Разное

Ольфакторная память: Память на запахи – как поможет выбрать духи?

Содержание

Душа дышит носом, ольфакторная память самая надежная память человека | Заметки Психолога Финансиста

Душа дышит носом, говорят эксперты парфюмерии, я решила это проверить… ⠀

«Любой аромат сам по себе не плох и не хорош. Это наш мозг интерпретирует запахи и ароматы в соответствии с нашим опытом и воспоминаниями…» — Patrick Mac Leod — французский нейрофизиолог, президент Института вкуса, один из ведущих мировых специалистов по нейрофизиологии чувств.

Обонятельная (ольфакторная) память человека относится к одному из древнейших и длительных типов памяти. Eще ee называют, Ольфакторный Слух, недаром говорят, что ароматы «слушают» , а не «нюхают»,

Интересно ? читай до конца ❤️👍

Ольфакторную память получает каждый человек при рождении, как и все остальные типы длительной и короткой памяти. И ее так же можно развивать.

Ольфакторная память — самая мощная и самая надежная память человека, управляемая подсознанием.

Любые сомнения в этом отпадают у всех, кто приходит на  «слепые прослушивания» или мои консультации. Соприкасаясь с ароматами чувства, эмоции, тело, мысли «переворачиваются» от встречи со своим прошлым и треками воспоминаний, хранящимися в закромах ольфакторной памяти.

При помощи по особой схеме подобранных масел и психологических техник, знания биохимии Эфирных Масел на встречах распаковываются самые глубинные психологические БЛОКИ, высвобождаясь новыми мощными ресурсами для человека.

Именно такое комплексное сочетание позволяет довольно быстро находить истинные причины сложившихся ситуаций на самом глубоком уровне подсознания и находить решение.

В процессе работы я обнаружила, что использование именно натуральных Эфирных Масел Терапевтического спектра действия, как связующее звено ускоряет соединение Физического тела и Подсознательных процессов, то есть это позволяет в разы увеличивать ЭФФЕКТИВНОСТЬ процесса ПСИХОТЕРАПИИ

Например, клиентка пришла с запросом о том, что ее муж не хочет работать, а она устала везти все на себе. На встрече она не могла переносить аромат пачули, говоря, что он напоминает ей запах грязных портянок. На вопрос: Откуда она знает, как пахнут портянки? она ответила, что понятия не имеет. В процессе работы мы вышли на то, что этот аромат связан с историей ее прабабушки, которая жила в деревне вынуждено ухаживала за своим больным мужем алкоголиком, у которого всегда были грязные портянки. Вот так генетически через ольфакторную память передалась информация и установки из прошлого. Клиентка бессознательно из-за подсознательной лояльности к прабабушке повторяла ее судьбу.

На данном этапе мной выведена некая закономерность, которая объясняет почему эфирные масла столь эффективно себя проявляют:

ФИЗИЧЕСКОЕ ТЕЛО — это уровень МАТЕРИЯ

ПОДСОЗНАНИЕ — это уровень ЭФИР

ЭФИРНЫЕ МАСЛА соединяют в себе оба уровня = МАТЕРИЯ + ЭФИР

Недаром этот древнейший незаменимый инструмент тысячи лет уже пользуется спросом и помогает быстро, эффективно достичь результата, превосходящего самые смелые ожидания.

Задавайте любые вопросы относительно использовании эфирных масел в комментариях 🤗💜

Почему запахи пробуждают воспоминания? — BBC News Україна

  • Дарья Прокопик
  • для ВВС News Украина

Автор фото, Getty Images

Підпис до фото,

Запахи важны не только для животных

Запах бабушкиного дома или маминого рулета с корицей переносят нас в прошлое и пробуждают целые истории, которые прятались в памяти.

Почему именно запахи так легко поднимают волну воспоминаний? Этому явлению есть название — феномен Пруста, — научное объяснение и даже практическое применение.

Феномен Пруста

Запах размягченного в липовом чае кекса-«мадленки» навеял взрослому Марселю Прусту полные деталей воспоминания детства, казавшиеся совершенно забытыми.

Этот литературный эпизод подарил название пробуждению запахами воспоминаний о прошлых событиях — феномен Пруста.

В отличие от воспоминаний, порожденных словами или образами, феномен Пруста касается преимущественно событий детства и значительно ярче и эмоциональнее.

Феномен Пруста имеет отношение не вообще к запахам, а только к тем, которые мы испытывали остро и непродолжительно, например, аромат праздничной выпечки или духов первой любви.

Оказывается, что для нашего хорошего самочувствия полезны волны воспоминаний и ощущение ностальгии. Запахи, воспоминания, психические ощущения и работа сердца и иммунной системы удивительно связаны.

Эффект от запахов опережает осознание корой головного мозга того, почему мы чувствуем именно сейчас именно эти эмоции. Навеянные запахами воспоминания могут успокоить и уменьшить воспаление, но вместе с тем — даже спровоцировать посттравматический синдром.

Автор фото, Getty Images

Как мы воспринимаем запахи

Выделяют два типа восприятия запахов — узнавание запаха и порождение автобиографических воспоминаний.

Женщины вообще более чувствительны к запахам, чем мужчины.

Обонятельные луковицы являются частью лимбической системы мозга. Эта система — совокупность эволюционно древних участков, отвечающих за эмоции и чувство безопасности.

Информация о запахах идет напрямую к гиппокампу — он формирует ассоциативную память, и амигдале — она ​​обрабатывает чувственные воспоминания и формирует эмоциональную память.

Оттуда сигнал идет напрямую в таламус — еще один регион, определяющий нашу внимательность и приоритеты.

Автор фото, Getty Images

Именно поэтому мы реагируем на запахи невольно и не можем их игнорировать. Зрение и слова таких привилегий не имеют.

Только когда сигналы о запахах поступают в кору полушарий, мы можем их распознать.

Обоняние важно не только для диких животных, но и для людей.

Считается, что в выборе сексуальных партнеров люди в определенной степени руководствуются запахами.

Дети начинают изучать запахи еще в утробе матери и впоследствии оказывают предпочтение тем, которые не вызывали у матери стресса.

Младенцы помнят запахи, сопровождающие ласки родителей, и успокаиваются от них.

А ухудшение восприятия запахов считается одним из предвестников болезней Альцгеймера и Паркинсона.

Люди со спектром аутичных нарушений также плохо различают запахи.

Около 10% здоровых людей имеют состояние алекситимии, когда трудно распознать собственные и чужие эмоции и подобрать к ним слова. Таким людям также присуща нечувствительность к запахам.

Польза от ароматов

Автор фото, Getty Images

Древняя практика ароматерапии использует запахи для модуляции эмоций и состояний тела.

Так, например, у большинства западных людей ощущение счастья вызывает запах ванили, бодрости — ароматы цитрусовых, а запах лаванды считают успокаивающим.

На Востоке запахом умиротворения называют ясмин, а с энергичностью и счастьем связывают аромат розы.

Клинические исследования показали определенную эффективность ароматерапии и массажа при преодолении депрессии. Но у онкобольных это наоборот увеличивало тревожность.

Ингаляция маслом лаванды в клиническом исследовании облегчала передменструальный синдром.

В одном опыте люди, чувствовавшие аромат свежего кофе или выпечки, были более приветливыми и готовыми помочь незнакомцам, чем те добровольцы, которые не испытали никакого влияния.

Приятные нам запахи влияют также на производительность и творческие способности — эта известная из обычного опыта вещь подтверждена учеными.

Если мы впервые выполняем задание в помещении с приятным запахом, то в последующие разы мы будем делать его значительно лучше, если там будет пахнуть так же.

Если кто-то не может взяться за работу без кофе, то, возможно, дело не в кофеине, а именно в любимом аромате, запускающем креативность.

Автор фото, Getty Images

Феномен Пруста и повседневность

Влияние запахов на настроение и здоровье — это не только ароматерапия.

Феномен Пруста сейчас изучают для использования в медицинской практике.

Опыты показали, что люди чувствовали себя более спокойными, счастливыми и возвышенными, когда ощущали не просто приятный запах, а вспоминали то, что именно в них вызывает автобиографические воспоминания.

Ностальгия, которую порождают давно знакомые запахи, может внушать трепет или грусть. Однако, она считается полезной для психики.

Ностальгия помогает нам чувствовать связь с прошлым и с другими людьми и даже повышает самооценку и вселяет оптимизм.

Подобный эффект имеет печальная музыка или та, которую мы слушали в юности.

Но запахи — мощный фактор в пробуждении ностальгических воспоминаний.

Такие воспоминания меняют не только настроение, но и объективные показатели здоровья.

Запахи, которые порождали приятные автобиографические реминисценции, уменьшали частоту сердечных сокращений и делали дыхание более глубоким и ровным. Это считают признаками снижения стресса.

Мозг может также влиять на работу иммунной системы. Благодаря любимым издавна запахам в крови подопытных снижался уровень маркеров воспаления.

Автор фото, Getty Images

Другим использованием феномена Пруста является борьба с зависимостями.

Несколько исследований обнаружили, что определенные запахи уменьшают у хронических курильщиков желание закурить очередную сигарету. А люди, склонные «заедать стресс», существенно меньше тянулись к калорийным продуктам.

Считают, что запахи дарят ощущение комфорта и безопасности, и тем самым подавляют стремление получить успокоение в курении или сладостях.

Также предполагают, что запахи «диетической» пищи напоминают стрессовым сладкоежкам о том, что не стоит переедать. Просто запах пищи способствовал ощущению сытости и помогал вовремя остановиться.

Но даже приятные, но связанные с плохими воспоминаниями запахи, могут вызвать тревогу вплоть до посттравматического синдрома.

У таких людей определенные запахи очень активировали амигдалу и префронтальную кору головного мозга.

Подобные вспышки травматических воспоминаний не проходят с годами, и спусковым механизмом для них часто становятся именно запахи, которые человек чувствовал во время ужасного опыта.

Выберем ли мы косметику с определенным ароматизатором, зависит от того, напоминает ли нам тот запах о чем-то в прошлом.

Автор фото, Getty Images

Исследования показывают, что люди склонны делать выбор в пользу продуктов, которые пробуждают автобиографические воспоминания.

Феномен Пруста может пригодиться даже спортсменам.

Кристофер Бергланд, атлет и писатель, говорит, что в своих тренировках он использует запахи для настройки тела и сознания.

Для него, например, источником бодрости и вдохновения для тренировки в серые зимние дни является запах солнцезащитного крема, он переносит его мысленно в лето.

Он советует найти каждому тот запах, который для него ассоциируется с активностью и решительностью, и каждый раз их пробуждать. Даже если это будет не лучший в мире запах комнаты для переодевания.

Следите за нашими новостями в Twitter и Telegram.

Как научиться различать парфюмерные ноты | Vogue Ukraine

B двадцать лет я была обладательницей целой коллекции ароматов. Их было не меньше полусотни – новых, трендовых. Подруги всегда со мной советовались, на что стоит обратить внимание и что из парфюмерии купить в duty free. Теперь я понимаю, что в то время мои познания были легкими и поверхностными, как верхние ноты в пирамиде парфюмерной композиции.

Во время первой беременности я перестала пользоваться туалетной водой. Родилась дочь, за ней – вторая. Дети так сладко пахли, что синтетические запахи были лишними. Спустя четыре года я вернулась к своей коллекции – и очень удивилась. Любимые ароматы вызывали воспоминания, но больше мне не подходили.

За это время из бренд-менеджеров я перешла в бьюти-блогеры, потом стала бьюти-редактором женского портала. Косметика и парфюмерия стали частью моей работы. Коллеги со знанием дела рассуждали о нишевой парфюмерии, а я не была с ней знакома и понятия не имела, как должны звучать ветивер, сандаловое дерево и пачули.

Парфюмерных школ в Украине нет, но можно посещать мастер-классы и тематические вечера, которые проводят украинские парфюмеры. Свой первый ольфакторный опыт я получила летом прошлого года, когда записалась на тренинг молодого украинского парфюмера Дениса Хотоса. Занятие длилось три часа, с перерывом на воду и проветривание. Без чая и кофе, чтобы не отягощать обоняние. Я была самой неподготовленной из учениц: остальные шесть девушек уже умели различать ноты, улавливать некоторые их оттенки. Но больше всего меня поразило, какую емкую характеристику они могли дать аромату: «дерзкий парень» или «осыпавшийся со школьной доски белый мел». У меня так не получалось: все, что я могла сказать об аромате, – «свежий», «сладкий» или «восточный».

Парфюмерных школ в Украине нет, но можно посещать мастер-классы и тематические вечера, которые проводят украинские парфюмеры

Хотос начал с того, что рассказал об истории парфюмерии и о том, чем отличаются натуральные ароматические вещества от синтетических. Первые получают из растений и смол без химического вмешательства в их структуру, вторые же – продукты химической переработки нефти и смол. На этикетке их обозначают сложными названиями вроде 1,3-диенил метаналь, цитронеллол и т. п. Натуральные и синтетические ароматы ведут себя по-разному. Первые на каждом человеке звучат по-своему: натуральные компоненты вступают в химическую реакцию с запахом тела, уникальным, как ДНК, и в результате образуется неповторимый аромат. Синтетика же безлика и на всех пахнет одинаково, уверен Хотос.

С этим не согласен известный украинский «нос» Богдан Зубченко: «Даже дистиллированная вода на разных людях пахнет иначе – просто потому, что запах тела у каждого свой, – говорит он. Дело в другом: часто синтетические компоненты – очень громкие, и полностью перебивают собственный аромат человека. Но бывает «синтетика» очень мягкая, нежная, изысканная, дорогая в производстве, как, например, дамасконы, использованные в классической Nahema Guerlain или иононы, традиционно используемые для создания аромата нежных фиалок. Если протестировать именно их, то они будут раскрываться на всех по-разному».

Зубченко рассказывает, что при производстве современных ароматов без химии все же не обходится: растворители нужны парфюмерам как вспомогательное орудие, чтобы добыть аромат. Даже при анфлераже, самом дорогом и известном со Средневековья способе добычи пахучих веществ с помощью натурального жира, использовали спирт. Сейчас вместо него пользуются более летучими синтетическими растворителями, чтобы не изменился начальный тон запаха. Поэтому справедливо говорить о том, что у аромата натуральный источник, а вот метод получения из него пахучих веществ – далеко не всегда. «Парфюмерная палитра обеднела бы на 80 %, если бы при производстве ароматов не использовали синтетические вещества.

Несмотря на эти откровения, отличить натуральный аромат от синтетического с ходу я так и не смогла. Мне еще предстояло учиться и учиться.

После опытов с натуральными и синтетическими ароматами Денис предложил послушать популярные ноты, среди которых я открыла для себя синтетическую молекулу Iso E Super. Ее добавляют во многие парфюмы, но часто выбирают и в качестве самостоятельного аромата на каждый день. В свое время ароматы Escentric Molecules, построенные вокруг одной-единственной Iso E Super, произвели фурор на рынке. Еще я узнала о молекуле «арбузный кетон», которая в современных парфюмах отвечает за легкость и свежесть наравне с цитрусовыми.

Денис Хотос выдал нам специальный штатив с ароматическими веществами и объяснил, как правильно их слушать. Например, распылив пахучую субстанцию на блоттер, нельзя сразу подносить его к носу: аромату нужно время, чтобы раскрыться. Надо немного подождать и начать слушать – легкими, короткими вдохами. Если аромат нанесли на запястье, его не растирают: это может нарушить композицию и последовательность нот.

После перерыва, когда мы освежили рецепторы, выпив по стакану воды, Денис предложил послушать моноароматы: ваниль, жженый сахар, мандарин, грейпфрут, бергамот, ветивер, дубовый мох и другие. Каждая участница выбрала понравившиеся запахи, из которых могла создать свой собственный аромат. Я люблю сладко-калорийные запахи, и первой потянулась за ванилью. Ее я смешала практически в равных пропорциях со сладковатой молекулой Iso E Super, а разбавить приторность решила апельсином и бергамотом. В конце подумала, что надо бы усадить композицию на что-то древесное, и добавила в пробирку несколько капель сандалового дерева. Все это время я чувствовала себя алхимиком – ни больше ни меньше. Но нахимичить что-то приличное не удалось. Моя композиция получилась сладкой и тягучей, похожей на густой кленовый сироп. Возможно, надо было смешивать ноты в других пропорциях или добавить больше фруктов и цветов. В тот вечер я ушла с урока, опьяненная этиловым спиртом и разочарованная. Казалось, мне не постичь благоухающую науку.

Разубедила меня в этом Елена Богомазова, парфюмерный стилист из Одессы. По ее словам, ольфакторный интеллект – способность ощущать тонкие различия в ароматной палитре – можно развить. К сожалению, за долгие годы своего существования человечество так и не создало универсального «ароматного словаря». Все в природе имеет свои свойства и характеристики, мы с легкостью можем описать любой предмет: его форму, цвет, размер, текстуру, а любимую мелодию легко записать при помощи нот, и лишь ароматы были незаслуженно забыты многие тысячелетия. Поэтому большинство людей не умеют воспринимать и описывать их: просто нет навыков. Многие известные парфюмеры – это выходцы из парфюмерных династий, их с детства учили ароматной грамоте. Например, Рамон Монегал, который не так давно придумал посвященный Украине аромат The New One, – парфюмер в четвертом поколении; Жан-Клод Эллена, штатный «нос» Дома Hermès и автор многих ароматов для Acqua di Parma и Frederic Malle, родился в семье парфюмеров, а его дочь Селин сейчас работает вместе с ним; Оливье Польж, автор почти 90 ароматов и парфюмер Chanel, – сын легендарного Жака Польжа, хранителя формулы Chanel № 5.

Слабый нюх может быть следствием нехватки цинка в организме. Поэтому в рацион стоит включить бобовые, красное мясо, кедровые орехи, печень, гречку, пшеницу

Усиливать остроту обоняния учат в лучших парфюмерных академиях мира, но можно заняться и самообразованием. Чтобы научиться слышать аромат и раскладывать его на ноты, нужно практиковаться. Для начала надо подготовить нос. Елена Богомазова рекомендует выпивать не менее полутора литров воды в сутки, чтобы защитить от пересыхания верхний слой обонятельного эпителия. Важный аспект – питание. Слабый нюх может быть следствием нехватки цинка в организме. Поэтому в рацион стоит включить бобовые, красное мясо, кедровые орехи, печень, гречку, пшеницу. Курение и алкоголь тоже угнетают рецепторы, так что от вредных привычек лучше отказаться.


Туалетная вода с нотами цветущей сакуры, японской груши, малины и белого мускуса Fan di Fendi Blossom, Fendi (лимитированный выпуск), 50 мл, 1339 грн

Вместо них парфюмеры советуют приобрести другие, полезные: вдыхать, анализировать и запоминать ароматы, которые нас окружают. Это не только ароматы цветов, специй, фруктов, ягод, деревьев, домашней еды или выпечки. Надо расширять свой ольфакторный диапазон, изучая непривычные запахи – например, запах метро, жженой сухой листвы или извести.

Но если с известью все понятно, то отыскать в мегаполисе запахи пачулей, тиаре, ветивера, дубового мха или, например, бобов тонка – сложно. Ценители парфюмерии советуют покупать эфирные масла и абсолюты. Продаются они в любой аптеке, но надо остерегаться подделок. Качественное масло стоит недешево, и проверить его можно, капнув на лист бумаги. Через некоторое время масло должно полностью исчезнуть или, если оно имеет природный цвет, оставить окрашенный след. Если на бумаге просвечивает жирное пятно – значит, эфирное масло разбавлено дешевым базовым.

Я тренирую обоняние так: наношу пару капель масла на запястье и в течение нескольких часов исследую аромат. Стараюсь проследить, как он раскрывается, как ведет себя в теплом помещении и на морозе, запоминаю все нюансы и, конечно, пытаюсь его охарактеризовать. Развивать ольфакторную память с помощью масел удобно еще и потому, что их можно использовать по назначению. Я, например, добавляю масла в кремы и устраиваю в сауне сеансы ароматерапии.

С экзотическими ароматами можно ознакомиться в осмотеке. Это место, где ароматы собраны, как книги в библиотеке. Первая и главная осмотека мира находится в Версале, и управляет ею внучатая племянница Жан-Поля Герлена – основательница марки Parfums de Nicolaï Патрисия де Николаи.

Еще одно упражнение на развитие обоняния, которое я сейчас практикую, – слушать аромат, одновременно изучая его парфюмерную пирамиду. Описания духов есть на портале fragrantica.com. Я слушаю аромат и стараюсь распознать хотя бы базовые ноты. Уже начинает получаться. Часто я захожу в парфюмерный магазин и слушаю несколько ароматов одной категории, например из семейства цветочно-фруктовых, пытаясь отследить, как звучит одна и та же нота в разных композициях. Так, у двух совершенно разных по настроению ароматов – La Vie Est Belle, Lancôme, и Honey, Marc Jacobs, – есть общая верхняя нота груши. Но если в первом случае я слышу сладкую карамелизированную грушу в десерте, то в Honey она звучит легче и прозрачнее.

Иногда мне начинает казаться, что изучение ароматов – неподъемная ноша. Собственно, если относиться к парфюмерии как науке, то это близко к правде. Но если не пытаться разделить композицию на ноты, а слушать ее целостное звучание, то все становится намного проще. Ведь главное в аромате – эмоции, которые он вызывает. Как говорит парфюмер марки Pantheon Паоло Фаделли, чтобы понять аромат, необходимо при первом вдохе дать волю воображению, не концентрируясь на парфюмерной композиции. «И тогда наш внутренний ольфакторный слушатель обязательно отыщет воспоминания, о которых ему нашепчет аромат».

Читайте также: Главные правила выбора парфюма при покупке

Нейропарфюм — ЧТО ТАКОЕ ОЛЬФАКТОРНАЯ ПАМЯТЬ ⠀ Память – это… | Facebook

КВАНТОВАЯ ПСИХОЛОГИЯ И «НЕЙРОПАРФЮМ»

Наверняка, вы хоть раз слышали, что если хотите достичь успеха, то необходимо начинать с фильтрации собственных мыслей. А затем от мыслей переходить к визуализации, проработке установок и к реальным шагам по осуществлению задуманного. Этот подход имеет место и в квантовой психологии. 🙌

Выделяют две основные техники работы с сознанием:
✔️ работа с пустотой;
✔️ работа с эмоциями.

Поговорим подробнее о второй технике. С её помощью возможна проработка эмоций, которые вы испытываете в данный момент, но не с точки зрения состояния, а как умение представить её в виде энергии. Ощутить и прочувствовать это состояние в полной мере, прожить и отпустить эмоцию, не зацикливаясь на ней. 👌

По данной технике необходимо сконцентрироваться на одной эмоции: раздражении, гневе, тоске или обиде. Затем нужно закрыть глаза и сосредоточиться на выбранном ощущении. Представить его в виде сгустка энергии. Какого он цвета? Размера? Какое излучает напряжение? Ответьте себе честно на эти вопросы, а потом попробуйте рассмотреть эмоцию беспристрастно. Поймите что это тоже энергия и она может не только разрушать, но и созидать. Примите её как часть себя и направьте на достижение желаемой цели. 😌

В момент, когда вы сможете её спокойно воспринимать вдохните аромат «РЕЛАКС». Он поможет гармонизировать внутреннее состояние, снизит уровень гормонов стресса и насытит мозг серотонином.

Уникальный ольфа-код в составе «РЕЛАКСА» поможет быстрее и легче справиться с негативными эмоциями и понять, что они такая же неотъемлемая часть Вас, как и положительные эмоции.

Сочетание техник квантовой психологии и осмысленная работа с ароматами «Нейропарфюма» помогут выйти на новый уровень осознанности и приблизят Вас к достижениям желанных целей. 🤗

Для заказа ароматов:
💻 http://www.xn--80ajmnbihgd4b6g.xn--p1ai/
💻 www.neuroparfum.ru
📲 +7(499) 409 30 70
Или напишите в директ @neuroparfum

Парфюмеры почуяли запах свободы — Ведомости

Парфюмерный ритейл переживает новый взлет – интерес потребителей к новым ароматам растет. В компании L’Oreal отметили, что в IV квартале 2020 г. продажи выросли на 4,8% по сравнению с аналогичным периодом 2019 г. и достигли 7,88 млрд евро. Руководство марки прогнозирует бум бьюти-рынка после пандемии, как это было в начале XX в., во время испанки. «Я уверен, что, когда мы полностью выйдем из этого кризиса, вызванного пандемией, ситуация будет напоминать 1920-е гг., – сказал исполнительный директор L’Oreal Жан-Поль Агон в интервью Finanсial Times. – У нас снова появится чувство свободы, желание веселиться, выходить на улицу, общаться, пользоваться косметикой и духами, как и век назад».

Сто лет назад действительно случился всплеск массового ольфакторного увлечения. В частности, именно в 1921 г. появился главный аромат XX в. – «Шанель № 5». «Двадцатые годы прошлого века были временем великих парфюмерных открытий. Появились шипровые, фруктовые, альдегидные, древесные, грубые кожаные, алкогольные ароматы, – рассказывает Элина Арсеньева, парфюмерный искусствовед, коллекционер, основательница петербургского Музея парфюмерии и Школы парфюмеров. – Помимо «Пятерки» Chanel свет увидели и другие великие композиции, например Mitsouko Guerlain и Tabac Blond Caron. Счет шел на сотни ароматов – в парфюмерную индустрию вошли модные дома, и каждый считал своим долгом выпустить хотя бы один аромат. Даже Ирина и Феликс Юсуповы основали модный дом Irfe и тоже занялись парфюмерией. Кризисы всегда способствуют росту продаж парфюмерии – денег на платье не хватает, а на духи и косметику как раз остается. Именно они последнее прибежище имиджа, возможность быть человеком из мирного времени, способ пережить трудные времена с радостью и надеждой».

О возросшем интересе покупателей к ароматам сегодня говорят многие игроки рынка. Причем этот интерес возник сразу же с началом карантина. Так, в исследовании онлайн-магазина Lamoda говорится, что в период с 21 марта по 31 апреля 2020 г. покупки в категории «красота» выросли на 60% и наибольшую динамику показала как раз парфюмерия (прирост заказов в секторе ароматов в апреле 2020 г. составил 70% по сравнению с мартом того же года). В январе 2021 г. категория бьюти-товаров на Lamoda показала рост на 121% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. Активнее всего клиенты интересовались нишевыми брендами Byredo, Mancera, Juliette Has a Gun, Escentric Molecules, а также такими популярными марками, как Calvin Klein, Hugo Boss, Dolce & Gabbana. На этой волне Lamoda в конце февраля объявила о начале сотрудничества с концерном LVMH и о появлении в своем портфеле ароматов Kenzo – одного из брендов, принадлежащих французскому концерну.

Помимо парфюмов за время карантина и пандемии увеличился интерес и к ароматам для дома – диффузорам, ароматическим свечам. «Лидерами продаж стали глубокие сложные ароматы, с нотами перца, табака, восточные композиции, – говорит владелица магазина ароматов для дома FragranceLife Ольга Краснова. – Постепенно тенденция культа дома набирает обороты, мы стали больше задумываться о том, какие ароматы нас окружают. Стало меньше путешествий по разным странам, а ведь путешествие – это всегда новые впечатления через ароматы».

Запахи эмоций

Ароматы действительно имеют сильное воздействие на наше восприятие мира, и во время карантина они служили своего рода успокоительным для многих людей. «Ароматерапия используется с давних времен, все древние цивилизации мира использовали ароматы для изменения физического и эмоционального состояния человека, для влияния на других людей. За последнее столетие наука принесла в изучение ароматов немало данных, которые, как ожидали, должны были вывести ее на новый уровень. Но, как ни странно, они не дали практически ничего нового, а лишь доказательно подтвердили все то, что аромалогия изучала и делала на протяжении тысячелетий, – рассказывает придворный мастер составления ароматов короля Марокко, ароматерапевт отеля Royal Mansour Marrakech Сиид (его настоящее имя не разглашается). – Каждый аромакомпонент имеет свои свойства. Например, тимьян способствует избавлению от усталости, сандал убирает бессонницу и купирует неврозы, а ваниль является антидепрессантом». Анализ связей эмоций и запахов продолжает психолог Ли Чамберс, участник исследования компании OnBuy, посвященного ароматическим свечам. «Исследования показали, что цитрусовые ноты заряжают энергией, а лаванда приносит расслабленное чувство безмятежности. Продолжая работать дома, подумайте о том, чтобы в вашем домашнем офисе были ароматические свечи. Если хотите быть более продуктивным, используйте цитрусовую или мятную свечу. Если ожидаете напряженного дня, снять напряжение и сохранить спокойствие поможет жасмин», – говорит Чамберс.

«Аромаобразы» оказывают более сильное воздействие на мозг, чем визуальные, считает Валерий Михалицын, парфюмер, основатель марки Hedonist и создатель Telegram-канала Inquisitio Odoramentorum. «Точно известно, что запахи способны влиять на эмоции человека. При этом обоняние – одна из самых малоизученных областей сенсорной системы человека, – рассказывает Михалицын. – Огромна роль запахов и в воспоминаниях. Визуальные образы редко напоминают об ароматах и запахах, которые их сопровождали, но стоит вам почувствовать запах – и детальные образы тут же всплывут в памяти. Эту неразрывную связь иногда используют в терапии пациентов, переживших потерю памяти в связи с различными заболеваниями».

Другие запахи

Горькая ирония в том, что в результате заражения коронавирусом многие перестают чувствовать запахи и, бывает, ощущают их иначе после выздоровления. Это приводит к курьезам потребления. В частности, в конце 2020 г. американские клиенты Amazon стали оставлять рассерженные отзывы на сайте магазина на ароматические свечи, утверждая, что они «не так пахнут». «Мы тоже столкнулись с таким феноменом – несколько раз покупатели возвращали нам флаконы с очень популярным, что называется проверенным, ароматом с формулировкой «аромат стал какой-то другой», – делится Краснова.

И если для обычного человека изменение обоняния относительно легкое недоразумение, то для профессионалов в сфере парфюмерии это проблема. «За последний год коллеги часто делились подобными историями. Это новая реальность, – говорит Михалицын. – Креативные директора парфюмерных брендов, эвалюаторы, участники фокус-групп могут возвращаться к работе только тогда, когда честно признаются себе, что привычные ароматы снова пахнут так, как и до болезни. Ведь нарушение обоняния может сохраняться довольно длительное время».

Сейчас во всем мире идет массовая вакцинация от COVID-19, так что можно надеяться, что эпидемия, как и обонятельные конфузы, ею вызванные, останется в прошлом. Словно предвкушая это, во время карантина бренд Demeter, специализирующийся на ароматах-впечатлениях, выпустил совместно с платформой для онлайн-концертов Stay композиции «Прыжок в толпу», Oh My Rave и «Идем на концерт». Видимо, чтобы мы не забывали, как весело это бывает.

Как ароматы заставляют нас путешествовать во времени? – МИА «МИР»

 

2 апреля — Молодёжные новости. Американским ученым удалось доказать, что запахи напрямую влияют на нашу память. Пандемия коронавируса побудила к подробному исследованию, в ходе которого выяснили: нейронные связи между гиппокампом и органами обоняния формируют мощные воспоминания. Более того, оказалось, что в ходе эволюции основная часть коры головного мозга сильнее воспринимает именно запахи, опережая образы и звуки. Результаты исследования могут помочь при психологических заболеваниях, связанных с утратой памяти.   

Утрата обоняния может надолго выбить человека из колеи, а приятные запахи настраивают на нужный лад. Почему мы так сильно зависим от этого чувства и как оставить о себе только приятные ароматические впечатления? Об этом мы поговорили с экспертом по ароматам Анной Афанасьевой. 

Встречают, как известно, по одежке. А по запаху ?

А по запаху определяют, будет ли продолжение общения или нет. Ведь даже опрятно одетый человек с правильно поставленной речью, но с неприятным для Вас запахом, не вызывает доверия и совершенно не располагает к диалогу. 

Как запах формирует перед нами образ человека или места?

Запахи влияют на настроение и даже физическое состояние человека, это ещё в 1939 году доказал врач физиолог Д. И. Шатенштейн. Запах — это молекулы, попадая в нос, они оседают на слизистой. Рецепторы же, в свою очередь, передают сигнал в мозг, в лимбической отдел, который отвечает за ассоциации, эмоции и память. При возникновении любого запаха мозг будет создавать нам ассоциации: например, на улице вы уловили аромат свежей выпечки — мозг тут же рисует образ булочки, хотя её и не видно. Точно также, не видя человека, но уловив его аромат, мы уже рисуем образ. Резкие древесные ароматы создают образ жёсткого делового человека. А нежные фруктовые ароматы вырисовывают образ молодой девушки, юной и романтичной. У каждого человека есть ольфакторная память, которая фиксирует запахи в определенных ситуациях: положительных, или отрицательных. И всякий раз, когда этот аромат будет встречаться в жизни, человек снова и снова будет переживать эмоции, которые пережил в тот момент. 

Что нужно для того, чтобы оставить о своем запахе максимально приятное впечатление? Каким должен — или не должен быть ваш аромат?

Ароматы, как и одежда, должны быть к месту. Если идете на собеседование, не стоит наносить аромат восточный, гурманский — из-за таких могут не воспринять всерьез.  Поэтому очень важно осознанно подходить к выбору парфюма, а также к его использованию. Если Вам нужно оставить о себе приятное впечатление, как о позитивном человеке, коммуникабельном, то выбирайте нейтральные ароматы: озоновые, зелёные, цитрусовые, белоцветочные. Если же нужно сразу проявить персону и расставить все точки над «i», можете использовать при первой встрече, свою ароматную визитку — тот аромат, в котором Вам наиболее комфортно, но помните, что у Вас не будет второго шанса создать первое впечатление.

Стали ли люди чаще уделять внимание своим ароматам в последнее время?

В последнее время люди стали больше уделять внимание своему психоэмоциональному состоянию, соответственно стали искать способы достижения гармонии. Именно сейчас всё больше набирают популярность ароматерапия, аромастилистика, осознанное использование ароматов, позитивно воздействующие на эмоциональное состояние, и задающие настроение при грамотном подборе экспертом.

Как окружить себя максимально приятными запахами?

Каждый может найти тот аромат, который будет поднимать настроение, или расслаблять, настраивать на нежность и чувственность, или на жесткость и предприимчивость. Нужно просто искать и знакомиться с новыми ароматами. А встретившись с тем самым, хватать его и нести на свою полочку «волшебных» флаконов! Так Вы соберёте всех «джиннов», которые будут работать на Вас. Желаю каждому найти своих ароматных помощников: тогда Вы перестанете работать на парфюм, а уже он будет работать на Вас!

 

Текст: Антон Бучин

Фото: Pixabay

Дневник Кристины Клепиковой

Кристина Клепикова
Изучала искусство (Art & Design: Performance Design and Practice) в Central St. Martin’s University of London, далее — театр в Париже (Cours Florent). В данный момент учусь на факультете Психологии в University of Essex.


Мой первый опыт медиаторской работы в «Гараже» прошел под тематикой ольфакции. Это, наверно, было то, что так сильно меня заинтересовало и заинтриговало в проекте — некое переплетение науки и искусства, очень красивый симбиоз. К этому, конечно, добавилась возможность стать частью команды одной из лучших институций современного искусства в нашей стране.

Еще на этапе подготовки было понятно, что проект неординарный и серьезный, в ходе исследований и презентаций было получено колоссальное количество новой и полезной информации: от истории ольфакции в искусстве и знакомства с прекрасными креативными деятелями до весьма информативного общения с инклюзивный отделом Музея.

Тогда же было заложено прекрасное чувство предвкушения от самого действия.

Сам проект, хоть и прошел невероятно быстро, был очень насыщенным. Общением, лицами, идеями, цветами, эфиром…

В ходе проекта я сделала несколько наблюдений и выводов.

Первое, нужно не забывать делать все в свое время, например, вести дневник медиатора, чтобы впоследствии не пришлось отчаянно вспоминать интересные моменты или фразы, подмеченные посетителями.

Второе, что я влюблена в чудесную, эпатажную женщину из Норвегии. Ее зовут Сиссель Толаас и ей 60 с чем-то лет. Это разносторонняя активная персона, постоянно расширяет кругозор окружающих и свой собственный, путешествует и стремится донести важность роли обонятельных ресурсов и запахов в нашей культуре, о которой общество часто забывает.

Здесь я чуть-чуть вернусь в роль медиатора (или лаборанта). Обоняние человека — весьма интересное и необычное чувство. Обонятельная луковица располагается довольно близко к гипоталамусу и миндалине, ольфакторные волкна переплетаются с этими частями мозга, отвечающими, соответственно, за память и эмоции. Именно поэтому запахи имеют такое сильное влияние на наши воспоминания, эмоции и обуславливают психологический портрет каждого из нас. У каждого «нюхающего» человека есть свои триггеры, запахи, которые тесно связаны с подсознанием, которые собираются и кодируются в памяти на протяжении жизни, с каждым вдохом. Мне очень нравится эта система, так как она обуславливает индивидуальность каждого из нас, каждого посетителя.

Думаю, это был один из моих любимых моментов — наблюдать, как разные люди погружаются в размышления о роли запахов в своих жизнях, как меняются эмоции на их лицах: ностальгия, грусть, улыбки, смех, иногда смущение и румянец на щеках. Кто-то делится воспоминаниями, примерами, кто-то предпочитает воздержаться.

Как и в современном искусстве в целом, тут нет правильных ответов, каждая колбочка Сиссель будет пахнуть по-особому для каждого гостя и вызовет свои собственные ассоциации.

Я приведу заметки о колбочках, сделанные за мои смены и со слов других медиаторов.

Девочка лет двенадцати провела интересную параллель с названием работы Сиссель — МеМоМе. Буква «М» в каждом слоге повторяется, тогда как звук последующей гласной всегда разный (в англ. варианте произношения) — так и запахи кажутся разными, хоть и исходят из одной колбы.
Да, часто запахи вызывали схожие ассоциации у гостей, довольно быстро выделились самые «приятные» и «неприятные», и вообще смешение запахов и погружение в это облако эфира вызывало зачастую не самые приятные ощущения. Неожиданно и любопытно было встречать посетителей, которым очень бы понравился определенный запах или нравились абсолютно все (таких было двое!). Тем интереснее было замечать, как в зависимости от возраста, культурного фона, происхождения или опыта у людей разнились мнения и складывались свои идеи и теории насчет работы.

Другая посетительница рассказала, что в Японии в период увеличения уровня суицидов среди подростков придумали такой способ борьбы: в раннем возрасте детям давали понюхать определенный запах в моменты, когда они испытывали радость, и в подростковом возрасте, если этот человек впадал в депрессию, он возвращался к этому запаху, что способствовало поднятию его настроения на подсознательном уровне.

И, конечно, мне надолго запомнится малыш четырех лет, который все стремился утащить колбу#7 с собой, так ему понравился этот запах!

Так как некоторые вещи моего гардероба до сих пор пропитаны запахами «Арт-эксперимента», я смогу еще какое-то время возвращаться к нему, погружаться в воспоминания. Это, собственно, небольшой ольфакторный лайфхак, который я использовала для написания данного дневника.

Музей как нельзя лучше подходит для таких своего рода экспериментов, где наука и технологии переходят в искусство, где можно общаться, раскрепощаться, обучаться, медитировать и — иногда — получать подарки.

Почему запахи вызывают воспоминания?

Каждый раз, когда я нюхаю страницы новой книги, я вспоминаю, как читал поздно вечером в детстве. Я даже чувствую мягкую ткань на подлокотниках моего любимого стула для чтения и чувствую тишину дома, где все спят. Дневные стрессы постепенно уступают место спокойствию и сосредоточенности. В комнате моей дочери есть кресло, очень похожее на стул для чтения в детстве, но сидение в нем не вызывает таких воспоминаний так же эффективно, как запах новой книги.

И я не один! Как ни странно, у многих из нас был опыт, когда определенный запах — возможно, хлор, свежеиспеченное печенье или соленый пляжный воздух — наводняет наш мозг воспоминаниями об отдельном событии или месте, которое мы четко связываем с определенными эмоциями.

Были также проведены научные исследования с использованием различных подходов, подтверждающих эти анекдотические свидетельства. Одним из первых было исследование, проведенное доктором Рэйчел Герц из Университета Брауна в 2004 году. Герц и ее сотрудники обнаружили, что группа из пяти женщин проявляла большую активность мозга при запахе духов, с которыми у них ассоциировались положительные воспоминания, чем при запахе контрольной группы. духи, которых они никогда раньше не пробовали.Активность мозга, связанная с запоминающимся парфюмом, также была выше, чем у визуальной подсказки при просмотре флакона духов.

Совсем недавно, в другом исследовании, проведенном в 2013 году, исследователи снова обнаружили большую активность мозга, связанную с обонятельными стимулами (например, запахом розы), чем с визуальными стимулами (например, взглядом розы). В клинических исследованиях запахи также связывают с сильными отрицательными эмоциями, и эта связь может сыграть значительную роль в развитии посттравматического стрессового расстройства.

Так почему это? Очевидно, что большинство из нас изо дня в день больше полагается на зрение, чем на обоняние, так что же такого в нашем обонянии, которое лучше влияет на нашу память и наши эмоции? Связь может быть просто связана с архитектурной структурой нашего мозга.

Как работает наше обоняние?

Процесс, посредством которого молекулы воздуха преобразуются нашим мозгом в то, что мы интерпретируем как запахи, а также механизмы, которые наш мозг использует для классификации и интерпретации этих запахов, является, как вы, наверное, догадались, сложным.На самом деле процесс настолько сложен, что Нобелевская премия по физиологии и медицине была присуждена в 2004 году исследователям Ричарду Акселю и Линде Бак за их работу по его расшифровке.

Когда мы вступаем в контакт с запахом или молекулами летучих веществ, дрейфующих по воздуху, нейроны, составляющие ваши обонятельные рецепторные клетки, посылают сигнал в часть вашего мозга, называемую обонятельной луковицей. Аксель и Бак обнаружили, что около 1000 генов играют роль в кодировании различных типов обонятельных рецепторов, каждый из которых сосредоточен на небольшом подмножестве запахов.Таким образом, каждый рецептор не отвечает за понимание всех возможных запахов. Эти сигналы затем передаются в так называемые микрообласти внутри обонятельной луковицы, где, опять же, разные микрообласти специализируются на разных запахах. Затем обонятельная луковица отвечает за интерпретацию этих сигналов в то, что мы воспринимаем как запахи.

Ваша обонятельная луковица проходит от носа к основанию вашего мозга и имеет прямую связь с миндалевидным телом (область мозга, отвечающая за обработку эмоций) и гиппокампом (область, связанная с памятью и познанием).Нейробиологи предположили, что эта тесная физическая связь между областями мозга, связанными с памятью, эмоциями и нашим обонянием, может объяснить, почему наш мозг учится связывать запахи с определенными эмоциональными воспоминаниями.

Многие из этих воспоминаний, вызванных запахами, могут быть детскими воспоминаниями, потому что именно в эти годы мы впервые ощущаем большинство запахов. Пока нет исследований, позволяющих предположить, что мы можем подключиться к связи между запахами и памятью, чтобы помочь нам подготовиться к тестам или вспомнить, куда мы кладем ключи от машины, будучи взрослыми.

Читать далее «Почему запахи вызывают воспоминания?» на QuickAndDirtyTips.com

Границы | Сети обонятельной памяти: от эмоционального обучения к социальному поведению

Запахи — это мощные раздражители, которые могут вызывать эмоциональные состояния и поддерживать обучение и память. Десятилетия исследований показали, что нейронная основа этой сильной связи «запах-эмоциональная память» обусловлена ​​уникальностью анатомии обонятельных путей. Действительно, в отличие от других сенсорных систем, обоняние не проходит через таламус, чтобы попасть в кору.Скорее, информация об запахе передается непосредственно в лимбическую систему, область мозга, обычно связанную с памятью и эмоциональными процессами. Это придает обонянию уникальную и мощную способность влиять на настроение, приобретение новой информации и использование информации во многих различных контекстах, включая социальные взаимодействия. В самом деле, обоняние играет решающую роль в поведении, необходимом для выживания особи и вида, включая идентификацию хищников, распознавание особей для продолжения рода или социальной иерархии, расположение пищи, а также привязанность между парами спаривания и парами воспитателей и младенцев.Важно отметить, что запахи отбираются через нюхание. Это активное восприятие играет важную роль в исследовательском поведении, наблюдаемом в различных контекстах, упомянутых выше. Запахи также имеют решающее значение для обучения и запоминания событий и мест и представляют собой эффективные сигналы для восстановления эмоциональных эпизодических воспоминаний.

Эта широкая роль запахов, по-видимому, хорошо сохраняется у всех видов. Кроме того, последовательное проявление обонятельной функции на раннем этапе развития у разных видов также предоставляет уникальные возможности для анализа бесчисленных систем поведения от грызунов до нечеловеческих приматов и людей.Это, в сочетании с относительно консервативной организацией обонятельной системы у млекопитающих, обеспечивает мощную основу для изучения того, как сложное поведение может модулироваться запахами для создания адаптивных реакций, а также для исследования лежащих в основе нейронных сетей.

Настоящая тема исследования объединяет передовые исследования различных видов и стадий развития, подчеркивая конвергенцию и расхождение между людьми и животными, чтобы облегчить трансляционные исследования. Он состоит из 25 статей и включает 5 разделов: обоняние человека, запаховые предпочтения и отвращения, запахи и социальное поведение, обоняние и нюхание, а также обонятельная память.

Запоминание и восприятие запахов человека

Pazart et al. (2014) разработали исследование с помощью фМРТ, чтобы описать различия в активации мозга винных экспертов по сравнению с контрольными субъектами. Они наблюдали определенные области, активированные в мозгу экспертов на всех этапах дегустации вин, и сообщили, что винные эксперты показали более немедленную и целенаправленную сенсорную реакцию на стимуляцию вином, чем контрольные субъекты. Saive et al. (2014a) рассмотрели и обсудили различные способы исследования эпизодической памяти человека, начиная от автобиографических подходов до лабораторных подходов, включая более экологические парадигмы.В сопроводительной статье Saive et al. (2014b) представили новый лабораторный подход к изучению эпизодической памяти, который привел к формированию и последующему извлечению интегрированной и мультимодальной памяти эпизодов, содержащих запахи (что), локализованные пространственно (где) в визуальном контексте (какой контекст). Затем Ли (2014) проанализировал исследования на грызунах и людях по обонятельной аверсивной обусловленности, продвигая сенсорную корковую модель восприятия угрозы. Выявив кодировку угроз в сенсорной коре, эта предложенная модель может дать новое понимание патофизиологии эмоциональных расстройств, указывая на конкретную цель клинического вмешательства в сенсорной коре.Pool et al. (2014) исследовали, можно ли улучшить способность распознавать запахи у людей посредством обучения. Они использовали аппетитную павловскую парадигму кондиционирования, в которой один из двух перцептуально неразличимых запахов ассоциировался с приятным вкусом. Они сообщили о диссоциации между явным восприятием и физиологическими реакциями: хотя участники не могли явно ощутить разницу, они реагировали быстрее, вдыхали больше и имели более высокие реакции проводимости кожи при столкновении с запахом, связанным с вознаграждением, по сравнению с аналогичной версией, которая никогда не была связанный с наградой.

Предпочтение запахов и отвращение

Torquet et al. (2014) разработали новую парадигму для изучения обусловленных обонятельных предпочтений (запах-сахар) у крыс и исследования результирующих изменений гедонической валентности запахов. Они показали, что дискриминативное кондиционирование аппетита вызывает не только предпочтение усиленного запаха, но и стабильную девальвацию неусиленного стимула. Aimé et al. (2014) исследовали модуляцию обонятельной чувствительности и восприятия глюкозы состоянием кормления у тучных крыс Zucker, используя парадигму условного обучения отвращению к запаху.Данные показывают, что крысы с ожирением демонстрируют более высокую обонятельную чувствительность и в 2 раза более высокую концентрацию глюкозы в обонятельной луковице и коре, чем у контрольных худых крыс, что дает веские аргументы в пользу того, что определение уровня глюкозы в акушерстве является ключевым фактором для сенсорной обработки обоняния. . Используя ту же парадигму неприятия запаха, Ферри (2014) далее показал, что орексинергическая система, которая запускает прием пищи, действует как голодание, увеличивая не только обонятельную чувствительность, но и силу ассоциации запах-недомогание.Наконец, Фитцджеральд и др. (2014) исследовали роль обонятельного бугорка, структуры с известной анатомической связью как с мозгом, так и с обонятельными структурами, в регулировании поведения, мотивированного запахом. Они подтвердили, что электрическая стимуляция обонятельного бугорка была полезной и обладала способностью изменять ориентированное на запах поведение предпочтений, поддерживая идею о том, что обонятельный бугорок является неотъемлемой частью мотивированного поведения и, вероятно, участвует в гедонистике запаха.

Запахи и поведение в обществе

Brus et al.(2014) исследовали влияние родов и изучения запаха ягненка на нейрогенез у матерей-овец. Они сообщили, что изучение обонятельной сигнатуры ягненка, которое происходит во время первых взаимодействий мать / детеныш, вызывает подавление обонятельного нейрогенеза, связанное с усилением созревания обонятельных нейробластов. Авторы сделали предположение, что меньшее количество новых нейронов снижает конкуренцию клеток в обонятельной луковице и ускоряет созревание тех новых нейронов, отобранных для участия в обучении молодому запаху.Используя другую животную модель взаимодействия матери и детенышей у кроликов, Coureaud et al. (2014) рассмотрели вопрос о сохранении памяти запаховой смеси и компонентов у новорожденных кроликов. Взаимодействуя с матерью во время ежедневного кормления грудью, новорожденные кролики ощущают запахи ее тела, включая феромон молочной железы, который способствует очень быстрому аппетитному изучению простых или сложных стимулов (одорантов или смесей) посредством ассоциативного кондиционирования. Данные показали, что новорожденные кролики имеют доступ как к элементарной, так и к конфигурационной информации в определенных смесях запахов, и конкуренция между этими различными представлениями смеси влияет на стойкость их воспоминаний.Социальная передача пищевых предпочтений — еще один пример социального обучения с использованием обонятельной модальности. Nicol et al. (2014) показали, что это обучение может происходить под анестезией и способствует обширным, но пространственно различающимся, изменениям в сетях митральных клеток как по указанным, так и по устраненным запахам, а также по вызванному высвобождению глутамата и ГАМК. Эти данные предполагают, что обонятельное обучение под анестезией у мышей поддерживается во многом аналогичными изменениями в кодировании обонятельной луковицы, как показано ранее в парадигмах сознания.Другой вид социального запаха — запах хищника. Такахаши (2014) сделал обзор текущих исследований обонятельных и нервных систем, которые активируют страх, вызванный запахами хищников. Взаимосвязи между обонятельными системами и мозговыми цепями, активируемыми запахом хищника, обсуждаются в отношении автономного, эндокринного и связанного со страхом безусловного и условного страха. Используя хроническое воздействие хищника или его запаха в качестве социального стресса, Huo et al. (2014) исследовали роль серотонина как модулятора воздействия этого стресса на мужскую агрессию и сексуальную привлекательность запаха мочи.Они обнаружили, что воздействие хищника или его запаха вызывает подавление мужской агрессии и сексуальной привлекательности запаха мочи, и что такие ингибирующие эффекты были уменьшены или отменены у мышей, лишенных серотонина в мозге. Наконец, у мышей ганглии Грюнеберга, расположенные на кончике носа рядом с входом в носовую полость, были идентифицированы как хемодетектор феромонов тревоги. Brechbühl et al. (2013) исследовали консервативные мультисенсорные модальности нейронов ганглиозного ганглия мыши.Они обнаружили поразительное сходство между нейронами ганглия Грюнеберга мыши и нейронами нематод амфид, предполагая, что способность организма обнаруживать сигналы схожего происхождения происходит в кластере специализированных обонятельных нейронов, которые сохранялись на протяжении всей эволюции.

Обоняние и нюхание

Обоняние и дыхание тесно связаны, поскольку запахи отбираются через нюхание. Courtiol et al. (2014) сообщили, что поведение при вдыхании зависит не только от сорбционных свойств одоранта.Действительно, запах запаха по-разному зависел от пары запахов, в которой он был представлен. Эти данные предполагают, что нюхание регулируется синтетическим способом, который зависит от контекста, в котором представлен одорант. Рохас-Либано и др. (2014) отслеживали поведение обнюхивания одновременно с потенциалом локального поля обонятельной луковицы у крыс, свободно перемещающихся в знакомой среде. Они обнаружили, что потенциал локального поля в обонятельной луковице представляет цикл обнюхивания с высокой надежностью на каждой частоте обнюхивания и, следовательно, может быть использован для изучения нейронного представления моторного драйва в сенсорной коре головного мозга.При некоторых обстоятельствах обнюхивание также может использоваться как показатель когнитивных процессов, являясь полезным инструментом в очень раннем возрасте. Действительно, Boulanger Bertolus et al. (2014) наблюдали за замораживанием и обнюхиванием во время кондиционирования страха перед запахом в разном возрасте жизни крысы, чтобы исследовать изучение продолжительности интервала между двумя событиями в этой парадигме. Они наблюдали временные закономерности для кривых замораживания и / или дыхания у детенышей в возрасте 12 дней после рождения, предполагая, что детеныши крыс способны кодировать продолжительность времени так же и так же быстро, как и взрослые, несмотря на их незрелый мозг.У активных грызунов обнюхивание часто синхронизировано по фазе с другими орофациальными сенсомоторными формами поведения, такими как взбалтывание и движения головы. Сиротин и др. (2014) дополнительно исследовали взаимосвязь между обнюхиванием и ультразвуковой речевой мощностью крыс в социальной среде. Они обнаружили, что ультразвуковая вокализация семейства 50 кГц в значительной степени ограничивается периодами активного обнюхивания (5–10 Гц), при этом звуки, производимые исключительно во время выдоха, вызывают мгновенное снижение частоты обнюхивания. Эти результаты показывают, что ультразвуковые вокализации являются неотъемлемой частью ритмического орофациального поведенческого ансамбля.У людей есть психофизиологические доказательства того, что обнюхивание регулируется субъективной приятностью запаха: продолжительность и объем обнюхивания увеличиваются при обнаружении приятных запахов по сравнению с неприятными. Ferdenzi et al. (2014) исследовали, как повторяющееся воздействие запахов может повлиять на их приятность. Для этого регистрировали продолжительность и объем обнюхивания и сопоставляли с оценками приятности и интенсивности запаха. Данные показали, что аффективное привыкание происходит при многократном воздействии, которое можно наблюдать как на уровне самооценки, так и при фырканье.

Обонятельная память

Тонг и др. (2014) проанализировали некоторые установленные молекулярные и структурные механизмы памяти, уделяя особое внимание динамике молекулярных процессов после кондиционирования. Они описали свойства обучения запаху, присущие обонятельной луковице, и рассмотрели полезность обонятельной системы взрослых грызунов в качестве системы памяти для изучения клеточных механизмов кумулятивного обучения. Недавняя работа началась с изучения роли сна в обонятельной памяти.Барнс и Уилсон (2014) рассмотрели недавние доказательства зависимых от сна изменений в структуре и функциях обонятельной системы, которые способствуют памяти и восприятию запахов. Во время медленноволнового сна кора головного мозга становится гипочувствительной к запаховой стимуляции и вместо этого демонстрирует резкую волновую активность, аналогичную той, которая наблюдается в формации гиппокампа. Кроме того, функциональная связь между грушевидной корой и другими корковыми и лимбическими областями улучшается во время медленноволнового сна по сравнению с бодрствованием.Эта комбинация условий может позволить консолидации памяти запаха происходить в состоянии пониженного внешнего вмешательства и облегчить ассоциацию воспоминаний запаха с сохраненными гедонистическими и контекстными сигналами. Ранее сообщалось, что обонятельные структуры демонстрируют осциллирующую популяционную активность, которая, как предполагается, поддерживает процессы памяти, такие как кодирование, консолидация и извлечение. Мартин и Равель (2014) проанализировали наши текущие знания об условиях, в которых два основных колебательных ритма, связанных с обработкой запаха, а именно бета (15–40 Гц) и гамма (60–100 Гц), наблюдаются на первых этапах обработки обоняния. обонятельная луковица и грушевидная кора.Основываясь на критическом пересмотре этих данных, авторы выдвигают гипотезы о функциональном участии бета- и гамма-колебаний в восприятии запахов и памяти. Из литературы хорошо известно, что сенсорная нейронная активность сильно зависит от контекста и определяется опытом и ожиданиями. Mandairon et al. (2014) далее показали, что ассоциация одоранта с визуальным контекстом у мышей позволяет только визуальному контексту вызывать поведенческую реакцию, аналогичную той, которая вызывается обонятельным стимулом при его первоначальном предъявлении, и паттерном нейронной активации в обонятельной луковице, которая сильно коррелировал с запахом, вызываемым ассоциированным одорантом, но не другими одорантами.Авторы пришли к выводу, что у грызунов нейронное представление запаха в первичных сенсорных областях может быть вызвано в его отсутствие воздействием контекста, с которым ранее был связан запах, дополнительно предполагая, что грызуны могут создавать внутреннее представление обонятельного стимула. Наконец, Гельперин (2014) подчеркнул, что хемосенсорная обработка, и особенно обработка обонятельной информации, представляет собой особенно привлекательный метод для поиска сравнительного понимания когнитивных процессов, лежащих в основе обучения и памяти.Он пришел к выводу, что изучение обработки обонятельной информации может быть наиболее общим и плодотворным подходом к изучению сравнительного познания, включая сознание, у большинства видов позвоночных животных.

Заявление о конфликте интересов

Авторы заявляют, что исследование проводилось при отсутствии каких-либо коммерческих или финансовых отношений, которые могут быть истолкованы как потенциальный конфликт интересов.

Список литературы

Эме, П., Palouzier-Paulignan, B., Salem, R., Al Koborssy, D., Garcia, S., Duchamp, C., et al. (2014). Модуляция обонятельной чувствительности и чувствительности к глюкозе при кормлении у тучных крыс Zucker. Фронт. Behav. Neurosci . 8: 326. DOI: 10.3389 / fnbeh.2014.00326

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Boulanger, Bertolus, J., Hegoburu, C., Ahers, J. L., Londen, E., Rousselot, J., Szyba, K., et al. (2014). Младенцы крысы могут узнавать временные интервалы до созревания полосатого тела: свидетельства кондиционирования страха перед запахом. Фронт. Behav. Neurosci . 8: 176. DOI: 10.3389 / fnbeh.2014.00176

Pubmed Реферат | Pubmed Полный текст | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Брус, М., Мерисс, М., Келлер, М., и Леви, Ф. (2014). Взаимодействие с молодняком подавляет обонятельный нейрогенез взрослых и усиливает созревание обонятельных нейробластов у матерей овец. Фронт. Behav. Neurosci . 8:53. DOI: 10.3389 / fnbeh.2014.00053

Pubmed Реферат | Pubmed Полный текст | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Куро, Г., Thomas-Danguin, T., Datiche, F., Wilson, D.A., and Ferreira, G. (2014). Сохранение дифференциальной памяти запаховой смеси и компонентов у новорожденных кроликов: конкуренция между целым и его частями. Фронт. Behav. Neurosci . 8: 211. DOI: 10.3389 / fnbeh.2014.00211

Pubmed Реферат | Pubmed Полный текст | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Куртиоль, Э., Лефевр, Л., Гарсия, С., Тевенет, М., Мессауди, Б., и Буонвизо, Н. (2014). Регулировка запаха в задаче распознавания запаха у крысы: аналитическая или синтетическая стратегия? Фронт.Behav. Neurosci . 8: 145. DOI: 10.3389 / fnbeh.2014.00145

Pubmed Реферат | Pubmed Полный текст | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Хо Ю., Фанг, К., Ши, Ю. Л., Чжан, Ю. Х., и Чжан, Дж. Х. (2014). Хроническое воздействие хищника или его запаха не препятствует конкуренции самцов мышей, лишенных серотонина в мозге. Фронт. Behav. Neurosci . 8: 116. DOI: 10.3389 / fnbeh.2014.00116

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Мандаирон, Н., Кермен, Ф., Шарпантье, К., Саке, Дж., Линстер, К., и Дидье, А. (2014). Активация представлений об запахе, обусловленная контекстом, при отсутствии обонятельных стимулов в обонятельной луковице и грушевидной коре. Фронт. Behav. Neurosci . 8: 138. DOI: 10.3389 / fnbeh.2014.00138

Pubmed Реферат | Pubmed Полный текст | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Пул, Э., Делплан, С., Поршеро, К., Дженкинс, Т., Кайе, И., и Сандер, Д. (2014). Сладкая награда увеличивает скрытое различение похожих запахов. Фронт. Behav. Neurosci . 8: 158. DOI: 10.3389 / fnbeh.2014.00158

Pubmed Реферат | Pubmed Полный текст | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Рохас-Либано, Д., Фредерик, Д. Э., Эгана, Дж. И., и Кей, Л. М. (2014). Тета-ритм обонятельной луковицы следует за всеми частотами диафрагмального дыхания у свободно ведущей крысы. Фронт. Behav. Neurosci . 8: 214. DOI: 10.3389 / fnbeh.2014.00214

Pubmed Реферат | Pubmed Полный текст | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Сэйв, А.Л., Ройет, Дж. П., и Плайи, Дж. (2014a). Обзор нейронных основ эпизодической памяти запахов: от лабораторных до автобиографических подходов. Фронт. Behav. Neurosci . 8: 240. DOI: 10.3389 / fnbeh.2014.00240

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Сэйв, А. Л., Ройет, Дж. П., Равель, Н., Тевенет, М., Гарсия, С., и Плайли, Дж. (2014b). Уникальный процесс памяти, модулируемый эмоциями, лежит в основе успешного распознавания запахов и эпизодического восстановления у людей. Фронт.Behav. Neurosci . 8: 203. DOI: 10.3389 / fnbeh.2014.00203

Pubmed Реферат | Pubmed Полный текст | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Торке, Н., Эме, П., Мессауди, Б., Гарсия, С., Эй, Э., Жерве, Р. и др. (2014). Кондиционирование обонятельных предпочтений изменяет ценность усиленных и неусиленных запахов. Фронт. Behav. Neurosci . 8: 229. DOI: 10.3389 / fnbeh.2014.00229

Pubmed Реферат | Pubmed Полный текст | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Ароматных воспоминаний — Ассоциация психологической науки — APS

Память и запах переплетены; именно через память мы учимся запоминать запахи, а расстройства, которые забирают память, также лишают способность различать запахи.Некоторые из этих знаний начинаются еще до нашего рождения, когда плод узнает о предпочтениях своей матери через околоплодные воды.

Вкус, подобный тому, что описал Пруст, — это то, что происходит, когда вкус и запах встречаются вместе. Технически «вкус» относится только к чувствам, связанным с рецепторами на языке: сладким, кислым, горьким, соленым и — некоторые люди утверждают — умами.

«То, что все называют запахом, — это когда вы нюхаете через ноздри, чтобы почувствовать запах. Технически это «ортоназальное обоняние», — говорит Линда Бартошук, бывший президент APS и директор по исследованиям на людях Центра обоняния и вкуса Университета Флориды.Летучие органические молекулы попадают в нос, где встречаются с рецепторами в клетках носа. От этих рецепторов сообщение отправляется в мозг. Другой вид обоняния, ретроназальное обоняние, работает аналогично. «Вы можете проиллюстрировать это сами с помощью мармелада», — говорит Бартошук. Все, что вам нужно сделать, это зажать нос пальцами, положить мармелад в рот и пережевать. У него не должно быть ничего особенного на вкус — просто сладкого, а может быть, и немного кислого. Но, говорит Бартошук, когда вы «откроете нос и проглотите, это будет первый раз, когда вы узнаете, какой вкус был у мармелада.«Воздух устремляется вверх за нёбо к носу со спины, унося за собой ароматические молекулы мармелада. Подобно запаху, исходящему из носа, эти молекулы встречаются с рецепторами и распространяют новости о том, что мармелад во рту — это попкорн, солодка или арбуз. То же самое и с настоящей едой: «Когда вы наслаждаетесь ростбифом, лимоном, ревенем и шоколадом, в основном это запахи», — говорит Бартошук.

Возвращаясь к мадленам Пруста, Мария Ларссон изучает, как запах вызывает автобиографические воспоминания в Стокгольмском университете.Ее обучали изучению памяти, но она заинтересовалась запахом, когда поняла, что «существует целый ряд описаний и историй от писателей, таких как Марсель Пруст и другие». Но когда она обратилась к научной литературе, она сказала: «Мы обнаружили, что научных доказательств этому очень мало». Поэтому она решила выяснить, действительно ли запахи вызывают эмоциональные воспоминания.

Другие исследователи обнаружили, что формирование автобиографической памяти приходится на возраст от 15 до 30 лет.По словам Ларссона, эта тенденция имеет смысл; это когда люди идут в институт, женятся и начинают утвердиться в мире. Она смоделировала свою работу по образцу этой литературы, подвергая пожилых людей воздействию различных запахов и опрашивая их о воспоминаниях, вызванных этим запахом. «То, что мы обнаружили, было действительно потрясающим», — говорит она. Как и ожидалось, визуальные и вербальные подсказки были получены из воспоминаний подростков и 20-летнего возраста. Но для запахов пик пришелся примерно на 5 лет. «Было действительно совершенно ясно, что, когда они вспоминали конкретное воспоминание, это воспоминание было локализовано в период детства», — говорит она.Воспоминания также были более эмоциональными и яркими, чем воспоминания, вызванные визуальными или словесными сигналами.

Просто найти запахи для тестирования людей было непросто, — говорит Ларссон. Она быстро поняла, что не может предлагать людям запах кофе, потому что они все время нюхают кофе, и это не вызовет особых ранних воспоминаний. Вместо этого она остановилась на менее распространенных в повседневной жизни ароматах, таких как ландыш, глинтвейн, хлор, гвоздика и деготь. Например, «Деготь — это запах дерева и весны», — говорит Ларссон.Даже люди, которые вдыхали эти ароматы в прошедшие годы, не думали о более поздних воспоминаниях. «Они выбирают один из первых случаев, когда они пережили это событие», — говорит она. Что касается других типов воспоминаний, исследователи памяти обнаружили феномен, называемый ретроактивной интерференцией , , при котором новые воспоминания смешиваются со старыми воспоминаниями и могут их изменить. Но этого явления не происходит с воспоминаниями, вызванными запахом. «Когда дело доходит до запахов, это похоже на отпечаток, который действительно сохраняется и не нарушается последующими событиями», — говорит Ларссон.«Почему это так, мы не знаем».

Она предполагает, что это постоянство ранних воспоминаний могло происходить из-за одной из функций обоняния: предупреждать нас от вещей, которые опасны. Если вы съели что-то с особым запахом или вкусом и сразу же заболели, имеет смысл навсегда избегать этого запаха. «Возможно, для мозга важно быстро и надолго научиться ассоциировать определенный запах с определенным опытом», — говорит она. «Может быть, это система однократного обучения, и очень важно, чтобы вы ее запомнили.«Или, может быть, запахи так важны в ранних воспоминаниях, потому что химические чувства вкуса и запаха чрезвычайно активны. В конце концов, все, что находится в пределах досягаемости, уходит ребенку в рот или через нос. «По мере того, как мы становимся старше — может быть, к счастью, — мы перестаем исследовать мир, засовывая вещи в рот, и в конечном итоге становимся более управляемыми зрительно и слухом животными», — говорит Ларссон.

Такие исследователи, как Ларссон, изучающие поведение, обнаружили тесную связь между запахом, эмоциями и памятью.Эти связи также можно увидеть в мозге, говорит Йохан Лундстром, научный сотрудник APS Центра химических чувств Монелла в Филадельфии. Для любого другого чувства сообщение сначала попадает в ствол мозга и таламус, а затем попадает в основные сенсорные области. «Обоняние устроено совершенно иначе, — говорит Лундстрем. Во-первых, молекулы запаха связываются с рецепторами в носу. Сигналы от рецепторов достигают обонятельной луковицы, структуры, напоминающей ватную палочку, примерно над глазами. Оттуда некоторые сигналы поступают в первичную обонятельную кору и далее в части мозга более высокого порядка.Но есть также связи от обонятельной луковицы непосредственно с миндалевидным телом, областью, которая имеет отношение к эмоциям и заметности, и гиппокампу, который участвует в памяти. Это ставит рецепторы в носу всего на один синапс от эмоций и памяти.

Лундстрем подозревает, что в том, как мозг узнает запахи, есть что-то особенное. Требуется много испытаний, чтобы заставить людей связать какую-либо визуальную подсказку с отрицательной обратной связью, например с поражением электрическим током. «Когда мы делаем это для запахов, достаточно всего нескольких пар — двух или трех, даже одного, чтобы система очень сильно отреагировала, когда вы в следующий раз почувствуете запах», — говорит Лундстрем.Среди других проектов он работает над пониманием того, как классическое кондиционирование влияет на запах — действует ли мозг по-другому, когда он учится сочетать запахи с негативными стимулами.

Тесная связь с эмоциями и памятью, а не с частями мозга, которые вкладывают слова в вещи, может помочь объяснить, почему люди так плохо распознают запахи. Исследования показали, что люди могут распознать менее половины запахов предметов домашнего обихода, которыми они пользуются ежедневно. Но если вы дадите им список из нескольких возможностей, они обычно могут выбрать правильный.Или, если запах сочетается с визуальной подсказкой, это мгновенно обретает смысл.

Так же, как мы знаем, что стул — это стул, будь он красный, синий, обитый, пластиковый, в гостиной или в мусорном баке, мы знаем, что кофе пахнет кофе, будь то из Starbucks, Dunkin ‘Donuts или церковной кофеварки. . В кофе есть сотни летучих молекул, каждая из которых может иметь несколько компонентов, активирующих рецепторы. Они составляют часть идеи кофе, но не все. «Похоже, что такие чувства, контексты и воспоминания действительно могут быть связаны с объектом, который вы называете« кофе », — говорит Дональд Уилсон, нейробиолог из Нью-Йоркского университета.«Это может быть одной из причин, почему запахи могут вызывать такие воспоминания. У вас есть очень сильные другие виды информации, которые поражают вас, когда вы чувствуете запах ».

Исследования на животных идут в ногу с исследованиями на людях того, как обоняние и память работают вместе, говорит Уилсон, который работает в основном с грызунами. Он обнаружил, что если дать крысе или мыши лекарство, чтобы нарушить их память, они хуже распознают разницу между разными запахами.

Этот результат может объяснить другую связь между запахом и памятью.Обоняние часто притупляется у людей с другими когнитивными нарушениями, такими как болезнь Альцгеймера, болезнь Паркинсона, шизофрения или синдром Дауна. «Если память имеет решающее значение для восприятия, тогда она начинает обретать смысл», — говорит Уилсон, — что ухудшение памяти будет означать ухудшение обоняния, в то время как другие чувства остаются нетронутыми. Обоняние — это сложное чувство, которое требует от людей изучения и запоминания этих «объектов запаха», — говорит он. При сбое памяти эти объекты запаха также могут начать разваливаться.

Фактически, дефицит обоняния, кажется, проявляется за годы до появления других симптомов болезни Альцгеймера.Слабое обоняние может быть ранним признаком повреждения мозга. Конечно, это также может быть признаком простуды. Но если тест на обоняние сочетается с одним или двумя другими показателями, такими как когнитивный тест или визуализирующий тест, можно диагностировать болезнь Альцгеймера намного раньше, чем это возможно в настоящее время. Уилсон был соавтором статьи, опубликованной в журнале Science , в которой исследователи давали лекарство от рака бексаротен мышам, у которых была мышиная версия болезни Альцгеймера, и обнаружили, что он быстро очищает мозг от бляшек — и у мышей восстанавливается обоняние.

Уилсон также работает над изучением того, как формируются воспоминания о запахах. Ученые уже знают, что сон жизненно важен для закрепления некоторых воспоминаний. Например, когда крыса учится бегать по лабиринту, определенные нейроны в ее мозгу активируются в определенных местах лабиринта. Затем, когда он возвращается в свою клетку, сворачивается калачиком и засыпает, можно увидеть, как те же самые нейроны активируются в том же порядке, в быстрой последовательности. Уилсон и его коллеги пытаются выяснить, происходит ли тот же процесс с обонятельными воспоминаниями, стимулируя рецепторы в носу крысы и передавая крысе «запах» электронным способом.Первоначальные результаты показывают, что поощрение этого воспроизведения во сне помогает крысам лучше узнавать запахи.

Процесс познания запахов начинается очень рано — даже, как показали исследования, еще до рождения ребенка. В 1990-х годах сотрудник APS Джули Меннелла из Центра химических наук Монелла подозревала, что запахи проникают в околоплодные воды. Она разработала исследование, в котором 10 беременных женщин принимали чесночные таблетки или плацебо за 45 минут до обычного амниоцентеза. Образцы околоплодных вод женщин были представлены парами людям, которых просили выбрать ту, которая больше пахла чесноком.Для большинства пар волонтеры смогли заметить разницу. Таким образом, среда, в которой обитает плод, наполнена запахами, которые проникают из рациона матери. Обоняние, кажется, действует до рождения точно так же, как и после рождения. «Воспоминания формируются из опыта вкусовых ощущений в околоплодных водах», — говорит Меннелла. Это означает, что плод уже узнает о продуктах, с которыми он может столкнуться во внешнем мире.

Бенуа Шааль, бихевиорист из CNRS во Франции, который также изучает реакцию младенцев на запахи, провел эксперимент с анисом, запахом, связанным с лакричником.Во Франции популярны закуски со вкусом аниса. Шаал и его коллеги работали с беременными женщинами, которые уже обычно ели анис, и заставляли их есть больше аниса. В качестве контроля они попросили женщин, которые не ели анис, продолжать избегать аниса в конце беременности. Если их матери ели печенье со вкусом аниса до рождения, «у этих младенцев были очень четкие аппетитные реакции на запах аниса», — говорит Шаал. В одном тесте младенцам предлагали запах аниса и другой запах. «Когда голову поместили между двумя подушечками, они повернули голову в сторону запаха, который был у них в утробе матери», — говорит он.

Когда мать ест, УЗИ показало, что младенцы ускоряют псевдодыхание, быстрее вдыхая и выдыхая. «Мы действительно не знаем, как они учатся в утробе матери», — говорит Шаал. «Что мы знаем, так это то, что глюкоза в мозге способствует памяти». Одна из возможностей состоит в том, что младенцы учатся ассоциировать ароматы пищи своей матери с глюкозой, которая поступает в то же самое время.

И эти ассоциации длятся долго. Около 10 лет назад, примерно в то же время, когда Шааль лечила беременных женщин анисом, Меннелла провела исследование, в котором женщины пили морковный сок или воду в течение последнего триместра беременности и первых двух месяцев грудного вскармливания.Вскоре после того, как каждая мать начала кормить ребенка хлопьями — но до того, как мальчику когда-либо предложили морковь, — ребенку предложили кашу, приготовленную на воде и морковном соке, в два разных приема. Младенцы, которые пренатально употребляли морковный сок, делали меньше гримас, когда ели морковную кашу, и, похоже, ели больше. Меннелла провела несколько исследований, которые показали, что употребление овощей и фруктов во время грудного вскармливания вызывает у детей больше энтузиазма, когда их отнимают от груди.

Сейчас Меннелла работает над экспериментами, чтобы выяснить, есть ли какой-нибудь чувствительный период, когда лучше всего давать младенцам новую пищу через грудное молоко. «Мы пытаемся по-настоящему проникнуть в сенсорный мир ребенка, чтобы посмотреть на силу этого действительно раннего опыта и последующего поведения, а также посмотреть на мать и ее пристрастие к этой пище», — говорит она. Эти переживания могут длиться долго. Предпочтение зеленых бобов может передаваться от матери к ребенку и сохраняться во взрослой жизни.Или, как рассказчик Пруста, маленькие дети, участвовавшие в исследованиях Меннеллы, однажды могут почувствовать необычный вкус и перенестись назад по своей жизни.

Почему ароматы вызывают воспоминания?

В воздухе витает запах хлора. Внезапно вспоминаешь, как детство летом проводило в бассейне. Или, может быть, это запах яблочного пирога или запах тех же духов, которые использовала твоя мама. Наши носы способны унюхать ностальгию.

«Я вошел в лифт, и за мной скопилась группа людей. Я был за женщиной, спиной ко мне, ее волосы были в моем носу, и я чувствовал запах духов, Шалимар, и я не чувствовал его в течение [лет]. Казалось, что меня перевели обратно в старшую школу », — говорит Говард Эйхенбаум, директор лаборатории когнитивной нейробиологии Бостонского университета.

Хотя все чувства связаны с воспоминаниями, запах, в частности, вызывает волну эмоциональных воспоминаний.Почему?

После того, как запах попадает в нос, он проходит по черепному нерву через обонятельную луковицу, что помогает мозгу обрабатывать запахи. Обонятельная луковица — это часть лимбической системы, эмоционального центра мозга. Как член лимбической системы, обонятельная луковица может легко получить доступ к миндалине, которая играет важную роль в эмоциональных воспоминаниях (отсюда также возникает рефлекс «борьбы или бегства»).

«Обоняние оказывает сильное влияние на миндалевидное тело, которое обрабатывает эмоции.Воспоминания, которые он вызывает, хорошие и более сильные », — объясняет Эйхенбаум.

Эта тесная связь между обонянием и миндалевидным телом — одна из причин, по которой запахи вызывают искру ностальгии.

«Мы не так часто используем эмоциональную память», — говорит д-р Рон ДеВир, директор Клиники расстройств вкуса и обоняния и Центра болезни Альцгеймера и расстройств памяти в Остине, штат Техас, и член Американской академии неврологии. (AAN). Он добавляет, что когда люди сознательно пытаются что-то вспомнить, они сосредотачиваются на деталях, а не на чувствах.

«У вас есть запах, вы можете не распознать запах, но вы связываете его с некоторыми воспоминаниями. В первый раз, когда вы почувствовали запах яблочного пирога, возможно, вы были в доме своей бабушки, — говорит ДеВере.

Также играет роль взаимосвязь между обонятельной системой и гиппокампом, которая имеет решающее значение для развития воспоминаний. Несмотря на то, что обонятельная система взаимодействует с центрами эмоций и памяти в головном мозге, она не связана с более развитыми регионами.

«Запахи действительно вызывают воспоминания», — говорит д-р.Кен Хейлман, Джеймс Э. Рукс-младший, заслуженный профессор неврологии и психологии здоровья Университета Флориды и член AAN. «Запах проникает в эмоциональные части мозга и части памяти, тогда как слова входят в мыслящие части мозга».

Это может объяснить, почему воспоминания, вызванные запахом, вызывают ностальгию и эмоции, а не конкретные и подробные. Кроме того, Эйхенбаум отмечает, что приматы эволюционировали, чтобы полагаться в основном на зрение, а не на запах, поэтому эти воспоминания менее надежны.(Если бы вы были крысой в его лаборатории, ваши воспоминания о запахах были бы более подробными).

«Когда вы нюхаете вещи, вы вспоминаете свои эмоции… это очень, очень верно, — говорит Хейлман.

Связано:

Внутренняя связь между обонятельной идентификацией и пространственной памятью у людей

Обонятельная идентификация и пространственная память коррелированы

В исследовании нейровизуализации мы оценили обонятельную идентификацию, навигацию и измерили толщину коры головного мозга и объем гиппокампа mOFC у 57 здоровых молодых взрослых участников.Для оценки навигации мы использовали две задачи. Одна из них — это задача 26 навигации, которая измеряет способность создавать и использовать когнитивную карту виртуальной среды, содержащей ориентиры (например, бассейн, магазины и т. Д.), И, следовательно, требует использования пространственной памяти. Было показано, что этот тип задачи пространственной памяти зависит от гиппокампа 9 . Чтобы оценить, связана ли обонятельная идентификация конкретно с пространственной памятью, а не со всеми формами навигации, мы также включили задачу с двойным решением, называемую виртуальным лабиринтом 4 на 8 (4/8 ВМ), которую можно решить с помощью либо пространственная память или стратегия стимул-реакция в той же выборке участников.В этом исследовании мы предположили, что обонятельная идентификация будет связана с пространственным (а не стимулом-ответом) обучением и памятью, и что только пространственные обучающиеся будут демонстрировать связь между навигацией, обонятельной идентификацией и показателями mOFC и структуры гиппокампа. Подробности анализов описаны в разделе «Методы».

Сначала была протестирована корреляция между задачей обонятельной идентификации и поиском пути (рис. 1а). Мы обнаружили значительную положительную корреляцию между обонятельной идентификацией и процентом найденных целевых направлений, контролирующих пол ( r = 0.26, Bootstrap BCa 95% CI [0,06, 0,45]) (рис. 1b) и значительная отрицательная корреляция с извилистостью пути, показателем косвенности пути ( r = -0,26, Bootstrap BCa 95% CI [-0,43, — 0,08]). Эти данные свидетельствуют о том, что эти два процесса действительно связаны; лучшая обонятельная идентификация связана с лучшей пространственной памятью, что измеряется способностью ориентироваться.

Рис. 1

Обонятельная идентификация коррелирует со способностью ориентироваться. a Задача навигации включает определение местоположения восьми ключевых ориентиров в виртуальном городе.Сначала участники исследуют город не менее 20 минут, пока они не посетят все улицы и переулки и не пройдут мимо каждого ключевого ориентира дважды. Затем в восьми испытаниях с зондом участников помещают перед одним ориентиром и просят найти наиболее прямой маршрут к другому заданному ориентиру. b Мы обнаружили, что обонятельная идентификация положительно коррелирует с процентом найденных целевых местоположений ( r = 0,26, Bootstrap BCa 95% ДИ [0,06, 0,45]).

Затем мы исследовали, связана ли обонятельная идентификация с пространственной память, или было ли это связано с другими типами навигации, в данном случае обучение реакции на стимулы.Мы изучили производительность 4/8 ВМ (рис. 2a) и обнаружили на уровне группы значительную отрицательную корреляцию между обонятельной идентификацией и средними ошибками обучения навигации, сделанными на ВМ 4/8 ( r = — 0,37, Bootstrap BCa 95% ДИ [-0,52, -0,21]) (рис. 2b). Это указывает на то, что чем выше способность распознавать запахи, тем меньше ошибок было сделано при изучении местоположения объектов, что согласуется с результатами поиска. Когда мы посмотрели на тех, кто использовал стратегию пространственной памяти («пространственные учащиеся»), и тех, кто использовал стратегию «стимул-ответ» («реагирующие учащиеся») по отдельности, мы обнаружили, что корреляция определялась пространственными учащимися.Пространственные ученики ( n = 24) показали сильную и значимую отрицательную связь между обонятельной идентификацией и средними ошибками обучения навигации ( r = -0,57, Bootstrap BCa 95% CI [-0,77, -0,33]) (рис. 2c, слева), в то время как ответившие учащиеся ( n = 33) не показали этой ассоциации ( r = -0,22, Bootstrap BCa 95% ДИ [-0,49, 0,14]) (рис. 2c, справа). Чтобы гарантировать, что отсутствие ассоциации в ответах учащихся не было связано с эффектом потолка, поскольку их средние ошибки навигационного обучения были ниже, чем у учащихся пространственного обучения (средняя разница = –0.90, Bootstrap BCa 95% ДИ [-1,39, -0,39]), мы провели тот же анализ, основанный на испытании, в котором учащиеся в пространстве и реакции существенно не различались по количеству допущенных ими ошибок. В то время как пространственные и ответные учащиеся значительно различались в первом испытании (средняя разница = -2,52, Bootstrap BCa 95% ДИ [-3,49, -1,47]), они не различались значительно во втором испытании 4/8 VM (средняя разница = 0,13, Bootstrap BCa 95% ДИ [-0,46, 0,75]). Мы приступили к вычислению корреляции между обонятельной идентификацией и количеством ошибок навигационного обучения, сделанных во втором испытании.Внутри пространственного обучения наблюдалась значительная корреляция ( r = -0,61, Bootstrap BCa 95% ДИ [-0,81, -0,24]), в результате чего лучшая обонятельная идентификация была связана с меньшим количеством ошибок навигационного обучения, в то время как ответные учащиеся не показали такой корреляции. ( r = -0,18, Bootstrap BCa 95% ДИ [-0,59, 0,33]. Таким образом, этот анализ показывает, что первоначальный эффект, который мы обнаружили между обонятельной идентификацией и пространственной памятью, не связан с эффектом потолка в реакции учащихся. Эти результаты доказывают, что связь между навигацией и обонятельной идентификацией присутствует только у тех, кто использует стратегии навигации, зависимые от гиппокампа.

Рис. 2

Обонятельная идентификация коррелирует с пространственной памятью. a Виртуальный лабиринт 4 на 8 (4/8 VM) представляет собой радиальный лабиринт с 8 рукавами, окруженный ориентирами. В Части 1 четыре пути заблокированы и четыре открыты. Участники должны получить предметы в конце открытых путей. В Части 2 барьеры сняты. Участники должны избегать путей, которые они посетили в Части 1, чтобы получить оставшиеся объекты. Они могут узнать расположение объектов, используя стратегию пространственной памяти (например,g., «Путь слева от валуна») или стратегия «стимул-реакция» («Из исходной позиции я должен идти по дорожке прямо вперед, а затем пропустить путь справа»). Как только участники усваивают задание по критерию, их переводят на этап исследования, где вокруг лабиринта возводится стена, скрывающая ориентиры. Люди, которые использовали стратегию пространственной памяти во время обучения («пространственные учащиеся»), совершают больше ошибок, чем люди, которые использовали стратегию «стимул-ответ» («учащиеся реакции»), поскольку они больше не могут использовать ориентиры для поиска целевых путей.В конце задания участники заполняют устный отчет, который служит для определения стратегии, которую они использовали, а также количества ориентиров, которые они использовали (например, «Я использовал камень и дерево, чтобы найти объекты») и заметил ( например, «Я видел гору, но не использовал ее»). b Обнаружилась отрицательная корреляция между обонятельной идентификацией и средним числом навигационных ошибок, сделанных в Части 2 обучающих испытаний ( r = -0,37, Bootstrap BCa 95% ДИ [-0,52, -0.21]). c Когда мы изучали стратегии навигации, мы обнаружили, что этот эффект был вызван пространственными обучающимися (слева) ( r = -0,57, Bootstrap BCa 95% ДИ [-0,77, -0,33]), в то время как учащиеся, ответившие на запросы, этого не сделали. покажите такое соотношение (справа) ( r = -0,22, Bootstrap BCa 95% ДИ [-0,49, 0,14]). Таким образом, похоже, что связь между обонятельной идентификацией и навигацией специфична для тех, кто использует стратегию навигации, зависящую от гиппокампа. Другими словами, обонятельная идентификация коррелирует с пространственным обучением, но не с обучением «стимул-ответ»

Толщина mOFC предсказывает обоняние и пространственную память

Затем мы исследовали структуру серого вещества двух областей мозга, которые, как было показано, участвуют в обонятельной идентификации и пространственной памяти. в отдельных отчетах: mOFC и гиппокамп.Мы также включили хвостатое ядро ​​в качестве контрольной области.

С точки зрения mOFC, пространственные обучающиеся ( n = 23) продемонстрировали значительную положительную корреляцию между толщиной коры левого mOFC и обонятельной идентификацией ( r = 0,33, Bootstrap BCa 95% CI [0,02, 0,64]) (Рис. 3a, слева) и значительная отрицательная корреляция между толщиной коры левого mOFC и средними ошибками обучения навигации ( r = -0,49, Bootstrap BCa 95% CI [-0.69, −0,24]) (рис. 3а, справа). Эти результаты показывают, что большая толщина кортикального слоя mOFC связана как с меньшим количеством ошибок во время пространственного обучения, так и с лучшей обонятельной идентификацией. В ответах учащихся ( n = 31) не было значимой корреляции между толщиной коры левого mOFC и обонятельной идентификацией ( r = 0,23, Bootstrap BCa 95% CI [-0,07, 0,59]) (рис. 3b, левый). Интересно, что толщина коры левого mOFC была положительно связана со средними ошибками обучения навигации ( r = 0.42, Bootstrap BCa 95% CI [0,13, 0,67]) (рис. 3b, справа). Благодаря своей плотной связи с гиппокампом, mOFC может способствовать функции гиппокампа, что, как было показано, мешает обучению «стимул-ответ» 10,27,28 . Что касается толщины коры правого mOFC, не было значимых корреляций с обонятельной идентификацией ни у пространственных учащихся ( r = 0,24, Bootstrap BCa 95% CI [-0,15, 0,57), либо у учащихся, ответивших на вопросы ( r = ). 0.14, Bootstrap BCa 95% ДИ [-0,16, 0,53]. С другой стороны, средние ошибки навигационного обучения достоверно коррелировали с толщиной коры правого mOFC в обеих стратегических группах, хотя и в разных направлениях. У пространственных обучающихся эта корреляция была отрицательной, поскольку большая толщина коры была связана с меньшим количеством ошибок ( r = -0,49, Bootstrap BCa 95% ДИ [-0,70, -0,16], что согласуется с левыми результатами mOFC. учащихся корреляция была положительной ( r = 0.34, Bootstrap BCa 95% CI [0,05, 0,60]), что указывает на интерференционный эффект, как это было видно с левым mOFC. Таким образом, как предполагалось, большая толщина кортикального слоя mOFC положительно влияет как на навигационное обучение, так и на обонятельную идентификацию у пространственных обучающихся. Это было верно для левого mOFC. В то время как правый mOFC также показал положительную связь с навигационным обучением у пространственных обучающихся, он не показал связи с обонятельной идентификацией.

Рис. 3

Толщина коры левой медиальной орбитофронтальной коры (mOFC) коррелирует как с обонятельной идентификацией, так и с пространственной памятью. a Мы измерили толщину кортикального слоя mOFC с помощью CIVET. У пространственных обучающихся толщина коры левого mOFC положительно коррелировала с обонятельной идентификацией (слева) ( r = 0,33, Bootstrap BCa 95% CI [0,02, 0,64]) и отрицательно коррелировала со средними ошибками обучения навигации (справа) ( r = -0,49, Bootstrap BCa 95% ДИ [-0,69, -0,24]). b У учащихся, ответивших на вопросы, толщина коры левого mOFC не коррелировала с обонятельной идентификацией (слева) ( r = 0.23, Bootstrap BCa 95% ДИ [-0,07, 0,59]). Интересно, что это действительно положительно коррелировало со средними ошибками обучения навигации (справа) ( r = 0,42, Bootstrap BCa 95% CI [0,13, 0,67]), что указывает на то, что mOFC может мешать обучению «стимул-реакция». Эти результаты показывают, что взаимосвязь между обонятельной идентификацией, навигацией и толщиной коры mOFC специфична для тех, кто использует гиппокампально-зависимую стратегию навигации (пространственная память)

Объем гиппокампа предсказывает обоняние и пространственную память

Мы предположили, что, как и Результаты mOFC, объем гиппокампа покажут связь с обонятельной идентификацией и навигационным обучением у пространственных обучающихся, но не с ответными обучающимися.У пространственных обучающихся ( n = 23) наблюдалась значимая положительная корреляция между объемом правого гиппокампа и обонятельной идентификацией ( r = 0,32, Bootstrap BCa 95% CI [0,03, 0,60]) (рис. 4a, слева) и значимая отрицательная корреляция между объемом правого гиппокампа и средними ошибками обучения навигации ( r = -0,51, Bootstrap BCa 95% ДИ [-0,75, -0,20]) (рис. 4a, справа). У учащихся, участвовавших в ответах ( n = 32), не было обнаружено этих ассоциаций: не было корреляции между объемом правого гиппокампа и обонятельной идентификацией ( r = 0.08, Bootstrap BCa 95% CI [-0,32, 0,35]) (рис. 4b, слева) или средние ошибки обучения навигации ( r = -0,03, Bootstrap BCa 95% CI [-0,42, 0,28]) (рис. 4б, справа). На уровне всей группы, объединяющих учащихся в пространстве и реакции, не было выявлено значимых корреляций между объемом правого гиппокампа и обонятельной идентификацией ( r = 0,17, Bootstrap BCa 95% ДИ [-0,09, 0,38] и между правым гиппокампом. объем и средние ошибки обучения навигации ( r = −0.30, Bootstrap BCa 95% ДИ [-0,57, 0,03]. Что касается левого гиппокампа, не было значимых корреляций с обонятельной идентификацией ни у пространственных учащихся ( r = 0,11, Bootstrap BCa 95% CI [-0,22, 0,46]), ни у учащихся с ответом ( r = 0,09, Bootstrap BCa). 95% ДИ [-0,29, 0,37]). Точно так же не было значимой корреляции между объемом левого гиппокампа и средними ошибками обучения навигации ни у одного из учащихся пространственного обучения ( r = -0,38, Bootstrap BCa 95% CI [-0.70, 0,10]) или ответных обучающихся ( r = -0,11, Bootstrap BCa 95% ДИ [-0,40, 0,12]). Эти анализы показывают, что больший объем правого гиппокампа связан с лучшей обонятельной идентификацией и меньшим количеством ошибок навигационного обучения у пространственных обучающихся. В соответствии с нашими гипотезами, только те, кто полагался на зависимые от гиппокампа стратегии навигации (пространственная память), продемонстрировали связь между навигационным обучением, обонятельной идентификацией и объемом гиппокампа.

Рис. 4

Объем правого гиппокампа коррелирует как с обонятельной идентификацией, так и с пространственной памятью. a Мы измерили объемы гиппокампа с помощью MAGeT-Brain. Внутри пространственного обучения наблюдалась положительная корреляция между объемом правого гиппокампа и обонятельной идентификацией (слева) ( r = 0,32, Bootstrap BCa 95% ДИ [0,03, 0,60]) и отрицательная корреляция между объемом правого гиппокампа и средним уровнем обучения навигации. ошибки (справа) ( r = −0.51, Bootstrap BCa 95% ДИ [-0,75, -0,20]). b У учащихся, ответивших на вопросы, объем правого гиппокампа существенно не коррелировал с обонятельной идентификацией (слева) ( r = 0,08, Bootstrap BCa 95% ДИ [-0,32, 0,35]), ни со средними ошибками обучения навигации (справа) ( r = -0,03, Bootstrap BCa 95% ДИ [-0,42, 0,28]). Эти результаты показывают, что взаимосвязь между обонятельной идентификацией, навигацией и объемом гиппокампа специфична для тех, кто использует гиппокампально-зависимую стратегию навигации (пространственная память). навигационное обучение в рамках любой стратегической группы.У пространственных учеников не было значимой корреляции между объемом хвостатого ядра и обонятельной идентификацией (левое хвостовое: r = 0,28, Bootstrap BCa 95% CI [-0,20, 0,63]; правое хвостатое: r = 0,30, Bootstrap BCa 95% CI [-0,19, 0,64]) или средние ошибки обучения навигации (левый хвостатый: r = -0,28, Bootstrap BCa 95% CI [-0,65, 0,13]; правый хвостатый: r = -0,32, Bootstrap BCa 95% ДИ [-0.66, 0,07]). Результаты были одинаковыми для учащихся: не было значимой связи между объемом хвостатого ядра и обонятельной идентификацией (левый хвостатый: r = -0,21, Bootstrap BCa 95% ДИ [-0,12, 0,52]; правый хвостатый: r = -0,21, Bootstrap BCa 95% CI [-0,17, 0,60]) или средние ошибки обучения навигации (левая хвостовая часть: r = 0,00, Bootstrap BCa 95% CI [-0,36, 0,37] ; правый хвостатый: r = −0.003, Bootstrap BCa 95% ДИ [-0,38, 0,38]). Эти контрольные анализы служат для подтверждения специфичности связи mOFC и гиппокампа с обонятельной идентификацией и пространственной памятью.

Латерализация обоняния и пространственной памяти

Мы обнаружили эффекты в правом гиппокампе и левом mOFC. Правая латерализация гиппокампа для пространственной памяти и обонятельной идентификации согласуется с данными литературы 12,14,15,16,24,29,30,31,32,33,34 . Такая латерализация правого гиппокампа маловероятна из-за неспецифического эффекта правого полушария, поскольку не было обнаружено никаких эффектов с правым хвостатым ядром.Что касается mOFC, то влияние на обоняние также обычно наблюдается в правом полушарии. Хотя мы обнаружили связь между пространственным обучением и правой и левой mOFC, только левая mOFC показала связь с обонятельной идентификацией у пространственных обучающихся. Были сообщения об участии левой орбитофронтальной коры в обонянии 12,32,35 , а также сообщения, показывающие отсутствие связи между левой или правой орбитофронтальной корой и обонятельной идентификацией 14,35,36,37 .Следовательно, латерализация орбитофронтальной коры в обонятельной функции и, в частности, в обонятельной идентификации может быть не такой четкой, как ранее предполагалось в литературе. Расхождения между исследованиями, вероятно, связаны с используемыми методами, включая задачи обонятельной идентификации, методы визуализации мозга и когорты участников.

Эпизодическая и семантическая память не опосредуют эту ассоциацию

Было предложено, чтобы обонятельная идентификация вовлекала как эпизодические, так и семантические процессы памяти 12,38 .Чтобы проверить, не отвечает ли лежащий в основе эпизодический или, что менее вероятно, семантический механизм памяти за связь между пространственной памятью и обонятельной идентификацией, мы коррелировали обонятельную идентификацию с выполнением задачи слухового вербального обучения Рей (RAVLT) 39 , эпизодической памяти. задача и тест вербальной беглости в системе исполнительных функций Делиса – Каплана 40 , задача на семантическую память. Не было значимой связи между обонятельной идентификацией и производительностью на RAVLT (общий отзыв: r = 0.12, Bootstrap BCa 95% ДИ [-0,14, 0,37]; отложенный отзыв: r = 0,003, Bootstrap BCa 95% ДИ [-0,29, 0,30]). Также не было значимой связи с тестом Verbal Fluency (все Bootstrap BCa 95% CI пересекли 0), что согласуется с исследованием, которое показало, что у пожилых людей обнаружены нарушения обонятельной идентификации, но не семантической памяти 41 . Таким образом, эти результаты предполагают, что обонятельная идентификация и пространственная память не коррелируют ложно из-за общего лежащего в основе эпизодического или семантического компонента памяти.

Чтобы оценить, могут ли другие нейропсихологические факторы объяснить наши результаты, мы сравнили пространственные и ответные действия учащихся в различных когнитивных областях. В частности, не было различий между группами в результатах набора стандартных нейропсихологических тестов, которые включали RAVLT 39 , комплекс Rey-Osterrieth, рисунок 42 и тест невербального интеллекта-3 43 ( все Bootstrap BCa 95% CI пересекли 0).

Обоняние и пространственная память критически зависят от mOFC

В целом наши результаты нейровизуализации согласуются с результатами работы у пациентов с повреждением медиальной височной доли, у которых наблюдается дефицит как обоняния 17,18,22,23 , так и пространственной памяти 16 , 19,20,21 , демонстрируя критическую роль медиальной височной доли и, вероятно, гиппокампа в обоих процессах.Наши результаты также согласуются с работой с пациентами с повреждением mOFC, у которых имеется обонятельный дефицит 18,24,25 . Однако пока не сообщалось, приводит ли повреждение mOFC к дефициту пространственной памяти. Во втором исследовании мы напрямую проверили, имеет ли mOFC критическое значение как для пространственной памяти, так и для обонятельной идентификации. У грызунов нейроны орбитофронтальной коры, по-видимому, настроены на определенные навигационные характеристики. Например, некоторые нейроны в этой или окружающих областях выбирают путь 44 , кодируют ассоциации запах-место 45 и срабатывают, когда крыса находится в определенном месте и ожидает вознаграждения 46 .У приматов мало доказательств того, что орбитофронтальная кора головного мозга обрабатывает пространственную информацию 47,48,49 . Однако задачи, используемые в исследованиях приматов, не включают когнитивное картирование или навигацию, что может объяснить расхождение с исследованиями на грызунах и людях, чьи задачи в этом отношении гораздо более схожи. У здоровых молодых людей мы показали, что активность mOFC fMRI BOLD и серое вещество связаны с пространственным обучением в навигационной задаче с двойным решением 7 .Поэтому в исследовании повреждений мы исследовали, проявляют ли пациенты с повреждением лобной доли, которое влияет на mOFC (группа mOFC +), дефицит как обонятельной, так и пространственной памяти по сравнению с пациентами с повреждением лобной доли без mOFC (группа mOFC-) и демографически: подобраны контрольные участники без повреждений головного мозга (рис. 5а).

Рис. 5

Пациенты с повреждением медиальной орбитофронтальной коры (mOFC) демонстрируют снижение пространственной памяти. a Осевые срезы и срединно-сагиттальный вид мозга ICBM52 MNI, отображающие степень перекрытия поражения для пациентов, у которых поражения лобных долей охватывают mOFC (mOFC +; вверху), и пациентов, у которых поражения лобных долей не охватывают mOFC (mOFC-; Нижний).Цифры над осевыми срезами указывают их координаты z в пространстве MNI. Цвета указывают на степень перекрытия поражений в каждой группе, на что указывает цветовая шкала, которая колеблется от 1 до 8 пациентов. b В 4/8 VM группа mOFC + заметила меньше ориентиров в окружающей среде по сравнению с группой mOFC- (средняя разница = -1,17, Bootstrap BCa 95% CI [-2,20, -0,27]). c Группа mOFC + также сделала меньше ошибок при испытании зонда по сравнению с контрольной группой (средняя разница = -0.24, Bootstrap BCa 95% ДИ [-0,55, -0,02]). d Группа mOFC + показала худшую обонятельную идентификацию, чем группа mOFC- (средняя разница = -4,99, Bootstrap BCa 95% CI [-8,54, -1,09]) и контрольная группа (средняя разница = -3,70, Bootstrap BCa. 95% ДИ [-6,02, -1,12]). e Мы классифицировали участников как участников с низким (черные столбцы) или высокими (серые столбцы) показателями в задаче обонятельной идентификации в соответствии с медианным значением для всех групп (медиана = 27,5). Группа mOFC + включала более низкие показатели, чем контрольная группа, p <0.05 (точный тест Фишера). Эти результаты показывают, что повреждение mOFC влияет как на пространственную память, так и на обоняние, поскольку это связано с меньшей зависимостью от ориентиров и худшей обонятельной идентификацией. Планки погрешностей указывают на стандартную ошибку среднего. * указывает на значимость, основанную на 95% доверительных интервалах, скорректированных на бутстреп. L Влево, R Вправо

Сначала мы исследовали эффективность навигации по группам и не обнаружили никакой разницы между группами (все Bootstrap BCa 95% ДИ пересекли 0).Это предполагает, что, если в группе mOFC + присутствуют нарушения пространственной памяти, они могут быть незначительными по своей природе и не могут быть адекватно зафиксированы с помощью задачи поиска пути. Виртуальная машина 4/8 позволяет нам исследовать различные аспекты навигации, включая использование стратегии, обучение навигации и использование ориентиров. В 4/8 VM группа mOFC + отметила значительно меньше ориентиров в окружающей среде по сравнению с группой mOFC- (средняя разница = -1,17, Bootstrap BCa 95% CI [-2,20, -0,27]) (рис. 5b). Однако не было существенной разницы между какой-либо из групп в сообщенном количестве ориентиров, используемых для изучения местоположения объектов (все 95% доверительного интервала Bootstrap BCa пересекли 0).В фазе исследования группа mOFC + совершила значительно меньше ошибок, чем контрольная группа (средняя разница = -0,24, Bootstrap BCa 95% ДИ [-0,55, -0,02]) (рис. 5c), что указывает на то, что они меньше полагались на по ориентирам, хотя субъективно они не сообщили о разнице в количестве использованных ориентиров. Группы значительно различались по своей способности достичь критерия обучения ( p <0,05, точный критерий Фишера). Интересно, что попарные сравнения показали, что группа mOFC + обучалась нормально по сравнению с контрольной группой (95% ДИ Bootstrap BCa пересек 0).Таким образом, тот факт, что группа mOFC + отметила меньше ориентиров, описанных выше, не связан с ухудшением обучения. У группы mOFC- было больше трудностей с выполнением задачи 4/8 VM, чем у контрольной группы ( p <0,05, точный критерий Фишера), поскольку три пациента mOFC- не смогли достичь критерия обучения, по сравнению с одним пациентом в mOFC +. группа и участники нулевого контроля.

Группа mOFC + показала нарушение обонятельной идентификации по сравнению с обеими контрольными группами (средняя разница = -3.70, Bootstrap BCa 95% CI [-6,02, -1,12]) и группа mOFC- (средняя разница = -4,99, Bootstrap BCa 95% CI [-8,54, -1,09]) (рис. 5d). Мы классифицировали участников как участников с низким или высоким баллом в задаче обонятельной идентификации на основе их баллов в соответствии со средним значением по трем группам (медиана = 27,5): те, кто набрал меньше медианы, были отнесены к категории с низким баллом, а те, кто набрал выше среднего, — классифицируются как обладатели высоких результатов. При сравнении процентного соотношения с низкими и высокими показателями группа mOFC + включала значительно больше людей с низкими показателями (86%), чем контрольная группа (40%) ( p <0.05, точный тест Фишера) (рис. 5д).

Контрольные анализы

Три группы не различались по возрасту, образованию, объемам повреждений (все Bootstrap BCa 95% ДИ пересек 0) или полу ( p > 0,05, точный критерий Фишера) (таблица 2). Мы также сравнили три группы на той же батарее стандартных нейропсихологических тестов, что и в исследовании нейровизуализации, а именно: задача на слуховое вербальное обучение Рей 39 , комплексная фигура Рей-Остеррита 42 и тест невербального интеллекта. 3 43 .Группа mOFC- имела значительно более низкий коэффициент невербального интеллекта, чем группа mOFC + (средняя разница = -9,74, Bootstrap BCa 95% ДИ [-19,75, -0,36]) и контрольная группа (средняя разница = -13,37, Bootstrap. BCa 95% CI [-24,25, -3,25]) (Таблица 2). Группа mOFC- также продемонстрировала дефицит вербальной памяти, о чем свидетельствует значительно более низкая производительность при общем воспроизведении теста слухового вербального обучения Рея по сравнению с контрольной группой (средняя разница = -12,56, Bootstrap BCa 95% ДИ [-20.52, −4,71]) (таблица 2). Таким образом, нарушения навигационного обучения, проявляемые группой mOFC-, могут быть вызваны глобальным когнитивным дефицитом.

Таким образом, в этом исследовании поражения мы впервые показали, что повреждение mOFC влияет на производительность как при обонятельной идентификации, так и при выполнении задач пространственной памяти. Эти дефициты не были объяснены общими когнитивными нарушениями, поскольку пациенты с повреждением mOFC выполняли стандартные нейропсихологические тесты так же, как и контрольные участники. Это свидетельствует об особом вкладе этой лобной области как в обонятельную идентификацию, так и в пространственную память.

репрезентаций обонятельной памяти хранятся в переднем обонятельном ядре

Животные

Fos CreER мышей, полученных из лаборатории Джексона и выращенных в лаборатории биологических наук, были использованы для всех экспериментов. Животных помещали в группу с контролируемой температурой с 12-часовым циклом свет / темнота с неограниченным доступом к пище и воде. Операцию проводили на мышах в возрасте 8–10 недель, после чего их помещали индивидуально.Пятьдесят четыре мыши были разделены на три группы для хемогенетического поведенческого тестирования (hM4D-mCherry: n = 10, hM3D-mCherry: n = 12 mCherry контроль: n = 32) и еще 54 мыши были использованы в оптогенетических экспериментах. (Ch-tagged eYFP: n = 16, Ch-tagged ChETA: n = 16, Li-tagged ChETA: n = 10, Ctx A-tagged ChETA: n = 6, Ctx B-tagged ЧЕТА: n = 6). Десять животных использовались для изучения поведения копания в зависимости от контекста.Еще 65 мышей были использованы для гистологических целей. Все процедуры выполнялись в соответствии с рекомендациями Канадского совета по уходу за животными и Комитета по уходу за животными Университета Торонто.

векторов AAV

AAV2 / 8-hSyn-FLEX-hM4D-mCherry и AAV2 / 9-EF1α-DIO-ChETA-eYFP были приобретены у Университета Пенсильвании Vector Core и AAV2 / 8-hSyn-DIO-mCherry, AAV2 / 5-EF1α-DIO-eYFP и AAV2 / 9-CAG-FLEX-GFP из ядра вектора в Университете Северной Каролины в Чапел-Хилл.

Хирургические процедуры

Мышей анестезировали изофлураном (4% индукция, 2% поддерживающая терапия) и вводили кетопрофен (5 мг / кг) для снятия боли. Вирусные векторы вводили с двух сторон в медиальную часть AON (угол 10 ° к средней линии, A / P: +3,00, M / L: ± 1,15, D / V: -3,90) в объеме 0,2–0,3 мкл. Инфузии проводились с использованием эжекции под давлением со скоростью 0,1 мкл / мин через канюлю, соединенную 20 см трубкой Tygon со шприцем Hamilton на 10 мкл (Hamilton, Reno, NV).Всем инфузиям назначался 20-минутный интервал, чтобы ограничить распространение вируса. Оптические волокна (диаметр сердцевины 200 мкм, 0,39 NA; Thorlabs, Ньютон, Нью-Джерси, США), пропущенные через диафрагмы из диоксида циркония шириной 1,25 мм (Thorlabs), имплантировали непосредственно дорсальнее места инфузии (D / V: -3,80).

Лекарства

Клозапин- Оксид N- (CNO) был получен от NIH и растворен в растворе, состоящем из 10% диметилсульфоксида и 0,9% физиологического раствора. Всем животным в хемогенетических поведенческих тестах вводили дозу 5 мг / кг.4-гидрокситамоксифен (4-OHT, Sigma-Aldrich, № по каталогу H6278) растворяли в 100% этаноле (20 мг / мл) и разбавляли кукурузным маслом. Этанолу давали возможность испариться, в результате чего конечная концентрация составляла 10 мг / мл. Все инъекции 4-OHT (50 мг / кг) были приготовлены в свежем виде перед внутрибрюшинным (IP) введением. Чтобы ограничить непреднамеренную маркировку, всех животных перевозили в их домашней клетке и помещали в процедурные кабинеты, по крайней мере, за 2 часа до инъекции 4-OHT и через 2 часа после тестирования.

Оптогенетический аппарат

Активация ChETA-eYFP-меченых нейронов в AON была достигнута с помощью импульсного освещения синим светом (473 нм, 2 мВт, ширина импульса 10 мс).Стимуляция проводилась в течение 1 минуты с определенными интервалами, указанными для каждого теста. Частота стимуляции (4 Гц или 20 Гц) создавалась с помощью генератора сигналов произвольной формы (Agilent, 33220A). Мы подавали свет, генерируемый твердотельным лазером с диодной накачкой (Laserglow, Торонто, Канада), через оптический коммутатор 1 × 2 (Doric Lenses, Квебек, Квебек, Канада), чтобы разделить световой путь через два соединительных кабеля арены, прикрепленных к имплантированные оптические волокна.

Поведенческое тестирование

В наших парадигмах используются два метода для создания различных контекстов.В каждом случае использовались прозрачные клетки одинакового размера, за исключением теста предпочтения места. Один из методов заключался в наклеивании обоев с визуальным рисунком на внешние стены. Обои с контрастным рисунком были выбраны для представления различных «визуальных» контекстов (например, черные и белые полосы против разноцветных точек в горошек). В другом методе использовались прозрачные клетки с различными разноцветными предметами (пластиковые игрушки, кофейные чашки и т. Д.), Размещенные вокруг клетки снаружи. Тест предпочтения места в режиме реального времени включал дополнительный фактор, связанный с металлическими полами с резьбой, которые различались в двух контекстах.Все используемые дизайны / объекты оставались неизменными для каждого определенного контекста. Аппарат очищали 70% этанолом и вытирали насухо между испытаниями.

Воспоминание запаха на основе контекста: эта парадигма была адаптирована из Mandairon et al. (2014) и ранее описанные авторами 27 . Мышей приучали к запаху в визуально богатой среде, состоящей из прозрачной клетки из оргстекла размером 50 см × 25 см × 20 см с узорчатыми рисунками, наклеенными на внешней стороне стен. Деревянный аппликатор с ватным наконечником прикрепляли к центру крышки клетки так, чтобы он располагался на расстоянии ~ 3 см от пола.Перед помещением мышей в камеру на ватный кончик наносили 100 мкл мономолекулярного нейтрального ароматизатора (псевдослучайный лимонен, изоамилацетат или 1-пентанол). Мышам давали 1 час для исследования ватного тампона с запахом в течение 12 дней подряд. На 5 день животных помещали в комнату для поведенческих тестов за 2 часа до инъекции 4-OHT, чтобы уменьшить нежелательное мечение. Через десять минут после обработки 4-OHT животные подвергались сочетанию запаха и контекста.На следующий день после кондиционирования и за 15 минут до тестирования мышам вводили CNO и помещали в контекст при отсутствии нанесенного запаха. Подмножество мышей mCherry-control вместо этого были помещены в ранее неизведанный контекст. Поведение во время исследования на 12 и 13 день снимали в течение первых 5 минут. Для записи со скоростью 60 кадров в секунду использовался NIKON D5200, оснащенный 35-мм объективом f / 1.8G. При использовании пониженной частоты кадров время, потраченное на исследование ватного наконечника, впоследствии не учитывалось экспериментальной группой.Исследования были строго определены как нюхание головой вверх, направленное на кончик ватного тампона и в пределах 1 см от него.

Рытье с контекстным сигналом: животных помещали в прозрачную клетку из оргстекла размером 50 см × 25 см × 20 см, окруженную разноцветными предметами. Клетки содержали ~ 15 г шоколадной пасты (Nutella, Ferrero, Италия), помещенной в алюминиевую чашку шириной 3 см и высотой 1 см, накрытую под подстилкой. Каждая мышь оставалась в контексте в течение 30 минут или до тех пор, пока шоколад не был открыт. Тренировки повторяются ежедневно в течение 5 дней подряд.На следующий день животных снова поместили в исходный контекст или в новый контекст. Поведение снималось в течение 5 минут, и впоследствии оценивалось время, затраченное на копание. Копание определялось как продолжительность, в течение которой нос был направлен вниз, а передние лапы были заняты открытием подстилки. Всех животных лишали пищи на ночь перед тестированием.

Анализ индукции памяти запаха: животные подвергались чередованию 1-часового представления двух различных конфигураций контекста запаха в течение 10 последовательных дней.Оба контекста содержали деревянный аппликатор с ватным наконечником, расположенный в 3 см от пола и в 5 см от одного конца камеры. Они также содержали алюминиевую чашку, спрятанную внутри постельного белья на 5 см с противоположной стороны. Условия Ctx A / Ch заключались в помещении животных в прозрачную клетку из оргстекла размером 50 см × 25 см × 20 см, окруженную разноцветными предметами. В этом контексте в алюминиевую чашку добавляли приблизительно 15 г шоколада. Состояние Ctx B / Li состояло из аналогичной клетки из оргстекла с полосатыми и точечными визуальными узорами, наклеенными на внешние стенки.В алюминиевый стаканчик не добавляли шоколад, вместо этого на ватный наконечник наносили 100 мкл лимонена. На 11 день животных разделили на три группы и вводили 4-OHT. Через десять минут после инъекции две группы подвергались воздействию конфигурации Ctx A / Ch (Ch-tagged ChETA или eYFP), тогда как третьей группе вместо этого была представлена ​​комбинация Ctx B / Li (Li-tagged ChETA). Через семь дней животных поместили в новый контекст «C», и их поведение снимали на видео в течение 20 минут. На 11-й минуте животных освещали постоянным желтым светом (589 нм).В течение 14-й и 17-й минут животных стимулировали синим светом и частотой 4 Гц или 20 Гц соответственно. Всех животных лишали пищи на ночь перед тестированием. Во время удаленного теста через 53 дня животных повторно вводили в контекст C на 10 минут и стимулировали синим светом с частотой 20 Гц в течение 6 минут. Впоследствии все видео были засчитаны для экспериментальной группы за время, потраченное на копание.

Выбор места в реальном времени: устройство размером 45 см × 20 см × 35 см было разделено поровну, так что с каждой стороны были нанесены отдельные обои и металлическая резьба на полу.Одна сторона, псевдослучайная, была сопряжена с освещением синим светом с частотой 20 Гц, когда животные входили в ее границы. Сначала мышам позволяли исследовать обе камеры с выключенным лазером в течение 10-минутного периода привыкания. Затем животных возвращали в их домашнюю клетку на 10-минутный интервал между испытаниями. Мышей повторно вводили в контекст с включенным лазером на 5 мин. Верхние видеоролики были получены с помощью веб-камеры Logitech и проанализированы с помощью программного обеспечения ЛЮБОГО лабиринта (Stoelting Co) для определения количества времени, проведенного животными в каждой камере, и соответствующих им участков треков.

Общая гистология

Мышам транскардиально перфузировали 0,1% фосфатно-солевым буфером (PBS, pH 7,4), а затем 4% параформальдегидом (PFA). Затем мозг извлекали и фиксировали в 4% PFA в течение ночи. Затем ткань хранили в 30% растворе сахарозы при 4 ° C в течение 72 часов. Корональные срезы (40 мкм) получали с использованием криостата (Leica, Германия), устанавливали на предметном стекле и контрастировали DAPI (4 ‘, 6-диамидино-2-фенилиндол) в течение 5 минут перед добавлением покровного стекла с Aquamount (Polysciences, Inc., Уоррингтон, Пенсильвания). Широкопольные флуоресцентные изображения получали с помощью объектива × 4 на флуоресцентном микроскопе (Olympus, Япония). Конфокальные изображения получали с помощью объектива × 20 и × 60 с помощью конфокального микроскопа Quorum spinning disk (Zeiss, Германия). Adobe Photoshop CS6 (Adobe Systems, Incorporated, Сан-Хосе, Калифорния) использовался для настройки яркости и контрастности репрезентативных участков.

Иммуноокрашивание c-Fos

Мышам перфузировали и извлекали их мозг через 75 мин после первоначального воздействия в экспериментальных условиях.Собирали свободно плавающие срезы тканей, промывали PBS, содержащим Triton X-100 (PBST), и блокировали 5% нормальной ослиной сывороткой в ​​течение одного часа. Затем ткань инкубировали при 4 ° C в течение 72 часов с кроличьими поликлональными антителами против c-Fos (1: 1000 в PBST; Santa Cruz Biotechnology, Калифорния). Затем срезы инкубировали при комнатной температуре с конъюгированным с Alexa Flour 594 (или конъюгированным с Alexa Flour 488) вторичным антителом осла против кролика (1: 500 в PBST; Invitrogen) в течение 2 часов.

Подсчет клеток

Подсчет клеток выполняли с использованием программного обеспечения ImageJ (NIH).Для каждого животного медиальный аспект AON был очерчен в каждом разделе, образуя несколько областей интереса (ROI). Количество помеченных ячеек в каждой области интереса было определено количественно и разделено на площадь, чтобы получить меру плотности. Средняя плотность определялась для каждого животного и каждой экспериментальной группы соответственно. Параметры были откалиброваны для подсчета с использованием случайно выбранных репрезентативных нейронов в пределах AON и оставались постоянными для каждого животного. Пороги обнаружения сигнала и округлости были скорректированы, чтобы обеспечить точную, но консервативную оценку.+ \, {\ mathrm {cells}})}}} \ times 100 {\ mathrm {\%}} $$

Размеры выборки были выбраны на основе предыдущих исследований. GraphPad Prism версии 7.04 для Windows (GraphPad Software, La Jolla, CA, USA) использовался для выполнения статистического анализа. Значимость определялась с использованием (двустороннего) непарного критерия Стьюдента t , (двустороннего) одностороннего критерия t , обычного одностороннего дисперсионного анализа (ANOVA), двухстороннего дисперсионного анализа с повторными измерениями ANOVA. , и корреляция Пирсона, где это необходимо.Для апостериорных сравнений использовался критерий множественных сравнений Тьюки. Значимость была определена как * P <0,05, ** P < 0,005, *** P < 0,0005, **** P < 0,0001.

Сводка отчетов

Дополнительная информация о дизайне исследований доступна в Сводке отчетов по исследованиям природы, связанной с этой статьей.

Почему запахи могут разблокировать забытые воспоминания?

Игрушечный шкаф в доме моей бабушки имел специфический запах.Я не могу вам сказать, что это было, но теперь, став взрослым, я иногда улавливаю его запах. Запах приносит с собой воспоминания, которые я считал утерянными, воспоминания о посещениях дома моих бабушек и дедушек, о моей бабушке и об игре с игрушками из игрушечного шкафа. Но почему запахи обладают такой способностью открывать забытые воспоминания?

Неврология во многом похожа на детектив — мы должны искать улики, чтобы раскрыть причину. Но прежде чем мы исследуем улики, какая у нас есть справочная информация по этому делу?

Комплекс чувство

Мы знаем, что обоняние — это древнейшее чувство, берущее свое начало в рудиментарных органах восприятия химических веществ в воздухе и воде — чувствах, которые есть даже у бактерий.Еще до появления зрения или слуха, даже до прикосновения, существа эволюционировали, чтобы реагировать на химические вещества вокруг них.

Зрение опирается на четыре типа световых сенсоров в человеческом глазу, клетки, известные как рецепторы, которые преобразуют свет в электрохимический язык нашего мозга, а осязание полагается на различные типы рецепторов для давления (по крайней мере, четыре из них), для тепла. , от холода и от боли, но это бледнеет по сравнению с тем, что требуется для обнаружения запаха. Существует не менее 1000 различных типов обонятельных рецепторов, которые восстанавливаются на протяжении всей вашей жизни и меняются в зависимости от того, к чему вы привыкли.Результатом такой сложности является то, что мы способны различать множество разных запахов.

Однако у нас нет названий для всех запахов, которые мы можем различить. Обоняние — это, пожалуй, то чувство, о котором мы меньше всего привыкли говорить. Мы хорошо умеем описывать, как вещи выглядят, или рассказывать, как они звучали, но с запахами мы вынуждены маркировать их в соответствии с вещами, с которыми они связаны (например, «пахнет летними лугами» или «пахнет мокрой собакой»). Примером этой «трудноразличимости» является то, что, хотя у нас есть названия цветов, которые не означают ничего, кроме цвета, например, «красный», у нас обычно есть только названия запахов, которые означают то, что производит это запах, например, «кедр», «кокос» или «свежий хлеб».

Память эпизодов

Итак, теперь у нас есть справочная информация, каковы важные подсказки? Ну, во-первых, часть мозга, отвечающая за обработку запахов — «обонятельная луковица» — находится рядом с частью мозга, называемой гиппокампом. Это имя означает «морской конек», а гиппокамп назван так потому, что он свернулся клубочком, как морской конек, вложен глубоко в мозг, являясь точкой схождения информации, поступающей со всей остальной части коры головного мозга.Нейробиологи определили, что гиппокамп имеет решающее значение для создания новых воспоминаний о событиях. Людям с повреждением гиппокампа сложно вспомнить, что с ними произошло.

Хотя они могут осваивать новые навыки, такие как езда на велосипеде, и новые факты, например, как кого-то называют, они не создают воспоминаний о том, что делали эти вещи или пережили опыт. Эта «эпизодическая память» — именно та память, которая возникает у меня, когда я вспоминаю визиты к бабушке. А обонятельная луковица, место обоняния в головном мозге, удобно расположена рядом с гиппокампом, основным ядром мозга для этих воспоминаний.

Deep dive

По общему признанию, это убедительное свидетельство, но косвенное. У нас есть подозреваемый (запах), помещенный на место преступления (рядом с гиппокампом). Но нам понадобится нечто большее, чем косвенные доказательства, если дело будет рассматриваться в научном суде. Я надеюсь, что моя следующая часть свидетельства, вторая подсказка нейробиологии, убедит вас в том, почему запахи так сильны в разблокировании воспоминаний.

Обоняние уникально среди органов чувств тем, что проникает прямо глубоко в мозг.Если мы посмотрим на основные пути, которыми проходят другие органы чувств, такие как слух и зрение, они начинаются с органов чувств, то есть от глаз или ушей, и переходят к ретрансляционной станции, называемой таламусом, прежде чем перейти к ней. остальная часть мозга.

С запахом дело обстоит иначе. Вместо того, чтобы посещать таламическую ретрансляционную станцию ​​на пути к мозгу, информация об запахе направляется непосредственно к основному месту обработки — обонятельной луковице — без чего-либо промежуточного. Мы не знаем, что делает остановка в таламусе для других органов чувств, но это определенно означает, что сигналы, генерируемые другими органами чувств, каким-то образом «дальше» от узлов обработки, выполняемой в мозге.

Может ли это быть одной из причин того, почему запахи трудно описать словами, но они также могут вызывать глубоко скрытые воспоминания? Исследования памяти показали, что словесное описание вещей может улучшить память, но также снижает эмоции, которые мы испытываем к объекту. Когда мы придумываем историю о наших воспоминаниях, мы начинаем вспоминать историю в той же степени, что и исходный опыт.

Итак, в игрушечном шкафу моей бабушки этот особенный, уникальный запах уловили сложные обонятельные рецепторы в моем юном носу.Обоняние шкафа, которому я так и не нашел названия, проникло прямо в мой мозг, поселившись рядом с частью, предназначенной для кодирования переживаний. Там он переплетался с другими воспоминаниями о шкафу, не тронутый языком, о котором трудно думать специально, но все же оставался в моей памяти. Теперь, годы спустя, запаха не только достаточно, чтобы заново пережить этот опыт, но также достаточно, чтобы вытащить вместе с ним остальные воспоминания.

Если вы хотите прокомментировать эту историю или что-нибудь еще, что вы видели в Future, перейдите на нашу страницу в Facebook или напишите нам в Twitter.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.