигмой и реальными решениями — это гарантированная полезность будущей информации.Расчет меняется, когда первый источник заслуживает доверия, но будущая информация может быть ненадежной. В этом случае можно было бы лучше полагаться на первоначальное суждение и воздерживаться от поиска новой информации, даже если она неуверена.

Подводя итог, мы выделяем общее сопротивление поиску дополнительной информации у более догматичных людей, разница, которая наиболее заметна, когда первоначальные решения сомнительны. Это сбивает с толку в нынешнем культурном ландшафте. В то время как Интернет открыл доступ к огромному количеству хорошо проверенной информации, фейковые новости по-прежнему распространены (1, 3).В таких случаях простого наличия корректирующей информации может быть недостаточно, чтобы предотвратить формирование у догматичных людей неподдерживаемых убеждений, потому что даже чувство неуверенности не вызовет корректирующее поведение, направленное на поиск информации. На системном уровне такие результаты предполагают, что правдивость первого контакта с новостью имеет решающее значение (51, 52). На индивидуальном уровне внедрение успешного поиска, основанного на неопределенности, может быть включено путем расширения обучения метакогнитивному мониторингу (53), чтобы также нацелить метакогнитивный контроль.Наконец, наше исследование показывает, что психофизические парадигмы в сочетании с экспериментальным моделированием поведения предоставляют важные инструменты для выявления механизмов, лежащих в основе догматизма, поляризации и их последствий (40).

Материалы и методы

Онлайн-набор и выборка.

Оба исследования проводились онлайн, в них принимали участие взрослые люди из США через онлайн-рынок труда Amazon Mechanical Turk (54⇓ – 56). Они были одобрены Комитетом по этике исследований Университетского колледжа Лондона (№ 1260-003), и испытуемые дали информированное согласие.

В исследовании 1 были проанализированы данные 370 субъектов (критерии исключения см. В приложении SI ). Мы основывали этот размер выборки на предыдущих исследованиях, проведенных для выявления межличностных различий в познании в политическом спектре (24, 38) и в расстройствах (46). Субъектам был выплачен базовый платеж в размере 1 доллара США, и они получили премию в размере до 6 долларов США в зависимости от их адекватного заполнения анкет и выполнения ими задачи по поиску информации (подробное описание см. В Экспериментальный план , Задача поиска информации . вознаграждения).50% участников составляли женщины (49,7% мужчины, 0,3% «другие / предпочел бы не говорить»), а средний возраст составлял 36,62 года (SD, 11,61; диапазон от 19 до 81 года; SI Приложение , рис. S1 A ). В исследовании 2 (повторение) мы проанализировали данные 364 участников с той же схемой оплаты, что и в исследовании 1. Априорный анализ мощности, основанный на величине эффекта поиска информации из исследования 1, определил размер нашей выборки в исследовании 2, что дало нам мощность выше 80% для обнаружения связи между догматизмом и средним поиском информации.Выборка состояла из 52% женщин (47% мужчин, 1% других лиц / «предпочел бы не говорить»; средний возраст 36,55 года; стандартное отклонение 11,09; диапазон от 18 до 74 лет; SI Приложение , рис. S1 A ). Участники обоих исследований происходили из широкого диапазона образовательных уровней, которые были сопоставимы с общим взрослым населением США ( SI Приложение , рис. S1 B ).

Факторный анализ.

Существуют серьезные споры о точной структуре политической идеологии и ее отношениях с родственными конструкциями, такими как догматизм (22, 25, 57).Как использовалось ранее (24), здесь мы провели несколько анкет, измеряющих политическую ориентацию, идентификацию с двумя основными партиями США, шкалу социально-экономического консерватизма (58), а также анкету для оценки конкретных политических позиций и убежденности субъектов в превосходстве. этих позиций (22). Дополнительно оценивался правый и левый (59, 60) авторитаризм. Наконец, участники также заполнили анкету о догматизме (21). Мы провели факторный анализ (подробное обсуждение результатов см. В приложении SI ) с использованием функции fa () в пакете «Psych» R по всем 78 пунктам вопросника с использованием оценки максимального правдоподобия с наклонным вращением (oblimin).Это отражает методологию, ранее использовавшуюся для изучения политических убеждений (24) и психического здоровья (46). Мы определили количество факторов с помощью теста Кеттелла – Нельсона – Горсача (61), где резкое падение собственных значений указывает на точку, в которой сохранение дополнительных факторов не дает большого преимущества. Чтобы максимизировать точность оценок факторной нагрузки и факторных оценок, мы объединили настоящую выборку с выборкой из Rollwage et al. (24) где испытуемые заполнили одну и ту же батарею анкет.Это привело к общей выборке 2135 участников для факторного анализа. Мы наблюдали качественно похожую картину факторных нагрузок как для объединенной выборки из 2135 участников, так и для двух отдельных выборок.

Экспериментальный дизайн.

Стимулы.

Мы использовали библиотеку JavaScript JsPsych (версия 5.0.3) (62) для программирования задачи и провели эксперимент на исследовательской онлайн-платформе Gorilla (63), к которой испытуемые могли получить доступ через свой браузер. Два черных квадрата, каждый по 250 пикселей в высоту и ширину, были представлены как стимулы различения, причем один квадрат располагался слева, а другой — справа от центра (см.рис.3 для обзора задач). Каждый квадрат состоял из 625 ячеек, случайно заполненных белыми точками, так что один квадрат базовой линии всегда содержал 313 точек, а другой целевой квадрат содержал большее число, определенное на этапе калибровки ( SI Приложение ). Во время каждого испытания на распознавание точек испытуемым предлагалось пять таких конфигураций по 150 мс каждая, чтобы создать впечатление мерцающих точек. В каждом испытании расположение отдельных точек каждой конфигурации в пределах одного квадрата было случайным.Однако разница в количестве точек между целевым и исходным квадратами оставалась неизменной в каждом испытании. Между испытаниями местоположение цели было псевдослучайным.

Задача и порядок действий.

Оба исследования следовали одному и тому же протоколу, и участники потратили около 45 минут на эксперимент, который был разделен на три части. Участники сначала получили информацию и сообщили свои демографические данные. После этого они сначала выполнили этап калибровки из 120 проб для индивидуального определения сложности задачи ( SI, приложение ), идентично предыдущим процедурам (24).Там участникам просто нужно было указать, какая из двух мерцающих точек содержит больше точек, нажатием клавиши «2» или «6» (с указанием влево и вправо) и получить обратную связь об их правильности через цветную рамку вокруг выбранного ими варианта. Затем последовало задание на поиск информации (рис. 2), в котором испытуемые не получали отзывов о правильности. Информационная задача состояла из четырех блоков по 25 испытаний в каждом. Затем участники заполняли вышеупомянутые анкеты.

Информационно-поисковое задание.

В ходе 100 испытаний задачи поиска информации участникам была представлена ​​сила стимула, определенная на этапе калибровки (исследование 1: среднее значение 73,80%; стандартное отклонение 6,57%; исследование 2: среднее значение 73,67%; стандартное отклонение 6,50. %). Как и на этапе калибровки, участники должны были решить, будет ли больше точек в левом или в правом поле (первоначальное решение). Одновременно они выразили свою уверенность в этом решении, нажав одну из трех кнопок с каждой стороны, чтобы указать низкий, средний или высокий уровень достоверности (клавиши от «1» до «3» или от «5» до «7» в числовом ряду).Важно отметить, что задача поиска информации позволила участникам выбрать, хотят ли они увидеть второе, дополнительное отображение стимула, чтобы повысить точность их первоначального суждения. Испытуемые были специально проинструктированы о полезности этой информации. Если они решали снова увидеть стимул, испытуемые видели более сильную версию стимула (то есть, с более высокой разницей точек; SI Приложение ). Если они решали отказаться от второго стимула, им вместо этого предлагались два пустых черных ящика, чтобы они не могли искусственно ускорить выполнение задания.Таким образом, единственными затратами, связанными с дополнительной информацией, было списание баллов (5 баллов или 20 баллов, в зависимости от блока). Независимо от того, решили ли испытуемые просмотреть дополнительную информацию или нет, они затем вынесли другое суждение (окончательное решение), указав как сторону, которая, по их мнению, содержала больше точек, так и свою уверенность в этом окончательном решении (используя те же ключи ответа, что и для первоначального решения. ). Важно отметить, что мы только стимулировали точность этого окончательного решения: испытуемые получили 100 баллов за правильное и 0 баллов за неправильное окончательное решение.

Бонусные выплаты участников были связаны с их результатами в задаче: они получали бонус в размере 2 долларов за выполнение задания и дополнительные 4 цента за каждые 100 баллов, заработанных за выполнение задания (средний бонус на основе баллов, исследование 1: среднее 3,11 доллара; стандартное отклонение 0,34 доллара; исследование 2: среднее значение 3,11 доллара; стандартное отклонение 0,35 доллара).

Статистический анализ.

Анализ задач.

Мы провели несколько анализов, чтобы убедиться, что участники поняли задачу и смогли ее адекватно выполнить (см. SI Приложение , рис.S1 для обзора). Эффекты внутри участников (обзор см. В приложении SI , таблица S1) были исследованы с использованием иерархических моделей смешанных эффектов «испытание за испытанием», вычисленных и проанализированных в пакете «afex» (64). В частности, мы построили логистические модели с бинарными результатами в качестве соответствующих зависимых переменных и соответствующими предикторами в качестве фиксированных эффектов (подробности см. В приложении SI , таблица S1). Мы включили случайные пересечения и наклоны для каждого участника и использовали тесты отношения правдоподобия для получения значений P (65).Чтобы количественно оценить взаимосвязь между средним уровнем поиска информации субъектами и точностью их окончательного решения, мы создали общую линейную модель, используя функцию lm () в R. Все анализы проводились отдельно для двух исследований.

Статистический анализ.

Мы провели следующий регрессионный анализ с использованием функции lm () в R. Все анализы были выполнены отдельно для двух исследований, а эффекты были проверены как двусторонние, если не указано иное.

  • 1) Чтобы исследовать взаимосвязь между самими факторами, мы построили модели полиномиальной регрессии.В частности, мы построили эти модели для каждой возможной комбинации факторов и сравнили 1) линейную подгонку, 2) квадратичную подгонку и 3) комбинированную линейную и квадратичную подгонку на основе их байесовского информационного критерия (см. SI Приложение , Таблица S2 для обзор).

  • 2) Чтобы исследовать взаимосвязь между поиском информации и факторами, наблюдаемыми в нашей анкете, мы создали одну обобщенную линейную модель для каждого фактора, объясняя соответствующую дисперсию в этой оценке фактора посредством среднего количества запросов участников.Следуя предыдущей работе (24), мы контролировали следующие ковариаты: возраст, пол, образование, средняя успеваемость испытуемых и уровень уверенности при первоначальном решении, объективная сила стимула (обозначенная логарифмом разницы в точках) и результативность на основе более сильная версия стимула (записанная на этапе калибровки; см. SI Приложение ). Мы стандартизировали непрерывный результат и переменные-предикторы, чтобы получить стандартизованные коэффициенты β .Для значимых переменных, представляющих интерес, мы вычислили значения R 2 путем сравнения дисперсии, объясненной полной моделью, включая поиск информации, с моделью, исключающей этот предиктор.

  • 3) Наконец, чтобы проверить, был ли догматизм связан с уменьшением количества очков, полученных за нашу задачу, мы создали ту же модель, которая использовалась для анализа поиска информации, но заменили предсказатель поиска информации на очки, заработанные за задача.

Чтобы выяснить, был ли догматизм связан со снижением точности окончательного решения и возникло ли это из-за пониженной склонности к поиску информации, мы провели анализ посредничества.Этот анализ проводился с использованием пакета «mediate» в R (66), который использует квазибайесовский метод Монте-Карло, основанный на нормальном приближении, для оценки значимости эффекта посредничества (67). Мы снова ввели ковариаты, использованные для исходного анализа поиска информации, в качестве контрольных переменных во все пути анализа посредничества. Чтобы провести внутренний мета-анализ поведенческих результатов, полученных в двух исследованиях, мы объединили две выборки в соответствии с рекомендациями Braver et al. (31) и применили тот же анализ, что подробно описан выше.

Пробное моделирование.

Чтобы исследовать основные механизмы, лежащие в основе поиска информации догматичными людьми, мы создали модель «испытание за испытанием», в которой изучались факторы, влияющие на решение человека искать дополнительную информацию. В частности, мы смоделировали выбор поиска информации в зависимости от уровня достоверности и текущей стоимости информации (см. Основной текст и приложение SI ).

Поскольку классические методы, основанные на максимальном правдоподобии, часто могут давать зашумленные оценки с таким небольшим количеством точек данных, мы использовали процедуру иерархической подгонки (68).В такой иерархической модели индивидуальные параметры βi берутся из предварительного распределения на уровне группы. Например, для первых параметров β0, i мы можем записать следующее: β0, i∼NµB0, σB0

Здесь µB0 представляет среднее значение генеральной совокупности, которое затем дает информацию для оценки β0, i, индивидуальных параметров β0 для участник i , из распределения населения, N (µB0, σB0). Обычно параметры, полученные с помощью такого подхода, затем можно соотнести с внешней мерой различий между людьми.Однако эта процедура является неоптимальной, поскольку она не предполагает изменчивости среднего значения совокупности в исходной модели, что, возможно, искажает или минимизирует потенциальные отношения между параметром и внешними факторами (32). Чтобы сохранить преимущества иерархической подгонки, избегая при этом ошибок, связанных с индивидуальными различиями, здесь мы используем процедуру, недавно предписанную Moutoussis et al. (32). Там (рис. 4 C ) взаимосвязь между параметрами и индивидуальными различиями встроена в оценку самих параметров посредством априорной, так что: β0, i ∼ NµB0 + ρ0 ∗ Dogmatismi, σB0

Чтобы уловить межличностные различия в параметре мы позволяем среднему значению распределения населения изменяться в зависимости от догматизма через встроенный параметр ρ0.Чтобы обеспечить точную иерархическую оценку, мы объединили выборки из обоих исследований и включили только субъектов, которые искали информацию как минимум по 5% и максимум по 95% испытаний. Таким образом, мы достигли общей выборки из 568 человек. Мы построили модель, используя язык программирования Stan (69), который использует форму выборки Монте-Карло цепи Маркова, выборки Гамильтона Монте-Карло, для оценки апостериорных значений по параметрам.

Дополнительные сведения о подборе модели и обсуждение влияния различных параметров на выигрыш участника представлены в приложении SI .

Благодарности

Мы благодарим Э. Шульца за комментарии к более ранней версии рукописи и П. Даяна за полезные обсуждения исследования. Центр нейровизуализации человека Wellcome поддерживается за счет основного финансирования Wellcome Trust (203147 / Z / 16 / Z). Л.С. был поддержан стипендией Немецкого фонда академических стипендий. S.M.F. поддерживается стипендией сэра Генри Дейла, совместно финансируемой Wellcome Trust и Королевским обществом (206648 / Z / 17 / Z).

Сноски

  • Автор: Л.С., М.Р., Р.Д.Д. и С.М.Ф. концептуализировал исследование; Л.С. и M.R. разработали методологию под руководством S.M.F .; Л.С. провели эксперимент и проанализировали данные под наблюдением М.Р. и С.М.Ф .; Л.С. написал статью; и M.R., R.J.D. и S.M.F. отредактировал рукопись.

  • Авторы заявляют об отсутствии конкурирующей заинтересованности.

  • Эта статья представляет собой прямое представление PNAS.

  • Эта статья содержит вспомогательную информацию на сайте https: // www.pnas.org/lookup/suppl/doi:10.1073/pnas.2009641117/-/DCSupplemental.

  • Copyright © 2020 Автор (ы). Опубликовано PNAS.

Религиозный догматизм: чума. Краткое размышление о том, насколько религиозны… | by Arisha S

Краткое размышление о том, как религиозный фундаментализм разрушает мой родной город по сей день, и почему я устал говорить об этом

Когда Иммануил Кант описал просветление как «освобождение человека от его собственной опеки», на самом деле он побуждал каждого из нас бороться с преобладающими в обществе догматическими силами и использовать собственный разум, чтобы выйти из добровольного рабства.В дополнение к этому духу независимой мысли, который характеризовал Европу XVII и XVIII веков, одним из результатов Просвещения стал подъем западной светской мысли, в результате чего многие государства оставили место для религиозного и культурного разнообразия, проповедуя идеи, связанные со свободой выражение. Фактически, некоторые люди полностью отказались от религиозного дискурса, основывая свои системы верований на вновь обретенных принципах рационального мышления — что является отличительной чертой большинства западных обществ сегодня.К сожалению, подобная свобода от религиозного догматизма, однако, не распространена в современном Пакистане, который и будет главной темой этого эссе; во всяком случае, религиозный догматизм является определяющей чертой нынешнего пакистанского общества.

Изображение: https://testeverythingblog.com/the-compatibility-of-religion-and-science-341730ef7222

Малала Юсафзай была убита выстрелом в лицо за то, что озвучивала право женщин на образование. Асия Биби провела восемь лет в камере смертников просто по обвинению в богохульстве.Известный режиссер и сценарист Сармад Хосат начал получать угрозы убийством из-за его фильма о борющемся священнослужителе. Буквально в прошлом месяце невиновный мужчина Ахмеди был безжалостно застрелен в суде, и, чтобы сделать ситуацию еще более отвратительной, преступник был приветствовать. Если эти отдельные истории не указывают на общество, страдающее от религиозного фундаментализма и постоянно растущей нетерпимости, я не знаю, что еще. Версия ислама, пропагандируемая правыми в Пакистане, носит жестокий и репрессивный характер.Здесь нет места для дискуссий, и любое незначительное расхождение во мнениях может привести и привело к гибели людей. Транспортные средства и магазины были жестоко повреждены, меньшинства стали жертвами (убиты или насильственно обращены в другую веру), а свобода мысли криминализована религиозным правом. В своей книге «Джихадистские организации в Пакистане от А до Я» Мухаммад Амир Рана объясняет, что одна из главных вещей, на которых извлекают выгоду религиозные права, — это невежество масс. Их неосведомленность делает их восприимчивыми к фанатизму, извергаемому этими учеными, поскольку они принимают слово последних как высеченное в камне.Поскольку большинство этих людей необразованны, они не могут читать и изучать текст Корана , который в противном случае позволил бы им самостоятельно размышлять над ним, а затем решать, какой версии ислама они придерживаются или не хотят следовать. Итак, хотя Кант подчеркивает необходимость осознания и использования своей личной автономии, он утверждает, что это обусловлено наличием двух вещей: во-первых, свободы мыслить самостоятельно, а во-вторых, наличия достаточно смелости, чтобы действовать. так.Оба эти элемента были фактически искоренены правыми , благодаря радикальному дискурсу, который клеймит любую форму критического мышления, вопрошания и независимых рассуждений индивида как «греховные» и даже караемые смертью. Следовательно, терроризирующий характер таких идей вселил страх в население в целом, в результате чего люди даже не осмеливались высказывать свои собственные суждения. Проще говоря, если большинство людей потеряли уверенность в том, чтобы просто думать за себя в частном порядке, как они будут использовать разум, не опасаясь за свою жизнь?

С демонстрации в Кабуле 25 октября 2009 г.AFP / Шах Мараи.

Прогрессивный подход лежал в основе Просвещения; готовность видеть за пределами устоявшихся повествований определяла суть движения. Таким образом, я бы сказал, что главный недостаток религиозного права — это нездоровая идеализация и одержимость исламом, который практиковался в прошлом — то, что многие назвали бы золотым веком. Не в силах оценить особый и уникальный контекст современного общества, многие ученые подчеркивают, что прошлое должно быть воспроизведено во всей его полноте, нападая на тех, кто стремится к гибкости и умеренности.В результате многие современные пакистанские мыслители, такие как Джавед Гамиди, подвергались как словесным, так и физическим угрозам своей жизни. Гамиди получил признание благодаря своей легко адаптируемой и логически обоснованной интерпретации исламского закона, которая резко контрастировала с радикальными и нетерпимыми взглядами экстремистских групп. Более того, он решительно осудил радикальные воинствующие идеологии, в частности те, которые пропагандировали искаженную версию Джихад (борьба).Результат не был непредвиденным: его взгляды сделали его целью террористических атак, в том числе неудачной попытки взорвать его резиденцию в Лахоре, которая вынудила его бежать в Малайзию в 2008 году.

Это также напоминает мне о позорном периоде в истории страны. График времени, когда Зульфикар Али Бхутто рухнул под давлением религиозных правых, лишив ахмадийскую общину ее мусульманской идентичности в 1974 году. Последовали насилие и разрушения, за которыми последовало самоизгнание видных деятелей Ахмеди, вовлеченных в сферы бизнеса, образования и наука (в конечном итоге способствующая краху экономики) — например, Dr.Абдус Салам, первый лауреат Нобелевской премии Пакистана. В так называемом социалистическом государстве Бхутто — государстве, которое обещало уважать и поддерживать все меньшинства в какой-то момент — целому сообществу людей было запрещено публично проповедовать или исповедовать свою религию; Ахмедис не мог даже произнести исламское приветствие публично. По сути, Бхутто совершил акт нелояльности против его собственных демократических и светских взглядов — то, что запятнало любые претензии на честность с его стороны.Не будучи верным истинной сущности социализма, он проложил путь к более масштабному, катастрофически фанатичному политическому фону в виде выполнения Зия уль Хаком злополучного «Постановления XX», которое и по сей день вносит свой вклад в предрассудки. притеснения и даже убийства невинных ахмедов по всей стране.

Зульфикар Али Бхутто выступает на митинге. Источники: https://www.geo.tv/latest/189401-how-history-remembers-bhutto

История доктора Абдуса Салама определенно вызывает у меня боль в сердце.Этот гений был вынужден отправиться в изгнание просто потому, что конституция его родины заклеймила ахмадий как немусульман, а также подвергала их тюремному заключению, если они публично исповедовали свою религию. Тот факт, что закон решил игнорировать все его достижения и заклеймить его как преступника только из-за его религиозной принадлежности, является верным свидетельством того факта, что, по крайней мере на структурном уровне, пакистанцы далеки от просвещения. Документальный фильм Netflix «Салам: первый ****** Нобелевский лауреат» глубоко вникает в историю его жизни и отдает должное его наследию — то, чего эта страна и ее народ никогда не заслуживали.Более того, нет ничего более ироничного, чем тот факт, что в настоящее время единственному движению, которое укрепляет основное представление об исламе как «мирной» религии — Ахмадийское движение — по закону запрещено проводить любую форму общественной деятельности, исповедующей свои религиозные убеждения.

Доктор Абдус Салам делает то, что у него получается лучше всего. Источники: https://blogs.sciencemag.org/books/2018/10/10/salam/

В заключение следует отметить, что Пакистан в значительной степени остается страной, которая на структурном уровне глубоко захвачена властными и часто деспотическими властями. силы, которые используют религию для узаконивания своих репрессивных действий.Возможно, проблема не в религии; его избирательные и неверно истолкованные интерпретации теми, кто стремится продвигать личные планы, — это глубоко укоренившаяся проблема, которую необходимо незамедлительно решить.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.