Разное

Мораль не выполняет такую социальную функцию как: Мораль не выполняет такую социальную функцию,

Содержание

Мораль не выполняет такую социальную функцию,

как по вашему мнению автор передает описание Эпохи Возрождения в романе д'Артаньян и три мушкетера.​

какие исторические события были описаны автором в романе д'Артаньян и три мушкетера? ​

Кто первый полетел в космос? ​

Что такое семья ? Как она вощникает ?

что такое конституция?​

Прочитайте текст и выполните задания. Мы вступаем в век, в котором образование, знания, профессиональные навыки будут играть определяющую роль в судьб … е человека. Без знаний, кстати сказать, всё усложняющихся, просто нельзя будет работать, приносить пользу… Человек будет вносить новые идеи, думать над тем, над чем не сможет думать машина. А для этого всё больше нужна будет общая интеллигентность человека, его способность создавать новое и, конечно, нравственная ответственность, которую никак не сможет нести машина… на человека ляжет тяжелейшая и сложнейшая задача быть человеком не просто, а человеком науки, человеком, нравственно отвечающим за всё, что происходит в век машин и роботов.

Общее образование может создать человека будущего, человека творческого, созидателя всего нового и нравственно отвечающего за всё, что будет создаваться. Учение – вот что сейчас нужно молодому человеку с самого малого возраста. Учиться нужно всегда. До конца жизни не только учили, но и учились все крупнейшие учёные. Перестанешь учиться – не сможешь и учить. Ибо знания всё растут и усложняются. Нужно при этом помнить, что самое благоприятное время для учения – молодость. Именно в молодости, в детстве, в отрочестве, в юности ум человека наиболее восприимчив. Умейте не терять времени на пустяки, на «отдых», который иногда утомляет больше, чем самая тяжёлая работа, не заполняйте свой светлый разум мутными потоками глупой и бесцельной «информации». Берегите себя для учения, для приобретения знаний и навыков, которые только в молодости вы освоите легко и быстро. И вот тут я слышу тяжкий вздох молодого человека: какую же скучную жизнь вы предлагаете нашей молодёжи! Только учиться. А где же отдых, развлечения? Что же, нам и не радоваться? Да нет же. Приобретение навыков и знаний – это тот же спорт. Учение тяжело, когда мы не умеем найти в нём радость. Надо любить учиться и формы отдыха и развлечений выбирать умные, способные также чему-то научить, развить в нас какие-то способности, которые понадобятся в жизни… Учитесь любить учиться! (Д.С. Лихачёв) Озаглавьте текст. Какой, по мнению автора, будет роль человека в производстве в XXI в.? Укажите любые два качества, которые, по мнению автора, будут необходимы человеку.

Рассказ на тему "Природные катаклизмы"

Все учёные сходятся во мнении, что основой стратификационной структуры общества является естественное и социальное неравенство людей. Однако в вопросе … , что именно является критерием этого неравенства, их взгляды расходятся. Изучая процесс стратификации в обществе, К. Маркс назвал таким критерием факт обладания человеком собственности и уровень его доходов. М. Вебер добавил к ним социальный престиж и принадлежность субъекта к политическим партиям, к власти. П. Сорокин считал причиной стратификации неравномерность распределения прав и привилегий, ответственности и обязанностей в обществе. Наконец, сторонники теории структурного функционализма в качестве критерия предлагали взять социальные функции, которые выполняют в обществе те или иные социальные слои.На основании текста выделите основные причины стратификации(пожалуйста очень срочно, отдаю все оставшиеся баллы)прошу, если отвечать, то правильно и без жульничества​

Задания 1. Вопрос об одном из прав гражданина РФ Задание 1 9 5 В ст. 37 Конституции РФ записано: «Труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряж … аться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию». 1. Объясните, Вы понимаете Смысл фразы: «Труд Свободен». 2. Взрослые могут многое рассказать о своей трудовой деятельности, но в школьные годы Главная деятельность — это учёба. Проанализируйте своё свободное от учёбы время и место труда в нём. Составьте рассказ о видах своего труда, используя следующий план. 1) Чем Вы занимаетесь, когда трудитесь дома? Для чего Вы трудитесь дома? 2) В каких видах общественно полезного труда Вы могли бы участвовать или участвовали? В чём Вы видите пользу такого участия для себя и своих сверстников?

1. Как називается вид злодеяния при котором участывает 1 или больше человек , и намеренно избавляют жизни другого/других человеков а) Самоу бийство б) … Запланирована ДТП в) Случайное ("пьяное") уби йство г) Запланированное убийство д) Ограбление и повреждение дома или другого здания 2. Какой вид аварии или другого ДТП есть наиболее распастраненным? а) Случайныйб) И-за нарушения правил

Международный пакт о гражданских и политических правах

Английский | Арабский | Испанский | Китайский | Французский

Текст в формате PDF

Международный пакт о гражданских и политических правах


Принят и открыт для подписания, ратификации и присоединения резолюцией Генеральной Ассамблеи 2200A (XXI) от 16 декабря 1966


вступил в силу 23 марта 1976 г. , в соответствии со Статьей 49

Преамбула

Участвующие в настоящем Пакте государства,

принимая во внимание, что в соответствии с принципами, провозглашенными Уставом Организации Объединенных Наций, признание достоинства, присущего всем членам человеческой семьи, и равных и неотъемлемых прав их является основой свободы, справедливости и всеобщего мира,

признавая, что эти права вытекают из присущего человеческой личности достоинства,

признавая, что, согласно Всеобщей декларации прав человека, идеал свободной человеческой личности, пользующейся гражданской и политической свободой и свободой от страха и нужды, может быть осуществлен только, если будут созданы такие условия, при которых каждый может пользоваться своими экономическими, социальными и культурными правами, так же как и своими гражданскими и политическими правами,

принимая во внимание, что по Уставу Организации Объединенных Наций государства обязаны поощрять всеобщее уважение и соблюдение прав и свобод человека,

принимая во внимание, что каждый отдельный человек, имея обязанности в отношении других людей и того коллектива, к которому он принадлежит, должен добиваться поощрения и соблюдения прав, признаваемых в настоящем Пактe,

соглашаются о нижеследующих статьях:

ЧАСТЬ I

Статья 1

1. Все народы имеют право на самоопределение. В силу этого права они свободно устанавливают свой политический статус и свободно обеспечивают свое экономическое, социальное и культурное развитие.

2. Все народы для достижения своих целей могут свободно распоряжаться своими естественными богатствами и ресурсами без ущерба для каких-либо обязательств, вытекающих из международного экономического сотрудничества, основанного на принципе взаимной выгоды, и из международного права. Ни один народ ни в коем случае не может быть лишен принадлежащих ему средств существования.

3. Все участвующие в настоящем Пакте Государства, в том числе те, которые несут ответственность за управление несамоуправляющимися и подопечными территориями, должны, в соответствии с положениями Устава Организации Объединенных Наций, поощрять осуществление права на самоопределение и уважать это право.

ЧАСТЬ II

Статья 2

1. Каждое участвующее в настоящем Пакте Государство обязуется уважать и обеспечивать всем находящимся в пределах его территории и под его юрисдикцией лицам права, признаваемые в настоящем Пакте, без какого бы то ни было различия, как-то в отношении расы, цвета кожи, пола, языка, религии, политических и иных убеждений, национального или социального происхождения, имущественного положения, рождения или иного обстоятельства.

2. Если это уже не предусмотрено существующими законодательными или другими мерами, каждое участвующее в настоящем Пакте Государство обязуется принять необходимые меры в соответствии со своими конституционными процедурами и положениями настоящего Пакта для принятия таких законодательных или других мер, которые могут оказаться необходимыми для осуществления прав, признаваемых в настоящем Пакте.

3. Каждое участвующее в настоящем Пакте Государство обязуется:

(a) обеспечить любому лицу, права и свободы которого, признаваемые в настоящем Пакте, нарушены, эффективное средство правовой защиты, даже если это нарушение было совершено лицами, действовавшими в официальном качестве;

(b) обеспечить, чтобы право на правовую защиту для любого лица, требующего такой защиты, устанавливалось компетентными судебными, административными или законодательными властями или любым другим компетентным органом, предусмотренным правовой системой государства, и развивать возможности судебной защиты;

(c) обеспечить применение компетентными властями средств правовой защиты, когда они предоставляются.

Статья 3

Участвующие в настоящем Пакте Государства обязуются обеспечить равное для мужчин и женщин право пользования всеми гражданскими и политическими правами, предусмотренными в настоящем Пакте.

Статья 4

1 . Во время чрезвычайного положения в государстве, при котором жизнь нации находится под угрозой и о наличии которого официально объявляется, участвующие в настоящем Пакте Государства могут принимать меры в отступление от своих обязательств по настоящему Пакту только в такой степени, в какой это требуется остротой положения, при условии, что такие меры не являются несовместимыми с их другими обязательствами по международному праву и не влекут за собой дискриминации исключительно на основе расы, цвета кожи, пола, языка, религии или социального происхождения.

2. Это положение не может служить основанием для каких-либо отступлений от статей 6, 7, 8 (пункты 1 и 2), 11, 15, 16 и 18.

3. Любое участвующее в настоящем Пакте Государство, использующее право отступления, должно немедленно информировать другие Государства, участвующие в настоящем Пакте, через посредство Генерального секретаря Организации Объединенных Наций о положениях, от которых оно отступило, и о причинах, побудивших к такому решению. Также должно быть сделано сообщение через того же посредника о той дате, когда оно прекращает такое отступление.

Статья 5

1. Ничто в настоящем Пакте не может толковаться как означающее, что какое-либо государство, какая-либо группа или какое-либо лицо имеет право заниматься какой бы то ни было деятельностью или совершать какие бы то ни было действия, направленные на уничтожение любых прав или свобод, признанных в настоящем Пакте, или на ограничение их в большей мере, чем предусматривается в настоящем Пакте.

2. Никакое ограничение или умаление каких бы то ни было основных прав человека, признаваемых или существующих в каком-либо участвующем в настоящем Пакте государстве в силу закона, конвенций, правил или обычаев, не допускается под тем предлогом, что в настоящем Пакте не признаются такие права или что в нем они признаются в меньшем объеме.

ЧАСТЬ III

Статья 6

1. Право на жизнь есть неотъемлемое право каждого человека. Это право охраняется законом. Никто не может быть произвольно лишен жизни.

2. В странах, которые не отменили смертной казни, смертные приговоры могут выноситься только за самые тяжкие преступления в соответствии с законом, который действовал во время совершения преступления и который не противоречит постановлениям настоящего Пакта и Конвенции о предупреждении преступления геноцида и наказании за него. Это наказание может быть осуществлено только во исполнение окончательного приговора, вынесенного компетентным судом.

3. Когда лишение жизни составляет преступление геноцида, следует иметь в виду, что ничто в настоящей статье не дает участвующим в настоящем Пакте государствам права каким бы то ни было путем отступать от любых обязательств, принятых согласно постановлениям Конвенции о предупреждении преступления геноцида и наказании за него.

4. Каждый, кто приговорен к смертной казни, имеет право просить о помиловании или о смягчении приговора. Амнистия, помилование или замена смертного приговора могут быть дарованы во всех случаях.

5. Смертный приговор не выносится за преступления, совершенные лицами моложе восемнадцати лет, и не приводится в исполнение в отношении беременных женщин.

6. Ничто в настоящей статье не может служить основанием для отсрочки или недопущения отмены смертной казни каким-либо участвующим в настоящем Пакте государством.

Статья 7

Никто не должен подвергаться пыткам или жестоким, бесчеловечным или унижающему его достоинство обращению или наказанию. В частности, ни одно лицо не должно без его свободного согласия подвергаться медицинским или научным опытам.

Статья 8

1. Никто не должен содержаться в рабстве; рабство и работорговля запрещаются во всех их видах.

2. Никто не должен содержаться в подневольном состоянии.

3.

(a) Никто не должен принуждаться к принудительному или обязательному труду;

(b) в тех странах, где в виде наказания за преступление может назначаться лишение свободы, сопряженное с каторжными работами, пункт 3 а не считается препятствием для выполнения каторжных работ по приговору компетентного суда, назначившего такое наказание;

(c) термином «принудительный или обязательный труд» в настоящем пункте не охватываются:

(i) какая бы то ни была не упоминаемая в подпункте b работа или служба, которую, как правило, должно выполнять лицо, находящееся в заключении на основании законного распоряжения суда, или лицо, условно освобожденное от такого заключения;

(ii) какая бы то ни была служба военного характера, а в тех странах, в которых признается отказ от военной службы по политическим или религиозно-этническим мотивам, какая бы то ни была служба, предусматриваемая законом для лиц, отказывающихся от военной службы по таким мотивам;

(iii) какая бы то ни была служба, обязательная в случаях чрезвычайного положения или бедствия, угрожающих жизни или благополучию населения;

(iv) какая бы то ни была работа или служба, которая входит в обыкновенные гражданские обязанности.

Статья 9

1. Каждый человек имеет право на свободу и личную неприкосновенность. Никто не может быть подвергнут произвольному аресту или содержанию под стражей. Никто не должен быть лишен свободы иначе, как на таких основаниях и в соответствии с такой процедурой, которые установлены законом.

2. Каждому арестованному сообщаются при аресте причины его ареста и в срочном порядке сообщается любое предъявленное ему обвинение.

3. Каждое арестованное или задержанное по уголовному обвинению лицо в срочном порядке доставляется к судье или к другому должностному лицу, которому принадлежит по закону право осуществлять судебную власть, и имеет право на судебное разбирательство в течение разумного срока или на освобождение. Содержание под стражей лиц, ожидающих судебного разбирательства, не должно быть общим правилом, но освобождение может ставиться в зависимость от представления гарантий явки на суд, явки на судебное разбирательство в любой другой его стадии и, в случае необходимости, явки для исполнения приговора.

4. Каждому, кто лишен свободы вследствие ареста или содержания под стражей, принадлежит право на разбирательство его дела в суде, чтобы этот суд мог безотлагательно вынести постановление относительно законности его задержания и распорядиться о его освобождении, если задержание незаконно.

5. Каждый, кто был жертвой незаконного ареста или содержания под стражей, имеет право на компенсацию, обладающую исковой силой.

Статья 10

1. Все лица, лишенные свободы, имеют право на гуманное обращение и уважение достоинства, присущего человеческой личности.

2.

(a) Обвиняемые в случаях, когда отсутствуют исключительные обстоятельства, помещаются отдельно от осужденных и им предоставляется отдельный режим, отвечающий их статусу неосужденных лиц;

(b) обвиняемые несовершеннолетние отделяются от совершеннолетних и в кратчайший срок доставляются в суд для вынесения решения.

3. Пенитенциарной системой предусматривается режим для заключенных, существенной целью которого является их исправление и социальное перевоспитание. Несовершеннолетние правонарушители отделяются от совершеннолетних и им предоставляется режим, отвечающий их возрасту и правовому статусу.

Статья 11

Никто не может быть лишен свободы на том только основании, что он не в состоянии выполнить какое-либо договорное обязательство.

Статья 12

1. Каждому, кто законно находится на территории какого-либо государства, принадлежит, в пределах этой территории, право на свободное передвижение и свобода выбора местожительства.

2. Каждый человек имеет право покидать любую страну, включая свою собственную.

3. Упомянутые выше права не могут быть объектом никаких ограничений, кроме тех, которые предусмотрены законом, необходимы для охраны государственной безопасности, общественного порядка, здоровья или нравственности населения или прав и свобод других и совместимы с признаваемыми в настоящем Пакте другими правами.

4. Никто не может быть произвольно лишен права на въезд в свою собственную страну.

Статья 13

Иностранец, законно находящийся на территории какого-либо из участвующих в настоящем Пакте государств, может быть выслан только во исполнение решения, вынесенного в соответствии с законом, и, если императивные соображения государственной безопасности не требуют иного, имеет право на представление доводов против своей высылки, на пересмотр своего дела компетентной властью или лицом или лицами, специально назначенными компетентной властью, и на то, чтобы быть представленным для этой цели перед этой властью лицом или лицами.

Статья 14

1. Все лица равны перед судами и трибуналами. Каждый имеет право при рассмотрении любого уголовного обвинения, предъявляемого ему, или при определении его прав и обязанностей в каком-либо гражданском процессе, на справедливое и публичное разбирательство дела компетентным, независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона. Печать и публика могут не допускаться на все судебное разбирательство или часть его по соображениям морали, общественного порядка или государственной безопасности в демократическом обществе или когда того требуют интересы частной жизни сторон, или — в той мере, в какой это, по мнению суда, строго необходимо, — при особых обстоятельствах, когда публичность нарушала бы интересы правосудия; однако любое судебное постановление по уголовному или гражданскому делу должно быть публичным, за исключением тех случаев, когда интересы несовершеннолетних требуют другого или когда дело касается матримониальных споров или опеки над детьми.

2. Каждый обвиняемый в уголовном преступлении имеет право считаться невиновным, пока виновность его не будет доказана согласно закону.

3. Каждый имеет право при рассмотрении любого предъявляемого ему уголовного обвинения как минимум на следующие гарантии на основе полного равенства: (a) быть в срочном порядке и подробно уведомленным на языке, который он понимает, о характере и основании предъявляемого ему уголовного обвинения;

(b) иметь достаточное время и возможности для подготовки своей защиты и сноситься с выбранным им самим защитником;

(c) быть судимым без неоправданной задержки;

(d) быть судимым в его присутствии и защищать себя лично или через посредство выбранного им самим защитника; если он не имеет защитника, быть уведомленным об этом праве и иметь назначенного ему защитника в любом таком случае, когда интересы правосудия того требуют, безвозмездно для него в любом таком случае, когда у него нет достаточно средств для оплаты этого защитника;

(e) допрашивать показывающих против него свидетелей или иметь право на то, чтобы эти свидетели были допрошены, и иметь право на вызов и допрос его свидетелей на тех же условиях, какие существуют для свидетелей, показывающих против него;

(f) пользоваться бесплатной помощью переводчика, если он не понимает языка, используемого в суде, или не говорит на этом языке;

(g) не быть принуждаемым к даче показаний против самого себя или к признанию себя виновным.

4. В отношении несовершеннолетних процесс должен быть таков, чтобы учитывались их возраст и желательность содействия их перевоспитанию.

5. Каждый, кто осужден за какое-либо преступление, имеет право на то, чтобы его осуждение и приговор были пересмотрены вышестоящей судебной инстанцией согласно закону.

6. Если какое-либо лицо окончательным решением было осуждено за уголовное преступление и если вынесенный ему приговор был впоследствии отменен или ему было даровано помилование на том основании, что какое-либо новое или вновь обнаруженное обстоятельство неоспоримо доказывает наличие судебной ошибки, то это лицо, понесшее наказание в результате такого осуждения, получает компенсацию согласно закону, если не будет доказано, что указанное неизвестное обстоятельство не было в свое время обнаружено исключительно или отчасти по его вине.

7. Никто не должен быть вторично судим или наказан за преступление, за которое он уже был окончательно осужден или оправдан в соответствии с законом и уголовно-процессуальным правом каждой страны.

Статья 15

1. Никто не может быть признан виновным в совершении какого-либо уголовного преступления вследствие какого-либо действия или упущения, которое, согласно действовавшему в момент его совершения внутригосударственному законодательству или международному праву, не являлось уголовным преступлением. Равным образом, не может назначаться более тяжкое наказание, чем то, которое подлежало применению в момент совершения уголовного преступления. Если после совершения преступления законом устанавливается более легкое наказание, действие этого закона распространяется на данного преступника.

2. Ничто в настоящей статье не препятствует преданию суду и наказанию любого лица за любое деяние или упущение, которые в момент совершения являлись уголовным преступлением согласно общим принципам права, признанным международным сообществом.

Статья 16

Каждый человек, где бы он ни находился, имеет право на признание его правосубъектности.

Статья 17

1. Никто не может подвергаться произвольному или незаконному вмешательству в его личную и семейную жизнь, произвольным или незаконным посягательствам на неприкосновенность его жилища или тайну его корреспонденции или незаконным посягательствам на его честь и репутацию.

2. Каждый человек имеет право на защиту закона от такого вмешательства или таких посягательств.

Статья 18

1. Каждый человек имеет право на свободу мысли, совести и религии. Это право включает свободу иметь или принимать религию или убеждения по своему выбору и свободу исповедовать свою религию и убеждения как единолично, так и сообща с другими, публичным или частным порядком, в отправлении культа, выполнении религиозных и ритуальных обрядов и учении.

2. Никто не должен подвергаться принуждению, умаляющему его свободу иметь или принимать религию или убеждения по своему выбору.

3. Свобода исповедовать религию или убеждения подлежит лишь ограничениям, установленным законом и необходимым для охраны общественной безопасности, порядка, здоровья и морали, равно как и основных прав и свобод других лиц.

4. Участвующие в настоящем Пакте Государства обязуются уважать свободу родителей и в соответствующих случаях законных опекунов, обеспечивать религиозное и нравственное воспитание своих детей в соответствии со своими собственными убеждениями.

Статья 19

1. Каждый человек имеет право беспрепятственно придерживаться своих мнений.

2. Каждый человек имеет право на свободное выражение своего мнения; это право включает свободу искать, получать и распространять всякого рода информацию и идеи, независимо от государственных границ, устно, письменно или посредством печати или художественных форм выражения, или иными способами по своему выбору.

3. Пользование предусмотренными в пункте 2 настоящей статьи правами налагает особые обязанности и особую ответственность. Оно может быть, следовательно, сопряжено с некоторыми ограничениями, которые, однако, должны быть установлены законом и являться необходимыми:

(a) для уважения прав и репутации других лиц;

(b) для охраны государственной безопасности, общественного порядка, здоровья или нравственности населения.

Статья 20

1. Всякая пропаганда войны должна быть запрещена законом.

2. Всякое выступление в пользу национальной, расовой или религиозной ненависти, представляющее собой подстрекательство к дискриминации, вражде или насилию, должно быть запрещено законом.

Статья 21

Признается право на мирные собрания. Пользование этим правом не подлежит никаким ограничениям, кроме тех, которые налагаются в соответствии с законом и которые необходимы в демократическом обществе в интересах государственной или общественной безопасности, общественного порядка, охраны здоровья и нравственности населения или защиты прав и свобод других лиц.

Статья 22

1. Каждый человек имеет право на свободу ассоциации с другими, включая право создавать профсоюзы и вступать в таковые для защиты своих интересов.

2. Пользование этим правом не подлежит никаким ограничениям, кроме тех, которые предусматриваются законом и которые необходимы в демократическом обществе в интересах государственной или общественной безопасности, общественного порядка, охраны здоровья и нравственности населения или защиты прав и свобод других лиц. Настоящая статья не препятствует введению законных ограничений пользования этим правом для лиц, входящих в состав вооруженных сил и полиции.

3. Ничто в настоящей статье не дает право Государствам, участвующим в Конвенции Международной организации труда 1948 года относительно свободы ассоциаций и защиты права на организацию, принимать законодательные акты в ущерб гарантиям, предусматриваемым в указанной Конвенции, или применять закон таким образом, чтобы наносился ущерб этим гарантиям.

Статья 23

1. Семья является естественной и основной ячейкой общества и имеет право на защиту со стороны общества и государства.

2. За мужчинами и женщинами, достигшими брачного возраста, признается право на вступление в брак и право основывать семью.

3. Ни один брак не может быть заключен без свободного и полного согласия вступающих в брак.

4. Участвующие в настоящем Пакте Государства должны принять надлежащие меры для обеспечения равенства прав и обязанностей супругов в отношении вступления в брак, во время состояния в браке и при его расторжении. В случае расторжения брака должна предусматриваться необходимая защита всех детей.

Статья 24

1. Каждый ребенок без всякой дискриминации по признаку расы, цвета кожи, пола, языка, религии, национального или социального происхождения, имущественного положения или рождения имеет право на такие меры защиты, которые требуются в его положении как малолетнего со стороны его семьи, общества и государства.

2. Каждый ребенок должен быть зарегистрирован немедленно после его рождения и должен иметь имя.

3. Каждый ребенок имеет право на приобретение гражданства.

Статья 25

Каждый гражданин должен иметь без какой бы то ни было дискриминации, упоминаемой в статье 2, и без необоснованных ограничений право и возможность:

(a) принимать участие в ведении государственных дел как непосредственно, так и через посредство свободно выбранных представителей;

(b) голосовать и быть избранным на подлинных периодических выборах, производимых на основе всеобщего равного избирательного права при тайном голосовании и обеспечивающих свободное волеизъявление избирателей;

(c) допускаться в своей стране на общих условиях равенства к государственной службе.

Статья 26

Все люди равны перед законом и имеют право без всякой дискриминации на равную защиту закона. В этом отношении всякого рода дискриминация должна быть запрещена законом, и закон должен гарантировать всем лицам равную и эффективную защиту против дискриминации по какому бы то ни было признаку, как-то расы, цвета кожи, пола, языка, религии, политических или иных убеждений, национального или социального происхождения, имущественного положения, рождения или иного обстоятельства.

Статья 27

В тех странах, где существуют этнические, религиозные и языковые меньшинства, лицам, принадлежащим к таким меньшинствам, не может быть отказано в праве совместно с другими членами той же группы пользоваться своей культурой, исповедовать свою религию и исполнять ее обряды, а также пользоваться родным языком.

ЧАСТЬ IV

Статья 28

1. Образуется Комитет по правам человека (именуемый ниже в настоящем Пакте Комитет). Он состоит из восемнадцати членов и выполняет функции, предусматриваемые ниже.

2. В состав Комитета входят лица, являющиеся гражданами участвующих в настоящем Пакте государств и обладающие высокими нравственными качествами и признанной компетентностью в области прав человека, причем принимается во внимание полезность участия нескольких лиц, обладающих юридическим опытом.

3. Члены Комитета избираются и работают в личном качестве.

Статья 29

1. Члены Комитета избираются тайным голосованием из списка лиц, удовлетворяющих требованиям, предусматриваемым в статье 28, и выдвинутых для этой цели участвующими в настоящем Пакте государствами.

2. Каждое участвующее в настоящем Пакте государство может выдвинуть не более двух лиц. Эти лица должны быть гражданами выдвигающего их государства.

3. Любое лицо имеет право на повторное выдвижение.

Статья 30

1. Первоначальные выборы проводятся не позднее, чем через шесть месяцев со дня вступления в силу настоящего Пакта.

2. По крайней мере за четыре месяца до дня каждых выборов в Комитет, кроме выборов для заполнения вакансий, объявляемых открывшимися в соответствии со статьей 34, Генеральный секретарь Организации Объединенных Наций обращается с письменным приглашением к участвующим в настоящем Пакте государствам представить в течение трех месяцев кандидатуры в члены Комитета.

3. Генеральный секретарь Организации Объединенных Наций составляет в алфавитном порядке список всех выдвинутых таким образом лиц с указанием участвующих в настоящем Пакте государств, которые выдвинули этих лиц, и представляет этот список участвующим в настоящем Пакте государствам не позднее, чем за один месяц до даты проведения каждых выборов.

4. Избрание членов Комитета проводится на заседании участвующих в настоящем Пакте государств, созываемом Генеральным секретарем Организации Объединенных Наций в Центральных учреждениях Организации Объединенных Наций. На этом заседании, для которого кворумом является присутствие двух третей участвующих в настоящем Пакте государств, избранными в Комитет являются те лица, кандидатуры которых получают наибольшее число голосов и абсолютное большинство голосов присутствующих и голосующих представителей государств-участников.

Статья 31

1. В Комитет не может входить более чем по одному гражданину одного и того же государства.

2. При выборах в Комитет принимается во внимание справедливое географическое распределение членов и представительство различных форм цивилизации и основных юридических систем.

Статья 32

1. Члены Комитета избираются на четырехлетний срок. Они имеют право быть переизбранными при повторном выдвижении их кандидатур. Однако срок полномочий девяти из тех членов, которые избраны на первых выборах, истекает в конце двухлетнего периода; немедленно после первых выборов имена этих девяти членов определяются по жребию председателем заседания, о котором упоминается в пункте 4 статьи 30.

2. По истечении полномочий выборы производятся в соответствии с предшествующими статьями данной части настоящего Пакта.

Статья 33

1. Если по единогласному мнению других членов какой-либо член Комитета прекратил исполнение своих функций по какой-либо причине, кроме временного отсутствия, Председатель Комитета уведомляет Генерального секретаря Организации Объединенных Наций, который объявляет затем место этого члена вакантным.

2. В случае смерти или выхода в отставку какого-либо члена Комитета Председатель немедленно уведомляет Генерального секретаря Организации Объединенных Наций, который объявляет это место вакантным со дня смерти или с того дня, когда выход в отставку становится действительным.

Статья 34

1. Когда объявляется открывшейся вакансия в соответствии со статьей 33 и если срок полномочий члена, который должен быть заменен, не истекает в течение шести месяцев после объявления этой вакансии, Генеральный секретарь Организации Объединенных Наций уведомляет каждое участвующее в настоящем Пакте государство, которое может в течение двух месяцев представить в соответствии со статьей 29 кандидатуру для заполнения этой вакансии.

2. Генеральный секретарь Организации Объединенных Наций составляет в алфавитном порядке список выдвинутых таким образом лиц и представляет этот список участвующим в настоящем Пакте государствам. Выборы для заполнения вакансии проводятся затем согласно соответствующим положениям данной части настоящего Пакта.

3. Член Комитета, избранный для занятия вакансии, объявленной в соответствии со статьей 33, занимает должность в течение остающейся части срока полномочий члена, который освободил место в Комитете, согласно положениям указанной статьи.

Статья 35

Члены Комитета получают утверждаемое Генеральной Ассамблеей Организации Объединенных Наций вознаграждение из средств Организации Объединенных Наций в порядке и на условиях, устанавливаемых Генеральной Ассамблеей с учетом важности обязанностей Комитета.

Статья 36

Генеральный секретарь Организации Объединенных Наций предоставляет необходимый персонал и материальные средства для эффективного осуществления функций Комитета в соответствии с настоящим Пактом.

Статья 37

1. Генеральный секретарь Организации Объединенных Наций созывает первое заседание Комитета в Центральных учреждениях Организации Объединенных Наций.

2. После своего первого заседания Комитет собирается в такое время, которое предусмотрено в его правилах процедуры.

3. Комитет обычно собирается в Центральных учреждениях Организации Объединенных Наций или Отделении Организации Объединенных Наций в Женеве.

Статья 38

Каждый член Комитета до вступления в исполнение своих обязанностей делает торжественное заявление на открытом заседании Комитета о том, что будет осуществлять свои функции беспристрастно и добросовестно.

Статья 39

1. Комитет избирает своих должностных лиц на двухгодичный срок. Они могут быть переизбраны.

2.Комитет устанавливает свои собственные правила процедуры, но эти правила должны, в частности, предусматривать, что

(a) двенадцать членов Комитета образуют кворум;

(b) После этого во всех случаях, когда того потребует Комитет.

Статья 40

1. Участвующие в настоящем Пакте Государства обязуются представлять доклады о принятых ими мерах по претворению в жизнь прав, признаваемых в настоящем Пакте, и о прогрессе, достигнутом в использовании этих прав: (a) В течение одного года после вступления в силу настоящего Пакта в отношении соответствующих Государств-участников;

(b) После этого во всех случаях, когда того потребует Комитет.

2. Все доклады представляются Генеральному секретарю Организации Объединенных Наций, который направляет их в Комитет для рассмотрения. В докладах указываются факторы и затруднения, если таковые имеются, влияющие на проведение в жизнь настоящего Пакта.

3. Генеральный секретарь Организации Объединенных Наций после консультаций с Комитетом может направить заинтересованным специализированным учреждениям экземпляры тех частей докладов, которые могут относиться к сфере их компетенции.

4. Комитет изучает доклады, представляемые участвующими в настоящем Пакте Государствами. Он препровождает Государствам-участникам свои доклады и такие замечания общего порядка, которые он сочтет целесообразными. Комитет может также препроводить Экономическому и Социальному Совету эти замечания вместе с экземплярами докладов, полученных им от участвующих в настоящем Пакте Государств.

5. Участвующие в настоящем Пакте Государства могут представлять Комитету свои соображения по любым замечаниям, которые могут быть сделаны в соответствии с пунктом 4 настоящей статьи.

Статья 41

1. В соответствии с настоящей статьей участвующее в настоящем Пакте Государство может в любое время заявить, что оно признает компетенцию Комитета получать и рассматривать сообщения о том, что какое-либо Государство-участник утверждает, что другое Государство-участник не выполняет своих обязательств по настоящему Пакту. Сообщения, предусматриваемые настоящей статьей, могут приниматься и рассматриваться только в том случае, если они представлены Государством-участником, сделавшим заявление о признании для себя компетенции этого Комитета. Комитет не принимает никаких сообщений, если они касаются Государства-участника, не сделавшего такого заявления. Сообщения, полученные согласно настоящей статье, рассматриваются в соответствии со следующей процедурой:

(a) Если какое-либо участвующее в настоящем Пакте Государство находит, что другое Государство-участник не проводит в жизнь постановлений настоящего Пакта, то оно может письменным сообщением довести этот вопрос до сведения указанного государства-участника. В течение трех месяцев после получения этого сообщения получившее его Государство представляет в письменной форме пославшему такое сообщение Государству объяснение или любое другое заявление с разъяснением по этому вопросу, где должно содержаться, насколько это возможно и целесообразно, указание на внутренние процедуры и меры, которые были приняты, будут приняты или могут быть приняты по данному вопросу.

(b) Если вопрос не решен к удовлетворению обоих заинтересованных Государств-участников в течение шести месяцев после получения получающим Государством первоначального сообщения, любое из этих Государств имеет право передать этот вопрос в Комитет, уведомив об этом Комитет и другое Государство;

(c) Комитет рассматривает переданный ему вопрос только после того, как он удостоверится, что в соответствии с общепризнанными принципами международного права все доступные внутренние средства были испробованы и исчерпаны в данном случае. Это правило не действует в тех случаях, когда применение этих средств неоправданно затягивается;

(d) При рассмотрении сообщений, предусматриваемых настоящей статьей, Комитет проводит закрытые заседания;

(e) С соблюдением постановлений подпункта (c) Комитет оказывает свои добрые услуги заинтересованным Государствам-участникам в целях дружественного разрешения вопроса на основе уважения прав человека и основных свобод, признаваемых в настоящем Пакте;

(f) По любому переданному на его рассмотрение вопросу Комитет может обратиться к заинтересованным Государствам-участникам, упомянутым в подпункте (b), c просьбой представить любую относящуюся к делу информацию;

(g) Заинтересованные Государства-участники, упомянутые в подпункте (b), имеют право быть представленными при рассмотрении в Комитете вопроса и делать представления устно и/или письменно;

(h) Комитет представляет в течение двенадцати месяцев со дня уведомления в соответствии с подпунктом (b) доклад:

(i) Если достигается решение в рамках постановления подпункта (e), то Комитет ограничивается в своем докладе кратким изложением фактов и достигнутого решения;

(ii) Если решение в рамках постановлений подпункта e не достигнуто, то Комитет ограничивается в своем докладе кратким изложением фактов; письменные представления и запись устных представлений, данных заинтересованными Государствами-участниками, прилагаются к докладу.

2. Постановления настоящей статьи вступают в силу, когда десять участвующих в настоящем Пакте Государств сделают заявление в соответствии с пунктом 1 настоящей статьи. Такие заявления депонируются Государствами-участниками у Генерального секретаря Организации Объединенных Наций, который препровождает их копии остальным Государствам-участникам. Заявление может быть в любое время взято обратно уведомлением Генерального секретаря. Такое действие не препятствует рассмотрению любого вопроса, являющегося предметом сообщения, уже переданного в соответствии с настоящей статьей; никакие последующие сообщения любого Государства-участника не принимаются после получения Генеральным секретарем уведомления о взятии заявления обратно, если заинтересованное Государство-участник не сделало нового заявления.

Статья 42

1.

(a) Если какой-либо вопрос, переданный Комитету в соответствии со статей 41, не разрешен к удовлетворению заинтересованных Государств-участников, Комитет может с предварительного согласия заинтересованных Государств-участников назначить специальную Согласительную комиссию (в дальнейшем именуемую «Комиссия»). Добрые услуги Комиссии предоставляются заинтересованным Государствам-участникам в целях полюбовного разрешения данного вопроса на основе соблюдений положений настоящего Пакта;

(b) Комиссия состоит из пяти лиц, приемлемых для заинтересованных Государств-участников. Если заинтересованные Государства-участники не достигнут в течение трех месяцев согласия относительно всего состава или части состава Комиссии, то те члены Комиссии, о назначении которых не было достигнуто согласия, избираются путем тайного голосования большинством в две трети голосов Комитета из состава его членов.

2. Члены Комиссии выполняют обязанности в своем личном качестве. Они не должны быть гражданами заинтересованных Государств- участников или Государства, не участвующего в настоящем Пакте, или Государства-участника, которое не сделало заявления в соответствии со статей 41.

3. Комиссия избирает своего Председателя и устанавливает свои собственные правила процедуры.

4. Заседания Комиссии обычно проводятся в Центральных учреждениях Организации Объединенных Наций или в Отделении Организации Объединенных Наций в Женеве. Однако они могут проводится в таких других удобных местах, которые могут быть определены Комиссией в консультации с Генеральным секретарем Организации Объединенных Наций и соответствующими Государствами-участниками.

5. Секретариат, предоставляемый в соответствии со статьей 36, также обслуживает комиссии, назначаемые на основании настоящей статьи.

6. Полученная и изученная Комитетом информация предоставляется в распоряжение Комиссии, и Комиссия может обратиться к заинтересованным Государствам-участникам с просьбой представить любую относящуюся к делу информацию.

7. Когда Комиссия полностью рассмотрит вопрос, но во всяком случае не позднее чем через 12 месяцев после того, как ей был передан данный вопрос, она представляет Председателю Комитета доклад для направления его заинтересованным Государствам-участникам:

(a) Если Комиссия не может завершить рассмотрения данного вопроса в пределах двенадцати месяцев, она ограничивает свой доклад кратким изложением состояния рассмотрения ею данного вопроса;

(b) Если достигается полюбовное разрешение данного вопроса на основе соблюдения прав человека, признаваемых в настоящем Пакте, Комиссия ограничивает свой доклад кратким изложением фактов и достигнутого решения;

(c) Если решение, указанное в подпункте (b), не достигается, доклад Комиссии содержит ее заключения по всем вопросам фактического характера, относящимся к спору между заинтересованными Государствами-участниками, и ее соображения о возможностях полюбовного урегулирования этого вопроса. Этот доклад также содержит письменные представления и запись устных представлений, сделанных заинтересованными Государствами-участниками;

(d) Если доклад Комиссии представляется согласно подпункту (c), заинтересованные Государства-участники в течение трех месяцев после получения этого доклада уведомляют Председателя Комитета о том, согласны ли они с содержанием доклада Комиссии.

8. Постановления настоящей статьи не умаляют обязанностей Комитета, предусмотренных в статьей 41.

9. Заинтересованные Государства-участники в равной мере несут все расходы членов Комиссии в соответствии со сметой, представляемой Генеральным секретарем Организации Объединенных Наций.

10. Генеральный секретарь Организации Объединенных Наций имеет право оплачивать расходы членов Комиссии, если необходимо, до их возмещения заинтересованными Государствами-участниками в соответствии с пунктом 9 настоящей статьи.

Статья 43

Члены Комитета и специальных согласительных комиссий, которые могут быть назначены согласно статье 42, имеют право на льготы, привилегии и иммунитеты экспертов, направляемых Организацией Объединенных Наций в командировки, как это предусмотрено в соответствующих разделах Конвенции о привилегиях и иммунитетах Организации Объединенных Наций.

Статья 44

Положения об осуществлении настоящего Пакта применяются без ущерба для процедур в области прав человека, предписываемых учредительными актами и конвенциями Организации Объединенных Наций и специализированных учреждений или в соответствии с ними, и не препятствуют участвующим в настоящем Пакте Государствам прибегать к другим процедурам разрешения спора на основании действующих между ними общих и специальных международных соглашений.

Статья 45

Комитет представляет Генеральной Ассамблее Организации Объединенных Наций через Экономический и Социальный Совет ежегодный доклад о своей работе.

ЧАСТЬ V

Статья 46

Ничто в настоящем Пакте не должно толковаться как умаление значения постановлений Устава Организации Объединенных Наций и уставов специализированных учреждений, которые определяют соответствующие обязанности различных органов Организации Объединенных Наций и специализированных учреждений по тем предметам, к которым относится настоящий Пакт.

Статья 47

Ничто в настоящем Пакте не должно толковаться как ущемление неотъемлемого права всех народов обладать и пользоваться в полной мере и свободно своими естественными богатствами и ресурсами.

ЧАСТЬ VI

Статья 48

1. Настоящий Пакт открыт для подписания любым государством-членом Организации Объединенных Наций или членом любого из ее специализированных учреждений, любым государством-участником Статута Международного Суда и любым государством, приглашенным Генеральной Ассамблеей Организации Объединенных Наций к участию в настоящем Пакте.

2. Настоящий Пакт подлежит ратификации. Ратификационные грамоты депонируются у Генерального секретаря Организации Объединенных Наций.

3. Настоящий Пакт открыт для присоединения любого государства, указанного в пункте 1 настоящей статьи.

4. Присоединение совершается депонированием документа о присоединении у Генерального секретаря Организации Объединенных Наций.

5. Генеральный секретарь Организации Объединенных Наций уведомляет все подписавшие настоящий Пакт или присоединившиеся к нему государства о депонировании каждой ратификационной грамоты или документа о присоединении.

Статья 49

1. Настоящий Пакт вступает в силу спустя три месяца со дня депонирования у Генерального секретаря Организации Объединенных Наций тридцать пятой ратификационной грамоты или документа о присоединении.

2. Для каждого государства, которое ратифицирует настоящий Пакт или присоединится к нему после депонирования тридцать пятой ратификационной грамоты или документа о присоединении, настоящий Пакт вступает в силу спустя три месяца со дня депонирования его собственной ратификационной грамоты или документа о присоединении.

Статья 50

Постановления настоящего Пакта распространяются на все части федеративных Государств без каких бы то ни было ограничений или изъятий.

Статья 51

1. Любое участвующее в настоящем Пакте государство может предлагать поправки и представлять их Генеральному секретарю Организации Объединенных Наций. Генеральный секретарь Организации Объединенных Наций препровождает затем любые предложенные поправки участвующим в настоящем Пакте государствам с просьбой сообщить ему, высказываются ли они за созыв конференции государств-участников с целью рассмотрения этих предложений и проведения по ним голосования. Если по крайней мере одна треть государств-участников выскажется за такую конференцию, Генеральный секретарь созывает эту конференцию под эгидой Организации Объединенных Наций. Любая поправка, принятая большинством государств-участников, присутствующих и участвующих в голосовании на этой конференции, представляется Генеральной Ассамблее Организации Объединенных Наций на утверждение.

2. Поправки вступают в силу по утверждении их Генеральной Ассамблеей Организации Объединенных Наций и принятии их большинством в две трети участвующих в настоящем Пакте государств в соответствии с их конституционными процедурами.

3. Когда поправки вступают в силу, они становятся обязательными для тех государств-участников, которые их приняли, а для других государств-участников остаются обязательными постановления настоящего Пакта и любые предшествующие поправки, которые ими приняты.

Статья 52

1. Независимо от уведомлений, делаемых согласно пункту 5 статьи 48, Генеральный секретарь Организации Объединенных Наций уведомляет все государства, о которых идет речь в пункте 1 той же статьи, о нижеследующем:

(a) подписаниях, ратификациях и присоединениях согласно статье 48;

(b) дате вступления в силу настоящего Пакта согласно статье 49 и дате вступления в силу любых поправок согласно статье 51.

Статья 53

1. Настоящий Пакт, английский, испанский, китайский, русский и французский тексты которого равно аутентичны, подлежит сдаче на хранение в архив Организации Объединенных Наций.

2. Генеральный секретарь Организации Объединенных Наций препровождает заверенные копии настоящего Пакта всем государствам, указанным в статье 48.

Система современных обществ. Глава 1. Теоретические ориентиры — Гуманитарный портал

Системы действия и социальные системы

Мы рассматриваем социальные подсистемы 1 как составную часть более общей системы действия, другими составляющими которой являются культурные подсистемы, личностные подсистемы и поведенческие организмы, — все это абстракции, аналитически вычленяемые из реального потока социального взаимодействия. В нашем подходе три только что перечисленные подсистемы общей системы действия трактуются по отношению к социальной подсистеме как компоненты её окружающей среды. Такое толкование не вполне обычно, особенно в том, что касается представлений о личностных свойствах индивидов. Полностью обоснования такого подхода представлены в других моих работах, здесь же для понимания последующего изложения важно помнить, что ни социальная, ни личностная подсистемы не являют собой нечто реально существующее.

Различение четырёх указанных подсистем действия носит функциональный характер. Оно проводится на основе четырёх первичных функций, присущих, по нашим представлениям, любым системам действия, — это функции воспроизводства образца, интеграции, целедостижения и адаптации 2.

Первичная интегративная проблема любой системы действия состоит в координации составляющих её элементов, прежде всего человеческих индивидов, хотя в определённых целях в качестве субъектов действия, можно рассматривать и коллективы. Интегративная функция приписывается здесь преимущественно социальной системе.

За культурной системой закрепляется в основном функция сохранения и воспроизводства образца, равно как и творческого его преобразования. Если в социальных системах на первом месте стоят проблемы социального взаимодействия, то культурные системы складываются вокруг комплексов символических значений — кодов, на основе которых они структурируются, особых сочетаний символов, в них используемых, условий их использования, сохранения и изменения как частей систем действия.

Личности индивида отводится главным образом исполнение целедостиженческой функции. Личностная система — это главный исполнитель процессов действия и, значит, воплощения культурных принципов и предписаний. На уровне вознаграждения, в смысле мотивации, главной целью действия является обеспечение личных потребностей или удовлетворённость личности.

Поведенческий организм трактуется как адаптивная подсистема, как сосредоточение основных возможностей человека, на которые опираются остальные системы. В нём содержатся условия, с которыми должно сообразовываться действие, и основные механизмы взаимодействия с физической средой, в частности механизм получения и обработки информации в центральной нервной системе и механизм двигательной реакции на требования физической среды. Все эти взаимосвязи схематично представлены в таблице 1.

Таблица № 1. Действие

Подсистемы: Преимущественные функции:
Социальная Интеграция
Культурная Воспроизводство образца
Личностная Целедостижение
Организм Адаптация
Затемнённая часть таблицы представляет собой окружающую среду социальной подсистемы.

В этой таблице представлено самое примитивное схематическое описание основных подсистем и соответствующих им функций, присущих общей системе действия, в которой социальная подсистема является одной из четырёх подсистем, которая специализируется на выполнении интегративной функции. Несколько более развёрнутая схема дана в таблице 1 в книге «Societies…» (p 26), а общее обоснование схемы представлено в работе: Some problems of general theory in sociology. // Theoretical Sociology. / Ed by J. C. McKrnney, E. Tyriakian. До Y.: Appleton — Century — Crofts, 1970.

Есть две системы реальности, которые по отношению к системе действия являются её средой, а не составляющими в принятом нами аналитическом контексте. Первая из них — это физическая среда, которая включает в себя не только явления, описываемые в терминах физики и химии, но и мир живых организмов, если только они не интегрированы в систему действия. Вторую систему, которую мы представляем независимой как от физической среды, так и от самих систем действия, назовём в русле философских традиций «высшей реальностью». Это касается того, что М. Вебер 3 называл «проблемой смысла» человеческих действий и что она связана с системой действия посредством структурирования в культурной системе смысловых ориентации, которые включают в себя познавательные «ответы», отнюдь не ограничиваясь ими 4.

При анализе взаимоотношений между четырьмя подсистемами действия, а также между ними и средой действия важно не упускать из виду явление взаимопроникновения. Возможно, наиболее известным примером взаимопроникновения может служить интернализация социальных объектов и культурных норм в личности индивида. Другим примером является приобретаемое путём обучения содержание опыта, которое систематизируется и хранится в аппарате памяти индивида. Можно упомянуть также институционализацию нормативных компонентов культурных систем в качестве конститутивных структур социальных систем.

По нашему мнению, граница между любой парой систем действия представляет собой некую «зону» структурных компонентов или образований, которые могут теоретически рассматриваться как принадлежащие обеим системам, а не просто относимые к какой-то одной из них. Так, например, было бы неверно утверждать, что извлекаемые из социального опыта нормы поведения, которые и 3. Фрейд (в понятии суперэго), и Э. Дюркгейм (в понятии коллективного сознания) рассматривали как составную часть личности индивида, должны считаться либо таковой, либо частью социальной системы 5.

Именно благодаря зонам взаимопроникновения может осуществляться процесс взаимообмена между системами. Это особенно верно в отношении уровней символических значений и обобщённых мотиваций. Чтобы быть способными к символической «коммуникации», индивиды должны располагать общими для них культурно организованными кодами (например, языком), которые одновременно интегрированы и в системы их социальных взаимодействий. Чтобы личность могла пользоваться хранящейся в центральной нервной системе информацией, поведенческий организм должен иметь механизмы мобилизации и поиска, которые посредством интерпретации обслуживают мотивации, организованные на личностном уровне.

Таким образом, социальные системы предстают как системы «открытые», находящиеся в состоянии постоянного взаимообмена на входах и выходах в окружающую среду. Кроме того, они изначально дифференцированы на различные подсистемы, которые также постоянно вовлечены в процессы взаимообмена.

Социальные системы — это системы, образуемые состояниями и процессами социального взаимодействия между действующими субъектами. Если бы свойства взаимодействия можно было вывести из свойств действующих субъектов, то социальные системы были бы эпифеноменом, на чём настаивают «индивидуалистские» социальные теории. Наша позиция здесь резко противоположна. Она исходит, в частности, из утверждения Дюркгейма, согласно которому общество — и другие социальные системы — есть реальность suigeneris.

Структуру социальных систем можно анализировать, применяя четыре типа независимых переменных: ценности, нормы, коллективы и роли 6. Ценности занимают ведущее место в том, что касается исполнения социальными системами функции по сохранению и воспроизводству образца, так как они суть не что иное, как представления о желаемом типе социальной системы, которые регулируют процессы принятия субъектами действия определённых обязательств. Нормы, основная функция которых — интегрировать социальные системы, конкретны и специализированы применительно к отдельным социальным функциям и типам социальных ситуаций. Они не только включают элементы ценностной системы, конкретизированные применительно к соответствующим уровням в структуре социальной системы, но и содержат конкретные способы ориентации для действия в функциональных и ситуационных условиях, специфичных для определённых коллективов и ролей. Коллективы принадлежат к числу тех структурных компонентов, для которых наиболее важна целедостиженческая функция. Отбрасывая многочисленные случаи крайне неустойчивых групповых систем, таких, как толпа, мы считаем коллективом только такие, которые отвечают двум критериям.

Во-первых, они должны иметь определённый статус членства, так что в целом может быть проведено чёткое различение членов и не членов данного коллектива — критерий, применимый в широком спектре случаев — от элементарной семьи до политических сообществ. Во-вторых, внутри коллектива должна наличествовать дифференциация его членов по статусам и функциям, так что от некоторых членов ожидается, что они будут делать нечто определённое, то — чего не ожидают от других. Роль — это такой структурный компонент, который в первую очередь выполняет адаптивную функцию. С её помощью определяется класс индивидов, которые посредством взаимных ожиданий включаются в тот или иной коллектив. Поэтому роли охватывают основные зоны взаимопроникновения социальной системы и личности индивида. Какая-то отдельно взятая роль, однако, никогда не составляет отличительную особенность конкретного индивида. Отец является особенным отцом только для своих детей, с точки же зрения ролевой структуры своего общества он всего лишь один из категории отцов. Одновременно он также участвует во множестве других видов взаимодействия, например, выполняет свою роль в профессиональной структуре.

То, что социальные системы представляют собой реальность suigeneris, в частности, означает, что все перечисленные типы их структурных компонентов являются по отношению друг к другу независимыми переменными. Так, например, высокоабстрактные ценностные образцы вовсе не всегда узаконивают одни и те же нормы, коллективы и роли при любых обстоятельствах. Точно так же многие нормы регулируют действия бесчисленного множества коллективов и ролей, но лишь в определённой части их действий. Поэтому коллектив обычно функционирует под контролем большого числа специальных норм. В нём всегда наличествует множество ролей, хотя почти каждая значительная роль исполняется во множестве конкретных коллективов. Тем не менее социальные системы состоят из комбинаций этих структурных компонентов. Чтобы достичь стабильной институционализации, коллективы и роли должны «руководствоваться» конкретными ценностями и нормами, а сами ценности и нормы институционализируются только постольку, поскольку они «воплощаются в жизнь» конкретными коллективами и ролями.

Понятие общества

Мы определяем общество как такой тип социальной системы, который обладает наивысшей степенью самодостаточности относительно своей среды, включающей и другие социальные системы 7. Полная самодостаточность, однако, была бы несовместима со статусом общества как подсистемы системы действия. Любое общество для сохранения себя в качестве системы зависит от того, что оно получает в порядке взаимообмена с окружающими системами. И, значит, самодостаточность в отношении среды означает стабильность отношений взаимообмена и способность контролировать взаимообмен в интересах своего функционирования. Этот контроль может варьироваться от способности предотвратить или «пресечь» какие-то нарушения до способности благоприятным для себя образом формировать отношения со средой.

Физическая среда имеет для общества адаптивное значение в том смысле, что она является непосредственным источником материальных ресурсов, которые используются обществом посредством своих производственных, технологических и экономических механизмов. Распределение доступа к материальным ресурсам, будучи связано с системой разделения труда через экологический аспект жизни общества, требует решения вопросов территориального размещения различных подгрупп населения, а также закрепления за ними различных экономических интересов. У физической среды есть и второй значимый для общества аспект (ввиду важности физической силы для сдерживания нежелательных действий), в соответствии с которым эффективное социетальное целедостижение нуждается в контроле над действиями в пределах определённой территории. Поэтому мы имеем дело с двумя проявлениями самодостаточности общества, которые относятся, соответственно, к экономическому и политическому функционированию в отношениях с физическим окружением — через технологию и организованное использование силы при исполнении военных и полицейских функций.

Третье проявление социетальной самодостаточности относится к личностным системам индивидуальных членов общества, находящихся в особого рода взаимопроникновении с его организмами. Организм непосредственно связан с территориальным комплексом по той простой причине, что действия всегда свершаются в каком-то месте. Но его основная связь с социальной системой осуществляется через личность; главная зона взаимопроникновения — это статус членства. Общество может быть самодостаточным только в той мере, в какой оно может «полагаться» на то, что деяния его членов будут служить адекватным «вкладом» в его социетальное функционирование. В случае взаимоотношений личности и общества их абсолютная интеграция необходима не более, чем в других случаях взаимообмена, предполагающих самодостаточность. Но если подавляющее большинство членов какого-то общества испытывает крайнее «отчуждение», то говорить об этом обществе как самодостаточном нельзя.

Интеграция в общество его членов подразумевает наличие зоны взаимопроникновения между социальной и личностной системами. Однако отношение здесь в основном трёхстороннее, поскольку части культурной системы, так же как и части социальной структуры, интернализованы в личностях, но в то же время части культурной системы институционализированы в обществе.

На социальном уровне институционализированные ценностные образцы выступают в виде «коллективных представлений» 8, которые определяют желаемый тип социальной системы. Эти представления соотносятся с концепциями типов социальных систем, с помощью которых индивиды ориентируются при реализации себя в качестве членов общества. Следовательно, именно консенсус членов общества по поводу ценностной ориентации их собственного общества означает институционализацию ценностного образца. Безусловно, такого рода консенсус достигается в разной степени. И в этом контексте самодостаточность определяется степенью, в которой институты общества легитимизированы согласованными ценностными приверженностями его членов 9.

На уровне культуры социальные ценности составляют лишь часть более обширной системы ценностей, поскольку оценке подлежат и все иные классы объектов, входящие в систему действия. Ценности также находятся в определённых отношениях с другими компонентами культурной системы — эмпирическим знанием, системами экспрессивных символов и конститутивными символическими структурами, образующими ядро религиозных систем 10.

В конечном счёте ценности легитимизируются главным образом в религиозных терминах. В контексте культурной легитимизации, таким образом, общество является самодостаточным в той мере, в какой его институты легитимизированы ценностями, которые разделяются его членами с относительным согласием и которые в свою очередь легитимизированы благодаря соответствию членов общества другим компонентам культурной системы, в особенности её конститутивному символизму.

Важно помнить, что культурные системы не полностью совпадают с социальными системами, включая и общества. Наиболее значительные культурные системы обычно бывают, в различных вариантах, институционализированы во множестве обществ, в которых наличествуют и субкультуры. Например, культурная система, сложившаяся на базе западного христианства, является общей, со множеством оговорок и вариантов, для всей европейской системы модернизованных обществ.

Далее в книге обсуждаются два способа отношений одного общества к другим. Во-первых, все общества, о которых можно говорить как о «политически организованных», находятся с другими обществами в различного типа «международных отношениях», дружественных или враждебных.

Мы расширим это представление, полагая, что такие отношения сами образуют некую социальную систему, которую можно анализировать с помощью тех же общих понятий, что и другие типы социальных систем. Во-вторых, какая-то социальная система может быть образована из социальных структур, членов и культур, принадлежащих двум или более обществам.

Такие социальные системы многочисленны и многообразны. Американские иммигрантские семьи часто сохраняют действенные связи с родственниками на «старой родине», так что их системы родства имеют американское и иностранное «ответвления». Нечто подобное можно сказать и относительно многих деловых компаний, профессиональных ассоциаций и религиозных объединений. Хотя, например, римско-католическая церковь и представляет собой социальную систему, совершенно очевидно, что она не является обществом, поскольку по нашим критериям её самодостаточность очень низка. Минимален её контроль над экономическими ресурсами через организацию производства; у неё нет автономного политического контроля над территориями; во многих обществах её члены представляют собой меньшинство.

Таким образом, мы принимаем в расчёт социальные системы, имеющие «наднациональный» характер, так как в их составе наличествует множество обществ, и имеющие «межнациональный» характер, члены которых принадлежат многим обществам.

Подсистемы общества

В соответствии с нашей четырёхфункциональной схемой, предназначенной для анализа систем действия, мы аналитически делим общество на четыре основные подсистемы (как показано в таблице 2). Так, подсистема сохранения и воспроизводства образца преимущественно касается отношений общества с культурной системой и через неё с высшей реальностью; целедостиженческая, или политическая, подсистема — отношений с личностными системами индивидов; адаптивная, или экономическая, подсистема — отношений с поведенческим организмом и через него с материальным миром.

Эти различения носят наиболее явственный и наиболее важный характер применительно к обществам, далеко продвинутым по шкале модернизации. Однако сама сложность отношений как между подсистемами системы действия, так и между подсистемами общества мешает чётко проводить эти различения. Например, структуры родства могут быть помещены в каждую из трёх упомянутых подсистем. Через своё отношение к питанию, сексу, биологическому происхождению и месту обитания они замыкаются на организм и физическую среду. Как первичный источник начального приобщения к ценностям, нормам и средствам коммуникации они тесным образом связаны с системой воспроизводства образца. Как первичный источник социализации они выходят на политическую подсистему.

В рамках такого рассмотрения ядром общества как разновидности социальной системы является четвёртый компонент — его интегративная подсистема. Поскольку мы интерпретируем (социальную систему как интегративную для систем действия в целом, то особое внимание надо уделять тому, как она обеспечивает или, наоборот, не обеспечивает различные порядки и уровни внутренней интеграции. Эта интегративная подсистема общества будет называться социетальным сообществом.

Возможно, самой общей функцией социетального сообщества является сочленение системы норм с коллективной организацией, обладающей единством и внутренней логикой. Следуя Веберу, мы называем нормативный аспект системы легитимным порядком», а коллективный аспект предлагаем именовать социетальным сообществом, обладающим свойствами единого, имеющего определённые границы коллектива. Социетальный порядок требует ясной и определённой интеграции в смысле последовательности нормативного строя, с одной стороны, и социетальной «гармонии» и «координированное» — с другой 11. Более того, необходимо, чтобы нормативно определённые обязательства были усвоены, в то время как коллективы при выполнении своих функций и для отстаивания своих законных интересов должны иметь в своём распоряжении нормативную санкцию. Таким образом, нормативный порядок на социетальном уровне содержит «решение» поставленной Т. Гоббсом проблемы — как уберечь человеческие отношения от вырождения в «войну всех против всех».

Таблица № 2. Общество или более обобщённо — социальная система

Подсистемы: Структурные компоненты: Аспекты процесса развития: Основная функция:
Социетальное сообщество Нормы Включение Интеграция
Воспроизводство образца или фидуциарная подсистема Ценности Генерализация ценностей Воспроизводство образца
Политика Коллективы Дифференциация Целедостижение
Экономика Роли Повышение адаптивного потенциала Адаптация
В этой таблице предпринята попытка представить в несколько более развёрнутом виде четырёхфункциональную парадигму применительно к обществу или любой другой разновидности социальной системы, играющей роль интегративной подсистемы в общей системе действия. Социетальное сообщество, занимающее в данном анализе место главной подсистемы, помещено в левую колонку; остальные три следуют за ней. Во второй колонке этому набору соответствуют выделенные по тем же функциональным критериям четыре основных структурных компонента социальных систем. Третья колонка содержит соответствующую классификацию аспектов динамических процессов, происходящих в социальных системах; эти категории будут широко использованы в последующем анализе. Наконец, в четвёртой колонке повторены обозначения основных функций.

За исключением парадигмы, относящейся к развитию, эта схема была полностью представлена в более ранней работе «Theories of society» в разделе «General introduction, Part II: An outline of the social system». Для лучшего понимания таблиц 1 и 2 данной книги обратитесь также к таблицам 1 и 2 в книге «Societies…» (р. 28, 29) и к сопровождающим их пояснениям.

Важно не допускать трактовку структуры социетальных норм как монолитной целостности. Поэтому мы аналитически различаем четыре её составляющих, хотя в конкретной реальности они в высшей степени перемешаны между собой. Наши различения касаются оснований обязанностей и прав, а также характера санкций за нарушение норм и вознаграждений за их соблюдение или за высокий уровень их исполнения.

Ядро: социетальное сообщество

Наше центральное понятие — социетальное сообщество звучит несколько непривычно, вероятно из-за того, что проблемы, охватываемые им, обычно обсуждаются в терминах политики или религии, а не в социальном плане. На наш взгляд, основная функция этой интегративной подсистемы состоит в том, чтобы определять обязательства, вытекающие из лояльности по отношению к социетальному коллективу, как для его членов в целом, так и для различных категорий дифференцированных статусов и ролей внутри общества.

Так, в большинстве современных обществ готовность к военной службе является проверкой лояльности для мужчин, но не для женщин. Лояльность состоит в готовности откликнуться на должным образом «обоснованный» призыв, сделанный от лица коллектива или во имя «общественного» интереса или потребности. Нормативная проблема состоит в определении тех случаев, когда подобный отклик устанавливает обязанность. В принципе в лояльности нуждается любой коллектив, но особую важность она имеет для социетального сообщества. Обычно от имени и в интересах социетальной лояльности выступают государственные органы, они же следят за выполнением соответствующих норм. Однако существуют и другие общественные инстанции, пользующиеся таким же правом, как государство, но не являющиеся просто разновидностями его структур.

Особую важность представляют отношения между лояльностями подгрупп и индивидов по отношению к социетальному коллективу, то есть всему обществу, и по отношению к другим коллективам, членами которых они являются. Фундаментальной чертой всех человеческих обществ является ролевой плюрализм, участие одних и тех же людей в ряде коллективов. Не вдаваясь в подробности, можно сказать, что расширение ролевого плюрализма является важной составляющей процессов дифференциации, ведущих к становлению общества современного типа. Поэтому одной из значительных проблем интеграции, стоящих перед социетальным сообществом, является проблема регулирования лояльностей его членов по отношению к нему самому и к другим различным коллективам.

Индивидуалистская социальная теория настойчиво преувеличивала значимость индивидуального «личного интереса», в его психологическом смысле, как препятствия, стоящего перед интеграцией социальных систем. В целом же личные мотивы индивидов эффективно канализируются в социальную систему через лояльность и членство в различных по отношению к ним коллективах. Непосредственной проблемой для большинства индивидов является проблема выбора и уравновешивания своих обязательств в случаях конфликта конкурирующих между собой лояльностей. Например, нормальный взрослый мужчина в обществах современного типа одновременно является работником и членом семьи. И хотя требования, предъявляемые этими двумя ролями, часто находятся в конфликте, большинство мужчин жизненно заинтересованы в сохранении лояльности обеим ролям.

Социетальное сообщество представляет собой сложную сеть взаимопроникающих коллективов и коллективных лояльностей, систему, для которой характерны дифференциация и сегментация. Так, семейные ячейки, деловые фирмы, церкви, правительственные учреждения, учебные заведения, и так далее — отделены друг от друга (дифференцированы). К тому же каждый такой тип коллектива состоит из множества конкретных коллективов, например из множества семей, каждая из которых насчитывает лишь несколько человек, и из многих локальных сообществ.

Лояльность по отношению к социетальному сообществу должна занимать высокое место в любой устойчивой иерархии лояльностей и потому является предметом особой заботы всего общества. И всё-таки высшее место в этой иерархии принадлежит не ей. Следует подчеркнуть значимость культурной легитимизации нормативного порядка общества, поскольку именно ей принадлежит наивысшая позиция. В первую очередь она действует через институционализацию системы ценностей, которая является составной частью и социетальной, и культурной систем. Затем выборочные ценности, являющиеся конкретизациями общих ценностных образцов, становятся частью каждой конкретной нормы, интегрированной в легитимный порядок. В системе норм, которые управляют лояльностями, следовательно, права и обязанности различных коллективов должны быть согласованы не только между собой, но и с легитимными основаниями порядка в целом 12.

С иерархической точки зрения нормативное упорядочение социетального сообщества в терминах членства подразумевает существование стратификационной шкалы — шкалы признаваемого и легитимизированного (в той мере, в какой усвоены нормы и ценности) престижа входящих в это сообщество в качестве его членов коллективов, отдельных лиц, а также статусов и ролей, распространённых в этом сообществе. Оно должно быть скоординировано как с универсальными нормами, определяющими статус членства, так и с определённым разделением функций коллективов, статусов и ролей, которое в общем-то не обязательно предполагает наличие иерархии. Конкретная стратификационная система, таким образом, представляет собой сложную функцию всех этих составляющих.

Ввиду существования ролевого плюрализма возникает особо сложная проблема статуса индивидов в стратификационной системе. Стратификационные механизмы исторически имели обыкновение рассматривать индивидов прежде всего с точки зрения их принадлежности к большим коллективным системам, членство в которых определяло их статус. Подобную роль играли родовые коллективы, этнические группы, сословия, социальные классы. Однако современное общество требует высвобождения индивидуальных статусов из такого рода коллективных уз, с чем и связан особый характер современных систем стратификации 13.

Положение коллектива или индивида в стратификационной системе измеряется уровнем его престижа или способностью оказывать влияние. Последнее мы рассматриваем как одно из обобщённых символических средств социетального взаимообмена, наряду с деньгами и властью. Оно состоит в способности добиваться от других социальных агентов желаемых решений, не предъявляя им в качестве соблазна какого-то ценного quid proquo и не угрожая им какими-либо пагубными последствиями. Это влияние должно действовать через убеждение объекта воздействия в том, что то решение, которое внушает ему субъект влияния, означает действие в интересах коллективной системы, с которой оба они солидарны. Оно прежде всего апеллирует к коллективному интересу, но обычно исходит из того, что обе стороны, обеспечивая коллективный интерес и взаимную солидарность, удовлетворяют и свои частные интересы.

Типичным случаем использования влияния является уговаривание вступить в контрактные отношения, основанные на «честном слове», или проголосовать за определённого политического кандидата. Влияние может обмениваться на какие-то подходящие случаю блага или на другие формы влияния в том смысле, в каком денежные ресурсы могут использоваться для покупки товаров, а могут накапливаться или обмениваться на другую валюту. Влияние может обмениваться и на другие обобщённые средства обмена, такие, как деньги или власть 14.

Социетальное сообщество и воспроизводство образца

Основания культурной легитимизации трансцендентны по отношению к конкретному и случайному характеру интересов, влияния и солидарности, выступая на социетальном уровне в виде ценностных приверженностей. В противоположность лояльности, проявляемой к коллективу, отличительной чертой ценностных приверженностей при исполнении обязательств является их большая независимость от соображений цены, выгоды или убытков, от текущих потребностей социума или окружающей среды. Нарушение ценностных обязательств определяется как совершение нелегитимного деяния; наоборот, следование долгу является делом чести и совести, которые, в свою очередь, не могут быть представлены без понятий бесчестия и вины.

Хотя подобные формулировки могут звучать чрезмерно запретительно, на самом деле именно таковыми и бывают ценностные обязательства, а вид и степень воздействия их свойства накладывать запреты зависят от целого ряда факторов. Как правило, приверженность ценностям предполагает обязанность совершать конкретные действия по их реализации. Особенно если ценностная система имеет «активистский» характер, что в большинстве случаев присуще современным обществам, то это предполагает реалистическое признание вполне определённых условий для коллективного действия. Так, ценностные системы включают в себя категорию обязательств перед «ценностно обоснованными объединениями», солидарность в рамках легитимных коллективных взаимодействий и предприятий.

Какие объединения являются ценностно обоснованными — это по-разному решается в конкретных обществах. Редко бывает возможно обеспечить легитимность ассоциации, связывая легитимизацию с вполне конкретными действиями, поскольку субъекты действия, чтобы иметь возможность реализовать свои ценности в меняющихся обстоятельствах, должны обладать достаточной свободой принятия решений. Одним из факторов, обусловливающих такую свободу, является высокий уровень генерализации ценностей, на основе которых осуществляется легитимизация объединения. Например, запрет на эксплуатацию человека человеком в экономических взаимодействиях весьма отличается от конкретного запрещения ссужения денег под проценты. Генерализация ценностных систем до такой степени, когда они становятся способными эффективно управлять социальным действием без опоры на подробно расписанные запрещения, является одним из центральных факторов в процессе модернизации.

На уровне культуры в качестве соответствующего аспекта ценностей выступает то, что принято называть моралью. Мораль предполагает оценку объектов опыта в контексте социальных отношений. Моральный поступок есть реализация культурной ценности в социальной ситуации, включающей взаимодействия с другими субъектами. Поскольку речь идёт о взаимодействии, здесь должны присутствовать стандарты, взаимно обязательные для его участников.

Моральные ценности — не единственный компонент ценностного содержимого культурной системы. Существуют другие, например эстетические, познавательные или собственно религиозные ценности. Культуры дифференцируются не только по линии морали; религия, искусство как область экспрессивной символизации, эмпирическое знание (в конечном счёте наука) тоже становятся независимыми дифференцированными культурными системами. Наличие высокодифференцированной культурной системы со сложной сетью взаимосвязей является отличительной чертой современных, модернизованных обществ 15.

Социетальное сообщество и политика

Рассмотрев аспекты социетального нормативного порядка, сосредоточенные вокруг проблем членства и лояльности и вокруг культурной легитимизации, перейдём к третьему аспекту. Влияние и ценностные приверженности действуют по принципу добровольности, через убеждение и апелляцию к чести и совести. Однако ни одна крупная и сложная социальная система не сможет выжить, если согласие с большей частью её нормативных оснований не будет носить обязательного характера, то есть если к непослушанию не будут применяться по ситуации негативные санкции. Такие санкции отчасти и предупреждают непослушание тем, что «напоминают» добропорядочным гражданам об их обязанностях и служат наказанием для нарушителей. Социально организованное и управляемое применение негативных санкций, включая угрозу их применения в случаях, когда подозревается наличие намерения ослушаться, называется функцией принуждения. Чем более дифференцировано общество, тем скорее можно ожидать, что принуждение осуществляется специальными органами, такими, как полиция и военизированные службы 16.

Управляемое принуждение требует существования определённых способов установления действительного факта, субъекта и обстоятельств нарушения норм. Среди специальных органов, действующих в этом направлении, важное место принадлежит судам и юридической гильдии. Сложный нормативный порядок, однако, нуждается не только в принуждении, но и в авторитетной интерпретации. Очень часто судебные системы вынуждены сочетать в особых случаях определение обязательств, наказаний и прочего с интерпретацией значения норм, что подчас является довольно значительной проблемой 17. В менее развитых обществах эта последняя функция имеет обыкновение оставаться в ведении религиозных инстанций, в обществах же современного типа она во всё большей мере переходит в компетенцию светских судебных учреждений.

Все эти проблемы ставят вопросы об отношениях междусоциетальным сообществом и политической подсистемой. В терминах принятой нами аналитической схемы политика включает не только основные функции правительства в его отношениях с социетальным сообществом, но и соответствующие аспекты любого коллектива 18. Мы рассматриваем какое-то явление как политическое в той мере, в какой оно связано с организацией и мобилизацией ресурсов для достижения каким-либо коллективом его целей. Политические аспекты деятельности существуют у деловых компаний, университетов, церквей. В развитии современных обществ, однако, государство все более дифференцируется от социетального сообщества как специализированный орган общества, составляющий ядро его политической подсистемы.

Дифференцируясь, государство имеет тенденцию сосредоточиваться на двух основных функциональных комплексах. Первый охватывает ответственность за поддержание целостности социетального сообщества перед лицом глобальных угроз, с особым, но не исключительным акцентом на его легитимном нормативном порядке. Сюда же относится функция принуждения и, по крайней мере, некоторая доля участия в осуществлении интерпретации. К тому же общий процесс дифференциации сферы управления ведёт к обособлению областей, в которых допускается открытое формулирование и узаконение новых норм, так что частью этого функционального комплекса становится законодательная деятельность. Второй комплекс включает все виды исполнительной деятельности государства, которая связана с коллективными действиями в любых ситуациях, указывающих на необходимость каких-то мер в «общественных» интересах. Границы этой ответственности простираются от безусловно значимых дел, таких, как защита территориальных пределов или поддержание общественного порядка, до почти что любого вопроса, который считается «затрагивающим общественные интересы» 19.

Основные отношения между государством и социетальным сообществом могут носить аскриптивный характер. Даже в обществах ранней стадии модернизации простые люди рассматривались как «подданные» монарха, которым традицией предписано подчинение его власти. Однако при достижении уровней дифференциации, соответствующих модернизованному обществу, власть политических лидеров имеет обыкновение становиться зависимой от поддержки очень широких слоёв населения. В той мере, в какой это справедливо, мы будем различать роли политических лидеров и властные позиции в более общем смысле.

Дифференциация лидерства и авторитета предполагает особый уровень обобщённости того средства социального взаимообмена, который мы называем властью 20. Мы определяем власть как способность принимать и «навязывать» решения, которые обязательны для соответствующих коллективов и их членов постольку, поскольку их статусы подпадают под обязательства, предполагаемые такими решениями. Власть следует отличать от влияния, так как издание обязывающих решений совсем не похоже на меры убеждения. В соответствии с нашим определением, гражданин, отдавая свой голос на выборах, осуществляет власть, поскольку совокупность таких голосов обязующим образом определяет исход выборов. Маленькая порция власти — всё равно власть, подобно тому как один доллар — небольшие деньги, но всё равно деньги.

Социетальное сообщество и экономика

Четвёртый компонент нормативного порядка сопряжен с областью практического. Наиболее очевидными сферами его приложения являются экономика и технология, а его руководящий принцип — желательность эффективного управления ресурсами. Даже в тех случаях, когда не затронуты вопросы лояльности, выполнения обязательных постановлений или морали, действия индивида или коллектива будут осуждаться, если они без необходимости расточительны или небрежны. В современных обществах этот нормативный аспект особенно ясен там, где речь идёт о peгyлировании трудовых ресурсов как фактора производства в экономическом смысле этого слова. Сознательное включение в рабочую силу предполагает обязательство эффективно трудиться в соответствии с легитимными условиями найма 21. Как отмечал Вебер, в этом обязательстве имеется решающий моральный элемент. Но и без этого акцента на морали повсеместно одобряется рациональное экономическое и технологическое действие и не одобряется отклонение от соответствующих стандартов рациональности.

Дифференциация автономных структур делает необходимым развитие обобщённого монетарного средства обмена в сочетании с рыночной системой. Деньги и рынок действуют там, где существует довольно широкое разделение труда и где область экономического действия достаточно отделена от политических, общинных и моральных императивов 22. Из всех обобщённых механизмов социетального взаимообмена деньги и рынки менее всего связаны с нормативным порядком, воплощённым в социетальном сообществе. Соответственно, практическая рациональность регулируется главным образом институциональными нормами, прежде всего институтами собственности и контракта, которые имеют другие основания для санкций 23.

Методы интеграции в ускоренно дифференцирующихся обществах

Правовая система

То, что мы описали как социетальный нормативный порядок, стоит очень близко к тому, что обычно подразумевается под понятием права. В большинстве рассуждений о праве подчёркивается критерий обязанности и принудительности, когда право ассоциируется преимущественно с правительством и государством. Другие подходы подчёркивают при объяснении нормативной значимости права его консенсусные элементы, и в этом случае на первое место выходит важность его моральной легитимизации. Мы рассматриваем право как общий нормативный кодекс, регулирующий действия коллективных и индивидуальных членов общества и определяющий ситуацию для них 24. Оно состоит из только что описанных компонентов, интегрированных в единую систему.

В подавляющем большинстве случаев современные правовые системы содержат писаные (как в Соединённых Штатах Америки) или неписаные (как в Великобритании) конституционные компоненты. Находясь в зоне взаимопроникновения между системой воспроизводства образца и социетальным сообществом, конституционный элемент очерчивает нормативные рамки управления социетальными отношениями в целом — подобно американскому Биллю о правах. При современных уровнях дифференциации этот компонент не имеет религиозного характера, поскольку его нормативная значимость распространяется на социетальную систему, а не на все сферы действия во всём их объёме. Действительно, одной из тенденций современности было отделение специфичных религиозных обязательств от конституционных прав и обязанностей граждан. Поскольку принадлежность к той или иной религии влечёт за собой образование коллектива, это всегда отчётливо проявляется на уровне социетального сообщества. Однако одно не покрывает другого.

Не является конституционный компонент и «чисто моральным», поскольку моральные соображения также покрывают более широкую область, чем социетальные ценности. Конституционные ценности артикулируются в социетальном сообществе и включают в себя компонент социетальной лояльности в форме ценностно ориентированных объединений; право имеет дело с моральной стороной гражданства, но не обязательно со всей моралью в целом. Более того, в моральном элементе могут содержаться основания для легитимных выступлений против социетального нормативного порядка — от самого простого проявления гражданского неповиновения до революции.

Хотя конституционный элемент подразумевает возможность его принудительного внедрения, принуждение всегда вызывает вопрос о легитимности действий правительства в конституционном, а вслед за этим и в моральном смысле. Поэтому вторым аспектом конституционного элемента является нормативное определение основных функций правительства, включая круг полномочий и границы власти различных правительственных органов. В этом отношении конституционный закон приобретает тем большую важность, чем больше социетальное сообщество отделяется от своего государства. Власть правительства в этом случае нуждается в особых обоснованиях, поскольку социетальное сообщество не могло бы должным образом оградить себя от произвола власти, если бы оно предоставило своим «правителям» полные полномочия действовать, сообразуясь только с их собственным толкованием общественных интересов 25.

Решающим обстоятельством является то, что авторитет «исполнительной» власти начинает дифференцироваться от тех управленческих функций, которые имеют непосредственно конституционный характер. В досовременных обществах собственно законодательство как дифференцированная функция почти не существует, так как нормативный порядок в основном задан традицией или откровением. Легитимизация постоянно осуществляемой законодательной функции, таким образом, представляет собой отличительный признак современного развития. Этот процесс, в свою очередь, не без сложностей и оговорок, но всё же требует активного участия социетального сообщества через систему представительства. Развитие направлялось в сторону установления зависимости законодательной власти от взаимодействия законодателей с заинтересованными элементами социума и в конечном счёте (как это имеет место в наиболее модернизованных обществах) со всем электоратом 26. На самом деле такая же зависимость существует у тех, кто занимают посты в исполнительских структурах.

Возникшая в результате описанной эволюции изменяемость закона сделала особенно важным наличие специально предусмотренных процедур, охраняющих «конституционность» законов. Хотя американская, правовая система во многом уникальна, но что касается данного вопроса, то во всех современных конституциях обычно предусматривается некий орган, который не является чисто правительственным, особенно в смысле исполнительском, но за которым закреплена функция давать заключения о конституционной правомочности рассматриваемых вопросов.

Именно в этих широких конституционных рамках функционирует расположенный ниже уровень правовой системы. На этом уровне принимаются обязывающие решения, большей частью официально «уполномоченными» органами (обычно судами), и совершаются различные административные процедуры по их реализации. Особенно важно, что выходящее за рамки конституции содержание закона не сводится ни к особым законодательным актам, ни к обязывающим постановлениям и указам исполнительных органов. Оно включает в себя также юридическую традицию, запечатлённую в прецедентных судебных решениях, и «административное право», обобщающее прежний опыт «постановлений», — все это по контрасту с издаваемыми административными органами решениями по конкретному случаю (подлежащими, однако, законодательному и судебному разбору).

В общем и целом соображения относительно нормативного порядка и его взаимосвязей с политической подсистемой в принципе применимы к любой социальной системе, однако наиболее важны они именно в отношениях между государством и социетальным сообществом. Важность эта обусловлена тем, что обычно только государство бывает уполномочено использовать социально организованную физическую силу в целях принуждения. Действительно, эффективная государственная монополия на применение силы является одним из главных критериев интегрированное высокодифференцированного общества 27. Более того, только правительство наделено правом действовать в контексте целедостижения от имени всего социетального коллектива. Всякая другая организация, претендующая на это, ipso facto совершает революционный акт.

Членство в социетальном сообществе

Обсуждая легитимный порядок в обществе, мы часто затрагивали коллективный аспект социетального сообщества. Множественность наших критериев, определяющих общество, сама по себе указывает на то, что отношение между этими двумя основными аспектами не может не быть сложным, особенно потому, что сфера действия норм и сфера членства в сообществе не могут совпадать в точности. Самое очевидное их несовпадение вытекает из территориальной привязки обществ. Территориальный характер нормативной сферы требует того, чтобы нормы были в известной мере независимыми от членства в социетальном сообществе. Например, нормативному регулированию подлежат временные посетители и долговременные обладатели «вида на жительство», так же как и имущество иностранных владельцев.

Эти соображения указывают на то, что особенно важная часть отношений между нормативным и коллективным аспектами социетального сообщества лежит в плоскости их совместных отношений с государством. Государство не может просто «властвовать», оно должно быть легитимизировано по части управления имеющим относительно чёткие границы сообществом через принятие на себя ответственности за поддержание в нём нормативного порядка. На одном полюсе основное содержание нормативного порядка может считаться более или менее универсальным для всего человечества. Но при этом рождаются острые проблемы относительно того, насколько эффективно могут быть институционализированы столь универсалистские нормы в реальной жизнедеятельности столь обширного коллектива. На другом полюсе как государство, так и нормативный порядок можно отнести только к небольшому обособленному сообществу. В широком диапазоне вариантов между этими двумя крайностями современные социетальные сообщества обычно выступают в форме национального образования. Развитие этой формы включало и процесс дифференциации между социетальным сообществом и государством, и реформирование основ социетального сообщества, особенно в том, что касается членства.

Непосредственной отправной точкой этого развития была в большей части случаев более или менее чётко выраженная «абсолютная» монархия, в которой индивид считался «подданным» своего монарха. Важным обстоятельством было то, что это прямое отношение подданного и суверена пришло на смену запутанным партикуляристским солидарностям феодального общества. Однако «подданный» как образец социетального членства был, в свою очередь, заменён на гражданина.

На первой фазе развития гражданства произошло создание юридических или гражданских рамок, совершенно по-новому определивших пограничные отношения между социетальным сообществом и правительством или «государством» 28. Критическим аспектом этих новых границ стало определение «прав» гражданина, зашита которых превратилась в первейшую обязанность государства. На раннем этапе защита была наиболее глубоко разработана в английском обычном праве в ХVII веке. Однако движение в этом направлении было всеевропейским и породило также немецкое представление о Reichtsstaat (правовом государстве). Процесс проходил проще в протестантских регионах, так как граждане там имели дело с одним центром власти — политическим, который организованно контролировал и церковь, и государство 29. В Англии первые этапы установления внутри протестантизма религиозной терпимости были существенной частью более широкого процесса формирования гражданских прав.

Вторая фаза развития гражданства связана в основном с участием граждан в общественных делах. Хотя попытки влиять на государство и получили защиту со стороны юридических прав (особенно таких, как свобода собраний и свобода печати) уже на предыдущей фазе, на данном этапе были институционализированы позитивные права участия в выборе правящих лидеров, закреплённые в избирательном праве. Распространение права голоса в «низы» классовой структуры происходило постепенно, и всё же бросающейся в глаза общей тенденцией было движение ко всеобщему избирательному праву для взрослых, к принципу «один гражданин — один голос» и к тайному голосованию 30.

Третий главный компонент гражданства состоит в «социальной» заботе о «благосостоянии» граждан, рассматриваемой как часть общественной ответственности 31. Если гражданские права и избирательное право дают возможность автономно реализовывать свой гражданский статус, то социальный компонент связан с созданием реальных условий для лучшего пользования этими правами. Это означает попытку обеспечить широким массам населения адекватный «прожиточный» минимум, доступ к здравоохранению и образованию. Заслуживает особого внимания тот факт, что распространение образования на всё более широкие круги населения и повышение его уровня были тесно связаны с развитием гражданского комплекса.

Развитие современных институтов гражданства внесло многосторонние изменения в принцип национальности как основы солидарности для социетального сообщества. В раннесовременном обществе наиболее сильные основания солидарности существовали там, где в понятии национальности сливались религиозный, этнический и территориальный факторы. В полностью сформировавшихся современных обществах может существовать разнообразие религиозных, этнических и территориальных основ, поскольку достаточным основанием для национальной солидарности служит общий статус гражданства.

Институты гражданства и национальности тем не менее могут сделать социетальное сообщество уязвимым, если только основания плюрализма перерастают в жёстко структурированные расслоения. Поскольку, например, типичное современное сообщество объединяет многочисленное население на обширной территории, то солидарность этого сообщества может испытывать напряжение из-за региональных расхождений. Это особенно справедливо в отношении тех случаев, когда региональные различия совпадают с этническими и/или религиозными. Многие современные общества распались по причине различных комбинаций этих факторов дезинтеграции.

Социетальное сообщество, рыночные системы и бюрократическая организация

Там, где социальная солидарность высвобождается из более архаичных религиозных, этнических и территориальных контекстов, она способствует возникновению других типов внутренней дифференциации и плюрализации. Самые важные из них основываются на экономической, политической и интегративной функциях, последняя выражается в стремлении к добровольному объединению по типу ассоциации, к самоорганизации. Экономическая категория кроме прочего имеет в виду развитие рынков и монетарных механизмов, существенно необходимых для осуществления этих функций, что, как уже отмечалось, предполагает новые формы институционализации отношений собственности и контракта. То есть они покоятся на той части гражданского комплекса, которую образуют «права», ибо экономика, целиком «администрируемая» органами центрального правительства, нарушала бы свободу частных групп вступать в независимые рыночные отношения. Но как только рыночная система экономики достигает высокого уровня развития, она становится для правительства важным каналом мобилизации ресурсов.

На ранних стадиях модернизации рынки имеют преимущественно коммерческий характер, осуществляя торговлю материальными ценностями и лишь во вторую очередь финансовые операции по заимствованиям. Широкое распространение в рыночной системе первичных факторов производства знаменует «индустриальную» фазу экономического развития. Кроме технологического прогресса здесь имеется в виду социальная организация производственного процесса, состоящая в создании новых форм использования трудовых ресурсов в бюрократических контекстах 32.

Обсуждая выше политический аспект общества, мы позволили себе некоторую выборочность. При этом на первый план были выдвинуты отношения между правительством и всем социетальным сообществом, с акцентом на прямую их связь в так называемой системе «поддержки». Эта система охватывает прежде всего взаимодействие между лидерами и теми, кто стремятся занять лидирующие позиции, с одной стороны, и, с другой, теми элементами социальной структуры, которые прямо не участвуют в системе управления как таковой. Этот процесс взаимодействия охватывает как взаимообмен политической поддержки и лидерской инициативы, так и взаимообмен правительственных решений и «потребностей» различных лоббистских групп. Эти взаимообмены образуют систему, нуждающуюся в определённой сбалансированности, если политическая подсистема стремится к устойчивой интеграции с социетальным сообществом.

Другой главной действующей структурой правительств является административная организация (включая силовые структуры), через которую проводятся в жизнь политические решения. Как правило, развитие бюрократических структур происходило в первую очередь, хотя и не исключительно, в правительствах. Среди наиболее важных черт бюрократизации находится институционализация ролей в виде должностей с хорошо очерченными должностными функциями, полномочиями и «властью», отделённых от сфер частной жизни должностного лица. Должности дифференцируются по двум основаниям — по функциям, выполняемым для организации, и по месту в иерархии или «вертикали «подчинения».

Развитие бюрократической организации обыкновенно требует, чтобы каждой профессиональной роли соответствовал определённый вид должности, когда должностное лицо «назначается» посредством заключения некоего «договора о найме». Поэтому существование его семьи обычно зависит от его зарплаты или должностного оклада. В свою очередь, это требует наличия определённого «рынка труда» для распределения человеческих услуг посредством переговоров об условиях найма и карьерных возможностях.

Одной из главных черт индустриальной экономики является бюрократическая организация производства и, соответственно, мобилизация трудовых ресурсов через рынок труда 33. В результате сложной эволюции, имевшей ряд этапов, эта экономика породила невиданное распространение бюрократических форм организации вне правительственной сферы. Один из основных этапов был связан с «семейными предприятиями» раннего индустриального капитализма, который был бюрократизирован на «трудовом», но не на управленческом уровне.

Мы рассматриваем бюрократическую организацию как преимущественно политический феномен, поскольку она в первую очередь ориентирована на достижение коллективных целей. В случае частного предприятия его коллектив является частной группой внутри социетального сообщества; в случае правительства — это всё сообщество целиком, организованное для коллективного достижения целей. Тем не менее мы рассматриваем трудовое соглашение как форму членства в коллективе, оставляя в стороне то, что возможно членство и через другие способы участия в экономическом предприятии. И разумеется, частная бюрократия не ограничивается сферой экономического производства, она встречается в церковных организациях, университетах и во многих других видах коллективов.

Обсуждаемые нами рыночные системы вовлечены во взаимообмен между подсистемами экономики и воспроизводства образца, с одной стороны, и между подсистемами экономики и политики — с другой. Этот взаимообмен не затрагивает напрямую социетальное сообщество, поскольку его функция по отношению к этим подсистемам состоит не столько в их непосредственном конституировании, сколько в общем регулировании через нормативный порядок. Мы также должны подчеркнуть различие между «коммерческими» рынками потребительских товаров и рынками «труда», имеющими дело с человеческими ресурсами, в том числе находящимися на самом высоком уровне компетентности и ответственности. С социологической точки зрения распространённая среди экономистов практика объединять в одну графу «товары и услуги» и трактовать их в таком виде в качестве наиглавного продукта экономики представляется неоправданным смешением понятий.

Добровольная самоорганизация (ассоциация)

Третий главный тип структурирования, для которого открывают возможности современные социетальные коллективы, — это «добровольная самоорганизация» (или ассоциация). Возможно, прообразом ассоциации является само социетальное сообщество, представляемое в виде корпоративного объединения граждан, имеющих относительно полное согласие по поводу её нормативного строя и авторитета лидеров. Главной характеристикой современных ассоциаций является определённый эгалитаризм, наиболее явственно и с наиболее важными последствиями проявляемый в обсуждавшихся нами ранее трёх аспектах гражданства.

Вторая основополагающая черта структур типа ассоциаций — это добровольность. Конечно, этот принцип не может быть применён со всей строгостью в ситуациях повиновения нормативному порядку или коллективным решениям, ибо любым коллективам присущ элемент обязательности. Но он почти буквально выполняется при принятии решений о членстве, и альтернативой послушанию всегда является отставка. Особый случай, однако, представляет собой отношение между социетальным сообществом и государством. Все прочие ассоциации существуют под общей государственной и социетальной защитой, но сама основа их безопасности покоится на этом базисном соединении государства и общества. Поэтому в действии социетального нормативного порядка присутствуют элементы обязательности и принуждения, в других случаях отсутствующие. Аналогом «отставки» здесь выступает эмиграция, которая влечёт за собой гораздо более тяжёлые потери, чем выход из членов ассоциаций другого типа. В принципе эмиграция влечёт также принятие другого социетального и государственного порядка, в то время как в случае, например, развода вовсе не обязательно снова вступать в брак.

Третья характерная черта ассоциаций как особого рода самоорганизации человеческих коллективов, определённо относящаяся к социетальному коллективу и к государственным органам, состоит в той важности, которую придают в них процедурным институтам 34. Хотя особое значение процедурные моменты имеют в системе права, ими насыщены также и процессы принятия решений в любой ассоциации как на уровне представительских, так и на уровне внутренних взаимоотношений. В самых общих чертах процедурные системы состоят из двух уровней, управляемых каждый своим сводом правил. Первый уровень регулирует дискуссии, в ходе которых заинтересованные стороны стремятся убедить участников принять те или иные обязывающие решения. Это происходит в различных формах, но обычно собрания проводятся согласно распорядку, за соблюдение которого ответствен председательствующий. Дискуссии внутри ассоциации — это прежде всего сфера действия влияния как средства, обслуживающего социальный процесс. С точки зрения заинтересованной стороны, дискуссия работает на повышение её шансов добиться возобладания своей позиции; с точки зрения коллектива, она облегчает достижение консенсуса.

Второй уровень процедурной системы относится к самому процессу принятия решения. В судебных органах решающей инстанцией являются присяжный, судья или коллегия судей. Преобладающей практикой, будь то в коллегиях присяжных, судей или в иных, является голосование, тяготеющее, как правило, к принципу «один член — один голос» при полной равновесности голосов, что логически ведёт к правлению большинства. Как бы то ни было, решение большинством голосов должно следовать заранее установленным правилам, включающим ожидание, что принятые при честном соблюдении процедурных правил решения будут признаны побеждённым меньшинством. В таких случаях, как выборы руководителя государства и глав местных администраций, может возникать очень серьёзная напряжённость; соблюдение процедурных требований является решающим признаком успешной институционализации «демократической» солидарности.

Параллельно с развитием принципов ассоциации в государственных органах управления умножалось число ассоциаций и в других секторах общества. Политические партии связаны с процессом управления, но также и с разного рода ассоциированными «группами интересов», большинство из которых представляют различные осуществляющие определённую деятельность коллективы. Имеются также ассоциации, организованные вокруг бесчисленных «общественных проблем», а также различного вида интересов, например развлекательных, художественных, и так далее.

Чрезвычайно важные оперативные функции современных обществ исполняются почти исключительно структурами типа ассоциаций. Это прежде всего участие «фидуциарных» комитетов (осуществляющих общественный надзор) в разнообразных секторах делового предпринимательства и во многих других типах «корпоративных» организаций. По отношению к «исполнительной части управления» они выполняют роль, аналогичную той, какую играет законодательная власть по отношению к исполнительным органам любого современного государства. Иногда члены таких советов в каком-то смысле избираемы, скажем, акционерами, но в большинстве случаев этого нет. Во всяком случае, они во многом заменили наследственный элемент в качестве «небюрократической» верхушки в преимущественно бюрократических структурах бизнеса 35. В «частном неприбыльном» секторе верховный контроль, особенно в том, что касается финансовой ответственности, также имеет тенденцию в каком-то смысле сосредоточиваться в руках надзорных комитетов.

Другой очень важный момент в развитии ассоциаций — это объединения по профессии 36. Несмотря на то что в значительной мере профессиональная функция выполнялась в рамках индивидуальной «частной практики», уже с давних пор профессионалы стремились объединяться для продвижения своих общих интересов, в том числе для поддержания высоких профессиональных стандартов компетентности и добросовестности. В этом комплексе все более видное место отводилось высшему образованию, не в последнюю очередь потому, что оно готовило практикующих профессионалов. Поэтому и профессия преподавателя высшей школы, и профессия университетского исследователя также становились всё более значимыми. Примечательно, что сердцевина структуры академической профессии — факультет — в основе своей имеет характер ассоциации.

Все три главных типа операциональной организации (рынки, бюрократия и ассоциации) выходят на ключевые позиции в процессах дифференциации и плюрализации современных социетальных сообществ (Parsons T. Professions. // The International Encyclopedia of the Social Sciences. — Прим. ред.).

Процессы эволюционных изменений

Хотя в предшествующем изложении дифференциация находилась в центре внимания, аналитически она рассматривается лишь как один из четырёх главных процессов структурного изменения, которые, взаимодействуя друг с другом, составляют «прогрессивную» эволюцию к более высоким системным уровням. Помимо дифференциации в их число входят повышение адаптивной способности, включение и генерализация ценностей (применительно к социальным системам) 37.

Дифференциация представляет собой деление единицы или структуры в какой-либо социальной системе на две или более единицы или структуры, различающиеся по своим характеристикам и функциональной значимости для системы. Мы уже обсуждали сложный случай дифференциации: возникновение как современного домохозяйства, так и современной, основанной на найме организации из более замкнуто функционирующего крестьянского домохозяйства, которое повлекло за собой изменение многих ролей, коллективов и норм. Однако процесс дифференциации имеет своим результатом появление более развитой социальной системы только в том случае, если каждый вновь дифференцировавшийся компонент обладает большей адаптивной способностью, чем прежний компонент, выполнявший его функцию.

Повышение адаптивной способности представляет собой процесс, в результате которого социальные единицы обретают больший выбор ресурсов, высвобождаясь в своём функционировании от некоторых ограничений, присущих их предшественникам. Современные фабрики предполагают гораздо более высокий уровень обобщённости обязательств в отношении труда у тех, кто занят в производстве, чем это требовалось в крестьянских домохозяйствах, но зато на них может выпускаться большее разнообразие товаров с гораздо большей экономией.

Система, углубляющая внутреннюю дифференциацию и повышающая свои адаптивные способности, тем самым усложняется и обязательно сталкивается с проблемами интеграции. Обычно решить эти проблемы можно только путём включения новых единиц, структур и механизмов в нормативные рамки социетального сообщества. Например, когда организации, основанные на найме, дифференцировались от семейных домохозяйств, системы власти в обоих типах коллективов должны вписаться в структуру норм данного общества.

Наконец, если этим различным составляющим общества суждено получить надлежащую легитимизацию и обрести определённые способы ориентации в своих новых образцах действия, то предыдущие три процесса должны быть дополнены генерализацией ценностей. Выше уже отмечалось, что общие ценности общества должны конкретизироваться применительно к великому множеству ситуаций, в которых действие социально структурировано. Здесь же подчёркивается обратный момент, а именно: когда переплетение социально структурированных ситуаций становится более сложным, то для обеспечения социальной стабильности нужно, чтобы ценности получали более обобщённое выражение.

Надо обратить также внимание ещё на один аспект эволюционного развития. При обсуждении обобщённых средств взаимообмена между составными частями социальной системы, то есть денег, влияния, политической власти и ценностных приверженностей, речь шла преимущественно об их наиболее очевидной функции обеспечения рутинного взаимообмена между дифференцированными частями социальной системы. Но они могут способствовать также повышению творческого уровня и расширению диапазона деятельности, совершающейся в социальных системах.

Современные экономисты показали, что через процесс кредитования и инвестирования деньги могут быть одним из первостепенных инструментов повышения уровня производства, равно как и совершенствования обмена в системе разделения труда. В других моих работах высказывалась мысль о том, что фундаментальное свойство денег, то есть их способность через механизм кредита повышать производительность экономики, находит аналоги в действии других обобщённых средств, прежде всего власти и влияния 38. Так, механизм власти может действовать таким образом, чтобы увеличивать эффективность политической подсистемы в долгосрочном плане, а влияние может быть использовано для повышения способности социетального сообщества к достижению солидарности.

Если формулировать кратко, основным условием способности обобщённых средств взаимообмена стимулировать является их опора на подсистемы действия более высокого уровня. Таким образом, в самом широком смысле развитие культуры существенно необходимо для эволюционных продвижений социальных систем. Например, развитие религии лежит в основе всех крупных процессов генерализации ценностей, а прогресс эмпирического знания — в основе институционализации новых технологий. Достаточно высокие уровни генерализации ценностей, реализуемые главным образом через правовую систему, являются предпосылками включения в структуру социетального сообщества. Консенсусная основа, обеспечивающая адекватно применение механизма влияния, необходима для эволюционных сдвигов в системе политической власти. Определённая высокая степень политической интеграции обусловливает возможность выхода денежных экономик за относительно примитивные пределы 39.

Этика, мораль, закон - в чем разница?

Некоторые люди говорят о своей личной этике, другие говорят о совокупности моральных принципов, и все в обществе руководствуются одним и тем же набором законов. Их легко объединить.

Однако важно знать разницу и отношения между ними, потому что они могут конфликтовать друг с другом. Если закон противоречит нашим личным ценностям или моральной системе, мы должны действовать, но для этого мы должны уметь различать между ними.

Этика

Этика - это раздел философии, цель которого - ответить на основной вопрос: «Что мне делать?» Это процесс размышления, в котором решения людей определяются их ценностями, принципами и целями, а не бездумными привычками, социальными условностями или личными интересами.

Наши ценности, принципы и цель - это то, что дает нам представление о том, что хорошо, правильно и важно в нашей жизни. Они служат ориентиром для всех возможных вариантов действий, которые мы могли бы выбрать.Согласно этому определению, этическое решение - это решение, принятое на основе размышлений о вещах, которые мы считаем важными, и которое согласуется с этими убеждениями.

В то время как каждый человек способен отражать и открывать свое собственное представление о том, что хорошо, правильно и значимо, в ходе истории человечества различные группы объединялись вокруг различных наборов ценностей, целей и принципов. Христиане, консеквенциалисты, буддисты, стоики и прочие дают разные ответы на вопрос: «Что мне делать?» Каждый из этих ответов - это «мораль».

Нравственность

Многие люди находят мораль чрезвычайно полезной. Не у всех есть время и подготовка, чтобы размышлять о том, какой жизнью они хотят жить, учитывая все различные комбинации ценностей, принципов и целей. Им полезно иметь связный, последовательный отчет, который был усовершенствован историей и может применяться в их повседневной жизни.

Многие люди также унаследовали свою мораль от своей семьи, сообщества или культуры - редко кто-то «присматривается» к морали, которая наиболее точно соответствует их личным убеждениям.Обычно процесс протекает бессознательно. Здесь есть проблема: если мы унаследуем готовый ответ на вопрос о том, как нам следует жить, мы можем применить его в своей жизни, даже не оценивая, является ли ответ удовлетворительным или нет.

Мы могли бы прожить всю свою жизнь в соответствии с моральной системой, которую, если бы у нас была возможность подумать, мы бы отвергли частично или полностью.

Закон

Закон другой. Это не мораль в строгом смысле слова, потому что, по крайней мере в демократических странах, она пытается создать личное пространство, где люди могут жить в соответствии со своими собственными этическими убеждениями или моралью.Вместо этого закон пытается создать базовый обязательный стандарт поведения, необходимый для успеха сообщества и при котором ко всем людям обращаются одинаково.

Из-за этого закон более узок, чем этика или мораль. Есть некоторые вопросы, по которым закон будет агностиком, но этика и мораль могут многое сказать. Например, закон будет бесполезен для вас, если вы пытаетесь решить, стоит ли сообщать своему конкуренту, что его новый клиент имеет репутацию неоплачиваемого по счетам, но наши представления о том, что хорошо и правильно, по-прежнему будут определять наше суждение.

Существует соблазн рассматривать закон и этику как одно и то же - пока мы выполняем свои юридические обязательства, мы можем считать себя «этичными». Это ошибочное мнение по двум причинам. Во-первых, закон определяет базовый стандарт поведения, необходимый для того, чтобы наши социальные институты продолжали функционировать. Например, он защищает основные права потребителей. Однако в определенных ситуациях правильное решение спора с клиентом может потребовать от нас выхода за рамки наших юридических обязательств.

Во-вторых, могут быть моменты, когда соблюдение закона потребует от нас действовать против нашей этики или морали.Врач может быть обязан выполнить процедуру, которую он считает неэтичной, или государственный служащий может посчитать своим долгом передать секретную информацию в прессу. Некоторые философы утверждали, что совесть человека связывает их в большей степени, чем любой закон, который предполагает, что буква закона не может быть адекватной заменой этической рефлексии.

О моральных обязательствах и наших шансах на их выполнение

Некоторым может казаться очевидным, что выполнение любого действия , которое снижает объективную вероятность выполнения морального обязательства, является морально неправильным.Потому что, совершая действие, которое снижает шансы на выполнение морального обязательства, вы уменьшаете вероятность того, что вы совершите действие, которое от вас морально требуется выполнить. Итак, может показаться очевидным :

  1. (А)

    Если агент X несет моральное обязательство в момент t выполнить какое-либо действие в более позднее время t ' и стоит перед выбором (по крайней мере) между двумя действиями, Φ и Ψ, тогда, если Φ в отличие от снизит шансы X выполнить свои моральные обязательства до t ', тогда для X будет морально неправильно использовать Φ. Сноска 4

Для объяснения: предположим, что сегодня ( t ) у вас есть моральное обязательство внести завтра чек ( t ’), чтобы ваш друг оплатил его перелет к больному родственнику. Предположим далее, что сегодня вы стоите перед выбором между двумя действиями, Φ и Ψ, выполнение которых дает вероятность того, что вы сразу внесете чек, 0,99 и 1,0 соответственно. Footnote 5

Согласно (A), было бы морально неправильно выполнять Φ.Поскольку это снизит шансы выполнить это действие для вашего друга по сравнению, по крайней мере, с одним другим доступным вам действием, Ψ. Но это кажется ложным.

То есть тот факт, что данное действие снижает объективную вероятность совершения другого морально обязательного действия примерно на очень малую степень по сравнению с другим доступным вам действием, не кажется морально неправильным. Чтобы проиллюстрировать это далее, рассмотрим:

Автомобиль : Ваш лучший друг, Адам, звонит вам, когда вам нужна срочная помощь.Вы единственный человек, который может ему помочь, причем за небольшую плату для себя. У вас есть два способа добраться до Адама: на машине или на последнем автобусе по нужному маршруту, который в настоящее время проходит возле вашего дома. Чтобы взять свой автомобиль, вам потребуется ехать среди других автомобилей, в то время как автобус будет проезжать по пустым полосам. Вы выбираете свою машину.

Похоже, во-первых, у вас есть моральное обязательство помочь Адаму в ближайшем будущем. Во-вторых, сесть в машину, чтобы поехать к Адаму, в некоторой степени снизит объективную вероятность помочь ему по сравнению с последним автобусом, поскольку вы рискуете попасть в аварию, какой бы небольшой она ни была, в то время как вы этого не сделаете, если поедете на последнем автобусе. последний автобус, так как он будет единственным транспортным средством на выделенной полосе для автобусов.

Однако не похоже, что, взяв свой автомобиль, вы сделаете что-то морально неправильное. Например, у Адама не было бы серьезных моральных претензий к вам за это, и вы бы выбрали вид транспорта, который не снижает ваши шансы выполнить свои обязательства перед ним (даже если это снижает ваши шансы на помощь). его по отношению к автобусу).

Если так, то эти случаи показывают, что неверно, что любое действие , которое снижает объективную вероятность выполнения морального обязательства до очень небольшой степени по сравнению с другим действием, доступным этому агенту, является морально неправильным.Итак, (A) ложно.

А теперь рассмотрим:

Автомобиль * : То же, что и Автомобиль , за исключением того, что ваш автомобиль крайне ненадежен. В подавляющем большинстве случаев, когда вы управляли своей машиной, она ломалась во время поездки и требовала ремонта. Несмотря на это, вы выбираете свою машину.

В отличие от Car , не кажется морально неправильным, если вы сядете на свой автомобиль в Car * . По сравнению с поездкой на автобусе, ваша машина резко снизит ваши шансы выполнить свои моральные обязательства перед Адамом (поскольку она, скорее всего, сломается).Это не относится к Автомобиль , где ваш автомобиль лишь немного снизит ваши шансы выполнить моральное обязательство перед Адамом по отношению к поездке на автобусе.

Чтобы ответить (Вопрос), нам нужно объяснение интуитивной разницы в моральном статусе действий, которые вы выполняете в Автомобиль и Автомобиль * . Я предполагаю, что существенное различие заключается в следующем: степень , в которой действие, которое вы выполняете, снижает ваши шансы на выполнение вашего морального обязательства, по сравнению, по крайней мере, с одним другим доступным вам действием, резко отличается.В первом случае степень снижения ваших шансов на выполнение морального долга кажется незначительной. Это не так в Car * .

Так как все остальное в этих случаях одинаково, кажется, что выполнение действия, влияющего на случайность, в Автомобиль * морально неправильно, а не в Автомобиль , это хороший повод полагать, что тот факт, что ваш автомобиль в Автомобиль * - это действие, которое резко снизит объективную вероятность выполнения вашего морального обязательства (в отличие от действия, которое, по сравнению с другими действиями, лишь немного снижает его), объясняет интуитивную ошибочность взятия вашего автомобиля в этом случае а не другой.

Это предполагает:

  1. (В)

    Если агент X несет моральное обязательство в момент t выполнить какое-либо действие в более позднее время t ' и стоит перед выбором (по крайней мере) между двумя действиями, Φ и Ψ, тогда, если Φ в отличие от Ψ значительно снизит шансы X выполнить свои моральные обязательства при t ' для X, тогда для X будет морально неправильно использовать Φ.

(B) улавливает нашу интуицию.Это влечет за собой, что в Car * вы делаете что-то морально неправильное, взяв свою машину, что - по сравнению с поездкой на автобусе - резко снизит шансы на выполнение вашего морального обязательства. Кроме того, это не влечет за собой, что в Автомобиль или в случае, использованном для иллюстрации (A), что вы делаете что-то морально неправильное. Эти действия, влияющие на вероятность, не могут резко снизить шансы на выполнение вашего морального обязательства по сравнению с другими действиями, доступными вам. Сноска 6

(B), однако, неверна. Для рассмотрения:

Благотворительность : Вы жертвуете 10 фунтов стерлингов в месяц благотворительной организации, которая направлена ​​на борьбу с крайней бедностью в далекой стране. Без вашего ведома, каждый месяц эти деньги перехватывает безжалостный лидер банды в этой стране, который использует их для финансирования разграбления близлежащих городов. Когда наступит следующий месяц и будут приниматься пожертвования на эту благотворительную организацию, вы решите снова сделать пожертвование той же благотворительной организации.

Вполне вероятно, что у вас есть моральное обязательство внести определенный вклад в сокращение масштабов крайней нищеты. Это обязательство, в Charity , может обязывать вас жертвовать деньги в то время, когда пожертвования принимаются и когда вы можете внести свой вклад с небольшими затратами для себя.

Пожертвовав свои деньги в следующем месяце той же благотворительной организации, вы совершите действие, которое резко снизит объективную вероятность выполнения вашего морального обязательства внести свой вклад в сокращение крайней бедности, по сравнению, например, с пожертвованием другому. аналогичная благотворительность (поскольку вероятность перехвата высока).

Согласно (B), ваше действие было бы морально неправильным. Но, несмотря на это, это не кажется морально неправильным по сравнению с некоторыми другими доступными вам действиями (например, пожертвование в другую благотворительную организацию), резко снижающими шансы на выполнение вашего морального обязательства по борьбе с крайней нищетой. (B), следовательно, ложно.

Насколько вам известно из Charity , ваш акт пожертвования может привести к выполнению вашего морального обязательства по оказанию помощи в борьбе с крайней нищетой. Благотворительность показывает, что можно совершить действие, которое, по мнению , не снизит шансы на выполнение некоторого морального обязательства, снизит шансы на выполнение некоторого морального обязательства, но на самом деле выполняет . Такие действия, как показывает Charity , не кажутся морально неправильными.

Проблема с (B) заключается в том, что он игнорирует эпистемологические ограничения, с которыми могут столкнуться агенты в отношении вероятного воздействия действия на шансы этого агента на выполнение их рассматриваемого морального обязательства. Но, как мы видели, есть некоторые действия, снижающие такие шансы, которые действительно кажутся морально неправильными.Это предлагает третий ответ на (Вопрос):

  1. . (С)

    Если агент X несет моральное обязательство в момент t выполнить какое-либо действие в более позднее время t ' и стоит перед выбором (по крайней мере) между двумя действиями, Φ и Ψ, тогда, если Φ в отличие от Ψ - это действие, которое X имеет вескую причину полагать, что резко снизит вероятность X выполнить свои моральные обязательства при t ', тогда для X морально неверно Φ. Сноска 7

Этот вид имеет ряд привлекательных особенностей.

Во-первых, он отражает нашу интуицию в случае, иллюстрирующем (A), и в случае Автомобиль , поскольку это не влечет за собой, что вы сделали бы что-то морально неправильное, выбрав действие, которое снижает ваши шансы на выполнение вашего морального обязательства - по сравнению с доступно другое действие - в небольшой степени.

Во-вторых, это влечет за собой, что вы сделаете что-то не так, поместив свою машину в Автомобиль * , поскольку это действие, которое у вас есть веские основания считать - на основе прошлых характеристик автомобиля - действием. это резко снизит ваши шансы выполнить свои обязательства перед Адамом.

Наконец, это не влечет за собой, что вы делаете что-то неправильно в Charity : пункт «веская причина полагать» гарантирует, что выполнение действий, для которых у вас нет доказательств, касающихся возможностей, влияющих на вероятность, не сделает ваше действие морально неправильным. Скорее, это касается только тех действий, которые агенты имеют веские основания полагать, что они окажут определенное влияние на шансы выполнить моральное обязательство в будущем.

Несмотря на это, есть все основания полагать, что (C) ложно.Для рассмотрения:

Война : Вы призваны участвовать в справедливой войне, в которой армия другой страны вторгается в вашу страну. Вы один из небольшого числа людей, имеющих право сражаться на войне. Чтобы бороться, вы должны покинуть свою семью, состоящую из вашего супруга и ребенка. Вы принимаете призыв и идете на войну.

В войне вполне вероятно, что у вас есть моральное обязательство сражаться на войне (поскольку это справедливая война, и вы один из небольшого числа людей, имеющих право сражаться в ней).Вы также несете ряд моральных обязательств перед (среди прочего) своей семьей делать для них разные дела в будущем.

Если вы примете звонок, однако, вы будете выполнять действие, которое, по сравнению с отклонением звонка, является тем действием, которое, как вы имеете веские основания полагать, резко снизит вероятность выполнения хотя бы некоторых семейных моральных обязательств в будущем ( поскольку вы, скорее всего, просто физически отсутствуете в семье, получите тяжелые ранения или умрете).

(C), значит, вы сделали что-то морально неправильное, вступив в войну. Но War выглядит как контрпример к (C). Несмотря на то, что вы делаете что-то, что, по вашему мнению, резко снизит ваши шансы на выполнение хотя бы одного морального обязательства, War , похоже, показывает, что такое действие не является морально неправильным. Итак, (C) ложно.

Рассмотрим, далее, вариант Автомобиль . Предположим, что, находясь в машине, вы заметили раненого на обочине дороги.Далее предположим, что этот человек умрет без медицинской помощи, вы единственный человек, который может помочь ему получить такое внимание, и, сделав этот объезд в больницу, вы поедете в направлении, противоположном Адаму.

Вы стоите перед выбором: либо отправиться в объезд, чтобы спасти жизнь этого человека, либо поехать к Адаму. Опять же, несмотря на моральное обязательство помочь Адаму и наличие веских оснований полагать, что этот объезд (в отличие от езды) снизит ваши шансы выполнить свои обязательства перед ним, не кажется морально неправильным сделать объезд, чтобы спасти жизнь этого другого человека.

Теперь обратите внимание, во-первых, что есть явные случаи, когда выполнение действия, которое, по вашему мнению, снизит ваши шансы на выполнение морального обязательства, кажется морально неправильным - например, Автомобиль * и аналогичные случаи. Во-вторых, в обоих приведенных выше контрпримерах к (C), похоже, существует конкурирующее моральное соображение, согласно которому перевешивает любую моральную неправомерность действия, которое, как вы имеете веские основания полагать, снизит шансы на выполнение вашего морального обязательства.

Я утверждаю, что такие случаи, как War и последний вариант на Car выше, показывают, что действия, которые, как мы имеем веские основания полагать, резко снизят наши шансы на выполнение морального обязательства, являются моральным проступком pro tanto. То есть, это моральная ошибка, заключающаяся в том, что можно перевесить из-за конкурирующих моральных соображений.

Это позволяет нам уловить, что некоторые действия, влияющие на шанс, в случаях, которые мы считали морально неправильными, и что эта моральная неправота, кажется, перевешивается по крайней мере в тех случаях, когда выполнение соответствующих действий, влияющих на шанс, позволяет нам вызвать другое действие, которое у нас есть более сильные моральные причины для выполнения (например, защитная борьба против несправедливых угроз или спасение морально невинной жизни). Footnote 8

Кто-то может возразить, что то, что показывают War и наш вариант Car , состоит в том, что действие, влияющее на случайность, не является морально неправильным вообще . То есть, если выполнение действия, которое, по вашему мнению, значительно снизит ваши шансы на выполнение морального обязательства, позволит вам принести более серьезное моральное благо, то выполнение этого действия не является даже pro tanto морально неправильным.

Это неверно. Предположим, что в приведенном выше варианте Автомобиль вы позвонили Адаму по дороге в больницу, чтобы извиниться за то, что вы сделали объезд.Обратите внимание, что ваши извинения не кажутся неуместными , поскольку вы делаете что-то, что делает маловероятным, что вам удастся выполнить свои моральные обязательства перед ним. Но если вы не сделали ничего плохого, совершив объезд, было бы неуместно извиняться. Итак, это возражение несостоятельно.

Тогда приезжаем по адресу:

  1. (D)

    Если агент X несет моральное обязательство в момент t выполнить какое-либо действие в более позднее время t ' и стоит перед выбором (по крайней мере) между двумя действиями, Φ и Ψ, тогда, если Φ в отличие от Ψ, если X имеет вескую причину полагать, что резко снизит шансы X выполнить свои моральные обязательства при t ', тогда для X будет pro tanto морально неправильно использовать Φ.

Из рассмотренных ответов (D) является наиболее правдоподобным ответом на (Вопрос).

Во-первых, это не влечет за собой, что все действия, которые снижают вероятность выполнения морального обязательства хотя бы в небольшой степени по сравнению с хотя бы одним другим доступным действием, являются морально неправильными (чек и Автомобиль ).

Во-вторых, это отражает нашу интуицию о том, что, когда агенты выполняют действия, которые, как они имеют веские основания полагать, с большой вероятностью резко снизят их шансы на выполнение обязательств, они совершают что-то морально неправильное ( Автомобиль * ).

В-третьих, он признает, что в случаях, когда у агентов нет веских оснований полагать, что их действия резко снижают их шансы на выполнение своих моральных обязательств, агент не действует неправильно, выполняя такие действия ( Charity ). .

В-четвертых, он достигает вышеупомянутого, в то же время допуская, что существуют случаи (например, War и наш последний вариант Car ), в которых моральная неправильность выполнения действия, влияющего на шанс, может быть перевешена конкурирующими моральными соображениями (в то время как моральное зло).

(D) касается выполнения одного случайного действия. Но, как упоминалось в § 1, некоторые действия, которые мы выполняем, являются маркерами типов действий, которые, как мы имеем веские основания полагать, систематическое выполнение которых резко снизят наши шансы на выполнение морального обязательства в более позднее время.

Аналогичный принцип (D) в случае участия в такой деятельности также правдоподобен:

(D *) Если агент X несет моральное обязательство в какой-то момент t выполнить какое-либо действие в определенный момент времени. позднее время t ', и стоит перед выбором (по крайней мере) между двумя типами действий, Φ и Ψ, то, если систематическое участие в токенах Φ, а не Ψ - это то, что у X есть веские основания полагать, что систематическое выполнение из которых резко снизит шанс X выполнить моральное обязательство при t ', тогда pro tanto морально неправильно для X систематически Φ.

Чтобы понять почему, возьмите:

Таблетка: у вас есть моральное обязательство в момент t 0 помочь кому-то в момент t 10 . По телефону 0 вы можете выбрать курс приема таблеток от 0 до 10 . Каждая таблетка доставляет некоторое удовольствие в течение короткого периода после употребления, при этом нанося вам незначительный, незаметный вред. Вам достоверно сообщают, что, хотя употребление одной таблетки не причинит значительного вреда кому-либо, те, кто принимает эти таблетки систематически в течение определенного периода времени, станут крайне физически нездоровыми.Вы принимаете таблетки.

Здесь кажется, что вы делаете что-то морально неправильное, систематически принимая таблетки от t 0 до t 10 . Одна таблетка сама по себе не снизит шансы выполнить ваш моральный долг на t 10 , но систематическое употребление их будет . Делать это, когда у вас есть веские основания полагать, что это резко снизит ваши шансы на выполнение вашего морального обязательства (по сравнению, например, с отказом от приема таблеток), кажется морально неправильным - даже если, в принципе, эту моральную несправедливость можно перевесить. Footnote 9

Два важных уточнения для (D) и (D *). Сначала рассмотрим:

Убийство : Вы проводите большинство вечеров дома со своим партнером. Вы понимаете, что если бы вы убили своего партнера и это сошло с рук, у вас было бы гораздо больше свободного времени по вечерам, чтобы работать волонтером в местном продовольственном банке. Несмотря на это, вы решаете не убивать своего партнера.

Очевидно, вы поступили морально правильно в убийстве .Но обратите внимание, что, решив не убивать своего партнера, вы сделали что-то, что, как вы знаете, - по сравнению с его убийством - резко снижает ваши шансы на выполнение ваших моральных обязательств по оказанию помощи крайне бедным.

Кто-то может подумать, что, поскольку, например, (D) утверждает, что выполнение действий, которые, по вашему мнению, значительно снизят ваши шансы на выполнение морального обязательства, является pro tanto морально неправильным, то это влечет за собой то, что вы сделали что-то pro tanto морально. неправильно, если вы не убиваете своего партнера и, в свою очередь, что вы фактически имеете моральное обязательство pro tanto с по убить вашего партнера в Убийство .

Это неправдоподобно. Вы не делаете ничего даже pro tanto морально неправильного, не убивая своего партнера в Murder . На первый взгляд никакое представление о моральном статусе действий, влияющих на случайность, не должно влечь за собой, что вы делаете что-то pro tanto морально неправильно, не совершая действия, которое само по себе является морально недопустимым. Равным образом это не должно влечь за собой моральное обязательство pro tanto совершить какое-либо действие, выполнение которого независимо от других является морально неправильным - например, убийство вашего партнера по делу Murder .

Итак, если (D) влечет за собой, что вы сделали что-то pro tanto морально неправильное, не убив своего партнера, то (D) ложно. То же самое, конечно, относится к (D *) в аналогичных делах о систематических действиях.

(D) и (D *), однако, могут быть легко квалифицированы, чтобы избежать этого последствия, сохраняя при этом все их вышеупомянутые привлекательные особенности, таким образом: действия, из которых вы выбираете, сами по себе являются , в остальном морально допустимыми действиями . Иными словами, они должны быть действиями, которые вне контекста, влияющего на вероятность, были бы допустимы для выполнения. Footnote 10

(D), таким образом, касается только морального статуса действий, снижающих вероятность, которые были бы морально допустимы для выполнения вне рассматриваемого контекста, влияющего на случайность. Это гарантирует, что (D) , а не влечет за собой, что вы сделали что-то pro tanto морально неправильно, не убив своего партнера в Murder . Потому что убийство вашего партнера здесь уже не является морально допустимым действием и, как таковое, не является кандидатом на действие, влияющее на случайность, которое может быть pro tanto морально неправильным для выполнения с этой точки зрения. Сноска 11

Второй, взять:

Работа : Вам предложили высокооплачиваемую работу. Однако эта работа подвергнет вас очень высокому риску физического вреда. У вас есть выбор: согласиться на эту работу или остаться безработным. Вы решили остаться без работы.

Отказ от работы - это действие, которое, по вашему мнению, значительно снизит ваши шансы на выполнение обязательства по оказанию помощи тем, кто находится в крайней нищете, по сравнению с принятием на работу, поскольку вы откажетесь от денег, которые нужно потратить на оказание такой помощи.Но, похоже, вы не сделали ничего плохого, оставшись безработным. Если (D) влечет за собой то, что у вас есть, то это выглядит ложным.

Причина, однако, что вы не сделали что-то pro tanto морально неправильное, сделав этот выбор, снижающий шансы, по-видимому, заключается в том, что принятие работы повлечет за собой тяжелое бремя: подвергнуть ваше личное благополучие значительному риску (так что как иметь возможность делать пожертвования на благотворительность). Похоже, вы можете допустимо выбрать, чтобы избежать этого риска. Это говорит о том, что действия, влияющие на случайность, которые, по вашему мнению, резко снизят ваши шансы на выполнение морального обязательства, не являются морально неправильными, если они являются для вас очень обременительными.

Итак, окончательная квалификация для (D) и (D *) такова: они касаются только тех действий, которые не являются обременительными для агента . Footnote 12 С этой квалификацией (D) избегает неправдоподобного вывода о том, что вы делаете что-то неправильно в Job , решив остаться безработным. При этом он уважает тот факт, что агенты имеют по крайней мере некоторую личную прерогативу жить так, как они хотят, и не морально обязаны выполнять действия, которые требуют от них необоснованно нести тяжелое бремя. Footnote 13

Таким образом, у нас есть веские основания полагать (D) и (D *), поскольку они отражают нашу интуицию во всех обсуждаемых случаях и позволяют избежать всех проблем, обозначенных (A) - (C). Теперь я защищаю эти принципы от трех возражений.

Первое: поскольку, на мой взгляд, любое действие, которое влияет на объективную вероятность выполнения морального обязательства в будущем, является действием, влияющим на случайность, в принципе любое действие может иметь влияние на случайность.Если да, то как (D) и (D *) может быть overdemanding : они потенциально относятся любые действия, которые агент может выполнить, так как это может быть шансом затрагивающего действия.

Это возражение неверно истолковывает (D) и (D *). (D) - это утверждение только о pro tanto моральной неправоте конкретного класса влияющих на случай действий действий: в противном случае допустимые и не слишком обременительные действия, которые, как мы имеем веские основания полагать, резко уменьшат объективную вероятность выполнения данной моральной нормы. обязательство в будущем.

Напротив, (A) очень требователен к . В нем говорится, что любое действие , которое снижает ваши шансы на выполнение морального обязательства, является неправильным. Это влечет за собой, что любое действие, влияющее на случайность, которое снижает вероятность выполнения морального обязательства даже на очень маленькую степень по сравнению с другим действием, является неправильным. (D) и (D *) нет, только в отношении определенных действий у агентов есть веские основания полагать, что они (по крайней мере, по сравнению с одним другим доступным действием) резко снизят вероятность выполнения ими морального обязательства.

Второе возражение: предположим, мы согласны с тем, что, например, в случае Автомобиль * вы сделаете что-то морально неправильное, взяв свою машину. Эта интуиция, однако, может быть объяснена тем, что вы не выполняете какие-то другие моральные обязательства , которые вы бы выполняли, что не ссылается на тот факт, что действие, которое вы совершаете, каким-то образом снижает ваши шансы на выполнение морального обязательства. Например, в Car * и Pill вы можете быть под общим моральным обязательством, закрепленным:

(Передача): Если X должен Φ, учитывая все обстоятельства, и Ψ является необходимым средством для Φ-ing, то X должен также Ψ, учитывая все обстоятельства (Cordelli 2018: 383). Сноска 14

Согласно (Передача), если я должен помочь своему другу (учитывая все обстоятельства), и если посещение их дома является для меня необходимым средством, чтобы помочь своему другу, то я также должен пойти в дом моего друга ( учитывая все обстоятельства).

В таком случае, возможно, в Car * моральная несправедливость забрать мою машину объясняется не ссылкой на (D) и особенностью этого действия, снижающей вероятность этого, а, скорее, тем, что поездка на автобусе - это необходимое средство . , чтобы помочь Адаму.И так как я должен ему помочь, а я не смог сделать что-то необходимое для и , то я сделал что-то не так, взяв машину.

Даже если (Трансмиссия) верна, тем не менее, это не может объяснить моральную неправомерность использования моей машины в Автомобиль *. Ибо хотя моя машина снизит шансы на выполнение моих моральных обязательств перед Адамом, это не необходимое средство , чтобы помочь ему. Скорее всего, это только снизит мои шансы на то, чтобы это сделать.Это снижение шансов не делает поездку на автобусе необходимым средством помощи Адаму, а только тем, что более вероятно - по сравнению с автомобилем - гарантировать, что я смогу выполнить свое обязательство. Итак, это возражение несостоятельно.

Можно было бы ответить, предположив, что измененная форма (Передача) может объяснить ошибочность действий, снижающих вероятность, которые касаются (D) и (D *):

(Передача *): Если X должен быть Φ, учитывая все обстоятельства, и Ψ является разумным шагом для обеспечения того, чтобы X был Φ, то X должен также Ψ, учитывая все обстоятельства.

В Автомобиль * и Таблетка , например, вы можете быть связаны общим моральным обязательством принять все разумные меры для обеспечения выполнения морального обязательства. Взяв свою машину или систематически употребляя таблетки, вы нарушите это обязательство, поскольку такие действия, которые агент имеет веские основания полагать, резко снизят его шансы на выполнение своих моральных обязательств. Таким образом, неспособность встретить (Передача *) может быть лучшим объяснением нашей интуиции в этих случаях - а не (D) или (D *).

Неясно, верно ли (Передача *). Но даже если это так, для будет какое-то объяснение, почему это так. Отсутствие одного, утверждение существования только этого общего обязательства как лучшее объяснение интуиции о том, что определенные действия, влияющие на случайность, являются pro tanto морально неправильными, оставляет необъяснимым , почему у нас может быть это дополнительное моральное обязательство.

Но (D) и (D *) дают желаемое объяснение. Ибо, если pro tanto морально неправильно совершать действие (или участвовать в каком-либо виде действия), которое, как мы имеем веские основания полагать, резко снизит вероятность выполнения морального обязательства в будущем, то - согласно стандартным оценкам взаимоотношений. между моральным ущербом и обязательствами - (D) и (D *) влекут за собой то, что у нас есть pro tanto моральное обязательство , а не выполнять такие действия.

Существование этого морального обязательства объясняет, почему существует общее обязательство принимать разумные меры для обеспечения выполнения наших моральных обязательств: потому что неправильно делать то, что в отсутствие более веских конкурирующих моральных соображений резко снизится. наши шансы выполнить моральный долг в будущем. Итак, эта пересмотренная форма второго возражения не работает.

Наконец, можно возразить, что модальные изменения в кейсе могут изменить моральные обязательства агента, и что этот может объяснить, почему мы считаем действия, подобные тем, что в Автомобиль * морально неправильными.Например, возможно, как только вы сядете в машину и начнете водить машину, вы создадите дополнительное моральное обязательство изменить свое поведение и исправить, сделав шанс того, что вы дойдете до Адама, значительно ниже, чем какое-либо другое действие, которое вы могли бы выполнить (например, сесть на автобус).

Но, опять же, наличие морального обязательства исправить свое поведение в Автомобиль * требует объяснений. И (D) предоставляет следующее: причина того, что вы (предположим) несете моральное обязательство (pro tanto) выйти из своей машины и сесть на автобус, заключается в том, что вождение вашей машины к Адаму является, по сравнению с поездкой на автобусе, действием. у вас есть веские основания полагать, что вряд ли вы выполните свои обязательства перед Адамом.Таким образом, это беспокойство не дает оснований отклонять (D) (или (D *) в аналогичных случаях) в свете модальных изменений в таких случаях, как Car * (или Pill ).

Этика добродетели | Интернет-энциклопедия философии

Этика добродетели - это широкий термин для теорий, которые подчеркивают роль характера и добродетели в моральной философии, а не либо выполнение своего долга, либо действие для достижения хороших результатов. Специалист по этике добродетели может дать вам такой моральный совет: «Действуйте так, как поступил бы добродетельный человек в вашей ситуации.”

Большинство теорий этики добродетели черпают вдохновение у Аристотеля, который утверждал, что добродетельный человек - это тот, кто обладает идеальными чертами характера. Эти черты проистекают из естественных внутренних склонностей, но их нужно развивать; однако, однажды установившись, они станут стабильными. Например, добродетельный человек - это тот, кто проявляет доброту во многих ситуациях в течение жизни, потому что это его характер, а не потому, что он хочет максимизировать полезность, получить благосклонность или просто выполнять свой долг. В отличие от деонтологических и консеквенциалистских теорий, теории этики добродетели не ставят своей целью прежде всего выявить универсальные принципы, которые могут быть применены в любой моральной ситуации.А теории этики добродетели имеют дело с более широкими вопросами: «Как мне жить?» и «Что такое хорошая жизнь?» и «Каковы правильные семейные и социальные ценности?»

С момента своего возрождения в двадцатом веке этика добродетели развивалась по трем основным направлениям: эвдемонизм, теории, основанные на агентах, и этика заботы. Евдемонизм основывает добродетели в человеческом процветании, где процветание приравнивается к хорошему выполнению особой функции. Что касается людей, Аристотель утверждал, что наша отличительная функция - это рассуждение, и поэтому жизнь, «которой стоит жить», - это та жизнь, которую мы хорошо рассуждаем.Теория, основанная на агентах, подчеркивает, что добродетели определяются интуицией здравого смысла, которую мы, как наблюдатели, считаем замечательными чертами других людей. Третья ветвь этики добродетели, этика заботы, была предложена преимущественно феминистскими мыслителями. Это ставит под сомнение идею о том, что этика должна быть сосредоточена исключительно на справедливости и автономии; он утверждает, что следует учитывать и более женственные черты, такие как забота и воспитание.

Вот некоторые общие возражения против этики добродетели. Его теории обеспечивают эгоцентричную концепцию этики, поскольку человеческое процветание рассматривается как самоцель и недостаточно учитывает степень, в которой наши действия влияют на других людей.Этика добродетели также не дает указаний о том, как нам следует действовать, поскольку нет четких принципов для руководства действиями, кроме «действовать так, как поступил бы добродетельный человек в данной ситуации». Наконец, на способность развивать правильные добродетели будет влиять ряд различных факторов, которые человек не может контролировать из-за образования, общества, друзей и семьи. Если моральный облик настолько зависит от удачи, какую роль это оставляет соответствующей похвале и порицанию человека?

В этой статье рассматривается, как этика добродетели изначально определяла себя, призывая к отходу от доминирующих нормативных теорий деонтологии и консеквенциализма.Далее рассматриваются некоторые общие возражения, выдвигаемые против этики добродетели, а затем рассматривается образец полностью разработанных концепций этики добродетели и ответных мер.

Содержание

  1. Изменение современной моральной философии
    1. Анскомб
    2. Уильямс
    3. MacIntyre
  2. Соперник деонтологии и утилитаризма
    1. Как жить?
    2. Характер и добродетель
    3. Антитеория и некодифицируемость этики
    4. Заключение
  3. Этические теории добродетели
    1. Евдемонизм
    2. Агентские отчеты об этике добродетели
    3. Этика заботы
    4. Заключение
  4. Возражения против этики добродетели
    1. Эгоцентризм
    2. Руководство к действию
    3. Моральная удача
  5. Добродетель в деонтологии и консеквенциализме
  6. Ссылки и дополнительная литература
    1. Изменение современной моральной философии
    2. Обзоры этики добродетели
    3. Разновидности этики добродетели
    4. Сборники по этике добродетели
    5. Добродетель и нравственная удача
    6. Добродетель в деонтологии и консеквенциализме

1.Изменение современной моральной философии

а. Анскомб

В 1958 году Элизабет Анскомб опубликовала статью под названием «Современная моральная философия», которая изменила наше представление о нормативных теориях. Она критиковала предвзятость современной моральной философии с правовой концепцией этики. Правовая концепция этики имеет дело исключительно с обязанностями и долгом. Среди теорий, которые она критиковала за их опору на универсально применимые принципы, были утилитаризм Дж. С. Милля и деонтология Канта.Эти теории опираются на правила морали, которые, как утверждалось, применимы к любой моральной ситуации (то есть принцип величайшего счастья Милля и категорический императив Канта). Такой подход к этике основан на универсальных принципах и приводит к жесткому моральному кодексу. Кроме того, эти жесткие правила основаны на понятии обязательства, которое не имеет смысла в современном светском обществе, потому что они не имеют смысла без предположения о существовании законодателя - предположение, которое мы больше не делаем.

Вместо этого Анскомб призвал вернуться к другому способу ведения философии.Вдохновленная Аристотелем, она призвала вернуться к таким понятиям, как характер, добродетель и процветание. Она также подчеркнула важность эмоций и понимания моральной психологии. За исключением акцента на моральной психологии, рекомендации Анскомба о том, чтобы мы уделяли добродетели более центральное место в нашем понимании морали, были подхвачены рядом философов. В результате совокупность теорий и идей стала известна как этика добродетели.

Критический и конфронтационный подход

Анскомба заложил основу того, как этика добродетели должна была развиваться в первые несколько лет своего существования.Философы, откликнувшиеся на призыв Анскомба вернуться к добродетели, видели свою задачу в том, чтобы определить этику добродетели с точки зрения того, чем она не является, то есть того, чем она отличается от других нормативных теорий и позволяет избежать ошибок. Прежде чем перейти к подробному рассмотрению этого вопроса, нам нужно вкратце взглянуть на двух других философов, Бернарда Уильямса и Аласдера Макинтайра, чей призыв к теориям добродетели также сыграл важную роль в изменении нашего понимания моральной философии.

г. Уильямс

Философские работы Бернарда Уильямса всегда отличались своей способностью привлекать наше внимание к ранее незамеченной, но теперь впечатляюще плодотворной области для философских дискуссий.Уильямс критиковал развитие моральной философии. Он проводил различие между моралью и этикой. Мораль характеризуется в основном работами Канта и такими понятиями, как долг и обязательство. Решающим образом с понятием обязательства связано понятие вины. Обвинять уместно, потому что мы обязаны вести себя определенным образом, и если мы способны соответствовать нашему поведению и не соблюдаем его, мы нарушили свой долг.

Уильямс также был обеспокоен тем, что такая концепция морали отвергает возможность удачи.Если мораль - это то, что мы обязаны делать, тогда нет места тому, что находится вне нашего контроля. Но иногда достижение хорошей жизни зависит от вещей, находящихся вне нашего контроля.

В ответ Уильямс принимает более широкую концепцию этики и отвергает узкую и ограничивающую концепцию морали. Этика включает в себя множество эмоций, которые мораль отвергают как неуместные. Этические проблемы шире, охватывают друзей, семью и общество и уступают место таким идеалам, как социальная справедливость.Этот взгляд на этику совместим с древнегреческой интерпретацией благой жизни у Аристотеля и Платона.

г. MacIntyre

Наконец, идеи Аласдера Макинтайра послужили стимулом для возросшего интереса к добродетели. Проект Макинтайра столь же глубоко критикует многие из тех же понятий, как «должно», как и Анскомб и Уильямс. Однако он также пытается дать отчет о добродетели. Макинтайр рассматривает большое количество исторических описаний добродетелей, которые различаются списками добродетелей и имеют несовместимые теории добродетелей.Он заключает, что эти различия объясняются разными практиками, которые порождают разные концепции добродетелей. Для понимания каждого описания добродетели необходимо предварительное рассмотрение социальных и моральных качеств. Таким образом, чтобы понять гомеровскую добродетель, вам нужно посмотреть на ее социальную роль в греческом обществе. Таким образом, добродетели реализуются в рамках практик, которые представляют собой последовательные социальные формы деятельности и стремятся реализовать внутренние блага этой деятельности. Добродетели позволяют нам достигать этих благ.Есть конец (или телос ), который превосходит все отдельные практики и составляет благо всей человеческой жизни. Эта цель - добродетель честности или постоянства.

Все эти три писателя по-своему выступали за радикальное изменение наших взглядов на мораль. Призывают ли они к изменению акцента с обязательств, к возвращению к широкому пониманию этики или к объединяющей традиции практик, порождающих добродетели, их неудовлетворенность состоянием современной моральной философии закладывает основу для перемен.

2. Соперничество деонтологии и утилитаризму

Существует ряд различных объяснений этики добродетели. Это новая концепция, которая изначально определялась тем, чем она не является, а не тем, чем она является. В следующем разделе исследуются утверждения, изначально выдвинутые специалистами по этике добродетели, которые выставляют эту теорию в качестве соперника деонтологии и консеквенциализму.

а. Как жить?

Моральные теории связаны с правильным и неправильным поведением. Эта предметная область философии неизбежно связана с практическими проблемами правильного поведения.Однако этика добродетели меняет вопрос, который мы задаем об этике. Там, где деонтология и консеквенциализм заботятся о правильных действиях, этика добродетели заботится о хорошей жизни и о том, какими людьми мы должны быть. "Что является правильным действием?" вопрос существенно отличается от вопроса «Как мне жить? Каким человеком я должен быть? » Если первый тип вопросов касается конкретных дилемм, то второй - это вопрос всей жизни. Вместо того, чтобы спрашивать, какое действие здесь и сейчас является правильным, этика добродетели спрашивает, каким человеком следует быть, чтобы все время поступать правильно.

В то время как деонтология и консеквенциализм основаны на правилах, которые пытаются дать нам правильные действия, этика добродетели делает центральное использование концепции характера. Ответ на вопрос «Как жить?» в том, что нужно жить добродетельно, то есть иметь добродетельный характер.

г. Характер и добродетель

Современная этика добродетели черпает вдохновение из аристотелевского понимания характера и добродетели. Что важно, аристотелевский характер связан с состоянием бытия.Речь идет о соответствующих внутренних состояниях. Например, добродетель подразумевает правильные эмоции и внутренние состояния по отношению к нашим чувствам к другим. Характер - это тоже действие. Аристотелевская теория - это теория действия, поскольку наличие добродетельных внутренних предрасположенностей также подразумевает побуждение действовать в соответствии с ними. Осознание того, что доброта - это уместная реакция на ситуацию, и чувство должного доброго расположения также приведет к соответствующей попытке действовать доброжелательно.

Еще одна отличительная черта этики добродетели - это то, что чертами характера являются стабильные, фиксированные и надежные предрасположенности. Если агент обладает такой чертой характера, как доброта, мы ожидаем, что он или она будет вести себя доброжелательно в самых разных ситуациях, по отношению к разным людям и в течение длительного периода времени, даже когда это трудно сделать. Можно положиться на человека с определенным характером, который будет действовать последовательно в течение определенного времени.

Важно осознавать, что моральные качества развиваются в течение длительного периода времени.Люди рождаются со всеми видами естественных наклонностей. Некоторые из этих естественных наклонностей будут положительными, например, спокойный и дружелюбный характер, а другие - отрицательными, например вспыльчивый и ревнивый характер. Эти естественные склонности можно поощрять и развивать, а также препятствовать и пресекать влияния, которым человек подвергается в процессе взросления. Существует ряд факторов, которые могут повлиять на развитие характера, например родители, учителя, группа сверстников, образцы для подражания, степень поддержки и внимания, которые человек получает, и подверженность различным ситуациям.Наши природные склонности, сырье, из которого мы рождаемся, формируются и развиваются в ходе длительного и постепенного процесса обучения и привыкания.

Нравственное воспитание и развитие - важная часть этики добродетели. Нравственное развитие, по крайней мере на ранних этапах, зависит от наличия хороших образцов для подражания. Добродетельный агент действует как образец для подражания, и ученик добродетели подражает его или ее примеру. Изначально это процесс приучения себя к правильным действиям. Аристотель советует нам совершать справедливые поступки, потому что так мы становимся справедливыми.Изучающий добродетель должен развить правильные привычки, чтобы иметь тенденцию совершать добродетельные поступки. Добродетель сама по себе не является привычкой. Привыкание - это просто помощь в развитии добродетели, но истинная добродетель требует выбора, понимания и знаний. Добродетельный агент не действует справедливо просто из-за нерефлексивной реакции, он пришел к осознанию ценности добродетели и того, почему она является подходящей реакцией. Добродетель выбирается сознательно ради нее самой.

На развитие моральных качеств может уйти вся жизнь.Но как только это будет твердо установлено, человек будет действовать последовательно, предсказуемо и надлежащим образом в самых разных ситуациях.

Аристотелевская добродетель определена в Книге II Никомаховой этики как целеустремленная предрасположенность, лежащая в средстве и определяемая правильной причиной. Как уже говорилось выше, добродетель - это устойчивый характер. Это также целенаправленный характер. Добродетельный деятель выбирает добродетельный поступок сознательно и ради него самого. Недостаточно действовать по-доброму случайно, бездумно или потому, что так поступают все остальные; вы должны действовать доброжелательно, потому что вы признаете, что это правильный способ поведения.Обратите внимание: хотя привыкание - это инструмент развития характера, оно не эквивалентно добродетели; добродетель требует сознательного выбора и утверждения.

Добродетель «лежит в основе», потому что правильный ответ на каждую ситуацию - это не слишком много и не слишком мало. Добродетель - это адекватный ответ на разные ситуации и разных агентов. Добродетели связаны с чувствами. Например: смелость связана со страхом, скромность связана с чувством стыда, а дружелюбие - с чувствами по поводу поведения в обществе.Достоинство заключается в среднем значении, потому что оно включает в себя демонстрацию среднего количества эмоций, где среднее означает подходящее. (Это не означает, что нужная сумма - это скромная сумма. Иногда достаточно много эмоций может быть уместным количеством эмоций, как в случае праведного негодования). Средняя сумма не является ни слишком большой, ни слишком маленькой и зависит от требований человека и ситуации.

Наконец, добродетель определяется правильной причиной. Добродетель требует правильного желания и правильного разума.Действовать по неправильной причине - значит действовать злобно. С другой стороны, агент может попытаться действовать по правильной причине, но потерпит неудачу из-за неправильного желания. Добродетельный агент действует без усилий, понимает правильную причину, имеет гармоничное правильное желание и имеет внутреннее состояние добродетели, которое плавно перетекает в действие. Добродетельный агент может служить примером добродетели для других.

Важно понимать, что это поверхностный отчет об идеях, которые детально развиты у Аристотеля.Здесь они кратко описаны, поскольку они сыграли центральную роль в утверждении этики добродетели о выдвижении уникального и конкурирующего с другими нормативными теориями объяснения. Современные специалисты по этике добродетели разработали свои теории вокруг центральной роли характера и добродетели и утверждают, что это дает им уникальное понимание морали. Акцент на развитии характера и роли эмоций позволяет этике добродетели иметь правдоподобное объяснение моральной психологии, которой не хватает деонтологии и консеквенциализму.Этика добродетели позволяет избежать проблемных концепций долга и долга в пользу богатой концепции добродетели. Суждения добродетели - это суждения всей жизни, а не одного отдельного действия.

г. Антитеория и некодифицируемость этики

В первой книге Никомахова этика Аристотель предупреждает нас, что изучение этики неточно. Сторонники этики добродетели бросили вызов консеквенциалистским и деонтологическим теориям, потому что они не смогли принять это понимание.Теории как деонтологического, так и консеквенциалистского типа опираются на одно правило или принцип, применимый ко всем ситуациям. Поскольку их принципы негибкие, они не могут приспособиться ко всем сложным моральным ситуациям, с которыми мы, вероятно, столкнемся.

Мы постоянно сталкиваемся с моральными проблемами. Например: следует ли мне рассказать подруге правду о ее лживом парне? Стоит ли жульничать на экзаменах? Следует ли мне сделать аборт? Стоит ли спасти тонущего ребенка? Следует ли нам разлучить сиамских близнецов? Стоит ли мне присоединиться к протестам за топливо? Все эти проблемы разные, и кажется маловероятным, что мы сможем решить их все, применив одно и то же правило.Если проблемы разнообразны, не следует ожидать, что мы найдем их решение в одном жестком и негибком правиле, не допускающем исключений. Если природа того, что мы изучаем, разнообразна и меняется, то ответ не может быть хорошим, если он негибкий и непоколебимый. Ответ на вопрос «как мне жить?» нельзя найти в одном правиле. В лучшем случае для этики добродетели могут существовать эмпирические правила - правила, которые по большей части верны, но не всегда могут быть подходящей реакцией.

Доктрина среднего отражает именно эту идею.Добродетельный ответ не может быть отражен в правиле или принципе, которые агент может изучить, а затем действовать добродетельно. Знание добродетели зависит от опыта, чувствительности, способности воспринимать, практического мышления и т. Д. И требует много времени для развития. Идея о том, что этику нельзя уловить одним правилом или принципом, является «некодифицируемым тезисом этики». Этика слишком разнообразна и неточна, чтобы ее можно было зафиксировать в жестком кодексе, поэтому мы должны подходить к морали с помощью теории, которая будет столь же гибкой и реагирующей на ситуацию, как и сам предмет.В результате некоторые сторонники этики добродетели считают себя анти-теоретиками, отвергая теории, которые систематически пытаются уловить и организовать все вопросы, имеющие практическое или этическое значение.

г. Вывод

Этика добродетели изначально возникла как конкурирующая теория деонтологии и консеквенциализма. Она возникла из неудовлетворенности понятиями долга и обязательства и их центральной ролью в понимании морали. Это также выросло из возражения против использования жестких моральных правил и принципов и их применения к разнообразным и разным моральным ситуациям.Характерно, что этика добродетели заявляет о центральной роли добродетели и характера в своем понимании нравственной жизни и использует это, чтобы ответить на вопросы «Как мне жить? Каким человеком я должен быть? » Теории консеквенциализма основаны на результатах, а теории Канта - на агентах. Этика добродетели основана на характере.

3. Этические теории добродетели

Выдвижение возражений против других нормативных теорий и самоопределение против требований других было первым этапом в развитии этики добродетели.Затем специалисты по этике добродетели взяли на себя задачу разработать полноценные концепции добродетели, которые могли бы стоять на своих собственных достоинствах, а не просто критиковать консеквенциализм и деонтологию. На эти описания в основном повлияло аристотелевское понимание добродетели. В то время как некоторые этики добродетели черпают вдохновение из рассказов Платона, стоиков, Фомы Аквинского, Юма и Ницше о добродетели и этике, аристотелевские концепции этики добродетели по-прежнему доминируют в этой области. Существует три основных направления развития этики добродетели: эвдемонизм, агентные теории и этика заботы.

а. Евдемонизм

«Эвдемония» - это аристотелевский термин, который вольно (и неадекватно) переводится как счастье. Чтобы понять его роль в этике добродетели, мы обратимся к аргументу функции Аристотеля. Аристотель признает, что действия не бессмысленны, потому что у них есть цель. Каждое действие нацелено на что-то хорошее. Например, вакцинация ребенка врачом направлена ​​на его здоровье, английский теннисист Тим ​​Хенман работает над своей подачей, чтобы выиграть Уимблдон, и так далее. Более того, некоторые вещи делаются ради них самих ( заканчиваются на сами по себе), а некоторые вещи делаются ради других вещей ( означает для других целей).Аристотель утверждает, что все вещи, которые являются целями сами по себе, также вносят вклад в более широкую цель, цель, которая является величайшим благом из всех. Это добро - эвдемония. Eudaimonia - счастье, удовлетворение и удовлетворение; это название лучшей жизни, которая является самоцелью и средством жить и преуспевать.

Аристотель затем замечает, что там, где вещь выполняет функцию, хорошо от вещи, когда она хорошо выполняет свою функцию. Например, нож выполняет функцию резания, и он хорошо выполняет свою функцию, когда хорошо режет.Этот аргумент применяется к человеку: у человека есть функция, а хороший человек - это человек, который хорошо выполняет свою функцию. Функция человека - это то, что ему свойственно и отличает его от других существ, - разум. Следовательно, функция человека - это разум, а жизнь, которая характерна для людей, - это жизнь в соответствии с разумом. Если функция человека - разум, то хороший человек - это человек, который хорошо рассуждает. Это жизнь совершенства или эвдемонии. Эвдемония - это жизнь, основанная на добродетели - деятельности в соответствии с разумом, высшей функции человека.

Важность этого пункта эвдемонистической этики добродетели состоит в том, что он обращает вспять отношения между добродетелью и праведностью. Утилитарист мог бы принять ценность добродетели, но только потому, что добрый человек может вызвать последствия, которые увеличивают полезность. Итак, добродетель оправдана только из-за тех последствий, которые она вызывает. В евдемонистской этике добродетели добродетели оправданы, потому что они являются составными элементами эвдемонии (то есть человеческого процветания и благополучия), что само по себе хорошо.

Розалинда Херстхаус разработала одно подробное описание эвдемонистской этики добродетели. Херстхаус утверждает, что добродетели делают их обладателя хорошим человеком. Все живые существа можно оценить на или экземпляра в их естественном виде. Как и Аристотель, Херстхаус утверждает, что характерным для людей образом жизни является рациональный путь: по самой своей природе люди действуют рационально, что позволяет нам принимать решения и изменять свой характер и позволяет другим считать нас ответственными за эти решения.Действовать добродетельно, то есть действовать в соответствии с разумом, - это действовать способом, характерным для природы человека, и это приведет к эвдемонии. Это означает, что добродетели приносят пользу своему обладателю. Можно подумать, что требования морали противоречат нашим личным интересам, поскольку мораль касается других, но евдемонистская этика добродетели представляет иную картину. Человеческая природа такова, что добродетель проявляется не в противовес личным интересам, а, скорее, является квинтэссенцией человеческого процветания.Хорошая жизнь для людей - это жизнь добродетели, и поэтому в наших интересах быть добродетельными. Дело не только в том, что добродетели ведут к хорошей жизни (например, если вы хороший, вы будете вознаграждены), но скорее, добродетельная жизнь - это хорошая жизнь, потому что проявление наших рациональных способностей и добродетели - это сама по себе награда.

Однако важно отметить, что было много разных способов развить эту идею хорошей жизни и добродетели в рамках этики добродетели. Филиппа Фут, например, основывает добродетели на том, что хорошо для людей.Добродетели приносят пользу их обладателю или сообществу (обратите внимание, что это похоже на аргумент Макинтайра о том, что добродетели позволяют нам достигать благ в рамках человеческих практик). Добродетели не являются составляющими хорошей жизни, а ценны потому, что способствуют ей.

Другой рассказ сделан перфекционистами, такими как Томас Хурка, которые выводят достоинства из характеристик, которые наиболее полно развивают наши основные качества как человеческих существ. Людей оценивают по стандарту совершенства, который отражает очень редкие или идеальные уровни человеческих достижений.Добродетели реализуют нашу способность к рациональности и, следовательно, способствуют нашему благополучию и совершенствованию в этом смысле.

г. Агентские отчеты об этике добродетели

Не все описания этики добродетели являются эвдемонистскими. Майкл Слот разработал концепцию добродетели, основанную на нашей интуиции здравого смысла относительно того, какие черты характера достойны восхищения. Слот проводит различие между теориями, ориентированными на агентов, и теориями, основанными на агентах. Теории, ориентированные на агентов, понимают моральную жизнь с точки зрения того, что значит быть добродетельной личностью, где добродетели - это внутренние предрасположенности.Аристотелевская теория - пример теории, ориентированной на агентов. Напротив, теории, основанные на агентах, более радикальны в том смысле, что их оценка действий зависит от этических суждений о внутренней жизни агентов, выполняющих эти действия. Есть множество человеческих качеств, которые мы считаем достойными восхищения, такие как доброжелательность, доброта, сострадание и т. Д., И мы можем идентифицировать их, глядя на людей, которыми мы восхищаемся, на наши образцы морали.

г. Этика ухода

Наконец, этика заботы - еще одна влиятельная версия этики добродетели.Этот взгляд на этику добродетели, разработанный в основном писателями-феминистками, такими как Аннет Байер, мотивирован мыслью о том, что мужчины думают в мужских терминах, таких как справедливость и автономия, тогда как женщины думают в женских терминах, таких как забота. Эти теоретики призывают к изменению нашего взгляда на мораль и добродетели, переходя к добродетелям, примером которых являются женщины, таким как забота о других, терпение, способность к воспитанию, самопожертвование и т.д. не оценили должным образом вклад женщин.Писания в этой области не всегда прямо связаны с этикой добродетели. Однако в их дискуссиях много говорится о конкретных добродетелях и их отношении к социальным практикам, моральному воспитанию и т. Д., Что является центральным в этике добродетели.

г. Вывод

Есть много разных объяснений этики добродетели. Рассмотренные выше три типа типичны для данной области. Однако существует большое поле деятельности различных авторов, разрабатывающих другие теории добродетели. Например, Кристин Свентон разработала плюралистический взгляд на этику добродетели, связанный с Ницше.Теория Ницше подчеркивает внутреннее «я» и дает возможный ответ на призыв к лучшему пониманию моральной психологии. Свентон развивает представление о любви к себе, которое позволяет ей отличать истинную добродетель от тесно связанных пороков, например уверенность в себе из тщеславия или хвастовства, добродетельные и порочные формы перфекционизма и т. д. Она также использует ницшеанские идеи творчества и самовыражения, чтобы показать, насколько разные способы признания соответствуют добродетелям.

Исторически сложилось так, что мнения о добродетели широко варьировались. Гомеровскую добродетель следует понимать в обществе, в котором она проявлялась. Стандарт качества определялся внутри конкретного общества, а ответственность определялась ролью человека в обществе. Кроме того, ценность одного человека сравнивалась с другими, и конкуренция имела решающее значение для определения ценности.

Другие описания этики добродетели вдохновлены христианскими писателями, такими как Фома Аквинский и Августин (см. Работу Давида Одерберга).Отношение Аквинского к добродетелям отличается тем, что допускает роль воли. Чья-то воля может быть направлена ​​добродетелями, и мы подчиняемся закону природы, потому что у нас есть потенциал постичь истинность практических суждений. Обладать добродетелью - значит иметь волю к ее применению и знание того, как это делать. Люди подвержены злу, и признание этого позволяет нам быть восприимчивыми к добродетелям веры, надежды и милосердия - добродетелям любви, которые значительно отличаются от добродетелей Аристотеля.

Три типа описанных выше теорий развивались в течение длительного времени, давая ответы на многие вопросы и часто меняясь в ответ на критику. Например, Майкл Слот отошел от этики добродетели, основанной на агентах, к более сентименталистскому подходу к этике добродетели, основанному на Юме. Юмовские представления об этике добродетели опираются на мотив доброжелательности и идею о том, что действия следует оценивать по выражаемым ими чувствам. Замечательные чувства - это те чувства, которые выражают заботу о человечестве.Заинтересованный читатель должен найти работы этих авторов в оригинале, чтобы полностью оценить глубину и детали их теорий.

4. Возражения против этики добродетели

Многое из того, что было написано об этике добродетели, было ответом на критику этой теории. В следующем разделе представлены три возражения и возможные варианты ответа, основанные на общих идеях, общих для большинства авторов этики добродетели.

а. Эгоцентризм

Предполагается, что мораль касается других людей.Он касается наших действий в той степени, в которой они влияют на других людей. Моральные похвалы и порицания приписываются на основании оценки нашего поведения по отношению к другим и того, как мы проявляем или не проявляем заботу о благополучии других. Согласно этому возражению, этика добродетели эгоцентрична, потому что ее главная забота связана с собственным характером агента. Этика добродетели, по-видимому, в основном заинтересована в приобретении добродетелей как части собственного благополучия и процветания агента.Нравственность требует от нас думать о других ради них самих, а не потому, что они могут принести нам пользу. Кажется, что-то не так в стремлении вести себя сострадательно, доброжелательно и честно только потому, что это сделает себя счастливее.

С этим возражением связано более общее возражение против идеи, что благополучие является главной ценностью и что все другие вещи ценны только в той степени, в которой они способствуют этому. Эта линия нападения, проиллюстрированная в трудах Тима Скэнлона, возражает против понимания благополучия как морального понятия и рассматривает его как личный интерес.Более того, благополучие нельзя сравнивать с другими людьми. Таким образом, благополучие не может играть ту роль, которую отводили бы евдемонистам.

Это возражение не учитывает роль добродетелей в теории. Добродетели относятся к иному. Например, доброта - это то, как мы реагируем на потребности других. Добродетельный агент заинтересован в развитии правильного характера, который будет адекватно реагировать на потребности других. Добродетель доброты заключается в способности воспринимать ситуации, когда от человека требуется быть добрым, иметь склонность отвечать доброжелательно, надежно и стабильно и быть способным выражать добрый характер в соответствии с добрыми желаниями.Евдемонистский взгляд на этику добродетели утверждает, что благо действующего лица и благо других не являются двумя отдельными целями. Оба они, скорее, являются результатом проявления добродетели. Вместо того чтобы быть слишком эгоцентричным, этика добродетели объединяет то, что требуется моралью, и то, что требуется личным интересом.

г. Руководство по действию

Моральная философия занимается практическими вопросами. По сути, речь идет о том, как мы должны действовать. Этика добродетели критиковала консеквенциалистские и деонтологические теории за то, что они слишком жесткие и негибкие, потому что они полагаются на одно правило или принцип.Один из ответов на это состоит в том, что эти теории направляют действия. Существование «жестких» правил - это сила, а не слабость, потому что они дают четкое указание, что делать. Зная принципы, мы можем применять их в практических ситуациях и руководствоваться ими. Возражают, что этика добродетели, с ее акцентом на неточность этики, не может помочь нам с практическими аспектами того, как нам следует себя вести. Теория, которая не может направлять действия, не годится как теория морали.

Главный ответ на эту критику - подчеркнуть роль добродетельного агента как образца. Этика добродетели отражает неточный характер этики, будучи гибкой и чувствительной к ситуации, но она также может направлять действия, наблюдая за примером добродетельного агента. Добродетельный агент - это агент, обладающий полностью развитыми моральными качествами, обладающий добродетелями и действующий в соответствии с ними, и знающий, что делать на собственном примере. Кроме того, этика добродетели уделяет большое внимание развитию морального суждения.Знание того, что делать, - это не вопрос усвоения принципа, а непрерывный процесс нравственного обучения, который даст четкие ответы только тогда, когда человек достигнет моральной зрелости. Этика добродетели не может дать нам простой и мгновенный ответ. Это потому, что этих ответов не существует. Тем не менее, это может быть руководством к действию, если мы понимаем роль добродетельного агента и важность нравственного воспитания и развития. Если добродетель состоит из правильного разума и правильного желания, этика добродетели будет направлять действия, когда мы сможем постичь правильную причину и успешно приучим свои желания подтверждать ее команды.

г. Моральная удача

Наконец, есть опасения, что этика добродетели оставляет нас заложниками удачи. Нравственность - это ответственность и уместность похвалы и порицания. Однако мы только хвалим и обвиняем агентов за действия, предпринятые по сознательному выбору. Путь к добродетели труден, и многие вещи, находящиеся вне нашего контроля, могут пойти не так. Подобно тому, как правильное образование, привычки, влияния, примеры и т. Д. Могут способствовать развитию добродетели, неправильные факторы влияния могут способствовать развитию порока.Некоторым людям повезет и они получат помощь и поддержку, которые им необходимы для достижения моральной зрелости, а другие - нет. Если развитие добродетели (и порока) зависит от удачи, справедливо ли хвалить добродетельных (и обвинять порочных) за то, что было вне их контроля? Кроме того, некоторые отчеты о добродетели зависят от наличия внешних благ. Дружба с другими добродетельными агентами настолько важна для аристотелевской добродетели, что жизнь, лишенная добродетельной дружбы, будет лишена эвдемонии.Однако мы не контролируем наличие подходящих друзей. Как же тогда мы можем восхвалять добродетельных и обвинять порочных, если их развитие, а также соответствующие добродетели и пороки не находились под их контролем?

Некоторые теории морали пытаются устранить влияние удачи на мораль (в первую очередь деонтология). Однако этика добродетели отвечает на это возражение, принимая моральную удачу. Вместо того, чтобы пытаться сделать мораль невосприимчивой к вопросам, которые находятся вне нашего контроля, этика добродетели признает хрупкость хорошей жизни и делает ее чертой морали.Это так ценно только потому, что хорошая жизнь настолько уязвима и хрупка. Многие вещи могут пойти не так на пути к добродетели, так что возможность добродетели теряется, но эта уязвимость - существенная черта человеческого состояния, которая делает достижение хорошей жизни еще более ценным.

5. Добродетель в деонтологии и консеквенциализме

Этика добродетели предлагает радикально иной подход к деонтологии и консеквенциализму. Однако этика добродетели повлияла на современную моральную философию, не только разработав полноценное представление о добродетели, но и заставив консеквенциалистов и деонтологов пересмотреть свои собственные теории с целью использования идей добродетели.

В течение многих лет деонтологи полагались в основном на Основы метафизики морали при обсуждении моральной теории Канта. Возникновение этики добродетели заставило многих писателей пересмотреть другие работы Канта. Метафизика морали , Антропология с прагматической точки зрения и, в меньшей степени, Религия только в пределах разума , стали источниками вдохновения для роли добродетели в деонтологии. Кантовская добродетель в некоторых отношениях похожа на аристотелевскую добродетель.В «Метафизике морали» Кант подчеркивает важность образования, привыкания и постепенного развития - всех идей, которые используются современными деонтологами для иллюстрации здравого смысла правдоподобия теории. Для кантианцев главная роль добродетели и соответствующего развития характера состоит в том, что добродетельный характер помогает сформулировать подходящие максимы для проверки. В остальном кантианская добродетель весьма отличается от других концепций добродетели. Различия основаны как минимум на трех идеях. Во-первых, кантианская добродетель - это борьба с эмоциями.Считает ли кто-то, что эмоции следует подчинять или устранять, для Канта моральная ценность проистекает только из долга мотива, мотива, который борется со склонностями. Это сильно отличается от аристотелевской картины гармонии между разумом и желанием. Во-вторых, для Канта не существует такой вещи, как слабость воли, понимаемая в аристотелевском смысле различия между воздержанием и недержанием. Кант концентрируется на силе воли, а отказ сделать это - самообман. Наконец, кантианцам необходимо дать отчет о взаимосвязи между добродетелью, проявляющейся в эмпирическом мире, и замечаниями Канта о моральной ценности в ноуменальном мире (замечания, которые можно интерпретировать как создающие противоречие между идеями в Основах и других работах. ).

Консеквенциалисты обнаружили роль добродетели как предрасположенности, которая имеет тенденцию способствовать хорошим последствиям. Добродетель не ценна сама по себе, но скорее ценна для хороших последствий, которые она имеет тенденцию вызывать. Мы должны развивать добродетельные наклонности, потому что они стремятся максимизировать полезность. Это радикальный отход от аристотелевского представления о добродетели как таковой. Некоторые консеквенциалисты, такие как Драйвер, идут еще дальше и утверждают, что знание не обязательно для добродетели.

Счета соперников пытались объединить преимущества этики добродетели и развиваться таким образом, чтобы они могли отвечать на вызовы, вызванные этикой добродетели. Это привело к очень плодотворной и увлекательной работе в этой области философии.

6. Ссылки и дополнительная литература

а. Изменение современной моральной философии

  • Анскомб, G.E. М., «Современная моральная философия», Философия , 33 (1958).
    • Первоначальный призыв к возврату к аристотелевской этике.
  • MacIntyre, A., After Virtue (Лондон: Дакворт, 1985).
    • Его первый набросок своего отчета о добродетелях.
  • Мердок И., Суверенитет добра (Лондон: Арк, 1985)
  • Уильямс Б., Этика и пределы философии (Лондон: Фонтана, 1985).
    • Особенно главу 10 для мыслей, обсуждаемых в этой статье.

г. Обзоры этики добродетели

  • Окли, Дж., «Разновидности этики добродетели», Ratio , vol. 9 (1996)
  • Трианоски, Г.В. «Что такое этика добродетели?» в Статман Д., Этика добродетели (Кембридж: Издательство Эдинбургского университета, 1997)

г. Разновидности этики добродетели

  • Адкинс, A.W.H., Моральные ценности и политическое поведение в Древней Греции от Гомера до конца пятого века (Лондон: Chatto and Windus, 1972).
    • Описание гомеровской добродетели.
  • Байер, А., Позы разума (Миннеаполис: Университет Миннесоты, 1985)
  • Блюм, Л.В., Дружба, альтруизм и мораль (Лондон: 1980)
  • Коттингем Дж. «Пристрастие и добродетели», Крисп Р. и Слот М., Как следует жить? (Оксфорд: Clarendon Press, 1996)
  • Коттингем Дж., «Религия, добродетель и этическая культура», Философия , 69 (1994)
  • Каллити, Г., «Аретический когнитивизм», American Philosophical Quarterly , vol.32, нет. 4, (1995a).
    • Особенно хорошо разбирается в различиях между аретическим и деонтическим.
  • Куллит и Г., «Моральный характер и проблема итераций», Utilitas , vol. 7, вып. 2, (1995b)
  • Дент, Нью-Джерси, «Ценность мужества», Philosophy , vol. 56 (1981)
  • Дент, Нью-Джерси, «Добродетели и действия», The Philosophical Quarterly , vol. 25 (1975)
  • Дент, Нью-Джерси, Психология добродетелей (G.Б .: Издательство Кембриджского университета, 1984)
  • Драйвер, Дж., «Обезьяна с помощью мотивов: этика добродетели, основанная на агентах», Utilitas , vol. 7, вып. 2 (1995).
    • Критика этики добродетели, основанной на агентах, Слот.
  • Foot, P., Natural Goodness (Oxford: Clarendon Press, 2001).
    • Ее более поздняя работа, раскрывающая новые темы в ее описании этики добродетели.
  • Foot, P., Добродетели и пороки (Oxford: Blackwell, 1978).
    • Ее оригинальная работа, излагающая ее версию этики добродетели.
  • Hursthouse, R., «Теория добродетели и аборт», Philosophy and Public Affairs, 20, (1991)
  • Hursthouse, R., Об этике добродетели, (Oxford: OUP, 1999).
    • Книжный отчет об этике добродетели эвдемонистов, включающий многие идеи из ее предыдущей работы и полностью разработанный новые идеи и ответы на критику.
  • МакДауэлл, Дж., «Недержание и практическая мудрость у Аристотеля», в Lovibond S и Williams S.G., Essays for David Wiggins , Aristotelian Society Series, Vol.16 (Oxford: Blackwell, 1996)
  • МакДауэл, Л. Дж., «Добродетель и разум», Монист, , 62 (1979)
  • Робертс Р.К., «Добродетели и правила», Философия и феноменологические исследования , т. LI, нет. 2 (1991)
  • Скэнлон, Т.М., Чем мы обязаны друг другу, (Кембридж: издательство Гарвардского университета, 1998).
    • Комплексная критика благополучия как основы моральных теорий.
  • Слот, М., От морали к добродетели (Нью-Йорк: ОУП, 1992).
    • Его первоначальная версия этики добродетели, основанной на агентах.
  • Слот, М., Мораль по мотивам , (Oxford: OUP, 2001).
    • Новая версия сентименталистской этики добродетели.
  • Swanton, C., Этика добродетели (Нью-Йорк: OUP, 2003).
    • Плюралистический взгляд на этику добродетели, вдохновленный идеями Ницше.
  • Уокер, A.D.M., «Добродетель и характер», Философия , 64 (1989)

г. Сборник по этике добродетели

  • Крисп Р. и М. Слот, Как жить? (Оксфорд: Clarendon Press, 1996).
    • Коллекция более поздних, а также критических работ по этике добродетели, включая работы кантианских критиков, таких как О’Нил, консеквенциалистских критиков, таких как Хукер и Драйвер, описание юмовской добродетели Уиггинса и других.
  • Крисп Р. и М. Слот, Этика добродетели, (Нью-Йорк: ОУП, 1997).
    • Сборник классических работ по этике добродетели, включая Анскомба, Макинтайра, Уильямса и т. Д.
  • Энгстром С. и Дж. Уайтинг, Аристотель, Кант и стоики (ЕГЭ: Cambridge University Press, 1996).
    • Коллекция, объединяющая элементы Аристотеля, Канта и стоиков по таким темам, как эмоции, характер, нравственное развитие и т. Д.
  • Hursthouse, R., G. Lawrence and W. Quinn, Добродетели и причины (Oxford: Clarendon Press, 1995).
    • Сборник эссе в честь Филиппы Фут, включая статьи Блэкберна, Макдауэлла, Кенни, Куинна и других.
  • Рорти, A.O., Очерки этики Аристотеля (США: University of California Press, 1980).
    • Оригинальный сборник статей, интерпретирующих этику Аристотеля, включая статьи Акрилла, МакДауэлла и Нагеля по эвдемонии, Бёрньита по моральному развитию, Урмсона по доктрине среднего, Виггинса и Рорти по слабости воли и других.
  • Статман Д., Этика добродетели (Кембридж: Издательство Эдинбургского университета, 1997).
    • Коллекция современных работ по этике добродетели, в том числе всестороннее введение Статмана, обзор Трианоски, Лаудена и Соломона о возражениях против этики добродетели, Херстхаус об абортах и ​​этике добродетели, Свантон о ценностях и др.

e. Добродетель и нравственная удача

  • Андре, Дж., «Нагель, Уильямс и моральная удача», анализ , 43 (1983).
    • Аристотелевский ответ на проблему моральной удачи.
  • Nussbaum, M., Love’s Knowledge (Oxford: Oxford University Press, 1990)
  • Nussbaum, M., The Fragility of Goodness (Cambridge: Cambridge University Press, 1986).
    • Включает ее первоначальный ответ на проблему удачи, а также мысли о правилах как практических правилах, роли эмоций и т. Д.
  • Statman, D., Moral Luck (США: State University of New York Press, 1993).
    • Превосходное введение Статмана, а также почти все статьи о моральном везении, включая оригинальные обсуждения Уильямса и Нагеля (и постскриптум Уильямса).

ф. Добродетель в деонтологии и консеквенциализме

  • Барон М.В., Кантианская этика почти без извинений (США: Cornell University Press, 1995).
    • Полное изложение неокантианской теории, в которой учитываются достоинства и характер.
  • Барон М.В., П. Петтит и М. Слот, Три метода этики (GB: Blackwell, 1997).
    • Написанный тремя авторами, исповедующими три точки зрения: деонтологию, консеквенциализм и этику добродетели, это превосходный отчет о том, как три нормативные теории соотносятся друг с другом.
  • Drive, r J., Uneasy Virtue (Кембридж: издательство Кембриджского университета, 2001).
    • Книжный отчет о консеквенциалистской версии этики добродетели, включающий многие ее идеи из предыдущих работ.
  • Херман, Б., Практика морального суждения (Кембридж: издательство Гарвардского университета, 1993).
    • Еще один неокантианец, которому есть что сказать о добродетелях и характере.
  • Хукер Б., Идеальный код , Реальный мир (Оксфорд: Clarendon Press, 2000).
    • Современная версия консеквенциализма правил, которая во многих отношениях чувствительна к пониманию добродетели.
  • О’Нил, «Добродетели Канта», в Crisp R.и Слот М., Как жить? (Оксфорд: Clarendon Press, 1996).
    • Один из первых кантовских ответов на этику добродетели.
  • Sherman, N., The Fabric of Character (GB: Clarendon Press, 1989).
    • Чрезвычайно сочувственное изложение аристотелевских и кантианских идей об эмоциях, добродетели и характере.
  • Шерман, Н., Создание необходимости добродетели (США: Cambridge University Press, 1997).

Информация об авторе

Нафсика Атанассулис
Электронная почта: [email protected]
Университет Кил
Соединенное Королевство

Деонтология - обзор | Темы ScienceDirect

Деонтологическая этика человеческого достоинства

Центральная идея, давшая имя деонтологии, заключается в том, что в моральном размышлении «я» обнаруживает, что действие должно быть совершено; он обязан перед собой отдать должное этому обязательству. Агентство - это не только прямое побуждение, движение к расширению, но и управляемое рефлексией, которая связывает его с самим собой как его автором.Способность повернуться к самому себе и остановить действие, которое не соответствует представлению агента о самом себе, требует объяснения в его возможности. Это то, что Кант (1724–1804) делает в трансцендентальном анализе, который стремится раскрыть условие возможности познания и действия внутри себя. В этом метатеоретическом движении человек идет за тем, что переживается - например, что есть действия, совершаемые из уважения к моральному закону, - чтобы понять условие его возможности.Это условие, которое нужно принять, но которое нельзя доказать эмпирически, - это свобода. Хотя Кант признает, что в равной степени можно думать, что люди полностью детерминированы природой, он берет переживание обязательств или чувствительности к моральным заботам как довод против чисто натуралистического объяснения человеческого сознания и действий. Деонтологическое рассмотрение этики, таким образом, рассматривает человеческую личность как способную воспринимать обязанности и права, понимать, что другой человек в ее столь же изначальной свободе является ограничением для чьих-либо действий, если это действие означает, что я использую ее для своих собственных планов.Гуманистическая формулировка кантовского «категорического императива» такова: «Действуйте так, чтобы вы всегда относились к человечеству, будь то в себе или в личности любого другого человека, никогда просто как средство, но всегда одновременно как цель. . 14 'Насколько требователен такой подход к морали, можно увидеть в том факте, что это обязательство остается в силе независимо от того, вернет ли другой человек предложенное признание. Даже если отношения не являются взаимными, таким образом, также в случаях молчания или вражды, мораль требует от себя продолжать проявлять уважение, даже если оно остается односторонним.Мы обязаны своим достоинством не действовать определенным образом. Как способность к нравственности, достоинство является основой автономии, что означает самоуправление в соответствии с моральным законом. Не отдавать должное этому измерению - гетерономия.

В отличие от этики добродетели, автономный подход выдвигает формальное правило суждения, оставленное на усмотрение агента, вместо существенного и конкретного содержания, такого как смелость или сострадание. Намерения или максимы действий оцениваются по принципу универсальности, согласно которому каждый может сделать это.Таким образом, его мерилом не является социальное ожидание конкретного культурного контекста. Напротив, он подвергает эти контексты моральной оценке, преодолевая их исторические ценности и оценивая их на основе принципов, основанных на моральном саморефлексии, различая, уважает ли максима или намерение другого или человечество в себе, или нарушает их. Его горизонт не коммунитарный, а космополитический. При таком обширном объеме этики, а именно всего человечества, возникает вопрос, где можно закрепить такую ​​всеобъемлющую перспективу.Для Канта человеческий характер заключается в «доброй воле». 15 Рикер видит в этом параллель с самой всеобъемлющей и ведущей добродетелью Аристотеля - способностью к справедливости. 16 Однако добрые дела не основываются на стремлении к счастливой или процветающей жизни, соответствующей типичным чертам человеческой натуры. Поиск смысла или счастья признается в концепции Канта о высшем благе, которое включает в себя как моральное добро, так и счастье, но второе должно быть пропорционально первому.Мораль - это самостоятельный порядок, их нужно различать, и их конфликт ведет к антиномии практического разума. Кант не разделяет гармоничного взгляда на человеческие стремления как на совпадающие с добром; болезненный опыт того, что добрые намерения могут не достичь своей цели или им можно противодействовать, признается настолько серьезной проблемой, что ставит под сомнение основы этики.

Решающее отличие утилитаризма состоит в том, что он исключает принцип жертвенности.Деонтология настаивает на том, что людей нельзя использовать в качестве инструментов, и принципиально оспаривает, что моральный выбор может быть оправдан его последствиями. Единственная черта, которая может сделать поступок хорошим, - это направленное им намерение, добрая воля. Это то, что отличает ее как от античной этики, так и от утилитаризма: переход от целей, к которым мы стремимся естественно (как в этике добродетели), к упору на волю. Можно увидеть влияние наследия библейского монотеизма в том, что Кант перенес добро из когнитивной сферы понимания, с которой оно было связано в греческой философии, с качеством воли . Настойчивое утверждение Канта о том, что действия должны оцениваться срочно, а не по их внешним результатам, признает решающую роль совести и саморефлексии, которую современная неогегелевская этика добродетели и утилитаризм принижают по разным причинам. Для адекватного анализа кантовской теории практического разума решающим является то, что она основана не на рациональности как таковой, как в Критике чистого разума , а на воле, которая реализует человеческую способность быть нравственным, которая является основой. человеческого достоинства.

Оценивая этот подход с точки зрения его представлений о себе, агентстве и интерсубъективности, его историческое достижение состоит в том, что он дает определение человеческого достоинства, которое является источником прав человека и объединяющей основой уважения плюралистического самопонимания. 17 В нескольких главах этой книги говорится о том, как он действует в качестве руководящего принципа в конституциях, декларациях и документах Организации Объединенных Наций как Совета Европы, так и Европейского Союза.Его решающее качество - это аргумент и возможности, которые он дает для защиты уязвимых субъектов. Человеческая свобода и ее реализация по доброй воле не в том порядке, который можно продемонстрировать и доказать эмпирически, как предполагают некоторые современные определения личности с помощью эмпирически проверяемых характеристик - сознания или способности выражать свои интересы. Способность к нравственности должна рассматриваться как принадлежащая каждому человеку, независимо от его реальных познавательных или иных способностей.

Однако, делая упор на морали, отличной от личных интересов и стремления к процветающей жизни, он свел сферу практического разума к анализу его деонтологического измерения. Рациональность в определении приоритетов ценностей, в которой преуспевала аристотелевская этика, была вне ее компетенции. Его основные недостатки видны в неспособности обеспечить связь с тем, что мотивирует свободу воли, например, с надеждой на процветающую жизнь в соответствии с добродетелями и разрывом между оправданием и применением.Нужны средние аксиомы или промежуточные принципы, чтобы определить, что означает достоинство в конкретных случаях, например, в отношении прав детей. Кант предоставляет категории для дифференцированных предложений, таких как различие между совершенными и несовершенными обязанностями, и передает принятие решений по конкретным делам способности суждения ( Urteilskraft ), которая является посредником между принципами (например, говорить правду) и конкретными ситуациями. Однако уникальность, которая обсуждается в отношении художников и их стандартных работ в Критике суждения , срочно необходимо распространить на людей в их уникальности, как убедительно показал Рикер в своей критике противоречия между « универсальный закон »и плюралистические (« люди как самоцель ») формулировки категорического императива. 18

Последние две школы являются неокантианскими в том смысле, что их предложения по социальной и политической этике исходят от «свободных и равных» граждан. Они согласны с различием между «правом» и «добром», которое проистекает из проведенного Кантом различия между обязанностями закона и обязанностями добродетели. Большая часть споров между ними и вокруг них связана с тем, как они переосмысливают свое кантовское наследие. 19

Моральное суждение - обзор

Параллели и несоответствия с насилием против людей

Моральные суждения о том, как люди относятся к животным - является ли данный случай насилием или чем-то более приземленным и безобидным - обычно зависит от сходства, которое мы видим между животные и люди.Сегодня во всем мире существуют стандарты обращения с людьми, даже если они нарушены, которые признают идеал человека как автономного, способного принимать решения, свободного от телесных ограничений или пыток и имеющего право голоса в правительстве. Такого общепринятого стандарта для нечеловеческих видов не существует. Те, кто подчеркивает, что многие животные, особенно млекопитающие, имеют нервную систему, близкую к человеческой, легко сочувствуют страданиям этих животных в условиях, которые могут нанести вред человеку.Как и те, кто считает, что, как и люди, животные делают выбор или планы, которые влияют на их жизнь. Напротив, те, кто отвергает любые подобные сходства между людьми и другими видами, менее склонны беспокоиться о страданиях или смерти этих животных. Даже в одном обществе существуют самые разные моральные представления о страданиях и правах животных.

Доказательства физических страданий кажутся наиболее ясными. Ближе всего к людям шимпанзе, у которых более 98% наших генов, поэтому весьма вероятно, что они чувствуют боль так же, как и мы.Другие млекопитающие также кажутся близкими и понятными; немлекопитающие и особенно беспозвоночные более непрозрачны. Людям трудно представить себе, как лягушка или насекомое чувствуют боль, и наша наука не смогла дать нам какое-то направление. Физическая боль в глазах тех, кто получил пользу от индустриализации и современной медицины, является нежелательным переживанием, которое следует предотвращать не только у людей, но и у других животных, которые могут ее чувствовать.

Оценить физическую боль и посочувствовать ей легче по сравнению с тем, что мы могли бы антропоморфно назвать «психологическим страданием».Однако есть убедительные доказательства того, что отдельные животные чувствуют некую связь с другими особями, например, спариваются на всю жизнь. В некоторых случаях, таких как собаки или слоны, мы легко верим, что эти животные страдают, когда умирает родитель или компаньон. Но есть значительные культурные различия в готовности людей распознавать чувства животных.

Жизнь животного отличается от его страданий. Протекционисты заявляют, что забирать жизнь животного неправильно, даже если это можно сделать безболезненно, предполагают, что его жизнь имеет смысл и положительную ценность для животного.Это кажется наиболее актуальным для людей, которые планируют и думают о том, какой будет их жизнь на десятилетия в будущем, которые имеют определенные ожидания относительно того, когда и как они могут умереть, которые обычно поддерживают нежный контакт с детьми, внуками и не только. У людей есть культурный образ «естественной» или ожидаемой продолжительности жизни, и сокращение этого срока кажется неправильным или трагичным. Немногие другие виды, если таковые имеются, имеют такое детально проработанное видение будущего, и положительная ценность жизни животного, если таковая имеется, должна заключаться в настоящем.Избалованные домашние животные, которым обеспечен хороший медицинский уход, по-видимому, радуются своей жизни, так что лишать их жизни - это лишение. Труднее представить, как телячий теленок в клетке относится к своей жизни, а лабораторная крыса - к своей жизни.

Сохраняются большие пробелы в наших знаниях о животных, особенно об их субъективном сознании. Мы опираемся на нашу собственную интуицию о том, как они думают и чувствуют, интуиции, которые сильно различаются даже в одном и том же обществе. Верно это или нет, но в современных обществах все больше и больше наблюдается тенденция видеть другие виды такими же, как мы, способными страдать, контролировать свою жизнь, иметь намерения и предпочтения и, таким образом, допускать жестокое обращение.Эта историческая тенденция прямо параллельна тенденции к более широкому признанию прав человека.

Почему мы должны заботиться об «этике заботы»

Специалисты по этике ухода - которые выводят свою теорию морали из работы Кэрол Гиллиган, психолога, изучавшей, как женщины решают реальные моральные дилеммы в 1980-х, - полагают, что их подход может, , действительно может направлять всех нас в принятии моральных решений. независимо от пола и конкретных дилемм, с которыми мы сталкиваемся. Путем размышлений о реальной реальности принятия этических решений специалисты по этике ухода приходят к следующим идеям:

  • , что ответственность проистекает из отношений между отдельными людьми, а не из абстрактных правил и принципов;
  • , что принятие решений должно основываться на сочувствии, а не на долге или принципах;
  • , что личные отношения имеют ценность, которая часто игнорируется другими теориями;
  • , что по крайней мере некоторые обязанности направлены на удовлетворение потребностей уязвимых лиц (включая их потребность в расширении прав и возможностей), а не на универсальные права рациональных агентов;
  • , и эта мораль требует не только разовых действий, но и постоянных моделей действий и отношений.

Что наиболее важно, специалисты по этике заботы считают, что мораль требует постоянных действий и отношения заботы в дополнение к уважению, невмешательству и взаимности «око за око за око» (или даже в приоритете), которые специалисты по этике заботы рассматривают как чрезмерно подчеркивается в других этических теориях. Однако важно отметить, что специалисты по этике заботы не утверждают, что другие теории ничего не делают правильно: этика заботы - это не теория целого этики или морали, а теория ее важных частей, которые неадекватно оцениваются другими теориями.

Итак, позвольте мне изложить, что я считаю четырьмя отличительными утверждениями этики ухода , и почему нам нужны ресурсы и понимание этики ухода сейчас, как никогда.

Скептицизм в отношении моральных принципов

Специалисты по этике ухода считают принципы в лучшем случае недостаточными - и искажающими в худшем - для надлежащего этического обсуждения. Мы можем рассматривать принципы как условные выражения («если, то») с императивом («сделай это») в слоте «тогда». Принципы включают: «если вы дали обещание, то сдержите его»; «Если вы можете спасти чью-то жизнь дешево, то спасите его жизнь»; «Ни при каких обстоятельствах не убивай.Специалисты по этике ухода возражают, что они слишком обобщают. Причины, по которым вы должны сдержать обещание, спасти чью-то жизнь или даже воздержаться от убийства, всегда уникальны для конкретных обстоятельств . Мы не можем учесть все эти уникальные детали в общих оговорках «если» или «при данных обстоятельствах».

Идеи специалистов по этике ухода можно разделить на два лагеря: те, что касаются обсуждения , и те, которые касаются обоснования . Обсуждение относится к процедурам , которые мы используем при принятии этических решений.Обоснование относится к неразумным причинам , почему кто-то должен делать то или это. Например, предположим, что я могу легко спасти малыша от утопления в мелком пруду. Когда доходит до размышлений, я могу просто подумать: «Малыш тонет! Сделай что-нибудь!" Это разумный метод обдумывания обстоятельств. Но метод обоснования моих действий будет совершенно другим: мое оправдание может относиться к ценности человеческой жизни, к тому факту, что я хотел бы, чтобы кто-то спас меня, если бы они легко могли, и так далее.Эти абстрактные оправдания не используются при обсуждении, и это правильно.

Когда специалисты по этике ухода высмеивают принципы, иногда они утверждают, что мы не должны использовать принципы при обсуждении. Например, в версии этики заботы Сельмы Севенхейсен «устное обсуждение ... это ... рассмотрение ... проблемы с разных точек зрения и использование противоречивых моральных реакций и моральных идиом в качестве источников морально значимого знания». В других случаях специалисты по этике ухода хотят отвергнуть принципы как оправдание.Вирджиния Хелд приводит пример почитания своих родителей, предполагая, что причина, по которой ребенок должен уважать своего отца, заключается в том, что его конкретный отец достоин уважения, по причинам, которые могут быть разъяснены только путем описания деталей этих отношений на протяжении многих лет, и это не может быть отражено в общем предложении «если».

Специалисты по этике ухода, безусловно, правы в том, что обсуждение, полностью основанное на принципах, не всегда лучше. Как выразился Орнаит О'Дауд: если ребенок тонет в реке, то «сесть на берегу реки, погладить подбородок и задуматься над особенно наводящим на размышления отрывком из [Иммануила Канта]« Метафизика морали »вряд ли оправдано.Мало того: если бы мы шли по жизни, всегда четко помня о принципах, мы бы упустили много ценного - например, человеческую связь, сочувствие и спонтанность.

Это не имело бы значения, если бы не было альтернативы обсуждению, основанному на принципах. Но этика заботы предлагает альтернативу: сочувствие . Это включает в себя оценку чужой ситуации с их точки зрения и желание помочь им из-за того, что человек видит с этой точки зрения.Это требует полного внимания к человеку, пытаясь увидеть мир так, как они видят его со своей точки зрения - а не видеть мир так, как вы, , видели бы его, если бы вы были в их ситуации. Это позволяет вам лучше узнать, что им нужно или чего они хотят, зачем им это нужно или хотят, и как вы можете помочь им получить это. Это заставляет вас снимать эгоистичные очки в приближающейся жизни. Стоит подробно процитировать Вирджинию Хелд по этому поводу:

Кант утверждал, что доброжелательные или симпатические чувства не имеют моральной ценности; только намерение действовать в соответствии с моральным законом, требуемым разумом, имеет моральную, а не просто инструментальную ценность... Такие теории упускают из виду моральную важность реальных заботливых отношений. Они упускают из виду важность эмоций для понимания того, что мы должны делать, и для мотивации наших морально рекомендуемых действий. Без чуткого осознания один может быть не в состоянии удовлетворить потребности другого так, как того требует мораль. Без чувства беспокойства человек не может взять на себя ответственность за помощь тем, кто в ней нуждается. Для этики заботы мораль - это не столько вопрос рационального признания, сколько вопрос принятия ответственности за конкретных других нуждающихся людей.

Означает ли это, что мы должны размышлять, не обращая внимания на принципы? Разве в наших размышлениях не может быть и принципа, и сочувствия? В самом деле, есть по крайней мере три причины, по которым специалисты по этике ухода могут , , а иногда , сохранить роль принципов в обсуждении.

Во-первых, принципы совместимы с симпатией . Моральные философы всех мастей отводят симпатию в размышлениях наряду с принципами.Совершенно очевидно, что этика добродетели отводит сочувствию центральную совещательную роль, хотя теория также включает принципы или «правила добродетели». Этика добродетели - это основная теория, наиболее похожая на этику заботы: некоторые даже рассматривают этику заботы как разновидность этики добродетелей. Точно так же искушенные консеквенциалисты утверждают, что участники дискуссии должны, если позволяют обстоятельства, переключаться между «косвенным» обсуждением, основанным на симпатии, и обсуждением, основанным на принципах. Сами специалисты по этике заботы утверждали, что кантовская этика согласуется с симпатическим подходом к моральной практике.

Во-вторых, принципы информативны . Иногда результаты сочувствия неясны или неопределенны: сочувствие тянет вас к этому человеку и к этому человеку с кажущейся равной силой - кому вы должны помочь? В таких ситуациях добросовестным опекунам необходимы общие принципы, чтобы определить, чьи интересы превыше всего. Часто эти решения принимаются путем сравнения текущей ситуации с предыдущими. Это сопоставление может происходить только путем ссылки на общие черты, общие для каждой ситуации.Признание этих общих черт и последовательная реакция на них упорядочивает наши суждения; как выразилась Вирджиния Хелд: «Утверждать, что нет двух одинаковых случаев, - значит вызывать моральный хаос».

В-третьих, иногда принципы справедливо преобладают над симпатией . Представьте, что родители проявляют «жесткую любовь», политики, которые должны расставить приоритеты после сокращения финансирования, или медсестер, решающих, как разделить свое время между пациентами. Здесь принципы служат для ограничения эффекта симпатии. Сочувствие намеренно отодвигается в сторону, чтобы делать то, что в целом получается лучше всего.Отчасти это связано с тем, что проявление сочувствия - рассмотрение ситуации другого человека с ее точки зрения - иногда не позволяет нам увидеть другие морально значимые особенности ситуации.

Таким образом, мы должны одобрять сочувствие при обсуждении, но не в отношении принципов полного исключения. Это максимум, на что специалисты по этике ухода могут достоверно заявить - но они правы, заявляя это.

Тогда возникает вопрос, существуют ли богатые принципы оправдания , которые соответствуют этике заботы? Я думаю, что есть.Возьмем, к примеру, «принцип социальной ответственности за уход» Евы Федер Киттай: « Каждому в соответствии с его или ее потребностями в уходе, от каждого в соответствии с его или ее способностями в уходе, и такая поддержка со стороны социальных учреждений, как предоставить ресурсы и возможности тем, кто оказывает помощь, чтобы всем было уделено должное внимание в отношениях, поддерживающих ». Или «принцип субсидиарности» Дэниела Энгстера: «мы должны по возможности перенести фактическое оказание помощи на самый местный и личный уровень.Мы должны по возможности заботиться о других, давая им возможность позаботиться о себе ». Или даже мой собственный «принцип зависимости»: когда важный интерес не реализован, и вы способны удовлетворить этот интерес, и удовлетворение интереса будет не слишком дорогостоящим, тогда вы обязаны выполнить этот интерес.

*

Таким образом, ключевым этическим принципом заботы является то, что при обсуждении важны сочувствие и прямое внимание к конкретным деталям. Принципы также должны играть определенную роль в обсуждении, и специалисты по этике ухода могут сохранить место для принципов в обосновании.Таким образом, мы приходим к:

Первое требование этики ухода: Обсуждение должно включать сочувствие и прямое внимание к конкретным деталям.

Важность личных отношений

Специалисты по этике ухода высоко ценят личные отношения - то есть отношения, которые не имеют формального контракта, которые зависят от общей истории (и / или прогнозируемого будущего) между участниками и которые не ценятся. -инструментально участниками.В личных отношениях участники склонны воспринимать интересы друг друга как свои собственные: это хорошо для меня , когда с моим родственником происходит что-то хорошее. Примеры таких отношений включают родителей и детей, братьев и сестер, друзей и супругов.

Специалисты по этике ухода делают три утверждения о личных отношениях:

Хотя здравый смысл согласуется с этими утверждениями, специалисты по этике ухода не думают, что три утверждения о важности взаимоотношений применимы к ко всем личным отношениям.Многие отношения являются оскорбительными или неуважительными по отношению к участникам, несмотря на общие характеристики личных отношений, упомянутые выше - просто рассмотрите оскорбительные супружеские отношения. Итак, нам нужно указать отношения, к которым применяются три утверждения.

Один из вариантов - сказать, что утверждения о важности отношений применяются к тем личным отношениям, которые ценятся их участниками. Однако участники не всегда хорошо разбираются в том, достойны ли личные отношения подражания, сохранения и особого внимания.Выбор этого варианта замаскирует динамику власти, которая ограничивает возможности некоторых людей правильно оценивать ценность своих отношений, особенно детей и, во многих обществах, женщин. Отношения настолько сильно влияют на наши ценности и делают это так медленно и медленно, что кажется невозможным доверять нашим собственным суждениям об их ценности. Часто мы слишком запутаны в них, чтобы судить.

Второй вариант предполагает, что социальное сообщество - его нормы, ожидания и так далее - могло бы выделить ценные отношения.Но это придает слишком большую силу нормам и традициям и недостаточно - маргинальным голосам, таким как голоса женщин и подчиненных культурных групп. И если голоса маргиналов получают информацию, тогда у нас могут остаться разногласия в социальном сообществе по поводу того, какие отношения ценны. Мы останемся в тупике.

Мы можем начать решать эту проблему, отметив здесь допущение: отношения являются источниками моральной важности . Это подозрение. Более вероятно, что отношения - такие как еда, жилье и безопасность - ценны в силу того, как они влияют на людей.Отношения не вещь ради которой мы должны принять требование отношения важности, чтобы быть правдой. Скорее, мы должны принять их за истину ради человека, состоящего в отношениях. Тогда я бы предложил, чтобы утверждения о важности отношений применялись ко всем и только тем личным отношениям, которые имеют «ценность» для их участников.

Хотите, чтобы на ваш почтовый ящик были доставлены лучшие статьи о религии и этике? Подпишитесь на нашу еженедельную рассылку.

Ваша информация обрабатывается в соответствии с Заявлением ABC о сборе конфиденциальной информации.

Почему стоит придерживаться такой точки зрения на соответствующие отношения? Серьезная причина связана с этикой ухода. Современные специалисты по этике ухода отрицают, что их теория применяет только к личным отношениям. Вместо этого они подчеркивают, что этические обязанности по уходу носят глобальный характер: мы передаем их тем, кто находится на большом расстоянии от нас. Это привело к возникновению напряженности в этике ухода: с одной стороны, личные отношения по-прежнему считаются важными по трем причинам, указанным выше; с другой стороны, неличностные отношения признаются источником необходимости заботы.

Как специалисты по этике ухода могут учесть последние императивы? Они могут сделать это, сказав, что важность любых отношений - личных или неличных - определяется ценностью этих отношений для людей в этих отношениях. Когда наши отношения с далекими людьми имеют высокую ценность для нас и для них, эти неличностные отношения являются моральными парадигмами, достойными сохранения и порождают серьезные обязательства. Первые два утверждения о важности отношений - что отношения являются парадигмой и должны быть сохранены - верны в той степени, в которой отношения представляют ценность для участников.

Что касается важности последнего вида отношений - то, что отношения являются источником морально весомых обязанностей - история более сложная. Здесь мы хотим сказать, что отношения, которые имеют отрицательную ценность для своих участников, такие как отношения эксплуатации, могут повлечь за собой серьезные обязанности. Специалисты по этике ухода с этим не возражают. Но это не обязанности этики ухода . Напомним, что этика заботы - это не теория , а теория морали в целом.Нравственность включает обязанности, которые возникают из-за причинения вреда другим, из-за получения выгод, из-за обещаний и контрактов и так далее. Это также включает в себя обязанности не мешать другим. Все это важные обязанности, но не этические обязанности по уходу. Так же как и обязанности, возникающие из неценных отношений.

Тем не менее, превознесение «отношений, которые ценны для участников» дает нам более широкий круг обязанностей, чем может показаться на первый взгляд. Поскольку утверждения о важности отношений должным образом применяются не только к отношениям, которые уже имеют ценность для участников, но также и к отношениям, которые будут иметь ценность для участников, будут иметь ценность для участников, , если отношения были сформированы.Если бы мы могли создать отношения, которые имели бы ценность для участников, тогда этика заботы говорит, что у нас есть моральные причины для формирования - то есть для продвижения - таких отношений.

Очевидно, что эти причины необходимо уравновесить с моральными соображениями любого другого рода, включая причины заботиться о себе. И, как я уже указывал, личные, отношения - не единственный вид отношений, который здесь уместен. Если бы мы могли сформировать «отношения» с бедным человеком, в котором мы участвовали бы в институциональных механизмах, приносящих пользу этому человеку, и если бы эти отношения имели ценность для него и / или нас, тогда у нас были бы моральные основания для того, чтобы сформировать эти отношения.Это часть развития ценных отношений.

Таким образом, предполагается, что важность любых отношений - реальных или потенциальных - определяется их ценностью для участников. Особая роль личных отношений в этике ухода объясняется высокой ценностью личных отношений для участников. Но это не единственные отношения, которым мы должны подражать, продвигать и реагировать на них. Эта интерпретация позволяет нам исключить оскорбительные личные отношения из ценности и, что, возможно, наиболее важно, понять, как мы можем глобализировать и институционализировать требования этики ухода: у нас есть моральное основание для создания всевозможных ценных отношений, даже в течение длительного времени. расстояния или через учреждения.

*

Специалисты по этике ухода в целом согласны с тем, что личные отношения - это моральные парадигмы, которые следует сохранять и которые порождают серьезные обязанности. Это приводит нас к:

Второе требование этики заботы: В той мере, в какой они имеют ценность для людей в отношениях, отношения должны рассматриваться как моральные парадигмы, цениться, сохраняться или продвигаться, и признаваться как порождающие серьезные обязанности.

Необходимость заботливого отношения

Неудивительно, что этика заботы призывает агентов к заботе .Уход многогранен. Мы можем заботиться о о чем-то - обращать на это внимание, эмоционально вкладывать в это, беспокоиться об этом. Мы можем позаботиться о о чем-то - ухаживать за ним, лелеять его, помогать ему процветать. Мы можем позаботиться о и о чем-то - убедитесь, что это не нарушено, убедитесь, что все работает без нашего вмешательства. Мы заботимся, направляя наши мысли, общаясь один на один, координируя действия с другими, поддерживая других лиц, осуществляющих уход, и внося свой вклад в учреждения, которые заботятся о нас.Уход может длиться минуту или десятилетия. Это происходит на множестве уровней, от индивидуального до глобального.

Позвольте мне разделить заботу на два основных вида: заботливое отношение и заботливое действие . Некоторые специалисты по этике ухода объединяют их, но я хочу сказать, что каждый из них имеет отдельную ценность. Позвольте мне сначала разобраться с отношениями.

Что такое заботливое отношение? Короче говоря, «заботиться» о чем-то - значит иметь значение для вас, а на ваши эмоции, желания, решения и внимание влияет то, как вы верите, что с этим все идет.Возможные объекты заботливого отношения многочисленны: мы можем заботиться о ком-то, о чем-то, о каком-то месте или о времени. Нас могут интересовать типы: нас может волновать тип вещей («интересы») или тип человека («люди с интересами»). Нас может волновать тип события («извержение вулкана»), тип положения дел («бедность») или тип собственности («болезнь»). Или нас может просто заботить что-то конкретное - конкретный человек с интересами, конкретное извержение вулкана, конкретная болезнь конкретного человека или что-то подобное.Такое заботливое отношение присутствует повсюду, и его легко удержать. Но этика заботы призывает агентов иметь только те заботливые отношения, которые имеют моральную ценность . Какие это заботливые отношения?

Вероятно, заботливое отношение похоже на отношения: ценность пропорциональна их ценности для людей . Эта ценность может заключаться в том, что такое отношение способствует благополучию человека, частично определяет его благополучие или просто является ценным отношением к нему или для них, независимо от их благополучия.Таким образом, заботливое отношение имеет только внешнюю ценность, - они ценны в силу своего отношения к чему-то еще - но это не означает, что оно имеет только инструментальную ценность - что оно ценится только как средство для какой-то дальнейшей цели. Скорее, заботливое отношение может быть оценено неинструментально (но внешне) как проявление любви, доброты, прощения и т. Д. - когда эти блага имеют внутреннюю ценность для людей.

Специалистов по этике ухода, однако, особенно заботит отношение к заботе, отвечающее потребностям людей.Потребности - это самые основные или жизненно важные составляющие или средства минимально достойной жизни. Следует ли ограничить морально ценных проявлений заботливого отношения теми, кто удовлетворяет потребности? Я предлагаю нет. Может быть более сильный или более срочный моральный императив удовлетворять потребности, чем другие интересы. Но это не исключает необходимости выполнения менее основных, срочных или важных интересов. Просто эти императивы будут слабее.

*

Забота проявляется во многих формах.Этика заботы призывает к тем формам, которые имеют моральную ценность, которые, как я полагаю, положительно ориентированы на интересы. Теперь у нас:

Третье утверждение этики заботы: Агенты должны проявлять заботливое отношение, то есть отношения, которые: (i) имеют в качестве своего объекта что-то, имеющее интересы, или что-то, что может повлиять на то, что имеет интересы; и что (ii) являются положительным ответом на эти интересы; и что (iii) управлять аффектами, желаниями, решениями, вниманием и т. д. агента, чтобы они находились под влиянием того, как агент считает, что дела обстоят с заинтересованным лицом.

Центральное место в действиях по уходу

Помимо отношения, мы заботимся, выполняя, практикуя или оказывая помощь. Я буду использовать фразы «забота о» (в отличие от «о»), «забота» и «забота о» как синонимы для обозначения действий по уходу. Это включает в себя действия, которые намереваются оставить в покое или не беспокоить то, о чем мы заботимся.

Заботливые действия отличаются от заботливого отношения во многих отношениях. Во-первых, диапазон возможных объектов меньше. не заботит тип события (извержения вулкана, нарушения прав человека, научные открытия), или тип положения дел (бедность), или собственность (наличие СПИДа). Мы могли бы заботиться (равно как и заботиться) о тех, кто пострадал от извержений вулканов (или нарушений прав человека, научных открытий, больных СПИДом), но тогда мы не заботимся о самих этих вещах.

В частности, заботливые действия предназначены для того, чтобы «делать то, что я считаю хорошим для этого.«Для заботы, я предлагаю, это все в намерениях. Заботиться о ком-то - значит делать то, что, по вашему мнению, соответствует его интересам, даже если в этом деле нет никаких интересов, или даже если вы ошибаетесь в отношении его интересов. (Важно отметить, что это то, что требуется, чтобы действие было заботой в отличие от действия не заботой , а не тем, что требуется для действия, чтобы быть хорошей заботой в отличие от плохой заботой .)

намерение - не очень строгое условие.Опекуну не нужно сознательно рассматривать свое намерение как «делать то, что, по моему мнению, в интересах получателя», и ему не нужно иметь полноценную концепцию интересов. Им просто нужно неявное убеждение, что действие в некотором роде полезно для получателя. В результате я буду использовать следующее определение заботливого действия:

действие является заботливым тогда и только тогда, когда оно совершается с (возможно, негласным) намерением удовлетворить (или каким-то образом выполнить) интерес (и), которые Агент воспринимает некоторого морального человека (получателя) как имеющего.

При определении действия по уходу я сослался только на намерения и убеждения лица, осуществляющего уход. Эти вещи повышают моральную ценность. Но эффект имеет большое значение. Действительно, одни эффекты имеют большее значение, чем другие. Об этом часто говорят специалисты по этике ухода, которые обращают внимание на потребности людей . Хотя забота может быть направлена ​​на удовлетворение любого интереса - пусть даже тривиального - забота будет иметь ценность, если она удовлетворяет более жизненно важный, важный или неотразимый интерес (потребность).Позволив такую ​​заботу более ценной, если она отвечает интересам - и даже более ценной, если она отвечает наиболее важным интересам , - мы можем избежать «возражения патернализма» в отношении этики заботы. Это возражение состоит в том, что специалисты по этике ухода одобряют действия, которые покровительствуют, умаляют или иным образом подрывают автономию получателя помощи, выполняя тривиальные интересы или не те, которые хочет выполнить получатель помощи. Для морально ценных действий по уходу недостаточно того, что действие предназначено для удовлетворения важных интересов: чтобы быть ценным, забота должна на самом деле выполнять важные интересы.Во многих случаях это будут интересы , которые сам получатель поддерживает , включая полномочия, автономию, независимость (насколько это вообще возможно) и так далее.

*

Заботливые действия - это действия, совершаемые с намерениями реализовать интересы. Эти действия морально ценны пропорционально силе намерения и доброте последствий. Отсюда:

Четвертое утверждение этики заботы: Агенты должны выполнять действия, которые выполняются с намерением выполнить (или каким-то образом выполнить) интерес (и), которые, по мнению агента, есть у какого-то морального человека (получателя); Сила этого «следует» определяется моральной ценностью действия, которая является функцией силы намерения, вероятности того, что действие будет соответствовать интересу, и степени, в которой интерес надлежащим образом описывается как « необходимость.”

Почему важна этика ухода

Эти четыре требования являются всего лишь нормативными требованиями этики ухода. Многие специалисты по этике ухода делают описательных утверждений, которые подтверждают их общие взгляды. Например, многие специалисты по этике ухода поддерживают реляционный взгляд на автономию, согласно которому автономные планы, проекты и цели неотделимы от окружающих и находятся под их сильным влиянием. Многие специалисты по этике ухода подчеркивают, что мир этики состоит из сложной сети отношений между хрупкими, воплощенными людьми.Теперь, когда на столе представлены четыре ключевых нормативных утверждения, легко увидеть, как они могут возникнуть из глубокого понимания этих описательных утверждений.

Хотя теоретики морали, которые не называют себя специалистами по этике заботы, могут поддержать четыре утверждения, вряд ли они будут центральными или наиболее важными частями этических теорий без заботы. Специалисты по этике, не связанные с уходом, вряд ли будут заинтересованы в замысловатом анализе действий по уходу в частности или в оправдании симпатических способов обсуждения, в частности, как центральной части их теоретической конструкции.Именно сочетание этих утверждений и их статуса как наиболее важных нормативных аспектов теории делает этику ухода отличительной.

Этика заботы дает ценную моральную перспективу в наш текущий момент. Мы привыкли иметь дело с тем, что специалисты по этике осторожности называют этикой справедливости . Этика справедливости фокусируется на праве людей преследовать свои собственные узкие интересы. Поскольку мы сталкиваемся с глобальной пандемией, преследование каждым человеком своих узких личных интересов привело к страху, накоплению запасов и подозрению по отношению к другим людям.Этика заботы побуждает нас использовать другой подход.

Взаимодействуя с другими с симпатией и в свете их уникальной специфики, мы можем по-новому взглянуть на то, почему другие так же реагируют на наш текущий кризис. Каждый переживает разный опыт, поскольку мы сталкиваемся с внезапной домашней изоляцией, экономической стагнацией и неопределенным будущим. Этика заботы советует нам встречаться с другими там, где они есть, в их особенностях. Принципы, предписывающие один «правильный» способ реагирования (эмоционально и психологически) на коронавирус, обязательно приведут к чрезмерному обобщению - как и предупреждает первый принцип этики заботы.

Этика заботы также советует нам учитывать все отношения, в которых мы находимся с другими людьми, и оценивать ценность этих отношений для всех участников. Это включает в себя рыночные отношения («действительно ли мне нужна эта дополнительная упаковка туалетной бумаги в свете того, что нужно другим в этом супермаркете?») И отношения с общественностью («как я могу лучше всего помочь своим соседям в этом?»). Более того, этика заботы побуждает нас относиться к нашему обществу - и даже к нашему миру - так же, как мы относимся к своей семье: рассматривать жизнь как проблему, с которой мы все вместе сталкиваемся, с необходимостью солидарности и сотрудничества.

Наконец, есть отношение и действия, которые требуются от нас, когда мы сталкиваемся с пандемией. Очевидно, что сейчас на карту поставлена ​​глубочайшая потребность человека: потребность в самой жизни. Это требует бдительности, внимательности и сочувствия. Что касается заботливых действий, этика заботы побуждает нас сосредоточиться на нашей роли в сети отношений, которая распространяется через наше общество и мир. В зависимости от нашей роли в обществе доступные нам действия по уходу могут сильно различаться.Поскольку этика заботы сосредоточена на деталях, здесь не следует делать обобщений. Лучшее, что можно сказать, это то, что мы обязаны помочь окружающим - и особенно наиболее уязвимым - пережить ближайшие месяцы.

Стефани Коллинз - адъюнкт-профессор философии в Австралийском католическом университете. Она является автором документов The Core of Care Ethics и Групповые обязанности: их существование и их значение для отдельных лиц .Вы можете услышать, как она обсуждает некоторые моральные проблемы, которые коронавирус создает для нашей совместной жизни с Валидом Али и Скоттом Стивенсом на Минном поле.

Социальная ответственность и этика | Кто несет ответственность и почему?

Социальная ответственность - это этическая теория, согласно которой люди несут ответственность за выполнение своего гражданского долга, а действия отдельного человека должны приносить пользу всему обществу.Таким образом, должен быть баланс между экономическим ростом и благосостоянием общества и окружающей среды. Если это равновесие сохраняется, то достигается социальная ответственность.

Что значит быть социально ответственным и этичным?

Теория социальной ответственности построена на системе этики, в которой решения и действия должны быть этически обоснованы, прежде чем действовать. Если действие или решение причиняют вред обществу или окружающей среде, это считается социально безответственным.

Моральные ценности, присущие обществу, создают различие между добром и злом. Таким образом, социальная справедливость считается (большинством) «правильным», но чаще всего эта «справедливость» отсутствует. Каждый человек обязан действовать так, чтобы приносить пользу обществу, а не только человеку.

Когда применимы социальная ответственность и этика?

Теория социальной ответственности и этики применима как к индивидуальным, так и к групповым возможностям.Это должно быть включено в повседневные действия / решения, особенно те, которые будут иметь влияние на других людей и / или окружающую среду. В более крупном, групповом качестве, кодекс социальной ответственности и этики применяется внутри указанной группы, а также во время взаимодействия с другой группой или отдельным лицом.

Компании разработали систему социальной ответственности, адаптированную к среде их компании. Если в компании поддерживается социальная ответственность, то сотрудники и окружающая среда считаются равными экономике компании.Социальная ответственность внутри компании обеспечивает целостность общества и защиту окружающей среды.

Часто этические последствия решения / действия упускаются из виду ради личной выгоды, а выгода обычно является материальной. Это часто проявляется в компаниях, которые пытаются обмануть экологические нормы. Когда это происходит, необходимо вмешательство государства.

К сожалению, американские компании за пределами США часто не соблюдают принципы социальной ответственности и этики.S. border, что затрудняет регулирование.

Альянс Пачамама

Pachamama Alliance - это организация, которая стремится привить социальную ответственность в промышленно развитом или «современном» мире. Наше партнерство с коренным эквадорским племенем ачуар началось, когда они осознали неминуемую угрозу бурения нефтяных скважин у себя дома. Это племя, спрятавшееся глубоко в лесах Амазонки, населяло эту местность на протяжении тысячелетий и находится под угрозой полного уничтожения.

Цель Pachamama Alliance - вернуть чувство активного принятия решений людям и компаниям в современном мире.В настоящее время ачуар и их дом находятся в опасности из-за нашей пристрастия к сырой нефти. Эта зависимость является результатом ошибочной системы убеждений, игнорирующей окружающую среду, ее жителей и последствия наших действий. Изменение этого универсального менталитета необходимо, если ачуар хотят пережить эту угрозу; для этого крайне важна социальная ответственность за пандемию.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *