Вопросы и ответы

Социализация личности определяется развитием когнитивных процессов в – Социализация личности, периоды ее развития

Социализация личности, периоды ее развития

Рассматривая проблемы формирования личности, необходимо подчеркнуть, что человек как личность жить вне общества (социума), социальной среды не может. В процессе взаимодействия человека с социальной средой возникает целый ряд социально психологических явлений, оказывающих влияние на формирование личности. Таким образом, формирование индивидуума как личности происходит в конкретных исторических и социально—экономических условиях.

Социализация личности — процесс активного ее включения в общественную жизнь. При этом следует исходить из того, что нормы поведения, морали, убеждения определяются нормами, принятыми в обществе.

Выделяют пять основных стадий социализации. Каждая из них имеет свои характерные особенности.

1. Первичная социализация — стадия адаптации к социальному окружению (от рождения до подросткового возраста). Особенностью этого этапа является то, что дети некритически усваивают социальный опыт через подражание и приспособление к окружающей социальной действительности. Достаточно обратить внимание на то, во что и как в этом возрасте играют дети.
2. Стадия индивидуализации — стремление к выделению. Проявляется критическое отношение, иногда вплоть до нигилистического, к общественным нормам, стремление выделить себя среди других, показать неповторимость, своеобразие своего «Я».

На этой стадии выделяют промежуточную социализацию (подростковый возраст). Она характеризуется еще недостаточно осознанным стремлением к самоопределению, выяснением соотношения «Я» и окружаюшей социальной действительностью, неустойчивостью мировоззрения и характера.

Юношеский возраст (18—25 лет) — устойчивая концептуальная социализация. Окончательно формируются устойчивые свойства личности и в первую очередь характер и его акцентуации.
3. Стадия интеграции — стремление найти свое место в обществе. Успешность интеграции определяется соответствием основных свойств (качеств) личности общественным ожиданиям (т. е. его требованиям). Если они совпадают, то интеграция протекает относительно успешно, если нет, возможны следующие исходы:
  • усиление агрессивности личности по отношению к социальному окружению в целях сохранения своей неповторимости, своего «Я»;
  • отказ от своей индивидуальности и неповторимости, стремление стать таким как все»;
  • конформизм, внешнее согласие с требованиями социального окружения, но внутреннее желание сохранять свою индивидуальность. Фактически происходит раздвоение личности на внутреннее и внешнее Я», ведущее к обострению внутриличностных противоречий.
4. Трудовая стадия социализации — наиболее продолжительная стадия, охватывающая весь период трудовой деятельности человека, фактически период трудоспособности человека. Особенностью данной стадии является то, что личность не только продолжает усваивать социальный опыт, но уже его и воспроизводили развивает за счет активного и целенаправленного взаимодействия с окружающей социальной средой посредством разнообразных форм деятельности.
5. Стадия послетрудовой деятельности — стадия пожилого возраста. Особенность заключается в преобладании функции передачи социального опыта подрастающему поколению.

Существует и другой подход. В соответствии с ним выделяются восемь периодов, связанных с определенными видами деятельности, которые определяют главные изменения в индивидуально—психологических особенностях развития личности на конкретных этапах социализации.

В каждой социокультуре существует свой особый стиль социализации личности. Он определяется тем, что общество ожидает от личности по мере ее социализации. На каждой стадии развития личности, она либо интегрируется с социальным окружением, либо им отторгается.

Э. Эриксон разработал психосоциальную концепцию развития личности, в которой показал тесную взаимосвязь развития личности и характера социальной среды, в которой она развивается. Им было введено понятие «групповая идентичность», которая формируется с первых дней жизни человека. Ребенок с момента рождения ориентирован на включение в определенную социальную группу и начинает воспринимать окружающую действительность так, как ее воспринимает социальная группа.

Но постепенно у него начинается формирование «эгоидентичностного чувства устойчивого своего «Я». Это длительный процесс, включающий в себя целый ряд этапов развития личности. Каждая из стадий характеризуется задачами определенного возраста. Успешность решения и дач зависит от уже достигнутого уровня психомоторного развития личности и духовной атмосферы общества, в которой и происходит процесс социализации.

На первой стадии социализации (младенчества) главную роль занимает мать. От качества ее отношения к ребенку (кормление, ласки, ухаживания) зависит динамика формирования доверия к социальному окружению. Неуверенность матери, ее невротичность, частое оставление ребенка одного, формирует у него недоверие к окружающему миру. Дефицит эмоционального общения с ним приводит к резкому замедлению психического развития. И наоборот — спокойствие, уверенность матери в себе и своих силах, эмоциональная близость с ребенком формируют у него базовое доверие к окружающей социальной действительности. Главное на этой стадии не количество, а качество ухода и уверенность матери в своих действиях.

На второй стадии социализации (ранний детский возраст 1—2 года) главный смысл заключается в формировании баланса «автономии» и «стыда». Ребенок начинает ходить, родители приучают ребенка к аккуратности, контролировать акты естественной дефекации, стыдят. Ребенок начинает понимать одобрение и неодобрение, формируется чувство стыда.

Успешность этой стадии зависит от благоприятного, положительного отношения родителей к ребенку, удовлетворения его желаний, неподавления его волевых качеств.

На третьей стадии социализации (дошкольный возраст 3—5 лет) проявляется стремление к выделению своего «Я», формируется чувство инициативы, резко расширяется сфера общения, ребенок начинает выходит за пределы семьи, он активно осваивает окружающую социальную действительность. Основной формой взаимодействия с окружающим миром выступает игра.

Для того чтобы эта стадия социализации проходила успешно, ни в коем случае нельзя жестко подавлять его инициативу и стремление к самостоятельности. Ребенка следует вовлекать в активные творческие игры, постепенно их усложняя. Семья пока остается главным социальным окружением ребенка.

На четвертой стадии (школьный возраст 6—11 лет) возможности социализации в семье практически исчерпаны. Значительную роль в социализации играет школа. Происходит процесс формирования системы базовых теоретических навыков. Если ребенок с помощью родителей и педагогов успешно ею овладевает, у него формируется уверенность в своих силах, доверие уже к более широкому социальному окружению. Если он сталкивается со значительными трудностями и не получает соответствующей помощи в их преодолении у него формируется чувство неполноценности, неуверенности в себе, недоверие к внешнему социальному окружению. Ребенок стремится укрыться в семье. Если и в семье он не получает соответствующей поддержки, то у него формируется соответствующий стереотип поведения, который изменить на последующих стадиях социализации будет практически невозможно.

На пятой стадии социализации (юношеский возраст 12—20 лет) происходят значительные физиологические изменения в организме, вызывающие необходимость нового осмысления своей социальной роли в социуме, формируется центральная форма эгоидентичности, происходит самоопределение, поиск своего места в этой жизни.

Если предыдущие стадии пройдены успешно, то, как правило, и эта также проходит безболезненно. Подросток формирует оптимальную, целостную систему эгоидентичности, сохраняет неповторимость своего «Я», получает соответствующее признание социального окружения. В противном случае происходит диффузия идентичности, приводящая либо к инфантильности, детским иждивенческим реакциям, либо к росту агрессивности и противопоставлению себя социальному окружению.

Шестая стадия социализации (молодость 20—25 лет) характеризуется поиском спутника (спутницы) жизни, укреплением сотрудничества с социальным окружением, связи со своей социальной группой, создание семьи. Происходит смешение своей идентичности с идентичностью социального окружения без страха потерять свое «Я», что приводит к формированию чувства единства с другими.

Но если предыдущая стадия успешно не пройдена и диффузия переходит в шестую стадию — человек замыкается, закрепляется изоляция, усиливается неверие в собственные силы и возможности, возникает и закрепляется чувство одиночества.

Седьмая стадия (зрелость до 50 лет). Фактически центральная Стадия социализации личности, на которой возможно достичь наивысших уровней развития (акме) во всех сферах жизнедеятельности, и в первую очередь, в профессиональной сфере. Это стадия социальной и филологической зрелости, на ней очень велика роль детей и любимой работы, именно в них «зрелая» личность находит подтверждение собственной необходимости в этом мире. Наиболее полно самореализация личности, ее самоутверждение, реализация собственного «Я», происходит в сфере профессиональной деятельности и семье. Если профессиональная деятельность не совпадает с духовными потребностями личности, то Она стремится к самореализации в других сферах жизнедеятельности. Тем самым она стремится к разрешению внутриличностных противоречий. Завершается формирование эгоидентичности. С другой стороны, когда личности не на кого излить свое «Я» (нет любимой работы, семьи, детей, хобби) происходит внутреннее опустошение, наступает психологический плоский и физиологический регресс. Все эти негативные процессы усугубляются, если на предыдущих этапах возникали серьезные проблемы, и они не были разрешены.

Восьмая стадия (старость, после 50 лет). Завершенная форма и идентичности на основе всего развития личности. Человек начинает переосмысливать свою жизнь, осознает свое «Я» через призму прожитых лет степень реализации жизненной стратегии. Одновременно убывают физиологические силы, обостряются акцентуации. Ядром этой стадии выступает осознание того, что жизнь неповторима, ее невозможно и не надо переделывать. Происходит принятие «себя и жизни» таковыми, как они состоялись.

Если этого не происходит, человек чувствует разочарование, наступает усталость от жизни, теряется к ней вкус, появляется ощущение, что жизнь прошла зря. Возникает глубокий внутриличностный кризис, значительно ускоряющий процесс старения человека.

Следует подчеркнуть, что по мнению Э. Эриксона, как будет решена проблема социализации на первой стадии, аналогично, она будет протекать и на последней. Это подтверждается и известной житейской мудростью: «Понять жизнь можно только к концу, а прожить надо сначала».

Переходы от одного возрастного периода социализации к другому рассматриваются как критические, переходные возрасты. Это связано с ломкой прежних социальных отношений с окружающей средой и формированием новых. Наиболее ярко они проявляются в детском и юношеском возрасте.

  • В эти периоды следует учитывать, что дети:
  • трудновоспитуемы;
  • проявляют упрямство;
  • непослушание;
  • строптивость;
  • негативизм и др.

Выделяют большие и малые кризисы детского и юношеского возраста.

  • Большие кризисы обусловлены перестройкой отношений с социальным окружением.
  • Малые кризисы протекают внешне спокойно и связаны с ростом совокупности знаний, навыков и умений, относительной самостоятельности ребенка.

Следует подчеркнуть, что кризисы играют как положительную, так и отрицательную роль в жизни человека. Преобладание положительного или отрицательного зависит от способов их преодоления и достигнутого уровня взаимопонимания с ближайшим социальным окружением (семьей).

Теории социального научения — процесс социализации происходит в результате взаимодействия личности с окружающей средой, причем абсолютное большинство форм поведения и моральных принципов приобретаются в результате научения. Научение происходит в результате наблюдения за поведением других людей и подражания им. Процесс социализации есть процесс моделирования поведения. Необходимым элементом процесса научения является социальное подкрепление — реакции других людей на поведение индивида. Оно может быть положительным или отрицательным. А. Бандура выделяет «замещающее подкрепление» — научение путем наблюдения положительных или отрицательных Последствий поведения других людей. Огромное значение имеет самоподкрепление — когда человек сам себя подкрепляет.

Психоаналитические теории — социализация рассматривается как процесс обуздания природных инстинктов с помощью тех или иных защитных механизмов личности.

Когнитивистские теории — социализация личности определяется развитием когнитивных процессов. На каждой стадии развития мышления формируются новые навыки, определяющие границы обучаемости н самом широком смысле слова как возможность освоения тех или иных социальных действий.

Различные теории акцентируют свое внимание на соответствующих механизмах социализации: социального научения (бихевиористские), идентификации (психоаналитические), социального сравнения (когнитивистские). Среди механизмов социатизации выделяют как позитивные, так и негативные.

Копирование — повторение моделей социального поведения, социальных значений (символов, ценностей и установок).

Подражание — непроизвольное или произвольное копирование чужих действий, форм поведения, принятие чужих социальных ценностей. Оказывает как позитивное, так и негативное влияние на результаты социализации.

Имитация — осознанное стремление копировать определенную модель поведения.

Идентификация — способ усвоения детьми родительского поведения, установок и ценностей как своих собственных.

Имитация и идентификация — позитивные механизмы социализации, так как способствуют формированию определенного поведения.

Наряду с позитивными механизмами социализации существуют и негативные механизмы социализации.

Негативные механизмы запрещают определенное поведение или подавляют его. Чувства стыда и вины тесно связаны между собой, фактически они во многом совпадают. Стыд, вызывает чувство унижения. Он обычно ассоциируется с ощущением разоблачения и позора.

Чувство вины связано с тем же переживанием, но здесь речь идет о наказании самого себя, вне зависимости от других людей. Неважно, поймали вас «на месте преступления» или не поймали, вы чувствуете себя виноватым в том, что совершили неблаговидный поступок, — это значит, что вас мучает собственная совесть.

Ресоциапизация — усвоение новых ценностей, ролей, навыков вместо прежних, недостаточно усвоенных или устаревших. Ресоциапизация охватывает многие виды деятельности — от занятий по исправлению навыков чтения до профессиональной переподготовки. Одной из форм ре—социализации выступает психотерапия. Под ее воздействием люди пытаются разобраться со своими конфликтами и изменить свое поведение на основе этого понимания.

В процессе социализации у человека формируется определенная модель поведения. В этой модели поведения может быть преобладающим либо просоциальное поведение, либо асоциальное поведение.

Просоциальное поведение — поведение человека среди других людей, бескорыстно направленное на общее благо. Асоциальное поведение (девиантное) в свою очередь может быть противоправным, что влечет за собой административную или уголовную ответственность, или аморальным (систематическое пьянство, наркомания, стяжательство, сексуальная распущенность, и пр.; иногда включается поведение суицидное). Связь между этими видами поведения состоит в том, что совершению Правонарушений нередко предшествует ставшее привычным аморальное поведение.

К противоправному девиантному поведению склонны люди, социализация которых проходила в условиях поощрения или игнорирования отдельных элементов такого поведения, как насилие, аморальность. Возникновению этих девиаций способствуют дефекты правового и нравственного сознания, содержания потребностей личности, характера, эмоционально—волевой сферы.

Непротивоправное девиантное поведение также в большой мере определяется недостатками воспитания, приводящими к формированию относительно устойчивых психологических свойств, способствующих совершению аморальных поступков. Первые проявления этих девиаций наблюдаются в детском и подростковом возрасте и объясняются относительно низким уровнем интеллектуального развития, незавершенностью формирования личности, отрицательным влиянием семьи и ближайшего окружения, зависимостью от требований группы и принятых в Ней ориентации ценностных. У детей и подростков такое поведение нередко служит средством самоутверждения, выражает протест против Действительной или кажущейся несправедливости взрослых.

Иногда девиантное поведение может сочетаться с достаточно хорошим знанием нравственных норм; это указывает на необходимость формирования нравственных привычек в относительно раннем возрасте.

Источник: И. Т. Кавецкий, Т. Л. Рыжковская, И. А. Коверзнева, В. Г. Игнатович, Н. А. Лобан, С. В. Старовойтова. Основы психологии и педагогики — Минск.: Изд—во МИУ, 2010

depils.com

Когнитивно-личностное развитие ребенка в процессе его социализации

Понятия «социализация» и «когнитивное развитие» используются практически во всех работах, посвященных исследованию закономерностей онтогенеза и проблемам личности. И, несмотря на то, что содержание этих понятий пока расплывчато и нет четких общепринятых определений в соотнесении их друг к другу, они являются активно «рабочими» в профессиональной деятельности психологов и сохраняют в целом общепринятый смысл. Однако расширение поля исследований и углубление проблем изучения человека ставят много новых задач, в том числе теоретико-методологического плана.

Для того чтобы познать закономерности взаимодействия человека с миром, ребенку требуется определенный когнитивный баланс, который может быть получен и расширен только в процессе общения с окружающими людьми.

Социально-когнитивный подход в психологии явился следствием соединения поведенческого и когнитивного подходов. Если в центре когнитивного подхода стояли вопросы социального познания людьми друг друга и окружающего мира, то новая теория должна была соединить в себе две основные сферы психики человека – личностную и когнитивную, позволяя реализовать принцип целостного подхода исследования, а также рассматривать личность как субъект познания и поведения.

В истории зарубежной и отечественной психологии существует несколько точек зрения на проблему соотношения социальной и когнитивной линий в развитии человеческой психики. Психоаналитические взгляды сводят роль социальных влияний к ограничению поведения человека, в котором врожденное вытесняется из сознания, создавая напряжение и конфронтацию между сознательным и подсознательным, т.е. врожденным. Бихевиористы видят основное соотношение данных двух линий в социальном научении, где новые формы реакций приобретаются с помощью подражания поведения других людей или наблюдения за ними. Наиболее известными представителями данного направления является A. Bandura [1]. Он подчеркивал обоюдное взаимодействие событий окружения, поведения и познавательных процессов как личностных факторов, что позволило ему расширить и усовершенствовать свою теорию социального научения, дав ей свое название – социально-когнитивная теория. Ее суть заключается в том, что, наблюдая за своим собственным поведением, поведением окружающих и последствиями своего и чужого поведения, дети формируют мнение о себе, окружающих и на основе этого строят свое собственное поведение.

Теория социального научения J. Rotter [2] подчеркивает значение мотивационных и когнитивных факторов для объяснения поведения в контексте социальных ситуаций. Согласно взглядам социально-когнитивных теоретиков, поведение человека частично определено событиями среды, но также определено и когнитивными процессами, которые являются уникальными для каждого. Сначала человек чувствует каждую ситуацию в рамках собственных воспоминаний, знаний, ожиданий, персональных стандартов, правил и ценностей. Затем ситуацию можно изменять, чтобы удовлетворить потребности и желания. Вместо просто пассивной реакции происходит активная трансформация среды. Таким образом, социально-когнитивные теоретики подчеркивают значение когнитивных процессов.

Однако наиболее ярким исследователем данной проблемы, который внес огромный вклад в ее развитие, был Жан Пиаже. Он считал, что первичным является когнитивное развитие, а социальная функция проявляется исключительно к концу старшего дошкольного возраста, основным показателем которой является преодоление эгоцентризма мышления у ребенка [3].

Взаимосвязь морального и умственного развития стала объектом изучения выдающегося представителя когнитивной психологии Лоуренса Колберга [4]. Он поставил вопрос о том, какие познавательные схемы и структуры описывают некоторые моральные категории, например, ложь, страх, воровство. В качестве критериев развития Л.Колберг взял три вида ориентаций (ориентацию на автономию, на обычаи и на принципы). Однако из шести разработанных им стадий эмпирическая проверка в некоторых странах подтвердила ее кросскультурную валидность только на трех стадиях морального развития.

Когнитивное развитие ребенка в социальном контексте как отдельное направление в отечественной психологии было основано Л. С. Выготским [5]. Оно вплетено в социальный и культурный контексты жизни. Л. С. Выготского интересовало не только развитие интеллекта и психики в социальных условиях, но и историческое развитие знаний. Он подчеркивал важность социального взаимодействия в когнитивном развитии ребенка. Его идеи служат своего рода мостом между теориями когнитивного развития (включая развитие языка) и теории социального развития. С его точки зрения, все, что делает ребенка человеческим существом - овладение понятиями, языком, произвольным вниманием и логической памятью - вырастает из социального взаимодействия. Дети используют психические структуры и язык своей культуры как инструментальные средства воздействия на социальный мир в процессе социального взаимодействия.

М. И. Лисина, развивая идею Л. С. Выготского, в своих работах показала положительное влияние общения со взрослыми на эмоциональное и когнитивное развитие младенцев и доказала, что общение есть необходимое условие полноценного развития ребенка [6].

Свой научный вклад Л. И. Божович видела в распространении идей Л.С. Выготского о развитии высших психических функций на аффективно-потребностную сферу и личность в целом. Она приходит к выводу, что «развитие этой сферы происходит принципиально по тем же самым законам, что и развитие познавательных процессов. Первоначально элементарные, непосредственные потребности ребенка, опосредствуясь социально приобретаемым опытом, вступают в определенные связи и отношения с различными психическими функциями, в результате чего возникают совершенно особые психологические новообразования» [7, с. 294-295]. «Идея о том, что развитие аффективно-потребностной сферы проходит тот же путь культурно-исторического развития, что и познавательные процессы, а также последовательное эмпирическое исследование тех психических систем, которые Л.С.Выготский считал стоящими в особом отношении к личности и распад которых связывал с ее распадом, позволили нам несколько приблизиться к изучению содержания, строения и формирования детской личности. Стало ясным, что в центре ее формирования стоит процесс "интеллектуализации" и "волюнтаризации" аффективно-потребностной сферы и возникновение на этой основе высших психических систем, являющихся источником особой побудительной силы, специфичной только для человека». [Там же, с 299-300].

До недавнего времени теории когнитивного и социального развития существовали как две отдельные области. Новый подход должен попытаться связать в единую теоретическую модель когнитивные, мотивационные и социально-аффективные линии развития.

Проявления психического развития и социального поведения личности чрезвычайно разнообразны и динамичны. За всем этим многообразием стоят сложные детерминанты, выявление которых позволит исследователям не только в области психологии развития, но и представителям многих других наук (педагогам, социологам, этнографам и др.) понять и объяснить трудно объяснимые, а иногда и противоречивые проявления человека среди людей. Однако одни и те же детерминанты, преломляясь через общие механизмы и закономерности психического развития, приводят к различным личностным образованиям и поведению, поскольку их проявление и функционирование опосредуется осознанием социальной ситуацией развития. Но признание детерминированности психического развития социальными факторами не отрицает особой логики индивидуального развития определенных функций и состояний. Как подчеркивал А. В. Запорожец, «каждая новая ступень психического развития ребенка следует за предыдущей, и переход от одной ступени к другой обусловлен не только внешними, но и внутренними причинами» [8, с. 232].

В настоящее время предпринимаются усиленные попытки интеграции всех данных об онтогенезе человека с позиций системного подхода Б. Ф. Ломова. Развитие при этом интерпретируется как процесс, протекающий на разных уровнях и включающий как макро-, так и микрогенетические изменения. Это позволит «объяснить источники реальных противоречий, основания качественных преобразований в психологическом развитии человека, системный характер психических явлений и их детерминант, рассмотреть психическое в его динамике» [9, с.10].

Важно подчеркнуть, что формирование целостной человеческой личности как индивидуальности не может быть сведено к закономерностям развития одного иерархического уровня. Индивидуальные особенности, на каком бы уровне они ни проявлялись, не являются рядоположенными признаками, они находятся в сложной, иерархически соподчиненной системе отношений [10].

Основной целью исследования явилось теоретическое и экспериментальное обоснование концепции когнитивно-личностного развития как системного психического процесса на протяжении от дошкольного до подросткового возраста.

Диагностические исследования были проведены на детях в возрасте от 4-5 до 16-17 лет детских садов городов Минск, Пинск, Мозыря, Витебска, Воложина, Барановичей, Полоцка, СШ и гимназий г.Минска, а также детях из детского дома №4, Клецкого детского дома, детей из детской деревни и приемных детях. Общая выборка составила 1178 детей.

Проведенное исследование дает основание для следующих выводов:

1. Когнитивно-личностное развитие ребенка, понимаемое как взаимосвязанный процесс развития когнитивных структур и социально-коммуникативных качеств личности, включает в себя возникновение в психике ребенка психологических новообразований и их дальнейшее совершенствование. В структурно-динамические характеристики психологических новообразований когнитивно-личностного развития входят мотивационные, аффективные, интеллектуальные и коммуникативные показатели и изменения их атрибутивных свойств, а именно - инвариантных (системообразующих), вариативных (вероятностных) и относительно автономных (производных). На разных этапах онтогенеза данные атрибутивные свойства изменяются относительно содержательной стороны.

2. Структурно-динамические параметры и их атрибутивные свойства представляют собой системные качества, отражающие как общевозрастные, специфические для данного возраста, так и индивидуальные закономерности психического развития ребенка. Интеллектуальные и коммуникативные параметры в общем являются инвариантными, а мотивационные более автономными на протяжении от дошкольного до подросткового возраста.

3. Для дошкольного возраста большую инвариантность сохраняют аффективные компоненты. Эмоциональная сфера человека представляет собой особый феномен, который можно рассматривать как показатель целостности человеческой сущности. Одним из показателей этой сущности является принцип единства интеллекта и аффекта (Л. С. Выготский). Эмоциональные механизмы межличностного восприятия как особые когнитивные схемы на первых этапах онтогенеза (дошкольный и начало младшего школьного возраста) приобретают большую значимость в межличностном взаимодействии, в то время как общие когнитивные структуры приобретают значимость в начале подросткового возраста. Социальная активность как вариант коммуникативных параметров является вариативным. Развитие мотивационно-потребностного и операционально-технического компонентов познавательной активности рассматривается в контексте взаимодействия личности ребенка с другими детьми и взрослыми, а также является как условием совершенствования когнитивных структур, так и следствием их дальнейшего совершенствования. Формирование социальной активности различных видах деятельности в детском возрасте обусловлено в широком плане сложившейся в обществе системой требований, которые реализуются через агенты социализации и непосредственное общение. Однако сам генезис уровня социальной активности характеризуется неравномерностью в различных видах деятельности. Эта неравномерность определяется степенью созревания когнитивных структур, в первую очередь мнемическими процессами, как инструментальными средствами реализации познавательной потребности.

4. При переходе от дошкольного к младшему школьному возрасту системообразующим свойством является мотивация, связанная с интеллектом. Ребенок постепенно «окунается» в учебную деятельность и мотивы учебного характера начинают доминировать над игровыми. Именно поэтому для детей данного возраста характерно наличие связи между высоким уровнем интеллектуального развития и потребностью в общении, а для детей, у которых смена ведущего вида деятельности еще не началась, характерно наличие связи между низким уровнем интеллектуального развития и сильной мотивацией игровой деятельности. Следовательно, высокое развитие интеллекта соответствует яркому выражению потребности в общении и высокому статусному положению в группе. Связь между показателями статусного положения и потребностью в игровой деятельности носит обратный характер: чем ниже статусное положение ребенка, тем больше у него выражена потребность в игре, поскольку именно в игре ребенок продолжает реализовывать свой интеллектуальный потенциал. Таким образом, хорошо умственно развитые дети реализуют свои потребности в общении, а дети низкого умственного развития — в игре. Интеллект начинает выступать важным фактором, влияющим на характер межличностного взаимодействия. Однако в младшем школьном возрасте данная связь имеет односторонний характер. Высокий интеллект связан с высоким статусным положением и качественными характеристиками общения, но сформированность общего интеллекта на низком (в пределах нормативности) и ниже среднего уровнях не определяет отрицательных характеристик межличностного взаимодействия. Влияние внутренне обусловленных когнитивных факторов при взаимодействии с личностными характеристиками приводит к становлению социальности ребенка. Интеллект через проявление личностных переменных оказывается связанным с социальным поведением. Ребенок использует мыслительные процессы и операции в других целях: для решения проблем социального контекста, а не для решения мыслительной задачи. Устойчивая связь когнитивных структур с личностными параметрами является основным показателем социальной зрелости ребенка.

Наиболее автономными на протяжении основных этапов онтогенеза является система ценностных ориентаций. Структура ценностей не отличается у детей с разным уровнем интеллектуального развития. Сам характер ценностных ориентаций зависит от ближайшего социального микроокружения, а динамика – от возрастного периода. В кризисный период (например, подростковый) имеет место кардинальная перестройка системы ценностей в течение года. Однако существуют, хотя и не совсем кардинальные различия, в системе значимых и не очень значимых ценностей: индивидуальные и материальные ценности больше характерны для детей с низким и ниже среднего уровнем интеллектуального развития. Следовательно, с понижением интеллекта идет снижение духовности и альтруизма.

5. Когнитивно-личностное развитие ребенка происходит в определенных микросоциальных условиях, способом организации и упорядочивания которых выступают основные механизмы межличностного взаимодействия. Семья признана первым и главным агентом социализации. Главная особенность семейного воспитания состоит в его эмоциональном характере. Эмоциональный комфорт ребенка в семье является важным условием его нормального развития и благополучного вхождения в мир культуры и социальных отношений в обществе. Эмоциональный дискомфорт не способствует позитивному взаимодействию ребенка с окружающей его действительностью. Именно в раннем детстве формируется либо изначально доверчивое отношение к миру и людям, либо ожидание неприятных переживаний, угрозы со стороны мира и других людей. Эмоции есть форма когниций (часть знания). Поведенческий механизм в семейной ситуации одновременно активизируется двумя параллельными системами: когнитивной и эмоциональной. В силу различной эмоциональной содержательности исходная перцептивная стадия поведения по-разному влияет на стадию «планирования» поведения, т.е. собственно когнитивную. Эмоция связана с простыми перцептивными сигналами, она в то же время «вмонтирована» и интегрирована в систему значений, несмотря на то, что имеет место определенная степень независимости между эмоциональной и когнитивной переработкой информации. Эмоциональные состояния обеспечивают не только взаимодействие между разными уровнями репрезентативных знаний, но и вмешиваются в их переработку. Включение эмоционального компонента в какое-либо сообщение социального характера либо стимулирует мыслительное действие, направленное на позитивный эффект, либо тормозит (в определенной степени) когнитивную работу с информацией.

При восприятии другого человека ребенку приходится применять особую систему умственных действий для воссоздания в его сознании психологических характеристик воспринимаемого человека. Многие принципы, которые приемлемы в общем когнитивном развитии, здесь также имеют место. Существующие типы когнитивных процессов - мышление, оперирующее предметными, образными или абстрактными понятиями или разными системами знаний (осознаваемыми или неосознаваемыми), – помогают перерабатывать социальную информацию на разном уровне в зависимости от возрастной зрелости и функционирования мыслительных процессов. Сами умственные действия в процессе межличностного взаимодействия преобразовываются и становятся социальными.

Влияние семьи на познавательное развитие ребенка зависит и от ее структуры. Так, механизмы социальной перцепции своих родителей и педагогов у детей из неполных семей имеют свои особенности по сравнению с детьми, воспитывающимися в полной семье. При восприятии детьми из неполных семей своих педагогов наблюдается тенденция описывать их по эталону материнских качеств. При этом они чаще видят в них авторитарного субъекта, но стремятся к общению именно с ними, а не со сверстниками. Отсутствие отца в семье, а также потребность общения с ним осознаются как мальчиками, так и девочками, но дефицит этого общения в большей степени ощущается мальчиками и сказывается для них негативно. Мальчики и девочки, растущие без отца, склонны выделять и описывать в матерях маскулинные качества, а в отцах — феминные. Для детей обоего пола характерна идеализация образа отца и его отношения к себе.

Воздействие семьи на когнитивное развитие ребенка происходит через механизм функционирования детско-родительских отношений. Если имеет место отклонение в семейном воспитании, тем сложнее формируются мыслительные процессы у ребенка. Связь отклонения в семейном воспитании со стороны матерей и умственного развития у девочек не имеет сильного отрицательного результата. Мышление как социально обусловленный процесс возникает и развивается на основе практического взаимодействия не только с реальным миром вещей, но и с миром взрослых. Общим для семьи по сравнению с остальными агентами социализации, которые оказывают положительное влияние на когнитивное и личностное развитие ребенка, является то, что она способствует появлению и поддерживает познавательную активность, а это, в свою очередь, дает возможность совершенствовать развитие когнитивных структур.

Наиболее сложная система связей интеллектуального и личностного развития как показатель целостности и системности развития психики весьма динамична и неустойчива у детей, которые воспитываются в социальных условиях, не отличающихся постоянством детско-родительского взаимодействия.

7. Связь когнитивных структур и социально-психологических качеств личности на протяжении от 4-5 до 16-17 лет имеет гендерные различия. Семейные отношения играют важнейшую роль в формировании и функционировании эмоциональных состояний у мальчиков в большей степени, чем у девочек. Чем сильнее у мальчиков привязанность к маме, тем выше состояние настороженности, которое свойственно ориентировочным эмоциям, повышению внимания и активности, а также способствует спокойному устойчивому состоянию, оптимальному для различных видов деятельности, не требующей напряжения. Теплые и тесные отношения с мамой содействуют отсутствию выраженных переживаний.

Предпочтительные отношения с отцом у мальчиков в старшем дошкольном возрасте снижают доминирование отрицательных эмоций (печаль, тоска), а также сокращают диапазон отрицательных эмоциональных изменений. Отклонения в семейном воспитании со стороны мамы не сказываются столь пагубно на умственном развитии девочек по сравнению с мальчиками как в дошкольном, так и в младшем школьном возрасте.

У девочек аффективное возбуждение и аффективное торможение, которые не являются позитивными для детей старшего дошкольного возраста, положительно связаны с их умственным развитием. У мальчиков, наоборот, положительное эмоциональное состояние соответствует высокому интеллектуальному развитию.

Гендерный аспект связи между показателями статусного положения и потребностью в игровой деятельности в начале младшего школьного возраста проявился в том, что для мальчиков характерно соответствие высокого статуса и более высокого уровня интеллектуального развития, у девочек ярче выражена связь умственного развития и потребности в общении.

Отрицательная статистически значимая связь статуса и интеллекта у младших школьников имеет место только у мальчиков. Следовательно, роль когнитивной функции для мальчиков в межличностном взаимодействии не является главной. Скорее всего, в этом возрасте на первом месте стоят личностные качества, поскольку интеллектуальные функции как ценность и источник межличностного взаимодействия детьми не осознаются. Это касается и характеристик общения, так как у мальчиков связь интеллекта и характеристик общения носит обратный характер. У девочек связь между двумя данными показателями прямая, очень слабая и не является статистически значимой.

Всего в исследовании было получено 33,6% статистически значимых коэффициентов из всех подсчитанных. У мальчиков их больше, чем у девочек - 19,9% и 13,7% (табл. 1).

Но в разных возрастах это соотношение меняется. Статистическая значимость  различий по критерию χ²-Пирсона подтвердилась как в суммарном показателе всех возрастов, так и в возрасте 8-10 м 11-12 лет. Следовательно, различия в социально-когнитивном развитии между мальчиками и девочками имеют закономерный характер (табл.2).

На основании вышеизложенного можно сделать вывод, что модель социально-когнитивного развития имеет сложную схему развития, в которой когнитивные структуры функционируют и совершенствуются на основе потенциала направляемыми личностными характеристиками и микро-социальными условиями.

8. Реализация когнитивного потенциала в реальных межличностных достижениях предполагает сложное взаимодействие когнитивных структур и личностных факторов. Это взаимодействие характеризуется гибкой, динамичной системой гетерархических отношений – на разных этапах онтогенеза доминирующую роль играют различные аспекты психической организации. Так, роль когнитивных структур наиболее велика при сформированности более сложных форм мышления, т.е. в подростковом возрасте. В младшем школьном возрасте это соотношение, скорее всего, равнозначное. В дошкольном возрасте большую роль играют эмоциональные состояния, а роль когнитивных структур сведена к минимуму. Скорее всего, личностные характеристики в межличностном взаимодействии являются регуляторными средствами, а когнитивные – целевыми. Сам механизм психической регуляции в процессе социального взаимодействия заключается в том, что дети с высоким интеллектом социализируются с помощью когнитивных структур, в дети с низким и ниже среднего – с помощью социально-личностных характеристик.

psyjournals.ru

4.2. Теории социализации

С индивидуально-психологической точки зрения социализация является процессом развития собственного Я, уникальной личностной идентичности. В ходе этого процесса общество, в котором мы живем, становится частью нас с раннего возраста. Ценности этого общества формируют наши идеалы и цели, направляют определенным образом наше поведение. Существует несколько теорий социализации, рассматривающих процесс формирования нашего Я посредством взаимодействия с другими людьми (Coser et al., 1987). Обратимся к этим теориям.

«Зеркальное Я»: Ч. Кули. Одним из первых в начале XX в. американский социальный психолог Ч. Кули выступил с теорией формирования личности посредством социального взаимодействия. «Отдельный индивид,  отмечал Кули,  это абстракция, неизвестная опыту, и подобным же образом выглядит общество, рассматриваемое как нечто независимое от индивидов... «Общество» и «индивиды»  это не отдельные феномены, но просто совокупный и разделительный аспекты одного и того же явления» (Cooley, 1964. Р. 3637). Индивид не может быть отделен от общества, поскольку Я формируется посредством взаимодействия с другими людьми.

Теория социализации Кули основана на концепции «зеркального Я». В соответствии с ней образ Я индивида является отражением того, как другие воспринимают данного индивида, или того, как это ему представляется. В соответствии с Кули, мы думаем, что мы остроумны, потому что друзья смеются нашим шуткам, мы думаем, что мы талантливы, потому что наши учителя хвалят нас, мы думаем, что мы являемся значительными людьми, потому что наши родители беспокоятся о нас. Мы проявляем тенденцию признавать мнение других как свое собственное, и их мнение о том, что мы собой представляем, формирует нашу собственную идентичность. Таким образом, наше Я развивается в социальном взаимодействии.

Я в обществе: Д. Мид. Американский социальный психолог Мид, работавший на рубеже XIXXX вв., как и Кули, полагал, что не может быть никакого Я, отдельного от общества (Mead, 1934). Дети развивают свое Я по мере того, как они учатся принимать роль других людей и смотреть на свое собственное поведение глазами других. Это происходит, по мнению Мида, в рамках двух стадий. Так, на игровой стадии ребенок может изображать пожарного, мать или отца. Мид называет эту игру «принятие роли другого». Особенно важными ролевыми моделями являются «значимые другие». Так, матери и отцы, в частности, демонстрируют своим детям, как должны вести себя взрослые.

Позднее дети более старшего возраста учатся представлять себе поведение других людей, уже не пытаясь играть их роли. Так, в организованных играх, например в футболе, каждый участник реагирует на действия других. Руководствуясь правилами игры, дети могут в известной степени предсказать действия всех других ее участников (стадия групповой игры). В итоге достаточно развитой ребенок в состоянии принять роль «генерализованного другого», что означает учет установок всего своего сообщества. Правила игры и ожидаемые реакции других людей обеспечивают директивы для индивидуального поведения. Так социальный контроль превращается в самоконтроль полностью социализированной личности.

В соответствии с концепцией Мида, Я индивида формируется на основе оценки им своих субъективных переживаний с точки зрения своего сообщества. Следовательно, по замечанию Т. Шибутани, «то, как человек рассматривает самого себя, должно быть отражением того, что, по его мнению, думают о нем другие, хотя совершенно не обязательно, чтобы они действительно так думали» (Шибутани, 1969. С. 197).

Это утверждение было подвергнуто исследовательской проверке. С. Миямото и С. Дорнбуш распределили 195 испытуемых на 10 групп и каждому испытуемому предложили следующие задания: а) оценить себя самого, б) оценить каждого из других членов экспериментальной группы, в) определить, как его будут оценивать другие члены группы, г) определить, как люди в целом оценивают его.

Оценка производилась по четырем критериям: умственные способности, самоуверенность, физическая привлекательность, обаятельность. Выяснилось, что средняя оценка личности другими (б), так же как средняя оценка, приписываемая другим (в), были выше у тех, у кого высокая самооценка (а). Особенно интересно здесь то, что оценка, приписываемая другим (в), была ближе к самооценке (а), чем действительная оценка другими (б).

Еще один важный результат заключался в том, что обобщенная оценка (г) приблизительно равнялась самооценке (а) и была к ней ближе, чем оценки, приписываемые экспериментальной группе (в). Как отмечает Шибутани, эти данные, безусловно, подтвердили теорию Мида. То, как человек оценивает самого себя, соответствует тому, как, по его мнению, о нем думают люди вообще, а также люди во временной группе, участником которой он оказался. То, что в действительности люди думают о нем, оказывается несколько отличным.

Хотя источники человеческого Я коренятся в обществе, Мид полагал, что каждая личность является уникальным действующим лицом социальных процессов. Он выделил две стороны человеческого Я, названные им Я  сам и Я  меня. Я  сам реагирует на отношения со стороны других людей, Я  меня осознает отношения со стороны других. Как Я  меня индивид осознает, что он является объектом внимания других людей. Например, Я  меня может сказать: «Если я сделаю так, люди подумают, что я сумасшедший». Но как Я  сам индивид волен иметь независимые установки по отношению к другим. «Я не забочусь о том, что думают люди. Они сами сумасшедшие»,  может сказать Я  сам. Я как целое сочетает в себе установки «генерализованных других» и непредсказуемую спонтанность индивида. Хотя любой человек неминуемо является частью социального мира, каждый из нас реагирует на него уникальным образом.

Итак, концепции «зеркального Я» Кули и «генерализованного другого» Мида направлены на то, чтобы понять, как на людей влияет то, что, по их мнению, другие думают о них. Реакции людей на эти предполагаемые мнения о них являются более или менее автоматическими, но полностью осознаваемыми. Теория социализации З. Фрейда, о которой далее пойдет речь, исходит из того, что реакции людей на социальные ситуации могут быть неосознаваемыми, иррациональными и некотролируемыми с их стороны.

Неосознаваемое Я: З.Фрейд. Австрийский психолог, невропатолог и психиатр Фрейд является создателем одной из самых известных теорий личности. Будучи современником Кули и Мида, он предложил новый взгляд на социализацию личности. По Фрейду, после рождения ребенка первоначально биологические побуждения доминируют в его поведении, делая его агрессивным и сконцентрированным на собственном Я создании, ищущем только постоянного удовлетворения своих потребностей. Неосознаваемый резервуар этих антисоциальных побуждений, имеющих биологическую основу, Фрейд назвал «Ид» («Оно»). Общество, воздействуя на ребенка посредством его родителей, препятствует импульсивным требованиям «Ид». Так, потребность ребенка в пище удовлетворяется, но в соответствии с определенным режимом кормления, удовольствие от экскреции контролируется путем приучения ребенка к горшку с раннего детства. Сексуальное удовлетворение от мастурбации полностью пресекается родителями. По мере того как ребенок растет, полагал Фрейд, он проходит через оральный, анальный и фаллические периоды, и полученный им опыт в течение этих периодов существенным образом влияет на его взрослую личность.

Эти критические периоды представляют собой фазы процесса социализации. По мере того как ребенок активно пытается удовлетворить свои биологические побуждения, он вознаграждается или наказывается родителями за свое поведение. Таким образом, ребенок учится контролировать свои импульсы и повиноваться желаниям других. Иначе говоря, ребенок приучается следовать социальным нормам посредством взаимодействия с людьми, которые важны для него. В ходе усвоения ребенком ценностей и установок родителей у него развивается «суперэго», или сознание. Это способствует подавлению социально неприемлемых импульсов таким образом, что они становятся частью неосознаваемого, и уже в детском возрасте человек пытается направить свою сексуальную и агрессивную энергию в такое русло, которое одобрили бы его родители. В процессе социализации, по Фрейду, отводится соответствующее место «эго»  рациональному, сознательному компоненту Я. «Эго» пытается разрешить конфликт между «Ид» и «суперэго», находя соответствующие реалистические пути удовлетворения требований одного и другого компонентов Я.

Однако, несмотря на то что неосознаваемые желания «Ид» вытеснены из сферы сознания и направлены в социально приемлемое русло, они продолжают требовать удовлетворения. Детские страхи наказания за запрещенные удовольствия проявляются вновь в сновидениях или иррациональном поведении. Если «суперэго» является очень требовательным и слишком много желаний подавляется, эти тревоги и страхи становятся непреодолимыми и поражают человеческое Я деструктивным образом. Так социальные требования могут вредить здоровью личности. Фрейд также полагал, что компромисс между биологическими основами человека и обществом никогда не окажется полностью успешным. По его мнению, конфликт между неосознаваемыми желаниями и социальными требованиями, которым должна следовать цивилизованная личность, будет всегда (Фрейд, 1989; 1992).

Рациональное Я: Ж. Пиаже. Швейцарский психолог Ж. Пиаже посвятил значительную часть своей жизни исследованию способов, посредством которых дети воспринимают окружающую среду и реагируют на нее. Его эксперименты показали наличие определенных стадий интеллектуального развития, каждая из которых характеризуется некоторыми ментальными «операциями», которые ребенок может выполнять на данной стадии.

В течение первых двух лет своей жизни дети обладают сенсорно-моторным интеллектом, или знанием о физическом окружении. На этой стадии они заняты тем, что пытаются овладевать различными предметами  игрушками, чашками, ложками и т. д. В возрасте с двух до шести лет дети уже способны к образному мышлению и осуществлению интуитивных операций. Они заняты в основном манипуляциями с символами, особенно языковыми. Игры на этой стадии часто имеют характер фантазий, различных воображаемых ситуаций. В следующие пять-шесть лет дети (уже школьники) начинают мыслить логически и соотносить свое поведение с другими людьми. Пиаже назвал этот период стадией конкретных операций. Дети в возрасте от 12 до 15 лет вместо того, чтобы без сомнения соглашаться с взглядами других людей, формируют свое собственное мнение по ряду вопросов, у них развивается логическое мышление. Проявляются также способности к абстрактному мышлению, не связанному с какими-либо физическими объектами и реальными событиями. Это стадия формальных операций (Piaget and Inhelder, 1969).

Таким образом, в cоответствии с работами Пиаже, когнитивные способности ребенка развиваются по мере прохождения им ряда стадий, каждой из которых свойственно овладение новыми навыками в познании окружающего мира.

Моральное Я: Л. Колберг. Современный американский психолог Л. Колберг разработал теорию, в которой заметно сильное влияние концепции Пиаже, полагавшего, что понятия людей о добре и зле также развиваются по определенным стадиям. Как обнаружил Пиаже, детское представление о морали изменяется от первоначальной веры в то, что нравственные правила являются абсолютными, до зрелого понимания того, что они представляют собой результат взаимного согласия и договоренности.

Исследования Колберга, проведенные в США, Великобритании, Мексике, Турции и на Тайване, позволили ему заключить, что детей учат в основном одним и тем же моральным ценностям в каждой культуре мира. Он обнаружил, что различные общества могут придерживаться различных убеждений относительно того, что является плохим (например, есть свинину, курить опиум), но везде имеются одни и те же основательные моральные принципы сопереживания, заботы о других и справедливости  равенства и взаимности. В соответствии с данными Колберга, люди различаются по своим моральным суждениям, потому что они находятся на различных стадиях зрелости.

В то время как Пиаже определил три главных уровня морального развития  доморальный, гетерономный и автономный, Колберг, используя эту модель анализа, выделил шесть стадий моральных суждений, соответствующих данным трем уровням (Kohlberg, 1967). Каждый уровень представляет собой более сложный способ решения моральных дилемм. Дети проходят через данные уровни по мере своего взросления. Это, однако, не означает, что каждый человек обязательно пройдет все уровни развития. Моральное развитие того или иного человека может закончиться по достижении им какого-либо уровня.

Итак, на первой стадии ребенок подчиняется взрослому с тем, чтобы избежать наказания, и почтительно относится к власти над ним. Вторая стадия характеризуется «наивно эгоистической ориентацией». Ребенок предпринимает правильные действия, направленные на удовлетворение собственных потребностей и изредка потребностей других людей. При этом он ориентирован на взаимность во взаимоотношениях с другими, старается заслужить их поощрение. Первые стадии, по Колбергу, соответствуют доконвенциональному уровню морали.

Следующие две стадии развития составляют вместе конвенциональный уровень морали. На третьей стадии ребенок стремится к одобрению своих действий, он хочет нравиться другим и помогать им. Для его поведения характерно соответствие требованиям большинства людей. На четвертой стадии формируется ориентация на власть и социальный порядок. Человек стремится «выполнять свои обязанности» и демонстрирует уважение к авторитетам и установленному социальному порядку ради своего собственного блага. Обращает внимание на ожидания к нему со стороны других людей. Люди в большинстве случаев достигают этого уровня морального развития, как считает Колберг.

Следующая, пятая, это стадия «контрактной законной ориентации». Для данной стадии характерно признание условности правил или ожиданий ради достижения согласия. Обязанности человека определяются на основе своеобразного контракта, предусматривающего воздерживание от насилия над волей или правилами других людей. Наконец, шестая стадия подразумевает главную ориентацию  на совесть. Такая ориентация предписывает не просто выполнение определенных социальных правил, но принципы выбора, включающие обращение к логической универсальности и постоянству. В данном случае совесть является направляющей силой поведения человека, способствующей взаимному уважению и доверию в его отношениях с другими.

Люди, достигающие этого, постконвенционального, уровня, признают возможность наличия конфликтующих ценностей и пытаются сделать рациональный выбор между ними. Как считает Колберг, на этом уровне человек становится философом  моралистом, осуществляющим выбор между легитимными альтернативами на основе «золотого правила»  наибольшее добро для наибольшего числа людей. При этом может быть даже оправдано нарушение закона, если этот закон в каком-то конкретном случае оказывается несправедливым относительно «высшего принципа» (Kohlberg, 1969).

Теория морального развития Колберга подвергается критике за то, что она не показывает связь между моральным суждением и моральным действием. Так, исполнитель какого-либо аморального приказа своего руководителя вполне может знать об его аморальности и тем не менее повиноваться ему из-за боязни наказания. Понимание того, что есть добро, совсем не обязательно удерживает людей от поступков, которые они сами рассматривают как зло.

Практика жизни, к сожалению, в течение тысячелетий показывает и иную, чем у Колберга, картину соотношения знаний человека и его поведения. Тем не менее, теория Колберга, несомненно, представляет собой ценный вклад в понимание морального развития личности.

Я в постоянном развитии: Э. Эриксон. Эмигрировавший в 30-е гг. прошлого века из Европы в США, Эриксон считается одним из ведущих психоаналитиков своего времени. Он выступил с концепцией развития Я в ходе социализации личности, длящейся на протяжении всей жизни человека. Эриксон выделил восемь стадий развития, каждая из которых характеризуется так называемым кризисом идентичности или изменяющимся определением своего Я. Если все идет надлежащим образом, развивающаяся личность находит позитивные решения своих проблем на каждой стадии жизненного цикла. Если же человеку не удается приспособиться к новым социальным требованиям, у него развиваются психиатрические симптомы. В соответствии с концепцией Эриксона, то, что свойственно каждой стадии, проявляется постоянно в течение всей жизни, но особенно характерно именно для соответствующего возраста. Каждой из восьми присущ «комплект» основных альтернативных установок (Эриксон, 1996).

Доверие  недоверие (младенчество). Для беспомощного ребенка мир представляется абсолютно незнакомым и непредсказуемым. Если телесные потребности младенца удовлетворяются постоянно и с любовью, у него развивается чувство эго-идентичности, основанное на связи между своими собственными ощущениями комфорта и теми людьми и вещами, которые обеспечивают пищу и тепло. Первое социальное достижение ребенка, по Эриксону, состоит в том, чтобы развить чувство доверия, которое позволит ему выпускать своих родителей из поля зрения, не испытывая чрезмерного беспокойства.

Автономия  стыд и сомнение (раннее детство). Этот период соответствует анальной стадии по Фрейду. Ребенок сталкивается с конфликтом, вызванным наличием контроля над своими действиями. Он должен научиться подавлять свои агрессивные импульсы, но в то же время должен быть предохранен от ощущения стыда и сомнения, когда теряет самоконтроль. Эта стадия является решающей для сохранения равновесия между любовью и ненавистью, сотрудничеством и несговорчивостью, гордостью самоконтролем и стыдом от его потери или стыдом чрезмерно строгого контроля со стороны других.

Инициатива  чувство вины (позднее детство). В возрасте четырех-пяти лет ребенок получает удовольствие, испытывая свои новые физические и умственные силы. Как отмечали также Мид и Пиаже, ребенок использует воображение в своих играх, они облекаются фантазией. По мере того как ребенок пытается испробовать новые роли, он подвергается риску насмешек или наказаний за свои инициативы. Опасность этой стадии заключается в том, что у ребенка может возникнуть чувство вины за свои попытки новых действий. Поскольку некоторые из его буйных фантазий подавляются, он учится ограничивать свое поведение определенными рамками и начинает привязывать свои мечты к общепринятым целям взрослых.

Трудолюбие  неполноценность (школьный возраст). Ребенок этого возраста получает признание, выполняя определенные действия. Он начинает получать удовольствие, используя те или иные инструменты, приобретая новые умения и сотрудничая с другими людьми. Опасность, подстерегающая ребенка на этой стадии, состоит в чувстве неадекватности и неполноценности, которые возникают после неудач. Если в своей семье ребенка недостаточно подготовили к школе, если он отстает в занятиях, «отчаивается в своих орудиях труда и рабочих навыках или занимаемом им положении среди товарищей по орудийной деятельности, то это может отбить у него охоту к идентификации с ними и определенным сегментам орудийного мира» (Эриксон, 1996. С. 364). Впоследствии такому человеку будет тяжело адаптироваться в трудовой сфере.

Идентичность  смешение ролей (юность). Одной из самых известных идей Эриксона является его положение о кризисе идентичности в юношеском возрасте. Переживающие интенсивный физический рост и половое созревание молодые люди на этой стадии ставят перед собой вопрос о том, как они выглядят в глазах других в сравнении с их собственными представлениями о себе. Их заботит и то, как связать свои роли и навыки с взрослым миром профессиональной деятельности. Смешение ролей или неспособность установить идентичность является результатом неразрешенности этих вопросов. Опасность этой стадии состоит именно в смешении ролей, как полагает Эриксон. Он пишет, что юноши «временно сверх-идентифицируются (до внешне полной утраты идентичности) с героями клик и компаний. Это кладет начало периоду “влюбленности”, никоим образом, даже первоначально, не имеющей сексуальной подоплеки... В значительной степени юношеская любовь  это попытка добиться четкого определения собственной идентичности, проецируя расплывчатый образ собственного эго на другого и наблюдая его уже отраженным и постепенно проясняющимся. Вот почему так много в юношеской любви разговоров» (Эриксон, 1996. С. 367).

Близость  изоляция (начало взрослого периода). На этой стадии человек полон желания «слить свою идентичность с идентичностью других». Он готов к близости, интимным и товарищеским отношениям. Однако в случаях полной групповой солидарности, в браке, при влиянии со стороны наставников требуется определенный отказ от себя. Избегание таких ситуаций из-за страха утратить эго может приводить к глубокому чувству изоляции. Опасность этой стадии состоит в том, что интимные, соперничающие и враждебные отношения человек испытывает к одним и тем же людям. Итогом может быть воздерживание от контактов, которые обязывают к близости.

Генеративность  стагнация (средний возраст). Под генеративностью Эриксон имеет в виду заинтересованность людей в наставлении следующего поколения. «Зрелый человек нуждается в том, чтобы быть нужным, а зрелость нуждается в стимуляции и ободрении со стороны тех, кого она произвела на свет и о ком должна заботиться» (Эриксон, 1996. С. 374). Однако когда потребность быть нужным не удовлетворяется, возникает чувство застоя, обеднение личной жизни.

Целостность эго  отчаяние (старость). Эта стадия подведения итогов своей жизни. Человек принимает свой единственный и неповторимый цикл жизни как определенную неизбежность, осмысливая ее. Обладатель целостности эго испытывает удовлетворенность собственным «стилем жизни». Отсутствие такой удовлетворенности приводит к отчаянию, которое выражает сознание того, что осталось мало времени, «чтобы попытаться начать новую жизнь и испытать иные пути к целостности» (Эриксон, 1996. С. 377).

Положение о том, что процесс социализации сопровождает всю человеческую жизнь от рождения до смерти, сейчас разделяется исследователями в различных странах. Однако при этом отмечается, что социализация взрослых отличается от социализации детей рядом особенностей. Так, социализация взрослых представляет собой преимущественно изменение внешнего поведения, а в ходе социализации детей наблюдается формирование ценностных ориентаций. Взрослые люди в состоянии самостоятельно оценивать те или иные социальные нормы, а дети могут лишь усваивать их. Наконец, социализация взрослых имеет своей целью помочь человеку овладеть определенными навыками, тогда как социализация детей в большей мере относится к области мотивации (Смелзер, 1994).

Рекомендация:

Для самоконтроля полученных знаний выполните тестовые задания к текущему параграфу

studfiles.net

Процесс социализации личности

Традиционно процесс развития личности в отечественной психологии принято рассматривать в теснейшей связи с социализацией и воспитанием человека.

Социализация личности — это процесс и результат усвоения и последующего активного воспроизводства индивидом социального опыта. Процесс социализации неразрывно связан с общением и совместной деятельностью людей.

В общем понимании социализация есть процесс присвоения социального, т. е. процесс, результатом которого является включение социального в структуру личности. Понятие «социальное» имеет в истории психологии минимум три трактовки: как общечеловеческое, как общественное, как коллективное. В понятие же «социализация» заложено определенное измерение-отношение: личность и социальная среда. Сущность процесса определяется тем, что стоит за этими отношениями.

Понятие социализации было введено в 1940-е гг. в работах Дж. Дол-ларда и П. Миллера. В разных научных школах оно получило свою интерпретацию.

• Адаптация или приспособление (Б. Скинер, Э. Торндайк, В. М. Бехтерев, А. Ф. Лазурский, П. П. Блонский). Понимание социализации как адаптации делает акцент на личности, ее природной активности.

• Другая трактовка социализации центрирует внимание на обществе: тогда социализация понимается как интернализация — перенесение вовнутрь, в сознание, Я-концепцию личности норм, требований, ценностей и т. д. общества (Э. Дюркгейм). Человек в данном случае выступает как объект воздействия для общества. Вместе с тем в этот процесс также входит и последующее активное воспроизводство индивидом социального опыта, полагают А. Бандура, Б. Бернштейн, Ф. О. Джиринг.

• Еще в одной трактовке понимания процесса социализации подчеркивается, с одной стороны, историчность и изменчивость среды существования, с другой — процесс социализации приобретает экзистенциальный смысл и рассматривается в рамках целостного существования человека, его способа бытия. Процесс социализации при таком понимании предстает как интерсубъектный, а отношения «личность — общество» рассматриваются как взаимопроникновение (Л. С. Выготский, Б. Г. Ананьев, А. Г. Асмолов).

В настоящее время в отечественной психологии прочно укоренилось представление о том, что социализация должна рассматриваться как двухсторонний процесс, включающий в себя не только усвоение, но и активное воспроизводство индивидом общественных отношений. Тогда понятной становится формула современного понимания развития личности: «Изменяющаяся личность в изменяющемся мире».

Выделяют первичную и вторичную социализацию. Первичная связана с формированием обобщенного образа действительности, но это нечто большее, чем простое когнитивное образование. Характер же вторичной определяется разделением труда и соответствующего ему социального распределения знания. Вторичная социализация включает в себя и поведенческий компонент.

Степень, уровень, особенности социализации являются определяющими моментами в характеристике личности. Процесс социализации осуществляется в семье, социальных институтах общества, а также в различных неформальных объединениях. Вместе с тем социализация не может рассматриваться как механистическое отражение непосредственно испытанного или полученного в результате наблюдения социального опыта, отмечает А. А. Реан. Усвоение этого опыта субъективно: восприятие одних и тех же социальных ситуаций может быть различным. Разные личности выносят из сложившихся ситуаций различный социальный опыт, что является основой для развития другого процесса — индивидуализации. На этом положении, по мнению А. А. Реана, основывается единство двух противоположных процессов — социализации и индивидуализации.

Б. Ф. Ломов полагает, что в развитии личности диалектически сочетаются два процесса. С одной стороны, личность все более полно включается в систему общественных отношений; ее связи с людьми и разными сферами жизни общества расширяются и углубляются, и только благодаря этому она овладевает общественным опытом, присваивает его дела, делает своим достоянием. Это развитие личности и есть ее социализация. С другой стороны, приобщаясь к различным сферам жизни общества, личность вместе с тем приобретает и все большую самостоятельность, относительную автономность, т. е. ее развитие в обществе включает процесс индивидуализации. Один из признаков данного процесса состоит в том, что у каждой личности формируется ее собственный образ жизни и собственный внутренний мир.

Таким образом, при рассмотрении проблемы развития личности возникают противоречия, связанные с соотношением социализации и индивидуализации. Как отмечает А. А. Реан, социализацию не следует рассматривать как процесс, ведущий к нивелированию личности, индивидуальности человека, и как антипод индивидуализации. Именно в процессе социализации человек обретает свою истинную индивидуальность. Социальный опыт, лежащий в основе процесса социализации, не только усваивается, но и активно перерабатывается, становясь источником индивидуализации личности. Обосновывая три грани социализации личности, А. Г. Асмолов выделяет прежде всего грань индивидуализации, отражающую «основной генетический закон культурного развития», грань интимизации, отражающую переход от «мы» к «я» или проблему самосознания личности, и грань интериоризации как производство внутреннего плана сознания.

По К. Юнгу, каждому индивидууму свойственно стремление к индивидуализации или к саморазвитию. Индивидуализация — это процесс «становления собой» или самореализации, процесс, означающий потребность быть «единым», «однородным» существом.

Отметим, что основными понятиями, отражающими личностное развитие, личностный рост, являются: самосовершенствование, саморазвитие, жизненный путь, развитие потенциала личности, творческая деятельность.

Самореализация — это осуществление индивидных и личностных возможностей Я посредством собственных усилий, а также со-деятельности с другими людьми.

Феномен самореализации имеет сложный междисциплинарный характер. Он представляет интерес для педагогов, социологов, философов, социальных и медицинских работников. Но прежде всего, несомненно, проблема самореализации имеет психологическую природу. Термин «самореализация» (self-realization) впервые приводится в Словаре философии и психологии, изданном в 1902 г. в Лондоне. Понятие «самореализация» начал использовать в своих работах А. Адлер. С появлением гуманистического направления понятие «самореализация» стало синонимичным понятию «самоактуализация». Вместе с тем и А. Адлер, и К. Роджерс, и А. Маслоу, и Э. Фромм в своих концепциях опираются на философские подходы к проблеме самореализации. Анализ разноплановых работ показал, что самореализация может рассматриваться как цель, средство, явление, процесс, состояние, результат и итог.

В общем виде самореализация как процесс реализации себя — это осуществление самого себя в жизни и повседневной деятельности, поиск и утверждение своего особого пути в этом мире, своих ценностей и смысла своего существования в каждый момент времени. В некотором роде самореализация выступает атрибутом самого существования человека. Самореализация играет важнейшую роль на всем жизненном пути личности, по сути, определяя его. Предпосылки к самореализации заложены в самой природе человека и существуют как задатки, которые с развитием человека, с формированием его личностных свойств становятся основой способности к самореализации. Критерий самореализации, который входит в оценочную систему психической деятельности каждого человека, отражает удовлетворенность общества личностью и удовлетворенность личности социальными условиями. Это понимание и оценка обусловлены знаниями и практическим опытом, личностными характеристиками и социальными умениями.

Процесс осознания человеком своего субъективно-оптимального жизненного пути является важным элементом его личностной зрелости. Включение человека именно в те сферы жизнедеятельности, для которых он обладает необходимыми задатками, предполагает хорошую обучаемость, успешность, превышающую средний уровень. Ошибочность избранного направления жизни становится выраженной во взрослом возрасте. Длительное следование «не своим» путем приводит к разрыву между сознательным поведением и потребностями, заложенными в потенциал развития. Этот разрыв может субъективно выражаться в появлении дисфорических переживаний и повышенной нервно-психической напряженности. Ошибки в выборе субъективно-оптимального жизненного пути являются неизбежными и в этом смысле даже нормальными. Преодоление жизненных кризисов ведет к более полному и точному пониманию «своего» пути, переживанию осмысленности своей жизни и удовлетворенности ею.

psyera.ru

Подходы к исследованию социализации личности в зарубежной и отечественной психологии

Интерес к исследованию проблем социализации личности, в равной степени отличает и возрастную и социальную психологию, каждая из дисциплин содержит множество концепций, теорий, точек зрения, так или иначе обращенных к анализу социализационных процессов при изучении личности. В большинстве современных психологических обзоров выделяются следующие теоретические направления изучения процесса социализации, представленные в зарубежной научной литературе: биогенетическое, социогенетическое, интеракционистское, социально-экологическое, социальное научение, психоаналитическое, когнитивистское. Рассмотрим эти направления.

Биогенетические теории. В качестве общих теоретических оснований данного направления в изучении социализации выступают эволюционная теория Ч. Дарвина и биогенетическая концепция Э. Геккеля. Одним из наиболее влиятельных представителей данного направления был американский исследователь Г. С. Холл (1844–1924) — один из основоположников научного изучения детства. Согласно теории рекапитуляции Холла, онтогенез повторяет филогенез, т. е. каждый человек в своем развитии проходит те же стадии, что прошло все человечество в ходе эволюции.

Другим ярким представителем биологического детерминизма в анализе процесса социализации был А. Гезелл. Согласно его спиральной модели развития любые человеческие способности и умения также возникают сами собой как результат созревания, а не в зависимости от обучения и практики [4, с. 17].

Следовательно, с точки зрения биогенетических теорий развития и социализации социальное поведение человека есть результат существования его врожденных механизмов, сформировавшихся в результате тысяч лет эволюции.

Социогенетические теории. Антитезой биогенетическим концепциям социального развития являются социогенетические теории. Впервые вопрос о тесной взаимосвязи культуры и типа формирующей в ней личности был поставлен направлением «культура и личность», становление которого в 30-е гг. связывают с именами Р. Бенедикт (1887–1948) и М. Мид (1901–1978). Описывая различные «конфигурации культур», Р. Бенедикт использовала метафору культуры как личности, отброшенной на большой экран: культура — это практически личность общества. И как в структуре личности можно выделить определенные ведущие черты, так и в каждой культуре есть своя доминанта: например, одна «строит» огромную суперструктуру юности, другая — смерти, третья — загробной жизни (Стефаненко, 2006).

Анализ закономерностей трансляции социального опыта с данной точки зрения был продолжен М. Мид. В своей известной работе «Культура и мир детства» она рассматривает три основных типа культур и специфические для каждого из них варианты социализации (Мид, 1988). Постфигуративная культура и соответствующее ей общество живут традициями: прожитое предыдущими поколениями прошлое является схемой будущего для детей. В кофигуративных культурах поведение предыдущих поколений уже не рассматривается как абсолютная модель для воспроизводства, социальный опыт передается как бы по горизонтали: и дети и взрослые в качестве основных образцов социального поведения используют сверстников, что вызвано усложнением и нарастающей изменчивостью социальной жизни. Для префигуративных культур, которые, с точки зрения М. Мид, характерны для современного постиндустриального мира, центральным является абсолютный разрыв межпоколенных связей [4, с. 19].

Итак, общими отличительными чертами анализа с точки зрения социогенетических теорий процесса социализации являются культурный детерминизм (развитие личности определяется социокультурными условиями) и культурный релятивизм (поскольку элементы культуры — традиции, обычаи, нравы, верования, образ жизни — в различных обществах различны, культура есть понятие относительное).

Интеракционистские теории. Данным названием традиционно объединяется целая «палитра» теоретических моделей социализации, для которых общим является акцент на анализе взаимодействия человека со своим социальным окружением.

Чарльз Хортон Кули считал, что личность формируется на основе множества взаимодействий людей с окружающим миром. В процессе этих интеракций люди создают свое «зеркальное Я». «Зеркальное Я» состоит из трех элементов:

1)        того, как, по нашему мнению, нас воспринимают другие;

2)        того, как, по нашему мнению, они реагируют на то, что видят;

3)        того, как мы отвечаем на воспринятую нами реакцию других [4, с. 21].

Эта теория придает важное значение нашей интерпретации мыслей и чувств других людей. Американский психолог Джорж Герберт Мид пошел дальше в своем анализе процесса развития нашего «Я». Как и Кули, он считал, что «Я» — продукт социальный, формирующийся на основе взаимоотношений с другими людьми.

По мнению Дж. Мида, процесс формирования личности включает три различные стадии. Первая — имитация. На этой стадии дети копируют поведение взрослых, не понимая его. Затем следует игровая стадия, когда дети понимают поведение как исполнение определенных ролей: врача, пожарного, автогонщика и т. д.

Третий этап, по Дж. Миду, стадия коллективных игр, когда дети учатся осознавать ожидания не только одного человека, но и всей группы. На этой стадии приобретается чувство социальной идентичности [5, с. 124].

Следовательно, в рамках данного теоретического направления движущей силой социального развития личности является социальное взаимодействие, а не внутренние психические состояния и не факторы социальной среды. В центре внимания исследователей оказывается активный, разумный, деятельный субъект.

Социально-экологический подход. Данный подход к анализу процесса социализации, по сути, является частной конкретизацией социогенетического подхода, в котором при этом четко прослеживаются интеракционистские влияния. Начало изучению социализации в рамках данного подхода положили работы известного американского исследователя детства У. Бронфенбреннера (1976). С его точки зрения, в анализе социализации необходимо учитывать всю совокупность факторов окружающей среды и условий жизни: микро- и макросоциальное окружение, влияние средств массовой информации, национальные и культурные особенности, характеристики социальных институтов и т. п.

В итоге в структурном строении социального окружения выделяются четыре уровня:

Первый уровень — микросистема, включающая в себя всех, с кем ребенок вступает в близкие отношения, кто оказывает на него непосредственное влияние.

Второй уровень — мезосистема, включает в себя взаимоотношения между различными областями микросистемы, например, между семьей и школой.

Третий уровень — экзосистема — это социальные институты, органы власти и другие элементы социальной среды, к которым индивид непосредственно не относится, но которые имеют на него влияние (например, органы опеки и попечительства, администрация школы, городские власти, начальство родителей и т. п.)

Четвертый уровень — макросистема, она включает в себя доминирующие на данный момент социокультурные нормы, системы социальных представлений и установок, а также нормы и правила социального поведения, существующие в той или иной субкультуре [4, с. 25].

Таким образом, в рамках социально-экологического подхода социализация представляет собой сложный процесс: с одной стороны, индивид активно реструктурирует свою многоуровневую жизненную среду, а с другой — сам испытывает воздействие всех элементов этой среды и взаимосвязей между ними (Крайг, 2000).

Теории социального научения. В 1941 г. Н. Миллер и Дж. Доллард ввели в научный обиход термин «социальное научение». На этой основе вот уже более полвека разрабатываются концепции социального научения, центральной проблемой которых стала проблема социализации. Альберт Бандура — автор одной из самых популярных теорий научения. Альберт Бандура считал, что награда и наказание недостаточны, чтобы научить новому поведению. Дети приобретают новое поведение благодаря имитации модели. Одно из проявлений имитации — идентификация — процесс, в котором личность заимствует мысли, чувства.

Теория Альберта Бандуры предполагает объяснение способов, которыми люди приобретают разнообразные виды сложного поведения в условиях социального окружения. Основная идея теории нашла выражение в понятии обсервационного научения или научения через наблюдение.

Вопрос о научении через наблюдение Бандура считает весьма важным, в частности в связи с тем, что «теория должна объяснить не только, как приобретаются образцы реакций, но и как регулируется и поддерживается их выражение» [Bandura, 1973, р. 44]. С его точки зрения, «выражение ранее выученных реакций может социально регулироваться через действия влиятельных моделей» [Bandura, 1973, р. 43]. Таким образом, функция научения посредством наблюдения (наблюдающего научения) в схеме Бандуры оказывается достаточно широкой [2, с.64].

Основной тезис теорий научения состоит в том, что личность во всех своих проявлениях формируется окружающей средой, причем как большинство форм поведения, так и моральные принципы, установки приобретаются путем научения, которое имеет всеобъемлющий характер, то есть, человек является продуктом своей личной истории научения, и в это смысле к нему малоприменимы понятия морали и этики.

В результате последователи теорий социального научения исходят из следующих основных положений:

-          личность является накопленным набором изученных моделей поведения;

-          научение человека социальным действиям происходит преимущественно в результате наблюдения за поведением других людей и подражания значимым моделям;

-          необходимым элементом процесса научения является подкрепление, т. е. реакции других людей на поведение индивида;

-          одним из вариантов подкрепления является самоподкрепление, т. е. ситуация, когда в процессе научения человек сам себя подкрепляет за успех в какой либо деятельности, имеющей для него ценностное значение (Хьелл, Зиглер, 2000) [4, с. 26].

Следовательно, основная идея теорий социального научения сводится к тому, что личность в процессе социализации усваивает новые образцы действий и соответствующим образом меняет свое поведение. Вместе с тем, собственно социально-психологическая проблематика остается достаточно скромной. Например, групповые процессы, по существу, выпадают из поля зрения сторонников данной ориентации [2, с.69].

Психоаналитические теории. Общим теоретическим основанием психоаналитических трактовок процесса социализации послужила теория З.Фрейда (1856–1939). Согласно классической психоаналитической точке зрения процесс социального развития есть процесс последовательного овладения личностью либидозной энергией, открытое проявление которой противоречит нормам культуры. Тем самым социализация представляет собой процесс обуздания природных инстинктов с помощью тех или иных защитных механизмов личности.

Другим примером теоретического изучения социализации в рамках данного направления может служить концепция психосоциального развития Э. Эриксона (1902–1904), в которой также очень большое значение придается социальному окружению и закономерностям формирования «Я концепции» [4, с.27].

Таким образом, процесс социализации представителями данного направления трактуется как становление и развитие внутренней активности личности и ее потребностной сферы.

Когнитивисткие теории. Приверженцы данного направления в исследованиях социализации исходят из теории развития Ж.Пиаже (1896–1980), согласно которой психологические новообразования каждого возрастного этапа в жизни индивида определяются развитием когнитивных процессов. С точки зрения Ж. Пиаже, на каждой стадии развития мышления формируются новые навыки, определяющие границы обучаемости в самом широком смысле: не только как, например, возможность обучения тем или иным математическим операциям, но и как возможность освоения тех или иных социальных действий.

Одним из ярких представителей данного подхода является Л. Колберг (1927–1987), придававший большое значение изучению закономерностей нравственного развития ребенка [4, с.28].

Л. Колберг выделил шесть стадий нравственного развития личности, которые сменяют одна другую в строгой последовательности, аналогично познавательным стадиям у Ж. Пиаже. Переход от одной стадии к другой происходит в результате совершенствования когнитивных навыков и способности к сопереживанию (эмпатии). В отличие от Ж. Пиаже — Л. Колберг не связывает периоды нравственного развития личности с определенным возрастом. В то время как большинство людей достигают, по крайней мере, третьей стадии, некоторые на всю жизнь остаются нравственно незрелыми [6, с.323].

Итак, в когнитивистском направлении преобладающим является подход, который отождествляет процесс социализации с моральным развитием личности на протяжении всей жизни, которое является индивидуальным для каждого отдельного человека.

Таким образом, различные зарубежные теории социализации могут быть классифицированы, в том числе с точки зрения акцентирования определенных механизмов социализации: социального научения (бихевиористские модели), идентификации (психоаналитические концепции), социального сравнения (интеракционистские точки зрения) и социальной категоризации (когнитивистские теории). В различных зарубежных концепциях акцентируется внимание на различных уровнях социальной детерминации — от межличностного влияния до социокультурных факторов развития.

В отечественной научной литературе взгляды на социально-психологические проблемы личности формировались представителями разных школ и направлений психологической науки: в рамках теории деятельности, психологии отношений и структурно-динамическом подходе. Проанализируем эти подходы.

Деятельностная теория основывается на фундаментальном принципе — деятельностном подходе к психике(Л. С. Выготский, А. Н. Леонтьев, Л. Я. Гальперин, Д. Б. Эльконин, В. В. Давыдов, А. В. Петровский и др.). Деятельность — это процесс взаимодействия человека с окружающим миром, процесс решения жизненно важных задач. При деятельностном подходе психика понимается как форма жизнедеятельности субъекта, обеспечивающая решение определенных задач в процессе взаимодействия его с миром. Психика — это не просто картина мира, система образов, но и система действий.

По мнению сторонников этой теории, психическое развитие человека имеет социальную природу: прогресс человечества определяется не биологическими, а социальными законами. Видовой опыт человечества фиксируется не с помощью механизмов генетической наследственности, а закрепляется в продуктах материальной и духовной культуры. Учение и воспитание — специально организованные виды деятельности, в процессе которой люди усваивают опыт предыдущих поколений.

А. Н. Леонтьев считал, что личность — это социальная сущность человека, и поэтому темперамент, характер, способности и знания человека не входят в состав личности в качестве ее подструктур, они лишь представляют собой условия формирования этого образования, социального по своей сущности. Направленность и воля принадлежат личности, ибо волевой поступок невозможно рассматривать вне иерархии мотивов, так и направленность есть непосредственное выражение мотивационных структур, т. е. ядра личности [7,с. 87].

Культурно-историческая концепция Льва Семеновича Выготского (1896–1934) доказывает, что разгадка человеческой психики кроется не внутри мозга или духа, а в знаках, языке, орудиях, социальных отношениях. Чтобы понять высшие психические процессы (произвольная память, внимание, абстрактно — логическое мышление, речь), надо выйти за пределы организма и искать объяснения в общественных отношениях этого организма со средой [7,с. 87].

Развитие личности как процесс социализации индивида осуществляется в определенных социальных условиях семьи, ближайшего окружения, региона, страны, в определенных социально-политических, экономических условиях, в этносоциокультурных, национальных традициях того народа, представителем которого он является.

Реализация деятельностного подхода в социальной психологии личности представлена в концепции деятельностного опосредования межличностных отношений Артура Владимировича Петровского. Основополагающими категориями в данной концепции являются «личность», «деятельность» и «коллектив». Межличностные отношения в группе опосредованы содержанием и ценностями группы [7, с. 94].

Таким образом, с точки зрения представителей деятельностного подхода человек в ходе деятельности не только преобразует мир, но и развивает себя как личность, как субъект деятельности. Культурное и социальное развитие выступает как основное условие развития личности.

Психология отношений.Основоположниками психологии отношений в России являются Александр Федорович Лазурский (1874–1917) и его ученик и последователь Владимир Николаевич Мясищев (1893–1973).

По мнению А. Ф. Лазурского, отношение является системообразующими фактором структуры личности. Характеризуя личность как сложное целое, он разделил ее проявления на два рода: эндопсихические и экзопсихические.

Эндопсихика — это совокупность всех взаимосвязанных и взаимозависимых психических элементов и функций. Это внутренний механизм человеческой личности.

Экзопсихика определяется отношением личности к внешним объектам, к среде; это природа, материальные вещи, другие люди, социальные группы, наука, искусство, религия, душевная жизнь самого человека [7, с. 94].

Разработку концепции психологии отношений продолжил В. Н. Мясищев. Согласно его точке зрения, «система общественных отношений, в которую оказывается включенным каждый человек со времени своего рождения и до смерти, формирует его субъективные отношения ко всем сторонам действительности. И эта система отношений человека к окружающему миру и к самому себе является наиболее специфической характеристикой личности, более специфической, чем, например, ряд других ее компонентов, таких как характер, темперамент, способности» [7, с. 95].

Дальнейшее развитие концепции отношений было предпринято Борисом Федоровичем Ломовым (1927–1989). По его мнению, для раскрытия объективного основания психических свойств личности необходим анализ системы отношений «индивид-общество». В этой системе в качестве такого основания выступают общественные отношения.

Итак, с позиции психологии отношений процесс взаимодействия личности и системы общественных отношений осуществляется путем социализации и индивидуализации личности.

Структурно-динамический подход.Для социальной психологии огромное значение имеют взгляды социальных психологов на структуру личности (А. Г. Ковалев, К. К. Платонов, Б. Д. Парыгин).

А. Г. Ковалев предложил различать в личности три образования: психические процессы, психические состояния и психические свойства. Психические процессы составляют фундамент личности, они формируют состояния. Из психических процессов образуются психические свойства. Свойства характеризуют устойчивый, постоянный уровень активности, обеспечивающий наилучшее приспособление индивида к воздействиям извне [7, с. 97].

Согласно концепции К. К. Платонова, низшим уровнем личности является биологически обусловленная подструктура, в которую входят возрастные, половые свойства психики, врожденные свойства типа нервной системы и темперамента. Следующая подструктура включает в себя индивидуальные особенности психических процессов человека, т. е. индивидуальные проявления памяти, восприятия, ощущений, мышления, способностей, зависящих как от врожденных факторов, так и от тренировки, развития, совершенствования этих качеств. Третьим уровнем личности является ее индивидуальный социальный опыт, в который входят приобретенные человеком знания, навыки, умения и привычки. Эта подструктура формируется преимущественно в процессе обучения, имеет социальный характер. Высшим уровнем личности является ее направленность, включающая в себя влечения, желания, интересы, склонности, идеалы, взгляды, убеждения человека, его мировоззрение, особенности характера, самооценки. Подструктура направленности личности наиболее социально обусловлена, формируется под влиянием воспитания в обществе, наиболее полно отражает идеологию общности, в которую человек включен [7, с. 98].

В концепции Б. Д. Парыгина проанализирована социально-психологическая структура личности: статическая и динамическая. В динамической структуре личности фиксируются основные компоненты психики индивида в непосредственном контексте человеческой деятельности — это модель психического состояния и поведения человека, которая позволяет понять механизмы взаимосвязи между собой всех компонентов в психике индивида. В динамической структуре личности Парыгин выделил два основных аспекта: внутренний — интроспективный и внешний поведенческий. Модификациями динамической структуры выступают: структура вербального поведения; структура невербального поведения; структура внутреннего состояния; структура невербального психического состояния [7, с. 99].

С точки зрения Г. М. Андреевой, социализация — это двусторонний процесс, включающий в себя, с одной стороны, усвоение индивидом социального опыта путем вхождения в социальную среду, систему социальных связей; с другой стороны, — процесс активного воспроизводства индивидом системы социальных связей за счет его активной деятельности, активного включения в социальную среду [1, с. 267].

Таким образом, проведенный психологический анализ теоретических идей и концепций, в которых нашла отражение проблема личностного становления индивида в процессе социализации, свидетельствует об отсутствии единого концептуального подхода к категории «социализация». В большинстве научных направлений социализация рассматривается как сложный, внутренне и внешне обусловленный и во многом противоречивый процесс усвоения индивидом социального опыта.

Наиболее дискуссионным является вопрос о социализирующем влиянии на индивида внешних (средовых) и внутренних (психологических) факторов и соотношении этого влияния. Одновременно наблюдается достаточная согласованность взглядов на социализацию как процесс регуляции личностного становления индивида, обеспечивающий его активное взаимодействие с окружающей средой, формирование индивидуальной структуры самосознания, направленности и образа жизни, овладение системой социальных ролей.

Большинство исследователей рассматривают социализацию как двухсторонний процесс, назначение которого состоит, с одной стороны, в освоении индивидом существующего социального опыта, а, с другой, в его активном преобразовании и воспроизводстве в различных, в том числе профессиональных видах деятельности.

Литература:

1.                  Андреева Г. М. Социальная психология: учеб. для высших учебных заведений. — М.: Аспект Пресс, 2008. — 365с.

2.                  Андреева Г. М., Богомолова Н. Н., Петровская Л. А. зарубежная социальная психология XX столетия: Теоретические подходы: учебное пособие для вузов. — М.: Аспект Пресс, 2001. — 288 с.

3.                  Андриенко Е. В. Социальная психология: учеб. пособие для студ. высш. учеб. заведений. / под ред. В. А. Сластенина. — М.: Академия, 2008. — 264с.

4.                  Белинская Е. П. Проблемы социализации: история и современность: учеб. пособие / Е. П. Белинская, О. А. Тихомандрицкая. — М.: МПСУ; Воронеж: МОДЭК, 2013. — 216 с.

5.                  Смелзер Н. Социализация: основные проблемы и направления исследований / Н. Смелзер. Социология. — М., 1994. — 688с.

6.                  Социальная психология: хрестоматия / сост. е.П. Белинская, О. А. Тихомандрицкая. — М.: Аспект Пресс, 2008. — 463 с.

7.                  Столяренко Л. Д. Социальная психология: учебное пособие/ Л. Д. Столяренко, С. И. Самыгин. — М.: КНОРУС, 2014. — 336с.

moluch.ru

Формирование личности в процессе социализации

Становление личности в детские, юношеские, молодые годы - это сложный процесс, в котором взаимодействуют биологические, возрастные и социальные факторы. Не следует думать, что процесс социализации распространяет свое влияние лишь на этот период жизни человека, охватывает исключительно этап преобразования биологического организма в дееспособную личность. Безусловно, в юные годы «закладывается фундамент» всего духовного развития личности. Этим и объясняется особая роль семьи в формировании личности, где жизнь преподает индивиду первые и самые яркие уроки, где формируется его духовный мир. Вместе с тем, вряд ли стоит чрезмерно абсолютизировать роль духовной основы, заложенной в детские и юношеские годы. При всей своей значимости, эта основа содержит преимущественно чувственно - эмоциональный компонент, сугубо личностные качества: совестливость, честность, смелость и т.д. Лишь вступив во взрослую самостоятельную жизнь, включившись в широкий контекст социальных связей, участвуя в решающих социальных институтах, личность активно формирует, например, свои политические приверженности, осознает, как жить, во имя чего жить. И еще неизвестно, станет ли совестливый человек принципиальным борцом с несправедливостью, приобретет ли активный индивид качества смелого политика и т.д. Процесс обретения, уточнения, развития человеком социальных свойств, качеств, по сути, не знает возрастных границ, хотя, конечно, какая-то база, фундамент, сформированные в молодости, сохраняются. Во-первых, меняются социальные роли, которые выполняет личность. Даже рождение внука, выход на пенсию оставляют след на внутреннем мире личности, требуют исполнения новых функций, оправдания ролевых ожиданий. Достаточно бурно и драматично протекает социальное развитие 30-50-летних людей. Новые должности, статусы, новые связи, отношения, новый опыт. А также изменения, в том числе глубокие, претерпевает и общество как целостная система социальных связей. Это требует подчас мучительной и трудной внутренней работы, предполагает корректировку, а иногда и обновление установок, 20

vernsky.ru

Социализация личности

Социализация – процесс, посредством которого индивидом усваиваются нормы его

группы таким образом, что через формирование собственного “Я” проявляется

уникальность данного индивида как личности, процесс усвоения индивидом

образцов поведения, социальных норм и ценностей, необходимых для его

успешного функционирования в данном обществе.

Социализация охватывает все процессы приобщения к культуре, обучения и

воспитания, с помощью которых человек приобретает социальную природу и

способность участвовать в социальной жизни. В процессе социализации принимает

участие все окружение индивида: семья, соседи, сверстники в детском

заведении, школе, средства массовой информации и т.д.

Для успешной социализации, по Д. Смелзеру, необходимо действие трех фактов:

ожидания, изменения поведения и стремления соответствовать этим ожиданиям.

Процесс формирования личности, по его мнению, происходит по трем различным

стадиям:

1. стадии подражания и копирования детьми поведения взрослых;

2. игровой стадии, когда дети осознают поведение как исполнение роли;

3. стадии групповых игр, на которой дети учатся понимать, что от них ждет

целая группа людей.

Одним из первых выделил элементы социализации ребенка З. Фрейд. По Фрейду,

личность включает три элемента: “ид” – источник энергии, стимулируемый

стремлением к удовольствию; “эго” – осуществляющий контроль личности, на

основе принципа реальности, и “суперэго” , или нравственный оценочный

элемент. Социализация представляется Фрейдом процессом развертывания

врожденных свойств человека, в результате которого происходят становления

этих трех составляющих элементов личности. В этом процессе Фрейд выделяет

четыре этапа, каждый из которых связан с определенными участками тела, так

называемыми эрогенными зонами: оральный, анальный, фаллический и этап половой

зрелости.

Французский психолог Ж. Пиаже, сохраняя идею различных стадий в развитии

личности, делает акцент на развитии познавательных структур индивида и их

последующей перестройке в зависимости от опыта и социального взаимодействия.

Эти стадии сменяют одна другую в определенной последовательности: сенсорно-

моторная (от рождения до 2 лет) , операциональная (от 2 до 7) , стадия

конкретных операций (с 7 до 11) , стадия формальных операций (с 12 до 15) .

Многие психологи и социологи подчеркивают, что процесс социализации

продолжается в течение всей жизни человека, и утверждают, что социализация

взрослых отличается от социализации детей несколькими моментами. Социализация

взрослых скорее изменяет внешнее поведение, в то время, как социализация

детей формирует ценностные ориентации. Социализация взрослых рассчитана на

то, чтобы помочь человеку приобрести определенные навыки, социализация в

детстве в большей мере имеет дело с мотивацией поведения. Психолог Р. Гарольд

предложил теорию, в которой социализация взрослых рассматривается не как

продолжение детской социализации, а как процесс, в котором изживаются

психологические приметы детства: отказ от детских мифов (таких, например, как

всемогущество авторитета или идея о том, что наши требования должны быть

законом для окружающих)

2. Я-концепция как социально-психологический феномен

Психология Я-концепции как одна из социально-психологических схем личности в теоретико-концептуальном плане в целом опирается на положения феноменологического подхода или гуманистической психологии, символического интракцинизма и в незначительной степени психоанализа. Я-концепция — это сложный составной образ или картина, включающая в себя совокупность представлений личности о себе самой вместе с эмоционально-оценочными компонентами этих представлений. Я-концепция личности формируется в процессе жизни человека на основе взаимодействия со своим психологическим окружением и реализует мотивационно-регуляторную функцию в поведении личности.

Согласно современным представлениям, Я -концепция личности имеет сложную структуру. В нее входят образ тела (телесное Я), наличное Я (или настоящее Я), динамическое фактическое Я, вероятное Я, идеализированное Я, представляемое Я и другие подструктуры. Для изучения конкретных процессов участия Я-концепции в адаптивных процессах следует описать эти ее подструктуры и раскрыть и позитивные функции и возможности. Следует иметь в виду "измерения" Я-концепции: образ тела, "социальное Я", "когнитивное Я" и самоценности.

1. В образе тела (телесное Я) В. Шонфельд выделяет следующие компоненты, на сознательном или бессознательном уровнях определяющие образ человека в его представлении:

1) актуальное субъекты - приятие тела, как внешности, так и способности к функционированию;

2) интернализованные психологические факторы, являющиеся результатом собственного эмоционального опыта и вида, так же как и искажения концепции тела, проявляющиеся в соматических иллюзиях;

3) социологические факторы, связанные с тем, как родители и общество реагируют на индивида;

4) идеальный образ тела, заключающийся в установках по отношению к телу, в свою очередь связанных с ощущениями, восприятиями, сравнениями и идентификациями собственного тела с телами других людей".

Некоторыми советскими авторами схема тела характеризуется в качестве субъективного образа взаимного положении состояния движения частей тела в пространстве. "Схема тела служит в качестве эталона для сравнения поступающей информации с тем, что должно быть", облегчает организацию движений. Однако вряд ли можно утверждать, будто этим исчерпываются функции схемы тела важного "блока" Я-концепции личности. Чтобы убедится в неправомерности нашего сомнения, достаточно ознакомим последствиями патологических изменений схемы тела, а также теми ситуациями, в которых такие нарушения возникают. Поскольку схема тела входит в общую структуру Я-концепции, ее нарушения никогда, по-видимому, не бывают полностью изолированными.К. Клейст заметил, что явления отчуждения собственного тела, потеря наглядности восприятий и представлений сопровождаются тонким снижением "чувства Я".

Схему тела можно назвать телесным Я образом личности. Она является базисом, на котором развертывается дальнейшее развитие Я-концепции. Исходя из такою понимания схемы тела, мы не можем согласиться с мыслью, будто схема тела и самочувствие личности не входят в структуру Я, поскольку, как выражается В. Столин, "они встроены непосредственно в психическую структуру организма". Схема тела и самочувствие (как переживание актуального восприятия собственного тела и его функционального состояния) являются не "аналогами Я на уровне организма", а полноценными "блоками" или подструктурами Я-концепции. Схема тела является относительно устойчивой подструктурой Я-концепцин, ситуативно выражающейся в сходных (в основных чертах) Я-образах (особенно после юношеского возраста.

2. Настоящее (актуальное) Я. В структуру настоящего Я включают то, каким человек кажется себе в действительности в данный момент. Развитая человеческая личность имеет систему представлений о себе, которые она считает соответствующими реальности. Это система приписываемых себе в данный "момент" ее жизни качеств. Настоящее Я участвует в адаптации личности в актуальных социальных ситуациях, но если ситуации меняются то настоящее Я претерпевает некоторые изменения, обеспечивающие гибкое реагирование и регулирование поведения и, тем самым, адаптацию личности.

3. Динамическое Я, Динамическое Я представляет собой тот тип личности, каким индивид поставил перед поставил перед собой цель стать. Это уже относительно устойчивая подструктура Я-концепции которая зависит от социального статуса личности и возможности успехов.

4. Фантастическое Я. В эту подструктуру входит представление о том, каким хотел бы стать человек, если бы все было возможно, т.е. если бы можно было отвлекаться от реальных условий жизнедеятельности и развития.

Поскольку с достижением зрелости человек обычно все в большей степени становится реалистом, то мы предполагаем, что структура фантастического Я, начиная с конца юношеского возраста, постепенно свертывается. В повседневной жизни.

5. Идеальное Я, адаптивные возможности личности и "синдром Пеле". Идеальное Я как подструктура личности включает представление человека о том типе личности, каким он должен был бы стать, исходя из усвоенных моральных норм, идентификаций и образцов.

Идеальное Я становится целью человека, к которой он стремится более или менее последовательно. Это те нормы, которые желательны для наиболее значимых социальных

6. Будущее или возможное Я. Эту подструктуру Я-концепции М. Розенберг определил как представление индивида о том типе личности, каким он может стать. Считается, что этот тип может резко отличаться от идеального Я: человек может стремиться стать героем, в то же время чувствует, что становится мещанином. Иначе говоря, к своему будущему Я человек в определенной мере идет непроизвольно, помимо своего желания и идеального Я.

7. Идеализированное Я. Такое наименование получил тот образ, каким человеку приятно видеть себя сейчас, каким ему приятно выглядеть сейчас.

8. Представляемые Я. Под названием представляемых Я-образов понимают такие образы и маски, которые индивид выставляет напоказ, чтобы скрыть за ними какие-то отрицательные или болезненные черты, идиосинкразии, слабости своего реального Я.

9. Фальшивое Я и его защитно-адаптивные последствия. Поскольку самопознание - очень сложное и тонкое явление, осуществляемое в значительной степени социально опосредованными путями, то человек нередко приобретает искаженное представление о себе. Это чаще всего искаженное настоящее (актуальное) Я, хотя в принципе любая из описанных подструктур Я-концепции может быть искаженной, неадекватной структуре реальной личности. Искаженное актуальное Я называют также фальшивым Я. Для поддержания фальшивых (но желательных) Я личность систематически использует такие механизмы, как самообман, дискредитация и вытеснение В результате этих процессов личность приобретает такие отрицательные черты самосознания и характера, как боязнь негативной самооценки, ожидание негативного отношения от других, неспособность к поступкам, обеспечивающим самоуважение и т д.

10. Соотношения между центром Я и подструктурами Я-концепции. Для понимания динамики человеческой психики следует иметь представление о том, каким образом центральная инстанция Я осуществляет контрольное управление психической деятельностью. Бернс сосредотачивает свое внимание на трех основных составляющих Я-концепции. Когнитивной, поведенческой и оценочной составляющих Я-концепции

Когнитивная Я-концепция по мнению Бернса это представления индивида о самом себе, как правило, кажутся у убедительными независимо от того, основываются ли они объективном знании или субъективном мнении, являются ли я истинными или ложными. Конкретные способы самовоспитания, ведущего к формированию образа Я, могут быть самыми разнообразными.

Описывая какого-то человека, мы обычно прибегаем к помощи прилагательных: "надежный", "общительный", "сильный", и т.д. Все это - абстрактные характеристики, которые никак не связаны с конкретным событием или ситуациями. Как элементы обобщенного образа индивида они отражают, с одной стороны, устойчивые тенденции в его поведении, а с другой - избирательность нашего восприятия. То же самое исходит, когда мы описываем самих себя: мы в словах пытаемся выразить основные характеристики нашего привычного восприятия. Их можно перечислять до бесконечности, ибо им относятся любые атрибутивные, ролевые, статусные, психологические характеристики индивида, описание его имущества жизненных целей и т.п. Все они входят в образ Я с различным сдельным весом - одни представляются индивиду более значимыми, другие - менее. Причем значимость элементов самовоспитания и соответственно их иерархия могут меняться в зависимости от контекста, жизненного опыта индивида или просто под влиянием момента.

3. Социальное мышление

Чтобы понятие «социальное» не оказалось рядоположным понятиям «техническое», «математическое» и т.д. мышление, чтобы преодолеть ставшую столь привычной обособленность психологии мышления, недостаточно установить связь этой области с областью проблем психологии личности. Нужно найти тот контекст, в котором эти области исследования связаны в реальном объекте и, соответственно, выделить новый предмет исследования. Нужно поставить проблему мыслящей личности и сделать последнюю предметом исследования.

Социальность мышления личности раскрывается, прежде всего, через эту сферу, которая является предметом – областью ее мышления, и через потребность личности как субъекта соотнестись с этой сферой. Поиск и определение личностью своей позиции в этой действительности, в сплетении зависящих и независящих от нее детерминант, своей идентичности и идентификации – все эти жизненно-практические самоосуществления, самореализации озадачивают личность, актуализируя ее сознание, требуя его «работы». Мышление же, которое С.Л. Рубинштейн определял еще в 30-е годы как «форму сознания» [10], является его механизмом.

Личность мыслит о социальной действительности в целом и одновременно очерчивает своим сознанием ту ее сферу, в которой она осуществляет себя, устанавливает связи с другими людьми, проходит этапы своего жизненного пути. Ее сознание обеспечивает определенность представления о действительности (в широком смысле слова), выявляет ее связи и противоречия, имеющие всеобщее значение и смысл для данной личности. Сам способ мышления социален в том отношении, что он детерминирован объективной позицией личности в этой действительности, а последняя является конкретно-исторической, социокультурной. Крестьянин, привязанный бесконечным трудом к земле, не в состоянии охватить своим сознанием ту теоретическую действительность, которую построил своим сознанием и воплотил в своей теории А. Эйнштейн. Именно эта позиция, являясь изначально социально-практической, определяет точку зрения, образующую основную ось его сознания. Эта точка зрения, названная Ж. Пиаже эгоцентризмом ребенка, представляет своеобразный «эгоцентризм», связанный с позицией взрослой личности. Этот «эгоцентризм» определяется совокупностью (ансамблем) тех жизненных потребностей, реализация которых и требует «работы» сознания. Этот «эгоцентризм», который точнее было бы назвать эпицентризмом «я», от которого исходит и к которому каждый раз возвращается сознание личности, ответившее или не ответившее на ее вопросы, не исключает влияния (детерминации) сознания общественным сознанием. Эта детерминация осуществляется двумя способами, двумя разными механизмами. Первый – детерминация, идущая от общества, извне, действующая во множестве конкретных направлений и разнообразных форм. Это общественные значения, понятия, установки, нормы, ценности, идеалы. Это стереотипы, которые ребенок усваивает с детства, изначально определяющие и его поведение, и способ мышления. Для первобытного человека оказалось бы непостижимым понятие и даже представление об информации, космосе и т.д. Причем, ряд понятий, установок, ценностей, будучи присвоен, уходит в сферу неосознаваемого и актуализируется лишь в проблемных, сложных ситуациях. Но целый ряд идеологических, политических, институциональных значений для одних личностей составляет сферу их актуального сознания, т.е. его высшего уровня. Для других – сферу более-менее четких (смутных), чаще довольно далеких представлений. Для третьих – то, чему личность сознательно противодействует (так мы пытаемся противостоять воздействию рекламы и других, менее безопасных форм интервенции на наше сознание со стороны СМИ). До недавнего времени это было целенаправленное политически и социально «подкрепленное» воздействие социалистической идеологии («кто не с нами, тот – против нас»).

Самооценка

Самооценка — это представление человека о важности своей личной деятельности в обществе и оценивание себя и собственных качеств и чувств, достоинств и недостатков, выражение их открыто или закрыто.

Главные факторы, обычно определяющие самооценку человека - это его статус и его компетентность, как гарантия успешности. Кроме того, обычно влияет и мнение окружающих, и опыт успехов-неудач, и отношение человека к самому себе. А самое главное - всегда возможен личный выбор человека.

Итак, разнообразие факторов, влияющих на самооценку:

• Статус: его место в иерархии окружающих людей, их отношение и оценки. У того, кто король по праву рождения, самооценка обычно выше, чем у непоступившего в вуз расклейщика объявлений.

• Текущие внушения. Если человеку раз за разом говорить, что он свинья, трудно рано или поздно не захрюкать. Феномен внушения еще никто не отменял.

• Успешность по жизни или в конкретной ситуации. Если в течение месяца молодой человек успешно сдал трудные экзамены в вуз, встретил очаровательную девушку, которая отвечает ему взаимностью, и выиграл в лотерею миллион - скорее всего, его самооценка повысится. Просто до небес.

• Стереотип, влияние привычки. Если человек привык думать о себе, как о неудачнике, он продолжает так себя воспринимать даже на фоне успеха. Перестроиться сразу умеют не все.

• Рисунок тела. Вялые движения и сутулость - самооценка вниз, громкий уверенный голос и корсет уверенности - самооценка поднимается.

• Физическое состояние и настроение. Усталый и больной человек имеет о себе обычно менее радужные представления, чем веселый и бодрый.

• Отношение человека к самому себе. Если человек себе за что-то мстит, он сумеет составить о себе самое гадкое впечатление. Если человек с собой дружит, он себя видит гораздо симпатичнее.

• Вера в собственную эффективность, Убежденность в успехе, вера в себя и свои силы - замечательное подспорье высокой самооценке. И просто - жизненному успеху! См.→

• Личный выбор. Самооценка, по определению, это оценка себя, своих качеств и достоинств, которую делает САМ человек. С другой стороны, если у человека своей головы на плечах нет, а это нередкая ситуация, то по факту в реальной самооценке большой частью транслируется то, что человеку говорят о нем. Если человек с головой и волей решил изменить свою самооценку, он вполне, хотя и не сразу, может это сделать.

4.

В процесс переработки информации, относящемся к нашему Я, вторгается предрасположение. Мы охотно прощаем свои неудачи, принимаем похвалу и наши успехи и во многом считаем себя выше среднего. Такое мнение о себе позволяет большинству из нас наслаждаться преимуществами высокой самооценки, хотя есть опасность «задрать нос»

Существует достаточно распространенное мнение, что многие из нас имеют низкую самооценку. Психолог-гуманист Карл Роджерс пришел к выводу, что большинство людей, которых он знал, «презирают себя, считая, что они ни на что не способны и их нельзя любить» Многие популяризаторы гуманистической психологии соглашаются с этим. «У всех нас есть комплексы неполноценности, — утверждает Джон Пауэлл. — Те, у кого, кажется, нет такого комплекса, только притворяются».

Действительно, большинство из нас имеет хорошую репутацию у самих себя. Исследования самооценки показали, что даже ответы людей с низкими показателями достижений не выходят за пределы среднего. (В ответах на такие утверждения, как «У меня бывают хорошие идеи», человек с низкой самооценкой использует слова типа «в некоторой степени» или «иногда» ) Более того, одно из самых вызывающих, но строго установленных заключений социальной психологии касается силы предрасположения в пользу своего Я.

Предрасположение в пользу своего Я - тенденция воспринимать себя благосклонно.

Объяснение человеком позитивных и негативных событий

Раз за разом экспериментаторы обнаруживают, что люди охотно соглашаются с похвалой, когда им говорят, что они в чем-то преуспели (они относят успех на счет своих способностей и усилий), но приписывают неудачу влиянию внешних факторов, типа невезения или изначальной нерешаемости проблемы. Точно так же и спортсмены, объясняя свои победы, обычно хвалят себя, но относят потери к чему-то другому плохой день, невнятные замечания судьи, сверхусилия другой команды или нечестная игра. А как вы думаете, какую долю ответственности обычно принимаю! на себя водители в дорожно-транспортных происшествиях? В страховых пописах водители описывают свои аварии примерно так: «Неизвестно откуда взявшийся автомобиль ударил мою машину и скрылся», «Когда я приблизился к перекрестку, откуда ни возьмись появился забор, закрывающий видимость, и я не заметил другую машину», «Появился пешеход и бросился под мою машину». Для ситуаций, где играют роль и умение, и случай (игры, экзамены, резюме для приема на работу), особенно характерен следующий феномен: победители могут с легкостью приписать успех своим умениям, а проигравшие могут отнести свой проигрыш к случаю. Если я побеждаю в скраббл, это происходит благодаря моей вербальной смекалке; если же я проигрываю, то «что же можно составить с мягким знаком, не имея согласных?».

Майкл Росс и Фиоре Сиколи наблюдали феномен предрасположения в пользу своего Я в супружеском варианте. Они обнаружили, что молодые женатые мужчины обычно чувствовали, что берут на себя большую ответственность за такую домашнюю работу, как уборка и забота о детях, чем их супруги приписывают им. В американском опросе 91% жен и только 76% мужей считали, что жены чаще занимаются покупкой продуктов.

В другом исследовании мужья, оценивая свою работу по ведению домашнего хозяйства, пришли к выводу, что они делали чуть больше, чем их жены; жены, однако, считали, что они тратили вдвое больше усилий, чем их мужья. Каждый вечер мы с женой бросаем вещи для стирки в футе от корзины для грязного белья. Утром один из нас кладет его внутрь. Когда она сказала, что это моя обязанность, я подумал: «Хм, я же делаю это в 75% случаев». Поэтому я спросил ее, как часто, по ее мнению, она подбирает белье «Ну, — ответила она, — почти в 75% случаев». Неудивительно, что разведенные люди обычно обвиняют в разрыве своего партнера или что менеджеры обычно возлагают вину за плохую работу на отсутствие способностей или усилий со стороны работников. (Работники, вероятнее всего, возложат вину на что-то другое — на не отвечающие требованиям поставки, чрезмерную загруженность работой, плохой характер коллег, нечеткие указания.)

«Я» стало главной темой в психологии на основании того, что оно помогает организовать наше социальное мышление и дает энергию нашему социальному поведению. Но что влияет на наше чувство Я? В этой главе обсуждаются два компонента Я.

Культура. Индивидуалистические западные культуры воспитывают независимое, обособленное чувство Я. Коллективистские азиатские культуры и культуры стран третьего мира воспитывают более взаимозависимое, «социально связанное» чувство своего Я.

Личный опыт. Самоэффективность возникает из опыта мастерства. Успешное решение задачи, требующей больших усилий, порождает чувство собственной компетентности.

Далее будут рассматриваться другие компоненты Я.

Суждения других людей. Мы оцениваем себя, отчасти принимая во внимание то, что о нас думают другие. Дети, о которых отзываются как о талантливых, работоспособных или готовых помочь, стремятся воплотить такие идеи в свои Я-концепции и поведение.

Роли, которые мы играем. Когда мы начинаем играть новую роль (студента колледжа, родителя, продавца и т. д.), сперва мы можем испытывать чувство неловкости. Постепенно, однако, наше чувство Я впитывает в себя то, что ранее воспринималось просто как исполнение роли в театре жизни. Игра становится реальностью.

Самооправдание и самовосприятие. Мы иногда испытываем дискомфорт, если говорили или действовали неискренне. Или если выступали в поддержку чего-то, о чем в действительности почти не задумывались. В таких случаях мы оправдываем свои действия, идентифицируя себя с ними. Более того, наблюдая за самими собой, можно открыть, что теперь мы воспринимаем себя как человека, придерживающегося взглядов, которые мы выражали.

Социальное сравнение. Мы всегда стремимся осознать то, чем мы отличаемся от окружающих нас людей. Как единственная женщина в группе мужчин или как единственный канадец в группе европейцев, мы осознаем свою уникальность. Сравнение с другими также формирует нашу самоидентификацию как богатых или бедных, остроумных или туповатых, высоких или низеньких.

У студентов тоже бывает предрасположение в пользу своего Я. Тот, кто получил положительную отметку на экзамене, хочет получить и личную похвалу. Они считают, что экзамен адекватно оценивает их компетентность. Те же, кто «завалил» экзамен, скорее всего, будут его критиковать.

Но давайте рассмотрим то, как преподаватели объясняют хорошую или плохую успеваемость студентов. Когда нет необходимости казаться скромным, те, кто находится в роли учителя, имеют тенденцию хвалить себя за хорошие результаты и сваливать вину на студентов за плохие. Возможно, учителя думают: «С моей помощью Мария окончила год с отличием. Несмотря на все мои усилия, Мелинда провалилась».

Предрасположение в пользу своего Я появляется и в том случае, когда люди сравнивают себя с другими. Если прав был Лао-Цзы, китайский философ, живший в VI веке до н. э., говоря, что «ни в какие времена в мире не станет человек в здравом уме брать на себя слишком много, расстраивать свое здоровье, переоценивать себя», то большинство из нас несколько безумны. Ибо почти по всем параметрам, и по субъективным, и по социально желательным, большинство людей рассматривают себя не как среднего человека, а несколько выше. Это особенно заметно, когда мы сравниваем себя с людьми вообще, а не со своими конкретными знакомыми. Рассмотрим эту тему повнимательнее.

Большинство бизнесменов считают, что их нравственные устои более высоки, чем у среднего человека, занимающегося бизнесом. 90% менеджеров считают, что их коэффициент полезного действия выше, чем у среднего менеджера, равного им по рангу.

В Австралии 86% людей оценивают выполнение своей работы выше среднего уровня, 1% — ниже среднего.

В Голландии большинство учащихся средней школы считают, что они более честные, настойчивые, неординарные, дружелюбные и надежные, чем учащиеся школы в среднем.

Большинство водителей (даже те, кто в результате аварии был госпитализирован) считают себя более осторожными и умелыми, чем средние водители.

Большинство людей считает, что они более умны, чем обычные, равные им по служебному рангу лица, они лучше выглядят, у них меньше предубеждений, чем у остальных членов их сообщества.

Большинство взрослых верят в то, что они заботятся о своих престарелых родителях больше, чем их братья и сестры.

Жители Лос-Анджелеса считают, что их здоровье лучше, чем у их соседей, а большинство студентов колледжа полагают, что они переживут статистически прогнозированный для них возраст смерти почти на 10 лет.

Кажется, что любое общество подобно вымышленному Гаррисоном Кейлло-ром озеру Уобегон, где «все женщины сильны, все мужчины красивы и все дети имеют способности выше среднего». Возможно, причина такого оптимизма в том, что, несмотря на те 12% людей, которые ощущают себя старше своего возраста, значительно большее число — 66% — считают, что они слишком молоды для своего возраста. В связи с этим на ум приходит анекдот Фрейда о человеке, который говорил своей жене: «Если один из нас умрет, я думаю, что поеду жить в Париж».

studfiles.net

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *