Разное

Полиаморные отношения – Полиамория — Википедия

Содержание

Как найти подходящий формат отношений — Wonderzine

К привычной нам схеме романтических отношений задается всё больше вопросов: даже массовые российские телешоу вроде «Измен» или «Двойной сплошной» декларируют, что их фактура и специфика разнообразна, вариативна и не обязательно ограничена парой. Более того, многие приходят к пониманию, что степень важности и необходимости самих отношений предложена нам культурой и обществом и необходима далеко не всем.

Текст: Елена Низеенко

В разговорах о романтических или партнерских отношениях принято употреблять теги «естественно», «заложено природой» и «нормально». Но стоит вспомнить, что в их самом распространенном и общепринятом понимании это созданный людьми конструкт. Личные, интимные, романтические, какие угодно связи из тех, в которые вкладывается сакральный смысл слова «отношения», могут значительно отличаться в зависимости от страны, ментальности или религиозности. По мере ослабления традиционного дискурса эти рамки раздвигаются, границы размываются, а палитра возможных вариантов отношений становится значительно разнообразнее.

В то же время у моногамных гетеросексуальных отношений пока сохраняется значительный отрыв от других форм любовных союзов. Их «нормативность», как правило, сопровождает и мнение, что сформировавшаяся когда-то форма отношений нуклеарной семьи (о которой подробно писал еще Энгельс) — единственно возможный и правильный вариант отношений между людьми, решившими связать свои жизни. Да, он действительно может казаться «правильным» — но в первую очередь с точки зрения власти, контроля над деторождаемостью и воспроизводства населения.

Реальность же такова, что вариантов в той сфере, что принято именовать «отношениями», гораздо больше, и каждый из них — всего лишь форма. Подойти может любая из них, главное — постараться более чутко отнестись к пространству вариантов и выбрать из них подходящий для себя, но не в ущерб чувствам и комфорту партнера. Любые отношения романтического спектра — это работа над контактом, связью, поддержкой друг друга. А вот число участников в этих отношениях и степень их вовлеченности должны определяться уровнем комфорта всех задействованных лиц, будь их двое или больше — и только вам решать, сколько и зачем вас будет.

Синглы

ОДИНОЧКИ, НЕ ЗАИНТЕРЕСОВАННЫЕ В ТОМ, ЧТОБЫ ЗАВОДИТЬ СЕМЬЮ, ОТНОШЕНИЯ, РОМАНТИЧЕСКИЕ СВЯЗИ.

Если когда-то о сексе не было принято говорить вслух, то сейчас ситуация, скорее, обратная — отсутствие секса маркируется как «ущербность», а в сознательный отказ от него мало кто верит. Примерно то же происходит и с романтическими чувствами, только необходимость в них еще больше закреплена в нас культурой: считается, что потребность в романтических отношениях вшита в каждого человека по умолчанию. На деле же случается, что гонка отношений кому-то может быть просто не интересна. В какой-то степени это форма светского целибата — не интересен секс, не интересна та особая форма близости, которую принято называть отношениями. При этом жизнь без них вовсе не тяжкая ноша, которую кто-либо по каким-либо причинам вынужден влачить, а личный выбор. 

Моральные нормы, которые сформировались вокруг сексуальных и любовных практик, вроде бы не подвергают остракизму полное игнорирование отношений. Но всё же статус одиночки в постсоветской культуре принято если не маргинализировать, то, по крайней мере, принижать его значение относительно трепетно сохраняемого мифа о «встрече со своей половинкой» (само это выражение как бы подразумевает, что без партнера человек наполовину пуст).

О современных синглах много сказал Клиненберг, кроме того, есть замечательная книга белорусской исследовательницы Анны Шадриной «Не замужем. Секс, любовь и семья за пределами брака», в которой она анализирует позиции и статусы «новых одиночек», проясняя момент того, что «брак перестал быть „автоматическим“ и обязательным событием, необходимым для появления детей», что значительно меняет устройство и статус отношений, в том числе и официальных. Общим для сторонников такого подхода к жизни является желание строить свою жизнь за пределами парадигмы отношений. Это проще сделать вместе с пониманием того, что амороцентризм сравнительно недавнее изобретение человечества, а семья и брак — это в первую очередь социальный институт.

Плюсы и минусы:

Преимуществом концепции отсутствия романтичных отношений в жизни является возможность сфокусироваться на иных важных и полезных для человека вещах и сферах. Открывается больше простора — для свободы передвижения, действий, решений. В то же время статус «одиночки» предлагает вместе с независимостью от отношений отсутствие всех бонусов романтических связей — эмоциональных, социальных, физических. Именно поэтому полный отказ от отношений становится идеологией лишь тех, кто получает энергию из других источников и совершенно не видит нужды в этом пласте жизни.

Моногамия

РОМАНТИЧЕСКИЙ СОЮЗ ДВУХ ЛЮДЕЙ, главной ХАРАКТЕРИСТИКОЙ КОТОРОГО СТАНОВИТСЯ ВЕРНОСТЬ ПАРТНЕРУ, она же — ОСНОВНОЕ УСЛОВИЕ ОТНОШЕНИЙ.

Моногамия в силу традиции считается универсальным лекалом идеальных отношений, но стоит понимать, что гетеросексуальные моногамные отношения заняли нишу единственно возможного варианта нормы в результате определенных процессов. Как так вышло, можно прочесть, например, у Мишеля Фуко в его анализе практик любви и сексуальности через призму концепта власти. Как бы ни хотелось винить во всем любовь и другие высокие концепты, но важную роль в формировании любовной нормы сыграло стремление государства регулировать отношения между людьми и подчинить удовольствия логике воспроизводства. Контексты нашей действительности таковы, что моногамным отношениям на уровне здравого смысла до какого-то времени приписывалась сакральность, уникальность и безальтернативность. На самом деле на шкале отношений моногамия — это всего лишь засечка.

Моногамный взгляд на отношения считает таковыми союз двух людей, пару, для которой проговариваются и по умолчанию предполагаются целые своды норм и правил. С одной стороны, находиться в моногамных отношениях проще — они привычны и верифицированы государством. С другой — наличие в отношениях двух людей не делает союз по определению устойчивым: проблем в межличностных отношениях пары может найтись сверхдостаточно. На их решение направлены отдельные психологические ветки исследований, всевозможные вариации семейной терапии, значительный пласт религиозных практик и, собственно, государственная поддержка. Но важно понимать, что даже в этих рамках существует масса дополнительных переменных, влияющих на статус пары: с детьми и без детей, гомо- и гетеро-, в сожительстве и браке. Положение таких союзов в общественной и государственной матрице может значительно отличаться и получать разную степень социального одобрения или порицания.

Плюсы и минусы:

Несомненный плюс моногамных отношений — они понятны, одобряемы обществом и весьма ресурсны. Большая часть современных дискурсов о любви — о моногамности. Верность, репродуктивный долг, концентрация на единственном партнере часто задают рамки таких отношений. В них есть место и тяжеловесному концепту «измены». Она, как правило, проходит втайне (в этом и есть ее суть), не прощается или же прощается с оговорками. Но рамки моногамных отношений могут оказаться и слишком узки: в них сложнее поддерживать спонтанность, динамику, если не прикладывать должных усилий.

Полигамия

Форма отношений, преимущественно брачных, при которой мужчина или женщина состоит в отношениях с несколькими партнерами.

Полигамию не стоит путать с промискуитетом, хотя такая ошибка встречается: в отличие от множественных и нерегламентированных сексуальных связей, полигамия существует в почти неразрывной связке с институциональными брачными нормами. Как правило, в рамках определенного культурного среза признаётся либо вариант мужской, либо вариант женской полигамии. Она представляет собой достаточно консервативную практику, в которой отношения построены на принципе один или одна плюс несколько легитимных партнеров, имеют свои границы и четко предзаданные нормы, а также регулируются совокупностью представлений о распределении ролей — как мужских, так и женских.

Позиционирование полигамии как альтернативы моногамному браку приводит к тому, что характерным маркером отношений становится их утвержденность или негласная одобряемость в том или ином сообществе, государственном строе. Многомужество и многоженство успешно произрастают на подготовленной почве, то есть на тех территориях, где этим традициям уже много лет, и основаны они на мощном сплаве уходящих в древность норм и правил, обычно закрепленных культурно и (или) религиозно. И в этой традиции довольно подробно расписывается, как и по каким условиям могут функционировать полигамные отношения. Многоженство интуитивно понятнее представителю любой культуры с патриархальной историей, но многомужество тоже возможно себе представить: подобная практика называется полиандрией и распространена, например, в Непале и Тибете.

Плюсы и минусы:

Важно понимать, что права участников в таких союзах не равны. Лидирующая позиция находится в одних руках, и чаще всего речь идет о власти мужчины. Ряд народностей до сих пор существует в условиях официальных полигамных отношений, одобренных на государственном уровне, а во многих странах когда-то существовала практика официальной полигамии, которая затем была отменена. Классические патриархатные примеры многоженства воспринимаются как унизительные для женщин и построенные на принципе женской конкуренции за «самца», однако могут приводить и к тому, что между женами возникают отношения дружбы и взаимной поддержки.

Гостевой брак

Форма отношений, при которой партнеры не имеют общего жилищного пространства и встречаются периодически. Частота и длительность встреч регулируются только самой парой.

У такой формы отношений две точки локализации, ведь партнеры не объединяются в общем пространстве жилища — у каждого оно остается своим. Возможность иметь романтические отношения наряду с разделенной пространством повседневностью соседствует в гостевом браке с ночевками поочередно то в одном, то в другом месте, периодическими встречами на нейтральной территории. Важным в таких отношениях становится не столько статус — официальная регистрация или нет, сколько отсутствие общей жилой площади как необходимости для партнеров. Отношения такого рода при кажущейся «открытости» остаются моногамными. Просто партнеры живут не вместе, а либо в разных квартирах, либо городах или даже странах — сюда вписывается и так называемые отношения на расстоянии, обусловленные современным космополитизмом.

Форматы гостевых браков могут отличаться в зависимости от расстояния между участниками. Если квартиры партнеров находятся на одной лестничной клетке, то отношения развиваются иначе, чем трансатлантические. К счастью, на службе у сексуальных отношений людей, находящихся вдалеке друг от друга, стоят всевозможные секстинг и высокотехнологичные секс-игрушки для пар на расстоянии. В конце концов, никто не отменяет скайп с его аудио- и видеотрансляцией и даже старомодный и оттого еще более эффектный эпистолярный жанр.

Плюсы и минусы:

Гостевой брак вряд ли подойдет людям, желающим видеть партнера как можно чаще и везде — вместе делить кровать, быт и готовить ужины. Однако есть люди, для которых эти практики важно сохранять для себя на своей территории. И впускать на нее партнера, даже весьма любимого, возможно только с ограничениями. У всех свое понимание личного пространства. Гостевой брак — для тех, у кого оно несколько шире и кто чувствует, что для отношений нет необходимости в постоянном сосуществовании на одной территории, при всей существующей близости между людьми. Как правило, в такие отношения вступают материально обеспеченные люди с высоким уровнем увлеченности чем-либо за пределами отношений — это позволяет парам гармонично выстроить жизнь, устраивающую обоих партнеров. 

Открытый брак / Свободные отношения

Характеризуются договором между партнерами о том, что допускаются близкие связи с другими людьми. Часто речь идет о сексуальных связях, но не всегда и не только.

Рефлексия над отношениями, их возможностями и ограничениями постепенно стала порождать всё большее число вопросов к статусу моногамных отношений и их недостаточности. Появилась альтернатива свободных отношений или открытого брака. Иллюстрацией подобного союза могут выступить насыщенные отношения Симоны де Бовуар и Жан-Поля Сартра. Их формула: «Быть вместе, но оставаться свободными». Разложить всё по полочкам в такого рода отношениях гораздо сложнее: например, у Сартра и Симоны был заключен «пакт». Эта деталь многое говорит об отношениях, которые являются более сложно скроенными, чем моногамные, и вынуждает подходить к ним с определенной вдумчивостью.

Настройки здесь тоже другие, но не такие, как при полигамии. В отличие от нее — формы предполагающей свободу для одного партнера, — в отношениях открытого брака свобода дается каждому из участников. Свободные отношения — это в какой-то степени прообраз полиамории, и ряд черт в этих формах схож. Они дают возможность выстроить отношения — сексуальные, эмоциональные и не только — с кем-либо кроме основного партнера. Свободные отношения предполагают договоренность и проговариваемость среди участников примерных или же четких правил для действий.

Главный и важнейший принцип свободных отношений — соглашенность происходящего среди партнеров. Однако здесь не хватает открытости полиамории. В результате чего в известность могут ставиться лишь два участника контакта, остальные подключаемые люди не обязательно находятся на таких же позициях. Раскладка получается такова, что есть основные участники союза и дополнительные. 

Плюсы и минусы:

С сильно развитым чувством собственничества и ревностью выжить в таких отношениях невозможно. Зато они отлично подойдут тем, кто любит эксперименты и не терпит суровых моногамных рамок в своей жизни. Увы, в свободных отношениях часто может статься, что лишь один из партнеров действительно пользуется ими, другой же принимает условия из желания сохранить отношения.

Полиамория

Эти отношения допускают возможность любви как практики, направленной на взаимодействие с несколькими людьми.

Слово «полиамория» не так часто оказывается на слуху за пределами нишевых групп и сообществ, и в силу своей новизны и загадочности способно вызывать сильные протестные реакции. Эта форма связей воспринимается как полная противоположность моногамии (и подрывающая ее основы) еще и потому, что приватная жизнь в таких отношениях не контролируется и не регулируется государственными рамками. В той или иной мере полиаморные отношения можно обнаружить и в «Мечтателях» Бертолуччи или в так и не добравшейся до широкого российского проката «Любви» Гаспара Ноэ. Но картина Ноэ обязательно о сексе, а вот полиаморные отношения — не только и не столько о нем, сколько о людях и их возможности выстраивать романтические отношения не только в паре, но и других, не столь привычных форматах.

В случае с полиаморией важно говорить о равноправии среди участников. Каждый человек имеет право выбрать нескольких партнеров вне зависимости от пола. Понятно, что такая форма отношений имеет совершенно другие коннотации, чем полигамия. Больше чем два участника — это один из признаков полиамории. Но она по сути представляет собой целый веер разнообразных практик и возможностей для контактов, являющихся романтичными и выходящих за пределы союза только двух людей.

Важный момент: полиаморией нельзя называть измены. Если хотя бы один человек не поставлен в известность о происходящем, нарушается один из базовых принципов полиаморных отношений. В них практикуется проверка собственных границ. Быть в контакте с собой и не опасаться осуждения общества — это первый залог комфортных отношений. Обязательные условия подхода, именуемого полиаморным: честность, открытость и осознанность. Будучи альтернативным подходом к межличностным отношениям, он всё так же обращен к важным их принципам. Близость, эмоциональность — вот стержневые моменты нынешнего образца романтичной любви, вне зависимости, с одним партнером или несколькими.

Плюсы и минусы:

Такие связи не фиксируют количество партнеров в отношениях и характеризуются ризомной структурой. В них нет привычного стержня «он + она», вместо него — пространство, в котором люди сближаются на самых разных уровнях. Постулируется, что все участники честны друг с другом. Освобожденный от догм, такой подход дает возможность выйти за границы привычных культурных и социальных схем. Однако вместе с этим выходом может прийти чувство потерянности, собственничества, страха, ревности и обиды — иными словами, все проблемы, встречающиеся при любой форме романтических отношений. Только в этом случае их невозможно разрешить ничем, кроме полной честности и доверия. Так что такие отношения подойдут не каждому — рамки полиамории могут оказаться слишком широкими и некомфортными. К тому же отношения — это своеобразная, но работа. А если строить их сразу с несколькими людьми, то и работы прибавится.

www.wonderzine.com

Полиаморки о себе, отношениях и о жизни

Полиамория — это практика отношений, в которых партнеры разрешают друг другу заводить связи на стороне. И хотя такой образ жизни стал достаточно популярным, он до сих пор осуждается обществом и вызывает непонимание. Три девушки бросили вызов сложившимся стереотипам и рассказали, почему они пришли к полиамории и зачем им нужна свободная любовь.

Автор: Жанна Нейгебауэр

Дарья

Это не было моим решением, я не проснулась как-то утром и не подумала: «С этого дня – только полиаморные отношения!».

Нет, мысли об этом в том или ином виде появлялись у меня на протяжении всей жизни. О том, чтобы попробовать, я задумалась чуть меньше года назад, но о том, что я могу испытывать чувства к нескольким людям одновременно — лет за пять или шесть до этого, когда мне было около восемнадцати. Мне кажется, «стать» полиамором нельзя — это вроде сексуальной ориентации, ты с этим рождаешься.

Однажды я, будучи в отношениях, заинтересовалась ещё одним человеком. Меня мучило чувство вины, я считала, что так нельзя — нас учат, что «любишь двоих – не любишь никого». Со мной случалось такое и раньше: в таких случаях я просто разрывала старые отношения и налаживала новые. Но этот раз отличался от остальных — в то время я уже около года работала с психотерапевтом, и у меня уже был некий уровень самопознания. Тогда я поняла кое-что о себе: что социально приемлемый формат отношений — «один-на-всю-жизнь», «свадьба, дети» — мне не подходит. Просто я – не такая, это не моя жизнь. Я больше не могла запихивать себя в какие-то рамки, не могла себя обманывать.

О самом термине «полиамория» (этичная немоногамия) я узнала из интернета, в том числе от секс-позитивных инстаблоггерок (например, Арина Винтовкина, Маша Чеснокова) и активисток-феминисток.

Не могу сказать, что я ожидала от полиамории чего-то конкретного, но могу сказать, что моя жизнь изменилась к лучшему. Впрочем, вот что: вступая в такие отношения, я думала, что с ревностью покончено. Но оказалось, что ревность остается — от неё никуда нельзя спрятаться, это скорее общечеловеческий вопрос. Полиаморные отношения вообще мало отличаются от моногамных — разве что любимый человек не один, и требуется в два раза больше разговоров. Потому что что это всё – история прежде всего про открытость, искренность, принятие себя, проговаривание всего на свете, каждой мелочи, про работу над собой. И про любовь, конечно. В первую очередь про любовь – это самое главное, без нее ничего не выйдет. И, конечно, это огромная ответственность. Нужно уметь адекватно оценивать свои внутренние ресурсы: важно учитывать комфорт всех партнеров и в первую очередь свой собственный.

Что касается ответственности и распределение ресурсов, прежде всего времени, тут мне очень повезло: у меня талант организатора, поэтому я обычно назначаю встречи с учетом графика партеров и своего собственного. Обычно получается провести в среднем два вечера в неделю с каждым из партнеров. Выходные – по очереди или по настроению: иногда провожу время наедине с собой или с друзьями.

Сейчас у меня два партнера. С одним я уже почти год, мы познакомились через знакомых и вдвоем прощупывали тему полиамории, хотя из нас двоих я склонна к ней гораздо больше: у него я сейчас единственная постоянная партнерша. Иногда были какие-то короткие, но недолговечные контакты. С другим мы познакомились в тиндере, у меня в профиле было указано, что я полиаморна, так что он сразу знал о существовании первого партнера и принял это. Мы тогда не искали серьезных отношений, но нашли очень хороший контакт и вместе уже с декабря. Он такой же импульсивный холерик, как я, вокруг него всегда много барышень.

Мои партнеры знакомы между собой и с моими друзьями. Иногда, очень редко, мы встречаемся все вместе. Друзья принимают меня такой, какая есть, иногда шутят по этому поводу: «Ой, два парня – в два раза больше проблем».

Однако родители не знают — они не поймут. Сегодня эта тема все еще стигматизируется: подобное поведение у женщины считается ненормальным, и я боюсь, что меня заклеймят. Семья будет обсуждать и осуждать, мне этого совершенно не хочется.

Полиаморов вообще часто осуждают. Называют «шлюхами», а саму полиаморию — «узаконенным блядством». Я даже сталкивалась с осуждением со стороны друзей партнёров. До сих пор переживаю из-за того, что не могу найти язык с окружением одного из моих партнеров: они относятся ко мне с настороженностью, не доверяют, потому что знают, что он у меня не один. С одной стороны, они заботятся о нём и переживают, что ему будет больно, но с другой — это всё-таки нарушение личных границ. Но мне не важно, что говорят другие люди – главное, что мы с партнерами всё обсудили и все знают, на что идут. Остальное — не моя зона ответственности.

Рыж

К полиамории я пришла довольно рано. Познакомилась со своим будущим бывшим мужем в 16 лет, сразу после школы, а через пару лет мы поженились. Я считала, что это навсегда, и собиралась прожить со своим мужем максимально счастливую и насыщенную жизнь.

Уже тогда я видела, что многие наши традиции основаны на ошибках. А ведь каждый человек проживает собственную жизнь — так почему мы должны ориентироваться на мораль наших предков, которые жили совершенно в других условиях? Ты рождаешься чистым листом; усваиваешь все знания, навыки и принципы с нуля. Почему бы не перетряхнуть это замшелое наследство, не исправить ошибки родителей, поняв, что именно мешало им стать счастливыми? Почему бы не понаблюдать за соседями, друзьями, и не сформировать собственные шаблоны «правильно-неправильно», подходящие именно тебе, вместо того, чтобы слепо принимать чужие?

Из этой идеи родилась мысль строить семейную жизнь по-своему. Отчасти из-за нее распался мой первый брак: муж не поверил, что теоретизирование, позволяющее мне спокойно смотреть на его любовницу, не связано с моими собственными изменами.

Мы с мужем прожили восемь классных лет, пока не поняли, что развиваемся в разные стороны и несколько последних лет мешаем друг другу быть полностью счастливыми. После развода я только укрепилась в своих теориях и дальнейших партнеров искала, включив в свои требования «красивый, умный, умеет заниматься ремонтами» обязательную полиаморию. Попробовала концепцию на практике, как только отыскала подходящего парня.

Первый опыт был не очень удачным: я любила его сильнее, чем он меня; это снимало проблемы ревности с его стороны, но он норовил сбежать от меня к каждой встречной девушке — это было, конечно, нездорово. Тогда эта неудача несколько поколебала мою уверенность, но я сравнивала концепции «я живу в моногамной семье, где меня обожают и потому держат на коротком поводке» и «я живу в полиаморной семье, где меня недостаточно любят, и поэтому я могу делать, что захочу» и поняла, что вторая кажется мне намного более свободной, сильной и удобной. Поэтому я решила пробовать дальше, и уже третьи отношения увенчались успехом.

Вступая на путь полиамории, надо понимать, что эта концепция — довольно новая. Если взять десять человек и попросить их описать правила моногамного брака, вы получите десять различающихся мыслей: кто-то сурово проведет границу измены по «оказались в одной комнате наедине», а кто-то даже купание нагишом с друзьями считает вполне допустимым. Если уж взгляды на идею, которая успешно работает многие сотни лет, настолько различаются, то что же говорить о полиамории? Она намного моложе; никакие правила в ней еще пока не закрепились. Да и не факт, что они тут нужны.

Нужно понимать разницу между «полигамией» (предполагающей множество половых партнеров и, как правило, считающей изменой влюбленности «на стороне») и «полиаморией» (допускающей секс, любовь и влюбленность одновременно к нескольким людям).

Лично для меня суть полиамории заключается в том, что люди остаются отдельными личностями, не сливаюсь в одну «пару». Даже если они живут вместе и считают друг друга семьей. В обычном моногамном мире фраза «я женат» означает «не трогай меня, не целуй меня, не влюбляйся; тебе ничего не светит». Ну или, как часто бывает у моногамов, «меня можно, но только осторожно, будет неудобно, если нас увидят вместе».

Я не понимаю, зачем, вступая в брак, лишать себя целого жизненного пласта. Если я познакомилась с мужчиной своей мечты рано и в двадцать выхожу за него замуж, то как я могу обещать, что никогда в жизни не попробую никого другого? Я не верю в загробную жизнь, в следующее перерождение и даже в возвращение в виде призрака; для меня сказать своему партнеру «ты не должен знакомиться с другими девушками» означает «никогда больше не смей общаться с противоположным полом». Для меня это «НИКОГДА!» неприемлемо — ни в мою сторону, ни в сторону партнера. Я не хочу запрещать моему самому любимому человеку прожить полноценную жизнь.

Именно эта идея, на мой взгляд, и лежит в основе полиамории: ты остаешься собой вне зависимости от семейного положения; сохраняешь свои привычки, своих друзей, любовников, право на собственную жизнь. Это свобода с возможностью создавать прочные и длительные связи, не основанные на лицемерии.

Я живу по формату «иерархической полиамории» — у меня есть постоянный партнер, моя семья, мой любимый. Это человек, с которым я живу; с которым, потенциально, я хочу вместе растить детей. Наверное, я слишком консервативна, чтобы полностью отказываться от концепции брака; раз природа сделала нас двуполыми, в этом есть какой-то смысл, не вижу причин, почему нужно идти против нее. Мы живем обычной семьей с довольно традиционными правилами — распределяем обязанности по дому, делим финансовые затраты на жизнь, договариваемся обо всех крупных изменениях вроде переездов или путешествий. Большую часть времени мы проводим вместе.

Отличие от обыкновенной, традиционной семьи простое: я в любой вечер могу сказать, что не приду сегодня, потому что остаюсь у любовника; или мой парень может предложить мне переночевать не дома, чтобы он мог позвать своих свои подруг и развлечься. Оказываясь в общей компании, мы вполне можем сидеть в обнимку не друг с другом, а с теми, кто нам на данный момент больше нравится, и разойтись спать в разные комнаты. То есть мы остаемся прочной парой, но ведем себя, как свободные люди, а не как те, кто находится в отношениях.

Я знаю большинство любовниц своего парня; он часто, уезжая, оставляет список мужских дел (прибить полку или починить кран): «К тебе же кто-нибудь из любовников заедет, попроси, а то я не успел»; иногда мне пишут его подруги-любовницы с жалобой, что его невозможно застать, и просят организовать свидание. Мой партнер — в первую очередь мой друг, и уже во вторую муж.

Ревность может случиться — особенно если мне не нравится его новая подруга. Но я понимаю, что это моя проблема, а не его; это мне надо придумать, что сделать, чтобы не испытывать неприятных эмоций от того, что приносит радость моему партнеру. Разумеется, это все невозможно без взаимного уважения и готовности идти навстречу: если я говорю, что чувствую себя обиженной или мне не хватает внимания, мой партнер задвинет все свои дела и всех своих подруг, чтобы компенсировать мне это неудобство. В этом и есть «иерархичность» наших отношений: несмотря на большое количество социальных связей, мы друг для друга остаемся «праймори», самыми важными и главными, и нам не надо подтверждать этот статус, заставляя отказываться от каких-то удовольствий.

Полиамория требует, конечно, большой сосредоточенности, осознанности и самосознания. Причинить боль себе или партнеру тут гораздо легче, чем в традиционных семейных отношениях, регулируемых четкими шаблонами. Просто потому, что нет никаких связывающих правил и каждое решение принимается заново, при новых условиях. Можно ли сегодня все-таки уехать в гости к любовнику, зная, что любимый болеет и, возможно, нуждается в тебе? Обидится ли твой основной партнер, если ты выберешь отпуск не с ним, не будет ли ему одиноко?

Я бы делила все ошибки по тому, кто в итоге оказывается жертвой. Во-первых, легко обмануть себя: не отследить собственную боль, ревность, страх, и начать срываться на партнере; не понять, что именно вызывает у тебя сейчас недовольство, нужно ли тебе больше внимания или наоборот, больше свободы. Во-вторых, основной партнер может ощутить себя брошенным, недополучить что-то и расстроиться. В-третьих, посторонние друзья, любовники и особенно «новые» партнеры могут не понять формат и начать рассчитывать на большее («Раз она изменяет ему, возможно, их отношения уже дали трещину, и я смогу получить ее себе насовсем»). Большинство этих проблем решается разговорами — диалогами со всеми участниками, с полноценным обсуждением всего, что болит, мучает, что непонятно.

Еще распространенная ошибка — переоценка приоритетов, когда возникает новый партнер. Влюбленность — всегда серьезное испытание; вся наша культура заточена под восхваление «настоящей любви»; фильмы, книги, песни с презрением отзываются о необходимости жить с «постылым и нелюбимым», особенно, если уже нашелся «тот самый, с которым каждое прикосновение — как будто током бьет». Надо постоянно держать в голове мысль, что острая влюбленность — продукт скоропортящийся; любой новый человек всегда будет восприниматься, как более яркое переживание. Это совершенно никак не связано с его реальными качествами. И даже если новый парень действительно очень крут, совместного опыта, который есть у вас с основным партнером, ему никак не заменить. Прочность иерархической полиаморной конструкции определяется только уровнем собственной осознанности.

Надо помнить, что свобода — понятие обоюдоострое. Договориться можно о жизни на любых условиях, которые комфортны всем. Бывает, что в какой-то период мне, например, не нужно много секса и достаточно одного партнера; а у него, наоборот, весеннее обострение — тогда полиамория может быть и односторонней, пожалуйста. Но ты не можешь ставить человеку условия, не поступаясь собственной свободой; это нечестно. Например, если у тебя есть второстепенный любовник, ты не имеешь никакого права ограничивать его личную жизнь, требовать от него «верности», защищать свою роль «главной любовницы». Он точно также волен завести собственного праймори-партнера и оставить тебя на второстепенной роли. Такие проблемы, правда, возникают редко. Главное — договариваться и слышать всех своих партнеров, искренне стараясь сделать все, чтобы каждому из них было комфортно. Эгоизм в полиаморных отношениях неприемлем, он разрушает саму идею.

Полиаморные отношения абсолютно безопасны, пока вы с основным партнером в идеальных отношениях. Если вы ощущаете друг друга самыми близкими, самыми важными. Единственная измена, которая может случиться — если у тебя произошла переоценка ценностей, и нашелся кто-то, кто претендует на роль твоего постоянного партнера, а ты не находишь в себе сил, чтобы поговорить об этом со своим уже бывшим праймори.

Быть бывшим, не сознавая этого — вот, что ранит.

Полиаморы могут быть намного более близки, чем моногамы. Процент идеальных моногамов, которые не общаются с противоположным полом, потому что действительно не хотят никого, кроме своей «второй половинки» — очень низок. В основном моногамия держится на социальных запретах и страхе потери партнера в качестве наказания за неверность; а желания-то все равно остаются. Красивая девушка на работе, приятный собеседник в баре, неожиданный комплимент от симпатичного начальника, молодая стажерка, глядящая на тебя во все глаза… Минуты влюбленности — одни из самых острых переживаний в жизни. А боль потери, когда тот, чье присутствие заставляло тебя парить, вдруг уезжает навсегда? Неважно, были ли у вас отношения или связь; важно, что тебе плохо.

Многие ли рискнут обсудить свою влюбленность и связанные с ней переживания с мужем в обычной моногамной семье? Особенно, если это была не совсем невинная и платоническая любовь, а нечто на грани, или даже за гранью измены? А если эта связь продолжается? Такой разговор ставит под угрозу существующий брак; то есть человек оказывается перед выбором: рассказать все честно партнеру, и, вероятнее всего вместо поддержки получить еще больший удар; или же держать все в себе, страдая без помощи и испытывая дополнительные трудности, ведь нужно быть убедительно-веселым и не возбуждать подозрений. Все это отдаляет партнеров друг от друга, мешает их близости.

В полиаморной семье нет ни одной запретной темы: вы можете вместе посмеяться над неудавшимся сексом на вечеринке, над не склеившейся девушкой; обсудить стратегию совращения слишком уж строгого, хоть и симпатичного парня; рассказать о своих страхах и опасениях относительно нового любовника или о восторге по поводу свежей подруги. Все, что вас волнует, радует, пугает или вызывает интерес — можно выпускать наружу, не боясь, что партнер поймет вас неправильно. Что может быть ближе?

Главный миф о полиаморах, пожалуй — то, что они непостоянны в своих связях. Я бы сказала, что реальность прямо противоположна: из-за того, что мы не меняемся, вступая в постоянные отношения, наши любовные связи гораздо более длительные и цельные. Часто бывает, что у моногамного парня есть подруга, которая ему близка, как сестра. Она прекрасно его понимает, всегда примет его сторону; у них случается клевый секс. Но, конечно, стоит ему завести девушку, как он вынужден ограничить это общение. И подруга-сестра терпеливо ждет, когда отношения себя исчерпают и можно будет снова общаться «нормально» (то есть, например, не одеваться дома, ходить вместе в душ, экономя время; смотреть фильмы в обнимку за полночь, удовлетворять друг друга в постели).

Оставим в покое психологическую подоплеку, френдзона — это не всегда трагедия. Зачастую девушкам такой формат тоже подходит, и далеко не с каждым из друзей-любовников хочется жить. Главное — если бы он был полиаморен, ему не пришлось бы менять свой стиль отношений с сестрой-подругой. И она бы не боялась, что однажды он влюбится сильнее и уйдет от нее насовсем. В полиаморном мире любовные связи, не переходя в семью, могут непрерывно длиться годами и десятилетиями; ведь они ничем не ограничены. Полиамория — это история не столько про поиск новых партнеров, сколько про сохранение всех старых. Бывшие парни и девушки, которых мы когда-то считали настолько идеальными, что готовы были делить с ними свою судьбу — ведь они остались теми же самыми после «развода», почему бы не оставить их на роли близких друзей-любовников? Зачем вообще отказываться от хороших людей, только потому, что они не подошли на сложную роль мужа или жены?

Родственников я в свою личную жизнь не посвящаю — не думаю, что они должны иметь отношение к тому, с кем и как я делю постель. Но секрета из своих отношений не делаю, и часто представляю своих знакомых как «друг-любовник». Я подобрала круг знакомых так, чтобы в нем не было людей со взглядами, противоположными моим, так что большинство моих друзей в курсе, кто является для меня просто другом, а кто «приближен к телу»; это предмет бесконечных шуток, но не более того. Никакого давления в связи со своим выбором я никогда не испытывала.

Вся литература и кино очень узко-семейно ориентирована. Одинокие — несчастны; чересчур увлекшиеся работой — несчастны; бездетные — несчастны; геи и лесбиянки — несчастны; влюбившиеся в двоих сразу — несчастны; не влюбившиеся вовсе — несчастны вдвойне. Складывается ощущение, что счастливым может быть только уникальный человек — тот, кто сразу нашел свою половину, получил желаемое, родил от него детей и никогда не хотел никого другого. Но этот сюжет практически нереален! Напоминает отфотошопленную модель в глянцевом журнале, в сравнении с которой любая живая девушка будет чувствовать себя дурнушкой. За объективом эта же модель может быть жирной, прыщавой, складчатой и старой — это неважно. Создается образ, который практически не жизнеспособен, и нагнетается ощущение, что это единственный способ быть счастливым.

Мне кажется, что стоит допускать чуть больше сюжетов, где люди счастливы разнообразно. Можно быть счастливым и без семьи, зато с кучей друзей и интересной работой; можно не заводить детей, потому что это твой собственный выбор, и получать наслаждение от своей свободной жизни. Можно завести пятерых и быть счастливым, несмотря на то, что их отец от тебя ушел.

Счастье — это вообще не про факты биографии, а про возможность их интерпретации.

Концепция моногамной семьи, вдалбливаемая детям, плоха тем, что все, кто в нее почему-то не попадают, начинают чувствовать себя изгоями. Неплохо быть моногамом, если тебе это нравится. Плохо лицемерить и запихивать себя в эту концепцию, если твой личный опыт и желания совершенно туда не умещаются.

Отдельный вопрос, конечно, — дети. У меня есть постоянный партнер, я хочу от него детей, он точно будет первым, с кем я хочу попробовать этот челленж. Но не факт, что он будет единственным — если детей у меня будет несколько, я могу забеременеть и не от основного партнера (согласовав это предварительно с ним, разумеется). «Когда б мы жили без затей, я нарожала бы детей, от всех, кого любила» — мне всегда нравилась эта идея. Сегодня детский вопрос это во многом проблема финансов, а все, что решается деньгами — это не проблема.

Наличие интернета и возможности поддерживать множество социальных связей однозначно ускоряют распространение полиамории — если раньше для общения с девушкой парню нужно было освободить какое-то определенное время и приложить какие-то усилия, поухаживать, то теперь любой градус отношений, от невинной переписки до жаркого виртуального секса, возможен откуда угодно — хоть с работы, хоть из кино или из собственной ванной, и проконтролировать это невозможно. Подростки рано пробуют секс; девственность — уже не необходимое условие удачного брака. Многие из девушек приходят к выводу, что секс сам по себе весьма неплох, и шовинистская концепция «мужчина ловит самку и убеждает, покупает или принуждает ее к любовным утехам» перестает работать: девушки точно так же находятся в поиске и так же радуются, найдя удачного любовника. Адюльтер давно перестал быть «совращением глупой маленькой леди»; это обоюдный процесс, направленный обоюдное удовольствие. Людей все сложнее убеждать, что плотские наслаждения — преступны, а быть счастливым — плохо. Поэтому полиамория неуклонно расширяет свои позиции.

Алина

В полиаморных отношениях я чуть меньше года. Однажды на каддл-пати, обнимательной вечеринке, я познакомилась с одним человеком, моим нынешним партнером. Мы друг другу сразу понравились, и он мне прямо в первый же день знакомства рассказал мне о том, что предпочитает полиаморные отношения.

Сначала я думала, что мне это не очень подходит. Я воспринимала наши отношения как временные, поверхностные. Не думала, что они когда-нибудь перерастут во что-то серьезное, но потихоньку начала втягиваться: познакомилась с другими полимерами, втянулась в тематическую тусовку… Влюбилась. С первым партнером мы уже съехались, у меня были к нему глубокие чувства — вот так у на своем опыте узнала, что можно влюбиться сразу в двоих.

Постоянных партнера у меня два, и отношения с ними совершенно разные. С первым, который и предложил мне попробовать поламорию, я живу. У нас есть и секс, и взаимная поддержка, и совместный досуг: мы ходим вместе на всякие вечеринки, делим общие интересы, смотрим сериалы — занимаемся всем, чем и «обыкновенные» пары.

Второй мой партнер — анархист. В том смысле, что предпочитает анархию отношений. Он никого не считает своим постоянным партнером и практикует абсолютную автономность и отказ от любых ярлыков. С ним мы просто тусим вместе периодически, общаемся, и все. Они с моим первым партнером знакомы, прекрасно ладят, мы периодически гуляем втроем, да они и без меня куда-нибудь сходить могут. И вообще иногда мне кажется, что они между собой общаются лучше, чем со мной — у них много общих тем: комиксы, супергерои… Полиаморная тусовка — это вообще довольно узкий круг знакомых, поэтому в основном все со всеми знакомы.

Еще у меня есть не совсем постоянные партнеры, с которыми мы просто иногда встречаемся, достаточно редко, по случаю, и между нами нет какой-то особой связи. И живу я только с постоянным — мы с ним пополам делим домашние обязанности. Бюджет у нас раздельный, если кто-то покупает что-то общее, то мы возвращаем друг другу деньги. Но мы, наверное, делали бы также, если бы просто жили вдвоем, не будучи полиаморами.

Вообще все проблемы решаются и проговариванием, главное в отношениях — все обсуждать. И, конечно, соблюдать чужие границы и договоренности. Последние есть почти у всех, хотя бывают редкие исключения, и нарушения таких правил — в каком-то роде измена. Вот в моногамных отношениях есть договоренность об эксклюзивности, о том, что у партнеров больше ни с кем, кроме друг друга, нет секса или романтики. В полиамории просто этого пункта чаще нет. Хотя тут есть еще вот какой момент: полиамория бывает открытого и закрытого типа. Первая — это как у меня с моим постоянным партнером: мы можем свободно влюбляться и заводить отношения с кем-то еще. А закрытая — это, скажем, шведская семья: например, люди живут втроем или вчетвером. То есть, с одной стороны, у члена такой семьи более одного партнера, с другой — за границы семьи никто не выходит, найти кого-то на стороне — уже измена.

Количество партнеров никак не влияет на степень эмоциональной или духовной близости. Моногамные люди могут жить друг с другом как посторонние или как соседи, а полиаморы могут быть очень и очень близки. Мы вот все время помогаем друг другу и поддерживаем, я знаю, что я могу всегда поделиться со своим партнером любой проблемой. И другой мой партнер тоже помогает — может быть, реже, чем первый.

Мне кажется, полиамория, скорее, помогает сохранить эмоциональную близость: партнеры не надоедают друг другу — а я хорошо себе представляю, как может надоесть человек, если постоянно и очень тесно общаться только с ним, заниматься сексом только с ним — от этого можно устать. Разнообразие от этого спасает. К тому же, когда ты видишь, что твой партнер с кем-то классно провел время, сходил на свидание, занялся сексом — ты радуешься за него. Это замечательно: твоему любимому человеку было хорошо, что в этом того?

Впрочем, испытывать это чувство могут далеко не все, у меня вот не всегда получается. Зато наоборот — легко: если я вижу, что у моего партнера в отношениях с кем-то что-то не сложилось или он с кем-то расстался, я искренне, от всей души ему сочувствую. Это тоже очень сближает.

Мои друзья знают, что я полиаморна. Даже те, кто сам к тусовке не принадлежит, и все поддерживают, с интересом слушают истории. Есть, правда, одна подруга — она не то чтобы не принимает, просто не считает чем-то серьезным. Хотя это, конечно, миф, такие отношения могут быть очень серьезными, у меня в окружении есть пары, которые состоят в браке и имеют детей. Родители не знают — они у меня достаточно консервативные, я знаю, что они отреагируют негативно. И да, хорошо бы рассказывать о существовании полиамории подросткам — в соответствующем возрасте, конечно. Чем больше знают дети о мире, тем лучше, и я вообще всячески за секспросвет и прочее. Было бы классно, чтобы люди понимали, что и такое тоже возможно. Сейчас, кстати, некоторые уже пытаются нести полиаморию в массы — есть всякие видео, истории, паблики…

Полиамория — больше пространство для свободы. Можешь быть в стабильных отношениях, жить с кем-то, вести с ним быт, но при этом оставаться открытой к новым знакомствам и влюбленностям. В полиамории не бывает таких ситуаций: заходишь ты, например, в кафе, видишь симпатичного парня, хочешь подойти — и тут вспоминаешь: ну нет, у меня уже есть парень, я буду ему верна! Нет. Здесь ты свободный человек и можешь флиртовать, влюбляться, тебе необязательно душить свои чувства.

Полиамория делает жизнь насыщеннее и снимает границы. Это не традиционное — в 25 лет выйти замуж, воспитывать детей, а весь секс и романтика только с мужем, и если вы с ним в чем-то не совпадаете — то вы этого и не получите. В полиамории не надо подгонять себя под другого: если тебе хочется чего-то, чего не хочется партнеру,  ты всегда можешь попробовать это с кем-то другим. И это хорошо.

hydraweb.ru

Как живут полиаморы - Афиша Daily

Полиамория — это романтические отношения больше чем с одним человеком одновременно или открытость к таким отношениям. О том, как это осуществляется на практике, рассказывают шесть участников двух полиаморных союзов.

В этом тексте употребляется слово, которое начинается на букву Б. Поскольку оно важно для раскрытия темы, но закон запрещает нам его печатать, мы заменим его на слово Мизулина (в честь самого известного борца за общественную нравственность в российском парламенте).

История Алисы, Чарли и Боба

Алиса

Полиамория основана на идее, что секс не главное и не основное содержание отношений, что в век контрацептивов секс-эксклюзивность потеряла смысл. И что в целом люди, если хотят, могут иметь много романтических отношений, а не одни: при условии информирования и согласия всех участников (это ключевой момент) в этом нет решительно ничего дурного. Форм немоногамных отношений очень-очень много, и некоторые из них, я бы сказала, отличаются друг от друга сильнее, чем моногамия от отдельных форм полиамории. Все остальное зависит от конкретных договоренностей в паре/содружестве.

Мы с мужем несколько лет прожили в закрытом моногамном браке и вовсе не думали о полиамории. Потом я узнала о существовании сообщества рационалистов LessWrong, среди которых много открытых полиаморов, — так я познакомилась с этим явлением. Мы с мужем долго обсуждали разные формы полиамории, возможные проблемы, наши желания и в итоге полгода назад решили, что хотим попробовать. Некоторое время я просто экспериментировала с разными форматами, знакомилась с новыми людьми, несколько раз из этих экспериментов получался замечательный секс, но в целом я не чувствовала, что полиамория как-то кардинально меняет мою жизнь. Потом я встретила Боба, и стало ясно, что эти отношения — особенные и надолго. Я очень счастливая.

Для чего мне это нужно? Для нас всех. Для счастья. В конце концов, для того чтобы хакнуть уродскую, патриархальную сексоцентричную систему, в которой так мало счастливых пар и так много несчастных. В мире столько классных людей, и возможность иметь разные отношения и любить многих обогащает. Я не верю, что любовь — это предмет, который ты можешь отдать только одному человеку. Я считаю, что это чувство, которое возникает и усиливается в ответ на ответное чувство, поэтому любви может быть столько, на сколько хватает сил и времени.

Я с удивлением обнаружила, что не просто не ревную, а очень рада другим романтическим отношениям мужа. Я люблю его и хочу, чтобы ему было хорошо

На практике полиамория может выглядеть по-разному — от брака с периодическим сексом на стороне до полиаморных содружеств, когда трое и больше людей живут под одной крышей и вместе воспитывают общих детей. В нашем случае границы довольно четкие: у нас с мужем общий ребенок, общий быт и бюджет, мы живем вместе и сейчас вообще не рассматриваем возможность жить вместе с кем-либо еще. Но мы можем встречаться с другими людьми и строить с ними долговременные отношения. Если кому-то станет некомфортно по любым причинам, мы это обсудим и придумаем какие-нибудь другие правила.

Последнее правило касается не только моих отношений с мужем, но и моих отношений с партнерами. Я считаю, что ответственность необходима во всех отношениях — даже если речь о сексе на одну ночь. Все равно это определенный уровень доверия, а ответственность — обратная сторона доверия.

С тех пор как мы перешли к открытым отношениям, наша с мужем жизнь стала полнее и разнообразнее, между нами появилась особенная близость и доверие, больше, чем было раньше. Я могу, например, сказать мужу, что мне грустно, потому что я скучаю по парню. И я знаю, что получу поддержку, а не осуждение. Это фантастическое чувство. Я немного боялась, что буду ревновать, потому что между сознательными решениями и эмоциями все-таки есть определенная дистанция, но с удивлением обнаружила, что не просто не ревную, а очень рада другим романтическим отношениям мужа. Я люблю его и хочу, чтобы ему было хорошо. Когда он радуется — я радуюсь тоже.

Мы пока не делали каминг-аут — я чувствую внутреннюю готовность к этому и хотела бы говорить о своих предпочтениях (я очень открытый человек и люблю рассказывать про все — мой муж шутит, что я ничем не могу заняться, без того чтобы не сделать об этом лекцию), но это автоматически сделает открытой информацию о моем муже, который к этому не готов.

Те, кто знает, в основном реагируют положительно, говорят, что это круто, задают толковые вопросы, на которые приятно отвечать. Реже встречается недоверие — вы, что, решили сохранить брак и поэтому терпите измены друг друга? (Нет). А что вы будете делать если кто-то захочет жить с другим человеком? (То же, что моногамные пары, — все обсудим, сходим к семейному терапевту, если не сможем разобраться сами, примем решение). А как вы объясните это своему ребенку, когда он начнет задавать вопросы? (Словами через рот, как и все остальное!)

Мы живем в обществе, в котором очень многое завязано на секс, и пока нет секса — плюрализм никого не смущает. Никто не обсуждает всерьез, можно ли дружить больше чем с одним человеком одновременно. А вот идея, что ты дружишь с несколькими людьми, и с частью из них вы еще и занимаетесь сексом, вызывает непонимание и отторжение. Для меня секс просто очередной пункт в списке всего, что я люблю делать с близкими мне людьми.

В целом отношение к полиамории неоднородно. С одной стороны, с каждым годом становится все больше материалов о ней как об интересном новом явлении, которое уже точно не останется на окраине общества. В Колумбии даже недавно заключили первый в мире брак между тремя мужчинами. С другой стороны, ЛГБТКИА+ люди до сих пор подвергаются дискриминации, в том числе убийствам на почве ненависти, и, я уверена, открытым полиаморам тоже достается от людей с так называемыми традиционными ценностями.

Часто можно столкнуться с мнением, что полиамория — это то же самое что групповой секс. Или просто оправдание для мизулинства. На самом деле и то и другое — неправда. Отличие полиамории от группового секса простое. Групповой секс — это сексуальная практика, как куннилингус или БДСМ. Соответственно, среди полиаморов есть как люди, которые практикуют групповой секс, так и те, которые нет; и одновременно существуют пары, которые идентифицируются как моногамные, но при этом открыты к групповому сексу.

Что же касается отличий полиамории от мизулинства, тут сложнее. Чаще всего женщину называют Мизулиной, если она демонстрирует свободное сексуальное поведение и не соответствует патриархальному идеалу скромной тихой женщины. Ярко накрасилась; надела короткую юбку; послала навязчивого парня; имела в жизни больше трех сексуальных партнеров. Кстати, заметьте, что все это касается только женщин. Это явление называется «слатшейминг», и таким оскорблениям рискуют подвергнуться не только полиаморные девушки, но моногамные: стоит «слишком часто», по мнению общества, менять партнеров или «слишком часто» заниматься сексом, и все — клеймо тебе обеспечено. Это ксенофобная реакция людей, выросших в патриархальном сообществе, на свободу и открытость.

Чарли, муж Алисы

Полиамория в принципе исключает ситуацию вроде «состоишь в счастливом браке, но внезапно влюбился — значит, обязательно нужно выбрать одного партнера и страдать от разрыва со вторым». Так же, как и тезис «если ты любишь человека, то со всеми остальными привлекательными людьми стараешься держать дружескую дистанцию, чтобы ни в коем случае не влюбиться и не испортить все для всех».

Если честно, сам бы я не рискнул экспериментировать. Сначала нужно было узнать, что такая модель уже есть, и понять общие принципы полиамории (хорошее руководство на английском есть на morethantwo.com. Но по сути в моей жизни мало что изменилось. Я и раньше считал, что в паре должно быть равенство и внимание к чувствам и границам друг друга. Что секс не самое главное, а просто одна из составляющих. Что отношения требуют внимания, заботы и совместных усилий. Что у партнеров могут быть какие-то разные интересы, и это не обязательно вредит союзу, в отличие от попыток друг друга контролировать и навязывать ограничения. Полиамория — все то же самое, только не с одним человеком, а с несколькими. Остается только обсудить, хочется ли этого вам с партнером.

Тем, кого привлекает идея отношений с несколькими людьми, нужно хорошо понимать себя, уметь говорить о своих чувствах, потребностях и границах и уметь слышать других. Это и в моногамных отношениях полезно. Но для них в культуре есть много готовых моделей, которые позволяют обходиться без обсуждений, а для полиамории — нет. И конечно, трудно, когда у партнеров разные взгляды — компромисс можно найти не всегда.

Боб, партнер Алисы

Впервые поцеловавшись с Алисой, я принял все условия, о которых мы говорили до этого. Что у нее есть муж, есть или потенциально могут быть и другие отношения. Но мне важно, что Алиса офигенная. Мне хорошо от наших отношений — больше ничего не нужно. Я получаю удовольствие здесь и сейчас. Рядом с ней я чувствую себя особенным.

У нас теплые доверительные отношения, от которых я ловлю кайф. Мы встречаемся, когда есть возможность. Когда нет — созваниваемся. Созваниваемся часто — всегда есть о чем поговорить, и наши беседы поднимают настроение и снимают стресс, если он накопился за день. Хорошее общение порой даже важнее, чем секс. Секс возможен с кем угодно, а замечательный разговор, эндорфины, дофамин — только с избранными.

Когда мы поняли, что дело серьезнее секса на пару ночей, то обсудили правила поведения. Алиса по желанию может рассказывать мне о других своих отношениях. А может не рассказывать — это только ее дело. Ей важно не ранить случайно меня, и я это ценю и надеюсь не ранить ее сам.

Я не могу ее ревновать — потому что не хочется и потому что ревновать глупо. Мы договорились делиться ощущениями, если Алису или меня начнет что-то напрягать. Важно не дать ощущениям перерасти во что-то неприятное. Если у меня появится другая партнерша, которая не примет отношений с Алисой, мы обсудим, как их переформатировать и как быть с новой переменной в уравнении. В любом случае на наше доверительное общение мои потенциальные отношения не должны повлиять, а это — самая значимая для меня находка.

В курсе этих отношений близкие мне люди — те, с кем я в принципе могу обсуждать свою личную жизнь. Они заинтересованно реагируют, расспрашивают о разных деталях, чувствах. С неодобрением я не сталкивался, и это было бы странно — моя жизнь, в конце концов, идите к черту со своим неодобрением.

История Вовы, Саши и Насти

Вова

Не было такого, чтобы я где-то прочитал о полиамории или мне кто-то о ней рассказал. Лет до двадцати я об этом вообще не задумывался. Но постепенно мне начало казаться, что вполне возможно иметь более одной романтической связи и они могут не заменять друг друга, а быть взаимодополняющими.

Практиковать я начал в союзе с Сашей. Когда мы познакомились, у нее был другой парень, с которым мы учились в институте. И уже тогда у нас с Сашей случались контакты, которые выходили за рамки дружеских. Я не отношу этот опыт к осознанным, но это явно повлияло на то, что мы в итоге к этому пришли. Мы знакомы десять лет, а живем вместе уже почти четыре года. Два года назад мы начали открыто обсуждать полиаморию. Инициатива была моя — это проистекло отчасти из того, что я видел в Саше комплексы. Ей казалось, что она никому не нравится и никто не захочет с ней встречаться. И я сказал: «Почему бы тебе не проверить? Размести анкету на сайте знакомств, встреться с кем-нибудь — и узнаешь». Тогда это были больше разговоры.

Важным переломным моментом было появление в «Вконтакте» группы «Полиамурная Москва». Мы в нее вступили, познакомились с тусовкой и окончательно приняли идею.

Первым эпизодом новой жизни было случайное знакомство с девушкой, которая одновременно понравилась и мне, и Саше. Ничего не вышло, но это дало нам толчок. Мы уже даже фантазировали, как бы ее соблазнить. И это нас сблизило. Вскоре возникла еще одна подруга из моего прошлого, с которой у меня раньше были исключительно сексуальные отношения. И тут внезапно мы снова встретились, и у нас произошел секс втроем, когда она приехала к нам в гости. Всем понравилось. Потом еще одна была девушка, случайная встреча, секс втроем. А потом возникла Настя.

Я встречаюсь отдельно дома с Настей, когда Саши нет. Мы встречаемся все втроем, если Настя приезжает в гости. Саша иногда встречается с Настей сама по себе где-то поболтать. Секс втроем у нас тоже бывает

Мы познакомились на групповом занятии по вокалу и импровизации. Она танцевала, двигалась, что-то напевала — возможно, телесный язык мне что-то передал. Мой взгляд зацепился за нее, я протянул ей руку и позвал за собой.

Настя потом мне рассказывала, что поначалу не поняла: как так, он явно со мной заигрывает, а у него же уже есть девушка. Когда я рассказывал, что мы с Сашей свободные люди в свободных отношениях, это ее несколько шокировало, но вызывало интерес. На принятие у нее ушла неделя.

С Настей мы встречаемся полгода, регулярно, где-то два раза в неделю. Наши отношения вышли за рамки сексуального взаимодействия, здесь явно присутствует и романтическая составляющая, и духовно-дружеская. Интересно, что и у Саши с Настей контакт получился. Мы такой треугольник, который действителен по всем трем сторонам. Я встречаюсь отдельно дома с Настей, когда Саши нет. Мы встречаемся все втроем, если Настя приезжает в гости. Саша иногда встречается с Настей сама по себе где-то поболтать. Секс втроем у нас тоже бывает, и это получается очень хорошо, все лучше и лучше.

Саша не удивляется, если, придя домой, она застает нас с Настей голыми или почти голыми, так уже было. Для нее это уже не травматично — потому что у нас у всех к каждому есть доверие. Непонятно, какой совет мы можем дать нашим читателям для счастливых взаимоотношений. Разве что этот: все строится на возможности открыто обсудить все что угодно. Если я не хочу отвечать на вопросы партнера, я полиаморные отношения не построю.

Ревность случается в любых отношениях, и полиаморные не исключение. Вообще она бывает, как мне кажется, по трем причинам. Это страх потери, страх одиночества и низкая самооценка. Лет десять назад я тоже боялся, что я какой-то не такой, никому не нужный. И внимание девушки, с которой у меня отношения, к кому-то другому усиливали эти ощущения. Но это я по большей части проработал еще до начала наших отношений с Сашей. У меня уже была уверенность, что люди разные. Если она идет к другому, значит, ей хочется другого в данный момент. Это не значит, что я хуже. Если хочется овощей, ты не будешь есть конфету, а потом съешь конфету, когда захочешь, вот и все. Но к этому не так просто прийти, это определенная духовная работа.

Когда Саша приходит со свидания, я всегда спрашиваю: «Ну как, у вас было?» Мне приятно. Есть такой термин — «комперсия», антоним ревности. Видимо, полиаморы придумали. Не знаю, насколько он общеупотребительный. Суть в том, что ты испытываешь приятные ощущения, когда твоему партнеру хорошо с кем-то другим. Кто-то говорит, что его это заводит. Кто-то просто рад за подругу или друга. У меня это чувство определенно есть.

Быть полиамором не значит хотеть заниматься сексом со многими. Это означает само допущение возможности более чем одного контакта в случае, если какой-то человек тебя зацепил. В какой-то момент полиамор может находиться только в одних отношениях. Или даже он может быть один. Он в этом плане ничем не хуже любого другого человека. Полиамория — это скорее мировоззрение. И про себя я знаю, что я никогда не перестану быть полиамором в плане мировоззрения.

Мне кажется, что на полиаморов общество реагирует не так резко, как на ЛГБТ. Последние, по моим наблюдениям, чаще вызывают болезненный негатив. А тут, с кем бы я случайно ни заговорил об этом, помимо испуга я вижу еще и интерес. Я вижу, как загораются глаза. И прямо как в том анекдоте — а че, можно было? Человек, который может перед собой честно поставить вопрос, хочет ли он быть полиамором, уже имеет шансы им быть. Я настаиваю на том, что полиамория не обязывает тебя иметь много контактов. Это идеология допущения более чем одного контакта. И в этом плане, я думаю, многие, если не все, — могут.

Я бы не хотел задаваться вопросом, например, буду ли я с Сашей вместе через пять лет или будет ли Настя в моей жизни через два года. Мне важнее текущий момент. По состоянию на сейчас Настя определенно часть моей жизни. У нас очень хорошая сексуальная совместимость. Это уже многого стоит. На детей ни у кого из нас пока конкретных планов нет. Пока мы в такой стадии, что только-только начали себя понимать. И — здесь мы втроем сходимся — пока в себе не разобрался, лучше с детьми подождать. Но когда-нибудь да, наверное.

Я родился в Москве и здесь вырос. Интеллигентная семья: мама — радиофизик, папа — инженер-электрик. Я закончил физматшколу и МИФИ. В какой-то момент серьезно заинтересовался музыкой, и это оказалось значительнее интереснее, чем, допустим, программирование. Поэтому сейчас я музыкант-аранжировщик, а еще занимаюсь ремонтом компьютеров, а также версткой, редактированием, корректурой текстов. Я фрилансер.

Я живу настоящим моментом. Планирование меня пугает, потому что ожидания всегда портят реальность. Я пришел к тому, что когда я ничего не жду от жизни, мне лучше.

Саша

Пытаясь строить длительные отношения со своим первым молодым человеком, я позиционировала себя как моногамную женщину, которая хочет варить борщ и рожать мужу детей. И даже попробовала отыграть модель, что я буду вести дом, мой возлюбленный будет моим революционером, вдохновителем, а я буду его музой. Мы много общались друг с другом, делились своими чувствами. Но у него была склонность ко всяким психологическим экспериментам. Он специально провоцировал меня, убеждая, что я не умею контролировать эмоции. Я ревновала его так, что вполне могла бы ударить. В итоге мы расстались, но именно он познакомил меня с Вовой.

У нас была плотная дружба втроем, даже случался совместный секс. Фактически в первый день знакомства с Вовой мы почти что занимались сексом втроем. В общем, какие-то странные штуки в голове у меня были давно, несмотря на то что я знала, что в обществе есть установки: ты уж давай определяйся, либо ты Васю любишь, либо Петю. А встречаться с одним и смотреть на кого-то другого — это неправильно. Но я чувствовала в себе другое. И когда я сама вижу, как мой любимый человек занимается с кем-то сексом, я возбуждаюсь. Мне хочется делать так же. Мне хочется быть с ними.

Прошлым летом мы с Вовой открыли отношения официально. Это означает, что каждый из нас может встречаться с тем человеком, который ему понравится. Может приводить его на нашу общую территорию, когда другой отсутствует, или звать в гости, если этот человек интересен обоим. Наверное, примерно полгода получалось так, что в основном новыми людьми интересовалась я. Вова — интроверт, много сидит дома и избирателен в общении. Поговорить с пятью людьми за день — для него это очень много, мне кажется.

Знакомилась я по-разному: однажды после концерта подошла к парню, который мне понравился, ходила с Вовой на встречи московских полиаморов из паблика в «Вконтакте». Там всего 284 человека, очень мало на всю Москву. На встречах обычно обсуждаются какие-то животрепещущие темы: «Как вы справляетесь с ревностью», «Какими подробностями вы делитесь». Возраст — от 20 до 40. Те, кому 21–24, приходят послушать, как это бывает. А люди постарше начинали, когда никто не знал таких слов, но они уже пробовали экспериментировать с отношениями. Это нередко люди из тусовок вроде ролевиков. Эксперименты над сознанием приводят к тому, что начинаешь все подряд пробовать. Сегодня ты эльф, завтра полиамор. А послезавтра наденешь женское платье и тоже, возможно, будешь счастлив. Вообще в полиаморной семье есть масса вариантов. Кто-то только спит с людьми, кто-то, наоборот, только общается и при этом испытывает какие-то романтические чувства. Есть полиаморы-асексуалы, им не интересен секс, но они могут близко общаться и проводить время с несколькими людьми.

В целом, как я вижу это сейчас, я ищу новых друзей. И просто не провожу границу между другом и любовником. Я попробовала пару раз встретиться просто для секса, но я поняла, что без возможности глубоко контактировать с человеком словесно у меня не получается.

Примерно полтора месяца назад я познакомилась с молодым человеком и ощутила его как давнего близкого друга. Его и его жену. Он, к несчастью, уехал в США на год работать. Но мы поддерживаем с ним связь, делимся мыслями и переживаниями. И этот обмен эмоциями мне приносит жизненные силы. Мне кажется, что если бы он не уехал, то у наших пар могло бы сложиться очень интересное общение — в том числе на почве совместного музицирования. Но обычно Вова не посвящен во все детали моих отношений. Не потому что у нас какой-то запрет на это, а потому что у меня бывает столько встреч и знакомств, что он говорит: «Я просто всех не запоминаю. Мне это не нужно. Если тебе нормально, то хорошо. Если тебя что-то не устраивает, то давай обсудим. А в целом я не хочу знать все эти подробности».

Если у меня возникает ревность или другой негатив, я стараюсь понять, что конкретно мне нужно. Бывает так, что я соскучилась по человеку и мне хочется просто посидеть, посмотреть с ним фильм. Какого-то телесного контакта. Обмена последними впечатлениями и эмоциями. А бывает так, что, к примеру, мне нужно делать какие-то дела, и я от нежелания их делать и страха убегаю в любой другой способ провести время, вместо того чтобы сделать что-то, тоже нужное. Вова чутко реагирует на мое эмоциональное состояние, он видит, что у меня написано на лице, часто даже лучше, чем я сама. И он говорит: «Я вижу, что тебе это не нравится, я так не хочу, если тебе не нравится, я не буду настаивать».

Я родилась и выросла в Санкт-Петербурге, там училась в школе и в институте. Но поскольку на третьем курсе я познакомилась со своим будущим молодым человеком, то вместо аспирантуры, куда я поступила, я уехала к нему в Москву. По образованию я лингвист-переводчик с английского и шведского, но три последних года работала научным сотрудником в сфере геофизики: общалась с учеными, редактировала их тексты, иногда помогала организовать конференции. А потом поняла, что не все мои навыки и способности реализуются, и сейчас меняю работу. Мне нравится выступать перед людьми, рассказывать что-то, делать презентации. Пока что планирую преподавать английский, работать со взрослыми группами.

Конечно, приходя на собеседование, я не буду заявлять: «Здравствуйте, я полиамор, у меня много партнеров, и мы все счастливы». Но если в разговоре выяснится, что человек более-менее широко смотрит на вещи, я расскажу. С открытым неприятием я пока не сталкивалась.

Для меня сейчас важнее всего я сама и что я чувствую, а отношения — это не главная цель в жизни. Мне очень важна самореализация. Я хочу заниматься пением, например. Я мечтаю о том, чтобы поучаствовать в записи альбома. Выступить на большой сцене на каком-нибудь музыкальном фестивале в качестве бэк-вокалистки или даже вокалистки. Найти какое-то занятие, за которое я буду получать деньги, но при этом видеть, что я приношу людям что-то новое, важное и полезное. Преподавание может быть таким делом. Поэтому я не обламываюсь, если кто-то со мной не проводит время.

В наших отношениях не существует понятия измены, но существует понятие «обман». Например, если я скрыла свои какие-то негативные эмоции, согласилась на что-то, а потом сказала Вове: «Мне было плохо, но я согласилась, потому что решила, что так будет тебе лучше». На это он может мне сказать: «Ты меня обманула — и зря ты так сделала». Потому что это вредит всем.

Я уверена в своем желании проводить много времени с Вовой и уже почти готова воспринять его как возможного отца своих детей. И я хорошо отнесусь к тому, что наши отношения будут долгими. Мне также важно, чтобы и для него это было интересно и хорошо. Жить вместе, потому что у нас дети, но мы друг друга ненавидим — вот этот вариант совсем не для меня.

Я не могу до конца отвечать за других людей, но у меня есть предположение, что даже когда люди существуют в моногамных отношениях, они все-таки хотят других людей. И табуированность этих мыслей никак не влияет на их возникновение. И если Вова мне вдруг предложит закрыть наши отношения, я спрошу — а что тогда делать с этой частью нашего сознания? И к какому уровню честности между нами это приведет?

Глобальное отличие полиамории от ситуации «муж, жена и любовница» в том, что люди открыто все обсуждают, все в курсе, и все, что происходит, происходит из согласия и по возможности эмоционального благополучия каждого из участников. А любовница — это обман и предательство. Люди делают то, на что они не соглашались. Есть еще вариант отношений типа donʼt ask, donʼt tell, только в рамках моногамии. Ты мне не говори, но если что, пусть у тебя будет любовница, но я никогда об этом не узнаю. Пускай люди пробуют так делать, им невозможно запретить, но лучше так не делать. Просто, чтобы голова была на месте.

Настя

Я родилась в Калуге. Когда мне было шесть лет, мы с семьей переехали жить в Киров, где я закончила Вятскую гуманитарную гимназию с углубленным изучением английского языка. После гимназии я училась в Американском университете в Болгарии, семь лет назад переехала в Москву. Сейчас я обучаюсь вокалу и игре на индийских табла (перкуссии). В рамках частной практики преподаю английский язык и занимаюсь переводом. Еще я прошла профессиональную переподготовку в сфере «Юнгианская психотерапия» в МААП (Московской ассоциации аналитической психологии).

Я записывала свои негативные установки вроде «я не получаю оргазм» или «я не люблю свое тело», а потом сжигала их. Прямо в комнате. Три дня пахло

Я росла в среде, где тема интима была табуирована, противопоставлена духовному, возвышенному. Сформировавшиеся на бессознательном уровне комплексы и запреты мешали мне строить отношения с мужчинами. Два с половиной года личного юнгианского психоанализа помогли мне осознать мои эмоциональные и физические потребности. Я стала познавать свое тело и полгода назад пошла к хорошему сексологу, которая помогла распрощаться с патологическими сценариями в сфере сексуальности и чувственности. Я начала делать специальные самомассажи и различные психологические упражнения, например, записывала свои негативные установки вроде «я не получаю оргазм», «я не люблю свое тело» или «я не достойна стабильного и хорошего сексуального партнера», а потом сжигала их. Прямо в комнате. Три дня пахло.

А вскоре на занятии по аутентичному голосу я познакомилась с Вовой и Сашей. Между мной и Вовой сразу возникла химия. Он подошел ко мне, начал флиртовать. Потом мы стали переписываться, разговор сразу завязался откровенный и честный, без излишней стыдливости и экивоков. Он сказал, что открыт для новых сексуальных отношений, уже имея стабильные и глубокие отношения с одной девушкой. Изначально предложение мне показалось сомнительным, поскольку я думала, что оно подразумевает только роль любовницы, а я хотела еще и отношений, и эмоциональной близости. Но в итоге я получила и хороший секс, и дружбу, и близость, а также подругу и близкого человека Сашу.

Не могу сказать, что с самого начала все проходило гладко. У меня всплывали всякие эмоции, конечно. Например, ревность, тем более что мы не живем вместе. Активировался мой комплекс брошенности: что их пара — это мама и папа, а я ребенок, которого исключают из родительской спальни и из решения разных «взрослых вопросов» вроде ведения быта. Но мы делились всем этим, обсуждали. Сейчас у меня ревности практически нет, хотя периодические «глюки» — сценарии ущербности — могут всплывать, но мы их всегда можем обсудить. Я усвоила ценный урок — что мои отношения с каждым человеком уникальны, они не лучше и не хуже его отношений с другими партнерами и моих с другими. Это все разные зоны моего раскрытия в любви и близости, и такие же зоны есть у моих партнеров.

Я ценю возможности, которые дает мне полиамория. Я стала общаться с мужчинами, понимая, что могу заняться сексом с ними, если я захочу. При этом я могу рассказывать об этом своему текущему партнеру — и это не будет осуждаться и расцениваться как измена. На данном этапе глубокие отношения у меня сложились с Вовой и Сашей. Сексуально меня возбуждает в первую очередь Вова, но гомосексуальная часть у меня тоже есть, и я ее проживаю.

Мне нравится, как все развивается: живость отношений, то, что мы живем здесь и сейчас в контакте, доверии и открытости. Поскольку для меня это новый опыт, мне сложно прогнозировать, как долго для меня будет актуален полиаморный тип отношений. Но сейчас для меня это очень естественно и позволяет максимально раскрываться и познавать других людей (в особенности противоположный пол). Полиамория для меня — очень важный шаг к личной свободе, которая включает в себя сексуальную свободу.

От репортажей со «скверных» протестов до тестов и планов на ближайшие дни — в нашем фейсбуке.

daily.afisha.ru

Как живут полиаморы в России — The Village

«Я долгое время был болезненно моногамен. За десять лет брака никаких походов налево. Но при этом у меня была и есть любимая девушка, отношениям с которой на данный момент 16 лет (имеется в виду Ирина. — Прим. ред.). Во время брака отношения были на расстоянии — но так, как будто их нет. От этого становилось плохо. Я знал, что испытываю сильное и глубокое чувство, но мне приходилось отказываться от него, — говорит Саша. — Моногамия в чистом виде, мне кажется, не встречается. По сути, моногамия — это как у волков, когда пара на всю жизнь: встретились, принюхались и бегут рядом до смерти. В человеческом мире это редкость». 

Саша рассказывает, что их отношения с Алиной «открыты до предела», главное — честность: «Ревность возникает, когда чувствуешь угрозу отношениям. Если ты уверен в себе и доверяешь партнеру, то какая может быть угроза?» Алина рассказывает, что если «какая-нибудь девочка» потребует стопроцентного Сашиного внимания, она будет ревновать: «Меня будет разрывать. Потому что это внимание нужно мне. А если есть баланс отношений, то почему бы и нет?»

Секс — очень важная часть полиамурных отношений. «Часть любви», — говорит Саша. Понятие измены тоже присутствует: означает нарушение договоренностей. 

Про сексуальную гигиену Саша рассуждает так: «Мы все ответственные люди, все здоровы. Мы, разумеется, не приглашаем партнеров с улицы. Если это новый человек и нам ничего неизвестно о его здоровье, есть средства контрацепции.
Я знаком с полиаморной семьей, в которой действует правило: любой новый участник круга, пока не сдал анализы и не показал справку, внутрь не допускается. Целоваться с ним можно, но никакого „обмена жидкостями“». 

Понимают Сашу и Алину многие друзья-родные — но не все. Алина не может рассказать о своей полиаморности маме и брату — они православные верующие, не одобрят. Сашины брат и мама в курсе. Мама — дерматовенеролог, сексуальным воспитанием сына занималась с его пяти лет. Несколько месяцев назад сказала ему: «Тебя учить — только портить». Но споры имеют место:

— Ты же понимаешь, что это унижает женщину!

— Мама, полиаморию придумали женщины, это ответвление феминистского движения. 

С агрессивным непониманием Саша столкнулся только один раз: «Я не так давно встречался с девушкой и все ей рассказал. У нее, наверное, были на меня какие-то виды, и на волне разочарования она вылила на меня ушат помоев: „Как так можно, у тебя же ребенок, какой ты ему даешь пример?!“»

В московской тусовке полиаморов, по Сашиной оценке, всего человек 100 — это те, кто четко идентифицирует себя с термином. «Гораздо больше тех, кто с термином не знаком, но по сути — полиамор», — считает он. С системным общением у пары не складывается: ей было бы интересно обсудить полиаморные отношения, ревность и ее антоним — комперсивность (чувство удовольствия, когда любимый человек находится в других романтических отношениях). Однако в тематических чатах во «ВКонтакте» ищут партнеров для секса, обсуждают «котят, сиськи и веселый упорин». Живые же встречи проходят в формате «попить пива». «А я пиво не пью», — говорит Саша. 

www.the-village.ru

Полиамория: ответы на главные вопросы о немоногамной любви

Что такое полиамория

Для обозначения этого термина существуют разные определения, но в целом его можно описать следующим образом.

Полиамория — это заинтересованность или нахождение в интимных отношениях (эмоциональных и/или сексуальных) с более чем одним человеком при условии согласия, открытости и информированности об этом.

Вы когда-нибудь были влюблены в двух людей одновременно и не могли выбрать одного? Если да, то понимаете, о чём речь.

В чём разница между полиаморией и изменой

Во-первых, в том, что все люди, вовлечённые в такие отношения, осознанно соглашаются на них. Никто не нарушает договорённостей, не лжёт и не прячется.

Здоровые полиаморные отношения обычно характеризуются взаимным уважением и открытостью между участниками.

В то же время партнёры могут устанавливать определённые границы и заключать соглашения. Их нарушение будет вредить отношениям так же, как и обман в моногамном союзе.

Какими бывают полиаморные отношения

  1. V — этой латинской буквой обозначается ситуация, когда один человек встречается с двумя другими, не связанными никакими отношениями между собой. По аналогии с V могут существовать формы N и W — написание букв как бы намекает на количество партнёров, хотя трактовки иногда различаются.
  2. Треугольник — три человека, которые встречаются друг с другом.
  3. Квадрат — четыре человека, находящиеся в отношениях. Часто, но не обязательно, в «квадрат» вступают две отдельные пары.
  4. Группа — более четырёх партнёров, находящихся в отношениях друг с другом.
  5. Открытые браки или отношения — пара, оба участника которой отдельно друг от друга встречаются с другими людьми.
  6. Соло — человек, который встречается с несколькими людьми, но не выделяет ведущие отношения и не стремится жить вместе с одним или всеми своими партнёрами.
  7. Иерархическая полиамория — обратная предыдущей ситуация: человек выделяет «первичные» отношения (они могут характеризоваться высоким уровнем близости, совместным проживанием, общим бюджетом) и «вторичные». При этом «вторичный» партнёр не обязательно менее важен, но занимает меньше места в повседневности другого.

Разумеется, все классификации условны: люди сами устанавливают правила и формат своих отношений. Главное, чтобы разговор об этом всё-таки состоялся. Пока вы не обсудите с партнёром, в каких именно отношениях находитесь, вы не можете до конца быть в них уверены.

А как же ревность?

Один из мифов о полиамории: в таких отношениях нет ревности. Конечно, она возникает, хотя не у всех и не всегда.

Например, ревновать может один из партнёров, опасаясь, что новый человек затмит его и из-за этого прежние чувства угаснут. В такой ситуации главное — не начинать устанавливать новые правила, а разобраться с ревностью, понять её причины и найти способ исправить ситуацию.

Если же ревность и расстройство постоянны, это может означать, что человеку не подходят открытые отношения, по крайней мере на данном этапе жизни. Хотя причиной могут быть и психологические проблемы.

В любом случае ревность — чувство, свойственное многим людям. И если она появляется, не нужно её бояться — нужно её исследовать.

Как понять, что вам подходит полиамория

Есть много причин, почему людей привлекают открытые отношения. Вот некоторые из них.

  1. Человек испытывает глубокие чувства или страсть к нескольким людям одновременно и хочет свободно выражать эти чувства.
  2. Человек позволяет отношениям развиваться естественно, не ограничивая их слишком строгими рамками.
  3. Наличие нескольких партнёров для человека столь же нормально, как близкая дружба с несколькими людьми.
  4. Человек стремится испытать разные типы романтических и сексуальных отношений и понимает, что один партнёр не может удовлетворить всех его желаний.
  5. Человек хочет расширить имеющиеся отношения, но не желает обманывать партнёра.
  6. Человек просто думает «Это круто!», когда впервые слышит о полиамории.

Если вы дочитали до этого места и думаете, что всё написанное вам подходит, чудесно — действуйте! Если не знаете, как относиться к прочитанному, тоже хорошо. Абсолютно нормально испытывать неуверенность и даже страх, думая о полиамории как о новом повороте в своей жизни — всё-таки поворот этот довольно резкий. Подумайте, взвесьте всё, не торопитесь: существует огромное количество остановок на пути от «жёсткой моногамии» до «чего угодно».

Если же вы уверены, что полиамория точно не для вас, то и это прекрасно. Главное, донесите до партнёра, что согласны только на эксклюзивные отношения.

Наконец, если вы поняли, что полиаморны, но находитесь в моногамном союзе, опять же лучший выход — поговорить с партнёром. Объясните ему, что не можете быть счастливы в закрытых отношениях, и дайте понять, что причина только в вас, а не в нём.

И самое последнее: не стоит сравнивать. Быть моногамным — не значит быть ревнивым и замкнутым, а быть полиаморным — не значит быть более открытым, просвещённым или свободным. Это просто форматы отношений, которые могут быть приемлемы и неприемлемы в каждом конкретном случае. Выбор всегда остаётся за вами.

lifehacker.ru

Полиамория как форма отношений. Размышления в контексте психотерапии

Аннотация

В статье рассматривается феномен полиамории, проведен обзор современных научных исследований по данной теме, описываются этические и психологические аспекты феномена, обсуждаются особенности психотерапии для клиентов, выбравших полиаморный стиль жизни.

Ключевые слова: полиамория, полиаморность, полиаморный стиль жизни, психотерапия, формы близости.

В конце августа текущего года в Вене прошла вторая конференция «Не-моногамия и Современная Близость» (“Non-Monogamies and Contemporary Intimacies”), организованая Венским Университетом им. Зигмунда Фрейда (SFU) и посвященная вопросу полиамории. На ней с докладом, посвященным психотерапевтическому взгляду на данный вопрос (а именно, с точки зрения гештальт-терапии), выступил мой коллега Dr. Артур Домбровский, который впоследствии, обращая внимание на крайне узко представленный материал, вдохновил на изучение данной темы и написание статьи.

Полиамория (или полиаморность) (др.-греч. πολύς — многочисленный и лат. amor — любовь) представляет собой систему этических взглядов на любовь, допускающую возможность существования множественных любовных отношений у одного человека с несколькими людьми одновременно, с согласия всех участников этих отношений. Контрастна моногамии, где партнеры договариваются об «романтической исключительности» друг для друга, но также и неверности, где один из партнеров имеет отношения с другим человеком без согласия партнера (Hymer and Rubin, 1982).

Большинство сторонников полиамории придерживается точки зрения, согласно которой потребность в близости и любви у разных людей может быть разной и условие сексуальной и эмоциональной исключительности не является необходимым для жизнеспособных долговременных эмоционально значимых отношений. В частности, они признают естественным (вне зависимости от половой принадлежности) желание человека иметь несколько любовных отношений одновременно и допускают возможность поддержания таковых на основе доверия, уважения и ответственного подхода, без создания этических и эмоциональных конфликтов.

Наличие любовных отношений, и тем более нескольких, не является необходимым условием полиамории как образа жизни. По мнению Деборы Анаполь (Anapol, 2012), полиамория — это в первую очередь дискурсивная практика по осознанию, этическому переживанию и проговариванию влюбленности как основной смыслообразующей характеристики человеческого существования, тогда как сексуальность — важнейшая, но далеко не единственная компонента полиаморной идентичности. В разные периоды своей жизни приверженец полиамории может состоять в моногамных любовных отношениях или не иметь никаких любовных отношений вообще. В этой связи было бы правильнее говорить не о полиаморном образе жизни, а полиаморном мировоззрении (Hymer and Rubin, 1982; Anapol, 2012).

Тот факт, что моногамия предстает доктриной, предписанием, как жить и как любить (Conley, Moors et al., 2013; Moors, Matsick, et al., 2013), едва ли вызывает сомнение, в сущности данная форма отношений предстает единственной социально одобряемой формой интимной близости, и как любая аксиома, препятствует возможности человека самостоятельно исследовать и осваивать самого себя, свою потребность в контакте с другими, желаемую форму проявления любви. Автор статьи не в коем случае не выступает против моногамии, но предлагает, несколько углубившись в тематику, обращаясь к исследованиям и личному опыту людей, ведущих полиаморный образ жизни, скажем, описанный в работе Элизабет Шеф (Sheff, 2015), собравшей коллекцию рассказов людей, живущих в полиаморных семьях, свободно поразмышлять, избегая клише, оценок и отстаивания норм, оставаясь в данном случае на гуманистической позиции, настаивая на праве личности быть свободной от социального давления.

«Поначалу я думал, что полиамория — это примета общества потребления: человек хочет обладать всем, что считает привлекательным. Но теперь уверен, что моногамия неестественна. Библия, религия и консерватизм, особенно в последние несколько столетий, сформировали наш подход к отношениям и навязали людям во всём мире некий единственный путь. Я в него не верю — важно исследовать то, к чему ты действительно расположен. Время идёт, и я проверяю теорию отношений, в которых мы сейчас. И понимаю, что если любишь человека так сильно, как я Ребекку, и при этом по-прежнему можешь испытывать чувства к другим, то полиамория — это здоровый путь. Людей, которые жаждут потреблять других, не остановит ничто, в том числе и моногамия: они будут обманывать себя и своих партнёров».  (из блога Ани Сахаровой, «Любовный пятиугольник: как я жила у американских полиаморов», 2016)

Психотерапевтическая позиция подразумевает толерантность и способность к принятию, однако в отдельных случаях трудностью для психотерапевта как человека и психотерапии как процесса может являться конфликт между профессиональной и личностной позицией, когда профессиональные ценности идут вразрез с личностными. Ценность человеческих отношений и романтической любви может затрагивать не только содержательный аспект, но и формальный. Говоря иными словами, ценность семейных отношений для индивида может подразумевать под собой определенную единственную форму таковых, например, моногамию, которая, как уже было упомянуто выше, несмотря на культурные и социальные изменения, в большинстве случаев остается единственной одобряемой обществом формой взаимоотношений. Социум выдвигает жесткие нормы вокруг гендерной сексуальности, а также вокруг единобрачия, где моногамия предстает в общественном сознании единственным «естественным» и «здоровым» стилем отношений (Conley, Moors, et al., 2013; Moors, Matsick, et al., 2013).

Несмотря на демографическую распространенность полиамории, терапевты малообразованы о жизнях и потребностях полиаморных людей, а большинство учебников и брошюр по психологии и психотерапии не упоминают данную форму отношений. Среди немногих работ, посвященных психотерапии для психоаморных клиентов, можно назвать наиболее раннюю авторства Хаймер и Рубин (Hymer & Rubin, 1982), работы Вейтцмана (Weitzman, 2006), Лабриола (Labriola, 2013). На русском языке мы находим всего несколько разрозненных исследований по данному вопросу, причем преимущественно этического характера. Так, одним из авторов, имевшим смелость поднимать тему полиамории еще в советский период, был Юрий Рюриков – критик, социолог, философ, выпустивши несколько монографий о любви (в 90-х вышла его книга «Измены и разводы, треугольники и квартеты»). В своих работах Рюриков приходит к выводу, что человек немоногамен по своей природе и может любить не только одного человека, что находит отражение в культурном наследии, в частности мифологии, поэзии, литературе, где «любовь полна буйного изобилия». В книге «Три влечения» (1967) автор обращает внимание, что тяга к бесконечности любви отражена у многих поэтов Античности. Девизом для всех них могли бы служить слова Вергилия из «Энеиды»: «Дайте лилий полными горстями», а в самой любви все было естественным и не запретным. (Рюриков, 1967: с. 21). Однако несмотря на множество мифологических и литературных сюжетов (мифы о греческих богах: Зевсе, Посейдоне, Афродите, тринадцатый подвиг Геракла и др.), отражающих полиаморию как идею и как форму отношений с другими людьми, научные исследования, и западные в том числе, представлены довольно узко (что на взгляд автора, связано, не только с избеганием обсуждения данной темы, но сложностью организации выборки: поскольку полиамория в основном существует вне социальных норм и общественной легализации, многие люди в стремлении избежания дискриминации, скрывают особенности своей приватной жизни). Тем не менее определенные исследования удается найти. В них мы находим и указание на довольно широкое распространение данного феномена, а также описание связи полиаморности с отдельными другими факторами. Согласно Манли с соавторами  (Manley, Diamond, van Anders, 2015), по крайней мере, 265 групп полиамории существуют в 158 странах. Следует отметить, что как правило, полиаморность исследуется на выборке сексуальных меньшинств и в контексте их сексуальной ориентации (в том числе изменения ее форм со временем (sexual fluidity), тогда как эмпирический материал полиаморности гетеросексуальных людей фактически не представлен, трансформируясь на уровне самой идеи в тему неверности и адюльтера. 

Исследователи сосредотачивают свое внимание на связи полиамории и смене сексуальной ориентации (sexual fluidity) (Chivers, 2005; Diamond, 2012;  Manley, Diamond, van Anders, 2015), полиаморности и индивидуальных особенностях сексуального влечения (Diamond & Savin-Williams, 2000; Lippa, 2006), влияния интимных отношений и социального контекста (Diamond & Savin-Williams, 2000; Rust, 1993). Согласно Manley, Diamond и van Anders (2015), согласованные немоногамные отношения предоставляют расширенные возможности для формирования близких отношений в жизни человека, которые начинаясь как близкая дружба могут затрагивать сексуальную сферу, поскольку для эмоциональной близости как таковой естественно проявляться через телесный контакт (Diamond, 2008; Morgan & Thompson, 2006; Thompson, 2006). Кроме того, к настоящему времени проведены несколько исследований, фокусирующихся социальных ярлыках и стереотипах о немоногамных отношениях (Conley, Moors, et al., 2013; Conley, Ziegler, et al., 2013; Moors et al., 2013), а также разработке феноменологии и языка полиамории (Barker, 2005; Ritchie & Barker, 2006).

Чаще всего полиамория рассматривается как патологичная форма, ровно как и адюльтер, понимаемый в первую очередь как симптом негармоничных отношений в паре, связанный с неудовлетворенностью потребностей или невротическим состоянием личности. В своем исследовании Knapp (1975) обнаружил, что 33% опрошенных им терапевтов полагали, что у людям, состоящих в открытых отношениях, характерны личностные расстройства или невротические тенденции. 9-17% из них пытались влиять на возвращение таких клиентов к моногамному образу жизни. Knapp (1975) также отмечает, что более патологизированными на взгляд терапевтов, были именно люди, состоящие в открытых отношениях, а не те, кто имеет тайные внебрачные связи. Такие данные подтверждают и результаты исследований Rubin and Adams (1978, приводится по Hymer and Rubin, 1982), согласно которым, 27% опрошенных полиаморных людей, имевших опыт психотерапии, указали, что терапевты не поддерживали их образ жизни. Аналогично Page (2004) отмечает, что многие из бисексуальных и/или полиаморных участников проведенного исследования испытывали затруднения в поиске терапевтов, которые бы лояльны к их сексуальности и предпочитаемой форме отношений.

Согласно исследованию Weitzman (2006), даже те психотерапевты, кто оказывается непредвзятым, часто сталкивается с трудностями в работе с психоаморными клиентами из-за недостатка осведомленности и знаний. И если в больших городах (здесь речь в первую очередь идет о США) в списке специалистов можно найти компетентных в данном вопросе, то в малых городах и регионах это практически невозможно (Weitzman, 2006).

В контраст представлениям терапевтов о полиамории, многие исследования демонстрируют жизнеспособность немоногамных отношений. Исследование полиаморных пар, проведенное в Нидерландах, показало нормальный уровень удовлетворения браком и самооценки (Buunk, 1980, приводится по Geri Weitzman, 2006). Две трети опрошенных Knapp (1976) ответили, что после вступления в полиаморный стиль жизни их удовлетворенность браком повысилась. Rubin (1982), сравнивая уровень благополучия в моногамных и полиаморных союзах, не выявил каких-либо значимых различий. Об этом же пишут и Конли с соавторами (Conley, Ziegler, et al., 2013), а также (Manley, Diamond, van Anders, 2015), не нашедших научного подтверждения, что моногамный или, напротив, полиаморный стиль отношений приносит больше эмоциональной удовлетворенности и сексуального удовлетворения. 

Проведенные исследования человеческой сексуальности в 48 странах показали, что почти половина женщин и большинство мужчин предполагали, что будут иметь более чем одного сексуального партнера за последующие 5 лет (Schmitt, 2005). Всестороннее правительственное исследование отношения общества, шаблонов поведения и взаимоотношений проведённое в Финляндии в 1992 году (возраст 18-75, около 50 % обоих полов) показало что около 200 из 2250 (8.9 %) респондентов «согласны или действительно согласны» с утверждением «Я мог бы поддерживать несколько сексуальных взаимоотношений одновременно» и 8,2 % указали в поле «стиль жизни который подходит более всего» на текущем жизненном этапе мог бы включать более чем одного постоянного партнёра. С другой стороны, на вопрос про другие постоянные связи одновременно, около 17 % указали что у них бывали другие партнёры во время постоянной связи (50 % нет, 17 % да, 33 % отказались отвечать). (Документ подготовлен к Западной региональной конференции «Общества научного изучения сексуальности», прошедшей в апреле 2002, и доступен онлайн в «Электронном журнале по человеческой сексуальности», выпуск 5 за 16 апреля 2002). По статистическим данным Newsweek за 2014 год, в США более 500 тысяч людей живет в открытых полиаморных семьях, в в основном это люди от 30 —50 лет, 40 % которых — с высшим образованием. Общество и правовые институты не поддерживают их. В России около 24% браков заканчиваются по причине неверности одного из партнеров (по данным государственной статистики). Согласно исследованию Spring (1997), около трети моногамных отношений в действительности таковыми не являются, что обусловлено наличием адюльтера (Spring, 1997).

Несмотря на сказанное выше, подходы к психотерапии взаимоотношений, как правило, продолжают базироваться на идее, в которой пара (прежде всего мужчина и женщина) и моногамная форма отношений -единственная норма. Насколько готовы психологи и психотерапевты, работающие с семейной системой, работать с полиаморией непредвзято, насколько в действительности специалисты имеют ресурс принятия, а также достаточную компетенцию, насколько консервативным остается профессиональное сообщество?

Отдельные специалисты отказываются маркировать измены как отрицательную практику для семьи. Так, например, семейный консультант Кэти Лабриола (Labriola, 2013) предлагает определить «измены» как иной формат отношений, легитимных уже своей возможностью возникновения и распространенностью в современном обществе. Свободная смена партнеров, по мнению Лабриола (Labriola, 2013), — осознанный выбор, подлежащий этическому обоснованию, а не девиация и нарушение морали. Схожий взгляд мы находим и у Деборы Анаполь (Anapol, 2012), которая в книге «Полиамория в 21-ом веке: Любовь и близость с многочислеными партнерами» («Polyamory in the 21st century: Love and intimacy with multiple partners») обращает внимание на безальтернативную обусловленность интимной сферы чуждыми для нее социальными, экономическими и культурными моногамными стандартами. Согласно Анаполь, люди не сопротивляются, поскольку либо не видят альтернативы, либо уводят ее в тень. «Полиамория естественна и распространена в обществе, но как институт измен, служебных романов, подавленных желаний и томных воспоминаний о счастливой молодости, где моногамные требования снижены или сведены до минимума. Вопрос заключается не в том, возможна или нет одновременная любовь ко многим и принятие любви к другим партнерам, а в том, как описать уже состоявшуюся, реализованную возможность преодолеть нормы, блокирующие какую-либо рефлексивность относительно собственной сексуальной идентичности» (Anapol, 2012). В этой связи перспективной задачей является выведение темы полиамории из области «патологии», но рассмотрение ее с точки зрения человеческой природы как таковой.

Преимущества полиаморных отношений

В исследовании (Page, 2004), проведенном среди 217 бисексуальных взрослых было выявлего, что 33% из них состоят в полиаморных отношениях, а также 54% из 217 респондентов указали, что полиаморный образ жизни - их идеальная модель отношений. Некоторые выбирают полиаморию просто, потому что им нравится иметь свободу до настоящего времени любой, кого они выбирают (Sumpter, 1991). Другие находят, что образ жизни удовлетворяет им, потому что он позволяет им выразить свою сексуальность любителями больше чем от одной гендерной группы. Но в любом случае, консультанты и терапевты, особенно работающие с бисексуальными клиентами, должны знать, что некоторые из них будут полиаморны (Weitzman, 2006).

Полиамория раскрывает определенные преимущества, из которых в самом общем виде можно выделить три: большее сексуальное удовлетворение, личностный рост и развитие (сюда входит лучшее осознание своих собственных потребностей, больше доверия и смелости, больше возможностей делиться с другими), более активная и эмоционально насыщенная жизнь (Knapp, 1976; Kassoff, 1989; Rust, 1993). Dixon (1985, приводится по Weitzman, 2006) выявил, что полиаморные люди в меньшей степени чувствуют собственническую позицию со стороны своих партнеров, а также меньше конкурируют с теми, кто мог бы показаться привлекательным для партнера. Некоторые полиаморные люди делились, что сопереживают радость, если их партнер испытывает чувство близости с другим человеком (Keener, 2004; Polyamory Society, 1997 приводится по Weitzman, 2006). Исследования Keener (2004) показало высокий уровень доверия и низкий уровень тревоги о возможном обмане со стороны партнеров по полиаморным отношениям, поскольку решения о данной форме отношений принималось всеми сторонами свободно и по собственному желанию. 

Трудности полиаморных отношений и психотерапевтические задачи

Большинство полиаморных людей, обращаются за терапией по причинам, не связанным с полиаморией. Фактически они обращаются с типичными трудностями - беспокойством, тревогой, неумением владеть собой, и т.д. (Weitzman, 2006). При этом задача психотерапевта – быть непредвзятым, иметь широкие взгляды и достаточную свободу для того, чтобы принять, что полиаморный образ жизни клиента может быть для него естественным, жизнеспособным и благоприятным, если конечно, не существует конкретных признаков, указывающих на обратное. Часто полиаморные люди довольны своим образом жизни, но ищут способа реализовывать его более непринужденно и гладко. По этому поводу Гари Вейтцман (Weitzman, 2006) пишет, что  роль терапевта - помочь полиаморным клиентам осознать и проговорить свои потребности, в случае необходимости помочь договориться с партнером о своих отношениях, характеризующих их правилах и форме (что необходимо и в работе с любой другой парой или семейной системой).

Однако можно выделить и наиболее типичные психологические трудности, с которыми встречаются полиаморные люди, и, соответственно, психотерапевтические задачи в их преодолении.

  • Трудности, связанные с идентичностью. Развитие полиаморной идентичности происходит поэтапно, где каждая фаза имея потенциальные трудности, может сопровождаться работой с психотерапевтом. Согласно Weitzman (2006), на первом этапе формирования личной идентичности происходит расширение границ Я вместе с проявлением интереса к полиаморному образу жизни, а также переживанием конфликта между индивидуальными потребностями и господствующей тенденцией общества. Иногда человек ощущает себя полиаморными прежде, чем встречает других полиаморных людей, переживая острое болезненное чувство одиночества, собственной инаковости, стыда и страха осуждения. На данном этапе поддержка терапевта, информирования о полиаморной субкультуре, помощь в поиске социальных полиаморных групп предстают  важнейшими задачами (Weitzman, 2006).
  • Самораскрытие и представление своей полиаморности имеющемуся партнеру. Осознание своей полиаморности порой происходит на фоне имеющихся моногамных отношений. В этом случае вторым этапом проживания собственной идентичности является самораскрытие перед партнером, которое сопровождается риском быть осужденным и отверженным. Здесь задачами индивидуальной терапии выступает помощь в проживании чувств клиента (стыда, тревоги, вины) и поддержка в случае расставания с партнером (проживания боли и горя потери) (Weitzman, 2006). Однако на данном этапе возможна и эффективна работа с парой, позволяющая понять и принять друг друга, пройти через сомнения, растерянность, страхи, найти новую форму взаимоотношений или, в случае невозможности полиаморных отношений для одного из партнеров, прохождение через расставание. По опыту Weitzman (2006), некоторые партнеры готовы узнать больше о полиамории, даже если они не уверены, что полиаморность подходит им как стиль жизни.
  • Взаимный интерес имеющегося партнера к полиамории и формирование новой формы отношений с ним. Иногда партнер также оказывается заинтересованным в полиаморном стиле жизни, и в этом случае происходит формирование отношений в новом виде, сопровождаемое переговорами. В действительности данная стадия возникает каждый раз при установлении новых отношений. На данном этапе каждый участник озвучивает свои пожелания и ожидания, определяет желаемые границы, что может разворачиваться на фоне столкновения интересов и взглядов. Терапевт в данном случае помогает клиентам говорить открыто, искать способы сотрудничества и компромиссы, формулировать правила, касающиеся того, что допустимо в их отношениях, а что нет (Weitzman, 2006).
  • Включение нового партнера в уже имеющиеся отношения. Данный шаг совершают не все полиаморные пары. Некоторые договариваются о возможности сексуальных отношений с другим партнером, тогда как семья остается в том же составе – двое взрослых. Однако иногда любовные отношения охватывают одновременно троих, четверых или более людей, которые решают жить вместе. Такой тип связи, соответственно, приносит и новые трудности. Происходит реструктуризация, снова требующая обсуждения, но теперь уже с большим количеством участников. Поднимающиеся вопросы касаются как психологических моментов, так и бытовых (деление пространства, особенности совместного сна, финансовые вопросы и пр.) (Weitzman, 2006).
  • Ревность. Чувство ревности часто неизбежно в любовных отношениях, более того, согласно Кэти Лабриола (Labriola, 2013), именно оно выступает основным негативным переживанием, связанным со свободными отношениями. С одной стороны полиамория открывает новые возможности для формирования доверия и преодоления ревности (Ramy, 1975; Keener, 2004), с другой, напротив, включение нескольких людей в близкие отношения может создавать конкуренцию между ними. Особенно остро проблема ревности и дифференциации (как способности различать уникальность и ценить все связи) может проявиться при возникновении новых отношений. За счет новизны, вторичные (новые) отношения могут проживаться более ярко, вызывать более интенсивные чувства по сравнению с ранее образованными, и, как отмечает Гари Вейтсман (Weitzman, 2006), у людей только начинающих вести полиаморный образ жизни, нередко возникают сомнения и предположения, что второй партнер – лучший вариант. В этом случае они могут обесценивать основного (первого) партнера, отстраняясь или делая поспешные выводы. Психотерапевту важно удерживаться в реалистичной позиции, а также при работе с парой (тройкой) помогать исследовать природу и динамику чувств, удерживать фокус внимания на каждом из участников отношений (Weitzman, 2006).
  • Размытость правил и границ. В полиаморных отношениях, правила и границы являющиеся важнейшими факторами безопасности участников данных отношений. Исходя из этого одной из задач психотерапии может быть прояснение и формулирование таковых, соотнесение принятых правил с личностными потребностями каждого из участников таких отношений, уважения и сохранения им собственных личностных границ.
  • Окончание полиаморных отношений. Полиаморные отношения заканчиваются по ряду причин. Чаще всего они заканчиваются по тем же самым причинам, что моногамные отношения заканчиваются (Ramey, 1975; Rubin and Adams, 1986)  - несогласованность или конфликт потребностей, угасание чувств, разочарование. Но партнерам по полиаморным отношениям часто необходима дополнительная поддержка, поскольку они могут испытывать чувство стыда и позора, переживания неспособности работать ту форму отношений, на которую они затратили так много усилий. Weitzman (2006) обращает внимание на то, что часто полиаморные люди, выделяясь среди моногамного окружения, привлекают к себе больше внимания, и их личная неудача может быть использована как доказательство не жизнеспособности полиамории в целом. При этом, когда заканчиваются моногамные отношения, они, как правило, не интерпретируются подобным образом (что единобрачие - не жизнеспособный образ жизни). Терапевт может помочь клиенту увидеть этот двойной стандарт, найти в себе силы и уверенность защищать себя от возможных нападок. При этом возможность смены образа жизни может быть предметов обсуждения в психотерапии.
  • Общественная мораль о единобрачии и чувство стыда. В начале данной статьи подробно обсуждался вопрос лояльности социума и возможности принятия того, что моногамия - не единственная форма отношений. Негибкость и осуждение со стороны, как общества в целом так и конкретных знакомых людей способствует формированию чувства страха отвержения, стыда и вины. Развитие воли, социальной смелости, возможности принимать самостоятельные решения – важные задачи в психотерапевтической работе с полиаморными клиентами.
  • Выраженный внутренний конфликт. Конфликт с обществом, противостояние навязываемой модели, а также необходимость эмоционального включения сразу в несколько отношений может провоцировать внутренний конфликт (который, в частности, может быть описан через конфликт между ид и супер-эго, внутреннего родителя и ребенка, желаемым и должным). Поэтому терапевту важно быть готовым работать с глубоким внутренним конфликтом.

Открывая свои преимущества и неся в себе потенциальные трудности, полиаморный стиль жизни, требует личностных ресурсов, определяемых характерными чертами. Так К.Т. Хацлер (приводится по Moors, Matsick, Schechinger, 2017) изучавший качества, присущие моногамным и полигамным людям, определил, что полиаморов, как правило, характеризует общительность, экстравертность,  физическая привлекательность. Кроме того, на основе проведенного обзора исследований, можно предположить, что для реализации полиаморных отношений большое значение имеют такие качества, как умение договариваться, способность дифференцировать отношения, готовность противостоять общественному мнению, нонконформизм, социальная смелость, а также эмоциональная компетентность.  В своем выступлении на ТЕD Кель Волтерс (Kel Walters) говорит о полиаморности и эмоциональной грамотности как связанных феноменах. «Нам кажется абсурдным, если с появлением нового друга в жизни мы скажем «пока» имеющимся старым друзьям или с рождением младшего брата или сестры вычеркнем из своей жизни старших, однако это не относится к романтическим отношениям». Идею полиаморности отражает метафора о горящей свече, от которой можно зажечь множество других свечей, при этом огня не станет меньше. Общество соглашается с таким определением любви, но лишь до тех пор, пока речь идет о любви платонической. Готовы ли мы посмотреть на данный вопрос непредвзято? Готовы ли мы, как консультанты и психотерапевты, принимать инаковость другого в полной мере?

Polyamory as a form of relationship. Reflections in the context of psychotherapy

Annotation

The article considers the ideas about polyamory. The review of modern scientific studies of studies of the phenomenon is carried out, ethical and psychological aspects are described as well as the features of psychotherapy for the clients who identify as polyamorous.

Keywords: polyamory, polyamorous lifestyle, psychotherapy, forms of intimacy.

psyjournal.ru

моноаморные люди в отношениях с полиаморными » MAKEOUT — Журнал про гендер и сексуальность

  • Галоўная
  • Камін-аўт
  • Кінаклуб
  • Пераклады
  • Спецпраекты
  • Аб праекце
  • Звязацца з камандай
  • English description

Мая гісторыя

Вика

Даша

Юля

Саша

Алиса

Слава

Татьяна

Милана

Женя

Елена

Арчи

Анастасия

Елена

Карусь Люты

Вова

Наста

Nic

Влад

Коля

Даша

Ира

Аня

  • Камін-аўт
  • Кінаклуб

makeout.by

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *