Разное

Монодрама в психотерапии: Павел Корниенко, психолог — Психодрама и монодрама в индивидуальной работе

Содержание

Павел Корниенко, психолог — Психодрама и монодрама в индивидуальной работе

Материалы учебного курса по психодраме

Павел Корниенко; вариант: v1-100 от 18.04.2014

 

Оглавление

 

Что такое монодрама?

Адам Блатнер, в сборнике психодраматических терминов и техник, определяет ее так: монодрама — это вариант психодраматической работы, в котором только протагонист играет роли, и соответственно не задействуются «актеры», а лишь стулья или предметы. Такая техника может использоваться в групповой работе и может быть частью индивидуальной психотерапии. Также он  упоминает, что монодрамой в широком смысле — называют использование психодрамы в индивидуальной работе, когда терапевт попеременно исполняет роли директора, дубля и дополнительных я.

 

Варианты использования психодрамы в индивидуальной работе

Можно выделить три варианта использования психодрамы в индивидуальной работе:

1. Наиболее распространен вариант, когда терапевт большинство времени работает в разговорном жанре, но вставляет в него небольшие психодраматические кусочки, в тех местах, где они могли бы быть полезны клиенту.

Также есть следующие варианты:

2. Некоторые терапевты изначально договаривается с клиентом работать индивидуально только с помощью психодрамы. И тогда, они с начала до конца сессии, в пространстве кабинета делают психодраму аналогичную групповой, начиная с фокусирующего разговора и заканчивая шерингом. А т.к. классическая психодрама может требовать большего времени чем обычный психотерапевтический час, то в этом варианте, одна длинная психодраматическая работа может быть распределена на несколько сессий.

3. И есть вариант, когда терапевт предлагает клиенту работать в индивидуальной работе по структурированной схеме с небольшой психодраматической работой в середине: 1) разогрев и фокусировка, 2) психодраматическое действие, 3) шеринг, 4) рефлексия и совместный анализ психодраматического фрагмента.

В этом варианте, важным этапом является анализ психодраматического фрагмента, на который выделяется достаточно времени, а это в свою очередь требует короткой психодраматической части.

Выбор того или иного варианта работы, не в последнюю очередь зависит от стилистических предпочтений психотерапевта и его профессиональной подготовки. Если же терапевт умеет и согласен работать в любом жанре, то они могут вместе с клиентом выбрать вариант опираясь на потребности и предпочтения клиента.

 

Наиболее простые формы психодрамы для индивидуальной работы

Конечно, средствами психодрамы можно делать всю психотерапевтическую работу, от первой до последней минуты сессии. Но это не всегда целесообразно. Например, на этапе предварительного исследования сложности клиента, психодраматическая форма порой может быть слишком громоздкой и медленной. Но важно понимать, что в некоторых случаях, психодрама, дает терапевту отличные, эффективные и компактные формы работы, аналогов которых нет в разговорном жанре психотерапии.

Вот наиболее простые и эффективные ее формы:

  • Когда клиент не может разобраться в своих переживаниях к другому человеку, часто эффективно сделать это можно предложив ему психодраматическую встречу. Эта форма может дать клиенту возможность проявить свои не выраженные переживания и сделать шаги к изменению отношений.
  • Когда клиента сильно затронула некоторая конкретная ситуация, опираясь на психодраму можно очень быстро и эффективно восстановить ее событийный ряд. Это полезно тем, что найдя в событийном ряде сложные для клиента мгновения, можно будет обнаружить и реализовать пропущенные действия реабилитирующие клиента.
  • Когда потребность клиента заключается в обучении новым способам действовать, или обретении новых коммуникативных вариантов — начать пробовать  что-то новое в психодраме всегда будет одним их лучших вариантов работы.

В индивидуальной работе, есть особый смысл, стремится предлагать клиенту простые, компактные и ясные формы психодрамы.

Это важно не только из-за ограничений по времени, но и потому, что из-за отсутствия актеров в монодраме — сцены теряют часть своей естественной наглядности, а нам важно к ней стремиться.

Далее в тексте, образ человека с которым клиент «встречается в психодраматической сцене», я буду называть психодраматическим визави или просто визави.

 

Варианты психодраматической сцены и обозначения ролей в монодраме

Лучшим вариантом создания психодраматических сцен в монодраме, почти всегда будет использование пространства помещения, с обозначением ролей с помощью стульев или предметов.

  • В этом варианте психодраматическая сцена, больше всего похожа на реальность — в «воображаемом росте психодраматических фигур», расстояниях между людьми и т.д.
  • В этом варианте проще всего включать телесную оболочку при введении в любые роли (позу, движения, пластику).
  • В этом варианте проще всего задействовать «движения обращенные к другому» для продвижения коммуникации.
  • В такой сцене возможна работа по поиску реальных телесных импульсов в произошедшей ситуации, и работа с этими импульсами.

Также распространен вариант построения психодраматической сцены на столе, с помощью небольших предметов или игрушек. В этом варианте, лучшим способом обозначить, что клиент сейчас говорит от имени некоторой роли — это взять игрушку или предмет в руку и начать «ею играть», как это делают дети. Технология введения в роль идентична технологии в групповой психодраме, но есть одна особенность. Важно следить, чтобы, когда клиент держит игрушку в руке — он телесно включался в игру, чтобы тело, поза и движения клиента соответствовали играемой роли. Именно поэтому, более предпочтительный вариант — это взять игрушку в руку, а не, скажем, прикоснуться к ней пальцем, т.к. последний вариант может ограничивать свободу движения клиента.

Есть вариант, когда сцена рисуется на листе бумаги. В этом случае клиент может менять роли вращая лист бумаги таким образом, чтобы всякий раз смотреть на сцену со стороны взятой роли.

А когда мы делаем психодраматические встречи мы часто нуждаемся не в сцене как таковой, а просто в двух ролях напротив друг-друга. Еще одним вариантом, как мы можем это сделать — это взять в руки две игрушки, одну в руки клиенту, а вторую терапевту. И они могут сыграть диалог этими игрушками, меняясь ими там, где надо поменяться ролями. Так же можно сделать это с помощью пальцевых кукол или в даже просто «сыграть руками».

В процессе обучения всегда хорошо попробовать разные варианты. А попробовав их, вы убедитесь, самый простой и традиционный вариант — использование пространства помещения со стульями или предметами — чаще чем кажется, будет наилучшим выбором.

 

Надо ли рассказывать клиенту о психодраме?

Любой психотерапевтический прием работает тогда, когда клиент понимает его психологический смысл, а так же согласен и готов его делать — это так и для всех психодраматических элементов. Но кроме смысла каждого действия, нам важно, чтобы клиент понимал и «язык психодрамы», например, что значит, когда терапевт кладет руку на спинку стула, а что — когда он подходит к клиенту и становится сзади-сбоку.

Встречается практика, когда психодраматист в начале работы с клиентом рассказывает ему общую информацию о психодраме и ее техниках. В некоторых случаях, такой рассказ может быть хорошим способом войти в контакт и уменьшить тревогу клиента. Но важно понимать, что это не уменьшает необходимость объяснять каждый шаг терапевта уже в реальном психодраматическом фрагменте.

Так или иначе, в любом случае, перед каждым действием терапевту необходимо:

  • давать, хотя бы минимальное, но объяснение смысла каждого действия;
  • запрашивать у клиента его согласие на него;
  • давать необходимые пояснения по технике: чтобы клиент понимал, что в каждый момент делает терапевт, и что в каждый момент делать ему.

 

Как предложить клиенту психодраматическую сцену?

Если между клиентом и терапевтом есть изначальная договоренность работать с помощью психодрамы, то вопрос «как предложить клиенту психодраматическую сцену?» отпадает сам собой, разве что остается вопрос о ее выборе и подходящем разогреве.

Вопрос актуален, если такой договоренности нет, например потому, что терапевт работает в разных методах и не хочет себя ограничивать одним, или не видит необходимости «нагружать» клиента не нужной ему информацией о технических деталях работы. В этом случае, терапевту важно научиться предлагать клиенту психодраматические сцены таким образом, чтобы клиент соглашался там где это ему будет полезно и легко отказывался там, где он этой полезности не чувствует. Научиться хорошо предлагать клиенту психодраматические сцены — это важное и сложное искусство.

Лучший из всех возможный вариантов — это предлагать клиенту не абстрактное психодраматическое действие, а конкретную сцену, понятную клиенту и напрямую вытекающую из обсуждаемой темы. Для большинства людей характерно желание избегать действий, которые воспринимаются как непонятые или непредсказуемые. По этой причине, терапевту важно в своем предложении рассказать клиенту что будет происходить в сцене и зачем. Также, люди стремятся избегать того, что грозит им увеличением эмоционального накала.

Эту сложность легче всего решать предварительным «разогревом» клиента на каждую конкретную сцену.

 

Простой разогрев на встречу с человеком

Разогреть клиента на предстоящую психодраматическую встречу с человеком проще всего так: предложить клиенту начать мысленный разговор с визави прямо еще во время диалога с терапевтом. Например, терапевт во время разговора с клиентом о некотором человеке, может спросить его:

  • 0: Если бы ты говорил ему что-то о своих переживаниях, что это были бы за слова?

И когда клиент скорее всего произнесет некую реплику в третьем лице, например: «Я бы сказал, что обижаюсь на него». Терапевт может сразу предложить ему вариант прямого обращения:

  • 0: «Я обижаюсь на тебя!», — так бы это звучало? Или как?

В этом месте, внимательный терапевт, уже будет видеть, имеет ли смысл разворачивать этот разговор далее и делать его психодраматически. И если терапевт будет считать, что может быть полезно разворачивать этот разговор, то он может договориться с клиентом о его продолжении, например вот так:

  • 0: Я хочу предложить тебе небольшой эксперимент, который, мне кажется, может помочь тебе лучше найти самые точные слова. Давай мы попробуем представить, что как будто [имя человека] находится прямой здесь и ему можно прямо сказать эти, или какие-то другие слова. Точные слова не всегда удается найти сразу, но когда их находишь — это часто меняет переживания.

Или вот так:

  • 0: Можешь попробовать произнести эти слова, как будто [имя человека] находится вот здесь (терапевт указывает на место в пространстве)?
  • 0: Что переживаешь, когда произносишь их?
  • 0: Если тебе это кажется потенциально полезным, я бы предложил тебе предложить этот эксперимент, который мы начали. Точные слова не всегда удается найти сразу, но когда их находишь — это часто меняет переживания.

 

Простой разогрев на воссоздание ситуации

Разогреть клиента на психодраматическое воссоздание некоторой ситуации еще проще. Когда терапевт посчитает, что может быть полезным подробно восстановить некоторую ситуацию о которой они говорят с клиентом, он может сделать следующее. Он может сам встать и начать, перемещаясь в пространстве «воссоздавать эту ситуацию вокруг себя», запрашивая у клиента необходимые детали. И если по реакции клиента он увидит, что в этой работе есть смысл, то в какой-то момент он может предложить клиенту включиться в эту игру, например, так:

  •  0: А можно тебя попросить показать, как в этом месте он сказал эти слова?

Тут важно понимать, что согласившись на это предложение, клиент не дал согласие на что-то иное кроме как «показать». И про следующие действия с ним надо будет договориться отдельно. Но т.к. клиент уже согласился включиться в игру, и уже мог испытать на себе ее полезные свойства — то объяснить ему полезность следующих действий будет значительно проще.

 

Как понять какую сцену предложить клиенту?

В общем виде, мы никогда не может знать наверняка, какая сцена будет продуктивной для клиента. Но мы можем пользоваться очень простым способом — предлагать клиенту примериваться к той или иной сцене в мысленном эксперименте и по его реакции смотреть, стоит ли ее разыгрывать психодраматически. А если после этого мы решим, что можно предложить клиенту разыграть эту сцену, то наше мысленное к ней «примеривание» как раз становится нашим предварительным разогревом на нее. Приведенные выше варианты разогрева на разные сцены как раз являются примерами организации такого мысленного «примеривания к потенциальным сценам».

 

Организация психодраматического взаимодействия между ролями

Важно понимать, что один из самых главных компонентов делающих психодраму психодрамой — это эмоциональное взаимодействие между ролями, а отнюдь не само содержание реплик между ролями или расположение ролей на сцене. Эмоциональное взаимодействие — это когда одна роль своими переживаниями «затрагивает» другую. Это одно из самых сложных мест в индивидуальной психодраматической работе, т.к. у нас нет актеров, благодаря игре которых, это эмоциональное взаимодействие легко и естественно происходит на группе.

Есть три базовых варианта, как мы можем организовать эмоциональное взаимодействие между ролями:

  • Предложение представить визави и напоминание слов
    • 0: На этом стуле находится твой визави. Представь пожалуйста его тут, и мысленно посмотри на него.
    • 0: И мысленно представь как он говорит тебе, что [слова визави в первом или третьем лице].
    • 0: Какие переживания у тебя возникают когда ты представляешь его и мысленно слышишь эти слова?
  • Символическое озвучивание роли
    • 0: На этом стуле находится твой визави. Представь пожалуйста его тут, и мысленно посмотри на него.
    • 0: Сейчас я подойду к тому стулу и произнесу его слова, чтобы тебе было легче это представить. После этого, я отойду от стула, и буду говорить дальше уже снова как терапевт.
    • (Терапевт подходит к стулу, символически кладет руку на спинку, и произносит слова визави от первого лица, после чего, плавно отходит от стула.)
    • 0: Какие переживания у тебя возникают когда ты представляешь его и слышишь эти слова?
  • Непосредственная игра роли
    • 0: На этом стуле находится твой визави.
    • 0: Сейчас я сяду на этот стул и сыграю его роль, чтобы тебе было легче представить его. После этого, я встану со стула и это будет значить, что я перестал играть роль и вновь стал терапевтом. При этом самого визави можно в воображении оставить на стуле.
    • (Терапевт садится на стул, входит в роль,  произносит слова визави от первого лица, делает небольшую паузу, после чего, плавно встает со стула оставляя визави клиента сидеть на нем.)
    • 0: Какие переживания у тебя возникают когда ты слышишь эти слова?

Все три вышеприведенных варианта могут потребоваться директору в индивидуальной работе. Есть клиенты, которым легче всего воспринимают первый вариант. А есть клиенты, у которых только третий вариант вызывает ясный эмоциональный отклик. Есть клиенты, которым «маячащий перед глазами» терапевт во втором и третьем вариантах, мешает увидеть в своем воображении своего психодраматического визави. А есть те, кто пока не увидит перед собой живого человека, не может представить себя в ситуации, что говорит кому-то живому. Пробуйте делать по-разному, экспериментируйте! Через некоторое время вы начнете чувствовать, какой вариант лучше всего подходит к каждой ситуации.

 

Риск «смешения реальностей»

Следует с осторожностью использовать вариант, когда сам терапевт играет роли в индивидуальной работе. Непосредственная игра роли терапевтом создает риск «смешения реальностей» у клиента. Например, клиент может одновременно видеть и своего психодраматического визави в сцене, но одновременно он может видеть и терапевта играющего роль и, например, смущается этим. Такое «смешение» в самом лучшем случае мешает клиенту быть целиком в реальности своей сцены, а порой может просто разрушать психодраматическую работу.

Дело еще осложняется тем, что терапевт является единственным человеком в пространстве индивидуальной работы и отношения с ним всегда являются очень значимыми. Эти два фактора, сами по себе будут мешать клиенту увидеть в терапевте только своего психодраматического визави.

Самой опасной может быть ситуация, если вдруг клиенту покажется, что то что терапевт выражает к нему из роли визави — это сам терапевт к клиенту и испытывает. Вероятность этого тем больше, чем больше клиент «озабочен» темой отношений между ним и терапевтом. В общем случае, любая тревога клиента про отношение терапевта к нему, может являться показанием к избеганию непосредственной игры ролей терапевтом.

Интересно, что опираясь на эти понимания, можно описать как этот риск минимизировать. Для этого нам надо, чтобы 1) отношения между терапевтом и клиентом, были ясными и надежными; 2) в момент когда терапевт играет роль, клиент гарантировано был погружен в реальность своей сцены. Последнее, например, можно сделать так — если в начале терапевт предложит клиенту услышать слова визави мысленно, потом несколько раз символически озвучит роль, всякий раз убеждаясь, что клиент погружен в свою сцену, — то после этого, предложение терапевта самому сыграть роль, может быть уже в зоне безопасного и полезного. Такое предложение может, например, звучать так: «давай в этот раз я сам сыграю роль твоего визави, чтобы тебе было легче почувствовать как его слова воздействуют на тебя».

Так же полезно отметить, что игра ролей терапевтом, может быть уместной если ситуация не слишком эмоционально затрагивает клиента. Доводами в пользу этого будут такие идеи:

  • Когда взаимодействие между клиентом и психодраматическим визави в сцене имеют эмоционально-интенсивный или интимный характер, — это почти всегда «упрощает» уровень психической регуляции клиента и может способствовать «смешению реальностей».
  • • Когда между клиентом и психодраматическим визави в сцене проявляются сильные переживания, нам обычно достаточно и более безопасных форм организации взаимодействия ролей. И вариант когда терапевт сам играет роли оказывается просто не нужным — переживания и без того сильные.

 

Важные детали в организации взаимодействия между ролями

Индивидуальная работа требует от директора более тщательного технической проработки взаимодействия ролей, чем работа в группе. Из-за отсутствия актеров, индивидуальная работа более чувствительна к мелким техническим деталям.

    • Терапевт в индивидуальной работе попеременно выступает в разных ролях: психотерапевта, директора, дубля клиента, иногда актера играющего роль, голоса произносящего слова роли. И клиенты, находясь в состоянии эмоционального волнения, могут легко начать не понимать из какой роли говорит сейчас терапевт. А это естественно, запутывает и сбивает клиента и может сильно мешать работе. Поэтому, терапевту в индивидуальной работе очень важно:
      • постоянно обозначать, объяснять и предупреждать, из какой роли он говорит;
      • не лениться и выполнять все техники тщательно и одинаково: дублировать стоя за клиентом, озвучивать роли стоя рядом со стулом, говорить от директора отходя в сторону и т.д.
    • Дополнительно помочь вышесказанному может привычка терапевта пользоваться немного разными ритмикой или тембром голоса для роли директора и озвучивания ролей.
    • Также как и в групповой психодраме, в монодраме важно стимулировать клиента встречаться глазами со своим визави, когда он говорит ему или слушает его. А т.к. в большинстве случаев, в монодраме, перед клиентом нет актера играющего роль — то клиенту полезно напоминать увидеть своего визави в воображении. В свою очередь от терапевта, это требует двух вещей:
      • Напоминать клиенту, например фразой «на этом стуле сидит твой визави, посмотри на него и послушай его слова».
      • Всякий раз, перед произнесением слов визави, терапевту полезно проверить, что клиент «смотрит на него».
    • Так как эмоциональный отклик клиента на слова визави сильно зависит от правильно подобранной степени эмоциональности произнесения самих слов, то терапевту, например, бывает полезно делать адекватное ситуации, усиление эмоциональности в озвучиваемых терапевтом репликах. В монодраме, интонационная составляющая реплик, становится особенно важной из-за отсутствия визуально-телесных впечатлений от стоящего напротив и играющего роль актера.

 

Особые возможности в индивидуальной работе

Этот раздел оставлен напоследок, т. к. он потенциально может быть очень большим. С вашего разрешения, я не  буду претендовать на его полноту, и просто приведу в нем несколько интересных идей.

 

Использования воображения в индивидуальной работе

Индивидуальная работа, с одной стороны допускает, а с другой — даже требует более широкого использования воображения клиента. Т.е. предложения клиенту что-то представить или достроить мысленно.  В ней более уместно использовать воображение клиента, чем в групповой работе, т.к. у нас нет необходимости делать всю работу понятной для группы, достаточно, чтобы сам клиент понимал, что происходит и был эмоционально вовлечен в сцену. Но во многих ситуациях, нам просто необходимо использовать воображение клиента, т.к. нет никакого способа сделать это иначе. Например, когда клиенту в сцене важно пережить объятия его визави — сделать это в воображении — один из самых простых и функциональных вариантов.

Но отмечая необходимость большей опоры на воображение в индивидуальной работе, мне кажется важным отменить, что психодраматист будет психодраматистом, а психодрама — психодрамой, если:

  • Все что может быть произнесено вслух и сказано прямо психодраматическому визави — должно быть произнесено и сказано прямо.
  • Любые движения или позы, которые можно сделать непосредственно телесно — необходимо сделать непосредственно телесно.
  • Все что может быть пережито и опробовано прямо здесь и сейчас — лучше всего реализовать здесь и сейчас.

 

Варианты использования предметов

В индивидуальной психодраматической работе особое место занимают техники, опирающиеся на символизацию. Например, объект, субъект или явление, вызывающее переживания клиента можно символически обозначить материальным предметом. И когда мы в дальнейшей работе начинаем с этим предметом психодраматически взаимодействовать, то через это взаимодействие мы можем получить доступ к изменению изначальных переживаний клиента.

Также, использование предметов может давать интересные возможности для погружения в сцены или усиления переживаний. Например, что-то мягкое и приятное на ощупь иногда может помочь клиенту мысленно прикоснуться к ощущению теплых объятий. А крепкий предмет в руке, вполне может обозначать оружие для нападения или защиты, давая его обладателю все нужные преимущества.

 

Заключение

Индивидуальная психодраматическая работа, безусловно, имеет свои ограничения перед психодрамой в группе. Но при умелом обращении мы можем добиться сопоставимой эффективности ее работы и сохранения большинства важных и уникальных свойств психодраматерапии.

Буду рад вашим откликам и замечаниям!

 

Павел Корниенко / Психодрама и монодрама в индивидуальной работе / v1-100

 

Монодрама: отличие монодрамы от психодрамы: rabota_psy — LiveJournal

Серия постов о монодраме.

Весь мир — театр.
В нем женщины, мужчины — все актеры.
У них свои есть выходы, уходы,
И каждый не одну играет роль.
Семь действий в пьесе той.
У. Шекспир

Начало
Немного о МОНОДРАМЕ

Монодрама: психодраматическая концепция личности

Отличия монодрамы от психодрамы

Монодрама – это вариант психодрамы, в которой все роли играет сам протагонист. В редких случаях монодрама используется в групповой работе (как вариант техники самопрезентации), но в основном в индивидуально консультировании.



Существует несколько определений монодрамы.

Монодрама — использование психодрамы в индивидуальном консультировании и психотерапии. В монодраме нет группы — людей, которые могут играть роли в сценах клиента. В монодраме, также как и в психодраме, часто используется пространство помещения для построения сцены, но вместо других людей в монодраме используются пустые стулья или предметы. [1]

Монодрама возникла из практики и теории психодрамы, и представляет собой психотерапевтическую индивидуальную работу во взаимодействии психотерапевт-клиент. Монодрама формируется на основе понимания между клиентом и терапевтом, при этом включаются как вербальные, так и невербальные коммуникативные возможности. Психодраматические игровые аспекты и аспекты психодраматического действия играют при этом большую роль. [2]

Отличия монодрамы от психодрамы
Психодрама «а’dеus» или «на двоих» предполагает такое соглашение между психотерапевтом и клиентом, в котором терапевт использует и вводит в ситуацию индивидуальной терапии все техники, присущие психодраме. [1]

Ситуация, в которой управление психодрамой переходит в руки протагониста, называется “авто-” или “монодрамой”. [7]
Короткое ролевое действие или серию действий, в которых протагонист представляет себя или кого-то иного из своего социального атома, называется самопредставлением. Вариантом самопредставления Д.Киппер считает монодраму, то есть вариант драмы, в которой все роли играет протагонист (вспомогательные «я» не вводятся). [4]

Техника самопредставления используется во всех тех случаях, когда протагонист играет самого себя или роль людей, для него важных. В техническом плане названный метод обычно существует в двух видах.

Первый состоит в том, что протагонистов просят дать короткое описание себя самих, а также важных для них людей в форме последовательных эпизодов, как бы устроить парад лиц и личностей.

Второй способ часто называют еще монодрамой. Здесь протагонист разыгрывает серию завершенных ситуаций, причем все исполняет сам. Все роли описываются только протагонистом.

Иногда техника самопредставления может реализовываться в ситуации интервью. Это бывает особенно полезно, когда протагонист описывает сцены, в которых требуется исполнить роль другого человека. У протагониста берут интервью в соответствии с ролью, и он отвечает на вопросы так, как в действительности отвечал бы тот человек. [6]

Продолжение

Монодрама: Возможности и ограничения монодрамы.

психодрама в индивидуальной терапии и консультировании

Психотерапию сегодня невозможно представить без такого группового метода как психодрама. Менее известно, что ее можно с успехом применять для индивидуальной терапии. Самый известный пример использования драматического подхода — техника «пустого стула», обычно применяемая в гештальт-терапии. Во многом схожи с ней техники трансактного анализа, которые выводят на сцену разные эго-состояния человека, да и многие другие методы с удовольствием используют техники, имеющие психодраматическое происхождение.

Но методический арсенал монодрамы намного богаче. Он не ограничивается использованием пустых стульев, а включает работу с символическим материалом, как воображаемым, так и реальным (игрушки, ленты, подушки и прочее — все, что имеется в данный момент «под рукой»). А так же опирается на множество простых и удобных в применении техник, освоению которых на практике посвящен наш спецкурс.

Курс будет интересен как начинающим психологам, так и практикующим специалистам.

Начинающие получат навыки консультанта — психодраматиста, ведущие групп или студенты курса «Психодрама», смогут применять свои умения в индивидуальной терапии более грамотно и осознанно. Опытные психологи, не психодраматисты, пополнят свой профессиональный запас техниками психодрамы, которые прекрасно сочетаются с другими подходами и служат хорошим подспорьем в работе.

Программа курса по монодраме:

  • Индивидуальная терапия с клиентом в монодраме: полный цикл — от первого телефонного звонка до завершения курса терапии.
  • Психотерапевтическая сессия: как встретить клиента, как провести и завершить сеанс.
  • Базовые задачи: заключение контракта, построение психотерапевтического альянса, реализация этических норм.
  • Техники психодрамы, от простых до продвинутых, в монодраматической сессии.
  • Особенности и преимущества психодраматерапии в индивидуальной работе.
  • Сложные моменты в монодраме.
  • Монодрама: стратегии консультирования и терапии.
  • Отработка навыков самонаблюдения и коррекции своих действий в процессе работы психотерапевтом.
  • Очная супервизия монодраматических сессий.

Курс содержит много тренировочных упражнений в парах для закрепления полученных навыков.

При успешном завершении обучения выдается документ установленного образца (удостоверение или диплом) о повышении квалификации.

Интеграция психодрамы с другими подходами

1 Интеграция психодрамы с другими подходами Психодрама и современная психотерапия С Сопоставление метода монодрамы с другими подходами 1 П. П. Горностай В статье рассматривается монодрама в широком философском, социологическом, культурологическом, театральном и психотерапевтическом контекстах. Метод монодрамы сопоставляется с другими психотерапевтическими методами и подходами, анализируется связь монодраматических техник с практикой других психотерапевтических вмешательств. На примере монодрамы иллюстрируется возможность плодотворной интеграции различных методов психотерапии. Данную тему можно рассматривать не только в психотерапевтическом контексте, но и в шире в контексте человеческой культуры. Психодрама, в частности, монодрама тесно связана с философией, социологией, философской антропологией, искусством, о чем убедительно пишут авторы книги «Монодрама» (Эрлахер-Фаркас, Йорда, 2004). Философские истоки психодрамы ярко прослеживаются еще в античной натурфилософии. По мнению голландского историка культуры Й. Хёйзинга, философия содержит в себе игровые элементы культуры, а именно софистику, диалог как форму философского трактата. Автор сравнивает их с искусством фокусника, жонглера, чудодея, приводя в пример Сократа и Платона (Хёйзинга, 1992 с. 171). Знаменитые «Диалоги» Платона (2009), представляющие собой дискуссии между Сократом и его учениками, одним из которых был Платон яркий пример диалогического («драматического», ведь диалог это язык драмы) изложения серьезных философских положений. А диалог между двумя (терапевт и клиент) это монодрама, сконцентрированная в сжатом смысловом пространстве внутреннего мира человека. Подобную трактовку можно 1 В основу статьи положен доклад, сделанный на 8-й научно-практической конференции секции психодрамы Украинского союза психотерапевтов (Львов, 6 февраля 2009 г.) Павел Петрович Горностай доктор психологических наук, зав. лабораторией психологии малых групп и межгрупповых отношений Института социальной и политической психологии НАПН Украины; психолог, психотерапевт, психодраматист, кандидат в трансактные аналитики. Сайт:

2 Сопоставление метода монодрамы с другими подходами 83 встретить у Я. Морено, который считал Сократа «психодраматической личностью», а его диалоги «психодраматическими» (Сакс, 2003, с ). Предложенный Сократом метод эвристической (или сократической, как ее часто называют) беседы это метод, прочно вошедший в арсенал психотерапии, но он является, в сущности, методом монодрамы (как диалога терапевта и клиента). Сам автор называл его методом «повивальной бабки», иллюстрируя, метафорическую помощь «рождению» новой мысли человека. Здесь еще нет прямого «обмена ролями» в мореновском понимании, но есть перевоплощение и переход на точку зрения собеседника, то есть обмена ролями во внутреннем плане участников диалога. Религия является не менее мощным культурным источником традиции монодрамы, воплощая в себе не просто драматизм, а драматизм внутреннего мира человека; ведь основная тема религии извечная драма противостояния добра и зла, Бога и Дьявола происходит не столько в реалии, сколько в душе отдельно взятого человека (это не станет отрицать даже атеист). А внутренняя драма Добра и Зла, переложенная в психотерапевтический контекст это не что иное, уже монодрама. Я. Морено также указывал на «психодраматизм» личности Иисуса Христа, считая его «Нагорную проповедь» вершиной искусства импровизации, происходящего в «здесь и теперь» (Сакс, 2003, с. 18). Бесспорно, что это не только ключевое событие евангельской истории, но и образец именно монодрамы («театра одного актера»). Теория театра и драматургии не только связана с предысторией психодрамы, но и подарила сам термин «монодрама». Монодраматический подход в эстетике российского драматурга, режиссера и теоретика театра Николая Евреинова, внесшего наиболее весомый вклад в теорию монодрамы, это не просто анализ одного из жанров театрального искусства, но и попытка «психологизации» самой драматургии, превращения ее в «психологическую драму». Он писал: «под монодрамой я хочу подразумевать такого рода драматическое представление, которое стремится наиболее полно сообщить зрителю душевное состояние действующего, являет на сцене окружающий его мир таким, каким он воспринимается действующим в любой момент его сценического бытия. Таким образом речь идет об архитектонике драмы на принципе сценического тождества ее с представлением действующего. < > превращение театрального зрелища в драму обуславливает переживание, заражающий характер которого, вызывая во мне сопереживание, обращает в момент сценического акта чуждую мне драму в мою драму» (Евреинов, 1909, с. 9). В литературе и искусстве жанр «монодрамы» имеет давнюю «прописку» еще со времен античности, но особенное значение приобретает в вв. Здесь наша отечественная традиция довольно сильна. Я бы назвал, прежде всего, имена Владимира Рецептера, мастера моноспектакля театра одного актера, и его более молодого современника Евгения Гришковца. В репертуаре «моноактеров» не только специально написанные для этого пьесы-

3 84 П. П. Горностай монодрамы; средствами моноспектакля может быть разыграно даже такое «полифоническое» произведение, как, например, «Ричард III» В. Шекспира (в исполнении актера Театра на Таганке Эрвина Гааза). Великим мастером монодрамы бесспорно являлся Аркадий Райкин, демонстрируя в своих сатирических миниатюрах разнообразие персонажей в одном лице и искусство мгновенного перевоплощения. Ираклий Андроников был не только гениальным рассказчиком, но и великим актером: все его устные рассказы, диалоги, полилоги в одном лице, сопровождались особым перевоплощением, он не просто играл (как актер), он переживал за тех персонажей, которых изображал, он думал как они. Все процессы драматизма Андроников воплощал в самом себе (Андроников, 1975). Владимира Высоцкого следует вспомнить в связи с монодрамой не столько как актера, сколько как автора песен-драм, песен-монологов, каждая из которых представляет собой миниспектакль, монодраму, где он одновременно является и автором, и исполнителем, и главным действующим лицом (Горностай, 2005). Монодрама как широкое понятие, охватывающее область не только психотерапии, но и искусства, прекрасно вписывается в философию и антропологию Якоба Морено. Философия «Я Бог», а также тезис о том, что человек является и творцом и творением в одном лице это квинтэссенция монодрамы, ибо олицетворяет соединение разных ипостасей человека. Данные аспекты мировоззрения Морено перекликаются с философией Встречи Мартина Бубера и с экзистенциальной философией Сартра и Кьеркегора, о чем сам Морено говорит в своем интервью (Сакс, 2003). Чтобы определить место монодрамы в группе психотерапий обратимся к самому определению монодрамы и психодрамы. Если психодрама это внутренняя драма человека, выведенная наружу и сыгранная в группе людей, то монодрама это первичная психодрама до того, как она будет разыграна группой, это «базовая» психодрама. Значимые другие в психодраме это не столько другие, сколько мое представление о них, образ их, мои Я-образы (в психодраме они не зря называются вспомогательными Я, а не Другими). Человек это, фактически, группа, что подтверждается концепцией социального атома, который «подобен ауре притяжений и отталкиваний, которые от него исходят и к нему направляются» (Морено, 2001, с. 125). Монодрама это психодрама «наоборот», это то, что происходит у нас внутри. Существует понятие «интрапсихическая психодрама» это драма, предметом которой является внутренний мир человека и которая ближе всего к феномену монодрамы. Говоря об интеграции с другими психотерапевтическими подходами, мы имеем в виду не столько «инструментальную» сторону вопроса, не столько взаимодействие и общность техник и методик, сколько общность методологий, взаимодействие теоретических позиций и понятийную общность. «Чистых» психотерапевтических методов не существует в принципе. Вопервых, любой метод, развиваясь рядом с уже существующими, использует

4 Сопоставление метода монодрамы с другими подходами 85 их опыт, совершенствует инструментарий, заимствует модели, модифицируя их на более современном уровне развития психотерапии. Во-вторых, все методы и подходы имеют дело с одной и той же психической реальностью, и вмешательства, описываемые разными методами, не могут быть настолько различными, чтобы не содержать в себе общих элементов, точно так, как модели психики и теории личности, используемые как теоретические основы метода, не могут не иметь общих, а иногда и тождественных компонентов. В-третьих, некоторые положения, разработанные в рамках отдельных методов, имеют уровень научного открытия (например перенос и контрперенос) и уже в силу этого являются достоянием всей психологической науки, их не могут обойти все другие, появляющиеся позже психотерапевтические подходы. Поэтому существующие направления имеют множество пересечений (общие техники, модели, конструкты, понятия). Это сопоставление традиционно начнем с психоанализа, который является пионером среди других направлений и который повлиял на развитие всех без исключения последующих методов психотерапии. Психоанализ и монодрама имеет много точек взаимодействия, хотя следует понимать известную противоположность в основных позициях данных подходов. Уже упоминаемые перенос и контрперенос это прообраз ролевого перевоплощения; только шаг отделяет его от драматизма с его техникой обмена ролями. В монодраме мы можем не только учитывать процессы переноса (как и в любой другой форме индивидуальной психотерапии), но и активно работать с ними, используя психодраматические техники. Монодрама имеет много точек соприкосновения с аналитической психологией и психотерапией К. Юнга. В этой традиции одним из наиболее интересных представляется категории «Персона» и «Тень», представляющие собой полярные ипостаси взаимоотношения личности и социума. Психодраматическими аналогами этих категорий являются «Роль» и «Антироль». Персона это те социальные роли, которые человек презентует в социуме. Тень скрытая, прежде всего от самого человека, сторона его личности. В определенной мере психодраматическая концепция атрофии ролей и ролевого дефицита можно увязать с «Тенью», так как часто речь идет о вытесненных формах активности человека, о подавленных чувствах, потребностях. В групповой психодраме есть специальная техника «антиролей», состоящая в отыгрывании заблокированных ресурсов или скрытых негативных тенденций на социодраматической сцене. В монодраме мы не работаем с антиролями в отдельной технике, но, тем не менее, постоянно имеем с ними дело в диалогах с разными субличностями терапевта и клиента. Клиент-центрированную психотерапию по К. Роджерсу роднит с монодрамой два ключевых понятия эмпатия и конгруэнтность. Эмпатия это неявный обмен ролями, а именно способность посмотреть на себя глазами другого, мысленно побывать в его «шкуре». Конгруэнтность это

5 86 П. П. Горностай аналог мореновского «теле», когда два человека не просто чувствуют друг друга, а видят в другом то, что не передается вербальной коммуникацией, находя аналоги собственной личности и судьбы. Эти два подхода роднит между собой концепция Встречи Морено и концепция группы встреч Роджерса, которые оба внесли большой вклад в методологию групповой психотерапии. Это не противоречит идее монодрамы, ибо здесь «группа» состоит из двоих, а значение Встречи не только не умаляется, но и концентрируется, так как без встречи терапевта и клиента не произойдет встречи клиента с самим собой, не произойдет исцеления. Экзистенциальный анализ еще одно направление, которое методологически близко монодраме. Этот подход оперирует такими категориями, как бытие, личностный смысл, переживание. Их значение давно переросло рамки данного метода, и они стали рабочим инструментом разных психотерапий, в том числе, и психодрамы. Теория спонтанности и креативности Морено прекрасный пример гармоничного дополнения концепции бытия. А концепция ролевого переживания (вершиной которого может рассматриваться катарсис) делает психодраму и монодраму одним из лидеров группы экспириентальных (от англ. experience опыт, переживание) методов, который психотерапевтически работает с категориями «жизненный опыт» и «переживание». Монодрама имеет общие позиции даже с такими направлениями, которые можно обобщенно назвать телесно-ориентированный подход, включающий биоэнергетический анализ, телесную психотерапию и т. д. Элементы телесных практик можно использовать в монодраматической работе с телесным симптомом. Это, например, визуализация симптома и его ролевая децентрация, например «посадить» симптом на пустой стул (это уже, пожалуй, Гештальт), и исследовать его значение или нейтрализовать его действие. Очень важно понимание символики симптома, и здесь очень ресурсной является роль как средство работы с ней (ролевое отождествление с симптомом). Симптом это выражение, происходящее в психической или соматической сфере человека в данный момент времени (или в данный период его жизни). Мы понимаем под симптомом телесную реакцию на что-либо происходящее в процессе психотерапии, или болезненные проявления организма как отражение его психологических проблем. В первом случае это кратковременное психосоматическое состояние, например, в ответ на какое-то действие в монодраме появилась головная боль, начал душить кашель, возникли неприятные ощущения в области сердца или подступила тошнота. Это сигнал важности происходящего, показатель того, что вы приближаетесь к проблемной зоне. Во втором случае это уже проблемы психосоматической медицины, как одного из аспектов психотерапии, в том числе и в формате монодрамы. Нельзя обойти вниманием и гештальттерапию, в особенности ее технику пустого стула, которая была заимствована из психодрамы, а точнее из монодрамы (потому что в групповой работе стул не оставался пустым, на

6 Сопоставление метода монодрамы с другими подходами 87 нем оказывался другой человек в роли «вспомогательного Я»). Лишь на одной этой технике может быть полностью построен сеанс монодрамотерапии с различными персонажами, реализуемый достаточным количеством стульев это почти аналог сессии интерпсихической психодрамы в группе. Каждый стул может олицетворять какого-то персонажа (другого человека или субличность клиента, его чувство, симптом и т. д.). Садясь по очереди на пустые стулья можно отождествляться с этими персонажами, принимать их роль. Обычно работа с пустым стулом дополняется техниками «обмена ролями», «дублированием» и «зеркалом» («большая тройка» монодрамы), а также другими психодраматическими приемами. В арсенале техник гештальттерапии монодрама занимает достойное место. Мы уже говорили о работе с симптомом. К этому можно добавить гештальтистскую традицию работы с чувствами, которая в синтезе с техниками монодрамы открывает широкое поле для работы с огромным количеством тем. Метод символдрамы роднит с монодрамой само название, содержащее корень «драма». Использование техник символдрамы это работа с воображением в процессе монодрамотерапии (например, начало и завершение сеанса). О психодраматической символдраме, как возможном синтезе этих методов писала Г. Лейтц (2007, с ). В индивидуальной терапии очень большое значение имеет работа с воображаемыми действиями клиента (гораздо больше, чем в групповой терапии). Часто клиент мысленно переносится в какую-то воображаемую ситуацию, как бы теряя контакт с реальностью. Это видно по остановившемуся взгляду, направленному куда-то вдаль, по затянувшейся паузе. В эту минуту уместно спросить клиента: «Ты где?» Можно попросить его описать то место и время, куда он переместился, и предложить там мысленно действовать (как в сеансе символдрамы). В какой-то момент мы выводим действие из воображаемого плана в реальное пространство и продолжаем его как монодраму. Вот типичный пример использования воображения в монодраме. Многие действия, невозможные в монодраме, например, обнять значимого человека, можно проделать в воображении, представляя, как человек взаимодействует с другим. Это бывает хорошей заменой активных действий, обычных для группы, при переживании не менее сильных эмоций и чувств. Монодрама, особенно такая ее разновидность, как работа с игрушками, очень близка песочной терапии. Оба метода оперируют игрушечным миром как проекцией внутреннего мира клиента на песочницу (песочная терапия) или на стол с игрушками (монодрама). На самом деле, это очень разные подходы. Песочная терапия походит из юнгианства, как психоаналитической традиции, и относится к психодинамическому направлению психотерапии, а монодрама с игрушками относится к гуманистическому направлению, точнее к экспириентальным методам. В первом случае акцент делается на глубинную символику, но в ней иногда не хватает действия (в психодраматическом смысле,

7 88 П. П. Горностай как ролевого разыгрывания). Здесь есть ресурс интеграции этих разных подходов, а именно возможность использовать ролевое представление, идентификацию с разными персонажами, смену ролей, используя песочницу как сцену. Трансактный анализ (ТА) и психодрама это отдельная тема, заслуживающая особого внимания. Эти подходы очень эффективно интегрируется, автор уже много лет занимается в своей практике их объединением (Горностай, 2008). Преимущества такого синтеза сочетание теории личности ТА и практической методологии психодрамы, дающее очень мощную в теоретическом и методическом плане систему. Это позволяет решать широкий спектр проблематики и вовлекать клиентов практически всех личностных типов, учитывать их разные личностные стили и склонности от анализа до действия и экспрессии; от «чистого» интеллекта до бурного выражения эмоций и чувств. Среди техник ТА, которые можно психодраматически ассимилировать это варианты «техник нескольких стульев», работающие с эго-состояниями клиента и значимых других, представляющую собой интерперсональное монодраматическое действие. Прекрасным сочетанием монодрамы и ТА является техника родительского интервью (McNeel, 1976) и вообще интервью, когда клиент в роли «значимого другого» беседует с терапевтом. Драматическими методами можно осуществить «трансактное перерешение» (Гулдинг, Гулдинг, 1997), разыграв детскую сцену с несколькими персонажами в виде игрушек или пустых стульев. Системная семейная терапия является еще одним направлением, плодотворно используемым в психодраме и монодраме. Пожалуй, ни одно направление психотерапии не может обойти семейный контекст, историю жизни клиента, родительские послания, которые влияют на всю жизнь человека. Монодрама позволяет реализовать многие задачи системного семейного подхода, моделируя в кабинете психотерапевта семейную систему или ее фрагменты. С помощью пустых стульев, игрушек или символических предметов можно моделировать систему рода (генограмму, социальный атом) и работать с ней в монодраматическом ключе, применяя большой арсенал методов и техник, вплоть до системных расстановок. Мы назвали только несколько наиболее популярных подходов, с которыми монодрама находится в методологическом родстве. На самом деле их намного больше. Впрочем, это можно сказать о любом направлении психотерапии. Автор этой статьи является убежденным сторонником интегративного подхода в психотерапии (Горностай, 2004). Чистота методов сама по себе никому не нужна, разве что в процессе обучения, когда нужно овладеть практикой психотерапии в рамках какого-то направления; а для клиента совершенно не важно, насколько «чистыми» методиками и техниками пользуется терапевт. Мало того, человек един, он не состоит из отдельных проблем, психических процессов, комплексов, черт характера или элементов жизненного опыта. И помощь ему должна быть ориентирована не на эти составляющие, а на него целиком.

8 Сопоставление метода монодрамы с другими подходами 89 Из всего сказанного можно сделать вывод о том, что монодрама как метод индивидуальной психологической помощи человеку глубоко интегрирована не только в систему основных методов психотерапии, имея с ними тесные теоретические, методические и практические связи. Монодрама является культурным феноменом, который существует в контексте философии, социологии, философской антропологии, культурологии, литературы и драматургии. Она опирается на глубинные представления о человеке, на идеи диалогизма, базирующиеся не только на проблемах коммуникации между людьми, но и фундаменты человеческой личности. В силу всего этого метод монодрамы является одним из самых жизненных, эффективных, действенных. Ему принадлежит большое будущее. Литература Андроников И. Л. Избранные произведения в двух томах. М. Худ. литература Т с. Горностай П. П. Интегративные модели в современной психотерапии // Наука і освіта С Горностай П. П. Охота на волков, или Психодрама Владимира Высоцкого // Психодрама и современная психотерапия С Горностай П. П. Синтез трансактного аналізу та психодрами як ефективна психотерапевтична практика // Наукові студії із соціальної та політичної психології. Вип. 20(23). К., С Гулдинг М., Гулдинг Р. Психотерапия нового решения. Теория и практика / Пер. с англ. М.: Независимая фирма «Класс», с. Евреинов H. H. Введение в монодраму. СПб.: изд. Н. И. Бутковской, с. Лейтц Г. Психодрама: теория и практика. Классическая психодрама Я. Л. Морено / Пер с нем. 2-е изд. М.: «Когито-Центр», с. Морено Я. Л. Социометрия: Экспериментальный метод и наука об обществе / Пер. с англ. М.: Академический проект, с. Платон. Диалоги / Платон : пер. с древнегреч. М. : Эксмо-Пресс, с. Роджерс К. Р. Консультирование и психотерапия. Новейшие подходы в области практической работы / Пер. с англ. М.: ЭКСМО-Пресс, с. Сакс Дж. М. Голос Я. Л. Морено: Интервью с создателем психодрамы // Психодрама и современная психотерапия С Фрейд З. Введение в психоанализ: Лекции: Пер. с нем. М.: Наука, с. Хёйзинга Й. Homo ludens. В тени завтрашнего дня: Пер. с нидерл. М.: Изд. гр. «Прогресс», «Прогресс-Академия», с. Эрлахер-Фаркас Б., Йорда К. (ред.). Монодрама: Исцеляющая встреча. От психодрамы к индивидуальной терапии. К.: Ника-Центр, Эльга, с. Юнг К. Г. Архетип и символ: Пер. с англ. и нем. М.: Ренессанс, с. McNeel J. R. The Parent Interview // Transactional Analysis Journal. 1976, V. 6, No 1. P

Монодрама, обучение в Москве — Групповая психотерапия и тренинги — LiveJournal

Завершается запись на курс «Монодрама: психодрама в индивидуальной психотерапии и консультировании»! Начало занятий 31 января 2015!

Программа повышения квалификации Московского Института Гештальта и Психодрамы, приглашаем специалистов: психологов и психотерапевтов разных направлений, студентов и выпускников институтов практической психологии.

Монодрама — это метод индивидуальной работы техниками психодрамы в психотерапии и консультировании. Он имеет свои особенности, отличные от классической психодрамы, где Протагонисту (клиенту) помогает не только терапевт, но и группа. Психодрама и монодрама очень гибкие и прекрасно сочетаются с другими направлениями как разговорными, так и творческими.

Особенности:
— высокая диагностическая эффективность,
— действие+чувственное переживание+ анализ,
— освоение внутренних ролей и работа с субличностями, создание ресурсных образов и их освоение,
— работа с бессознательным и его символами,
— возможность проработки психосоматических симптомов на безопасном символическом уровне,
— наглядная и ощутимая телесно работа с личными границами,
— прямая работа с заданными клиентом ситуациями из жизни — постановка сцен,
— работа с разными временными измерениями: что было, что есть, что будет,
— универсальность в работе с разными запросами, в том числе клиническими и общесоциальными.

Для монодрамы, как и для психодрамы, характерно использование «подручных средств» — работа с предметами, игрушками, рисунком, двигательной импровизацией, что удобно в работе с детьми и случаями, когда первичный вербально-когнитивный анализ для клиента затруднителен в силу травмы, эмоциональной нагруженности ситуации, бессознательных глубоких установок, слабой рефлексии, а так же в силу разных личностных особенностей.

Курс ведет Екатерина Крюкова, психодрама-терапевт, гештальт-терапевт, специалист по работе с травмой и семейной историей, тренер и зав. кафедрой психодрамы Московского Института Гештальта и Психодрамы.


Информация и запись: 8 (495) 642 33 82, manager@migip.ru
О курсе на сайте МИГИП:

Как я попробовал на себе четыре вида психотерапии

С поисками места, где обретают смысл, сложностей не было. В Московском институте психоанализа действует совместная учебная программа с австрийским Институтом Виктора Франкла — основным центром логотерапии в мире. Там я встретился с одним из преподавателей института, Светланой, которая предложила мне пройти первый сеанс с ней или с её австрийским коллегой Алексом, который должен был приехать в Москву из Вены через пару недель. Встречи с ним проходят в учебном формате. Сеанс проводит один из студентов, а Алекс контролирует процесс и моментами помогает, общаясь с клиентом напрямую. С уверенностью, что так будет интереснее, я согласился.   

Вообще, изначально логотерапия заинтриговала меня даже больше, чем танатотерапия: о смерти я думаю не так часто, а вот вопросами о смысле своего существования задаюсь чуть ли не каждый день. Я понимал, что цель всей моей жизни не откроется после первого же сеанса. И что логотерапия вообще не про поиски своего предназначения, а про осмысленность текущего момента. Но как приятно было думать, что смысл всё же найдётся. И если есть кто-то, кто хотел бы помочь мне найти ответы, — я, конечно, в деле.

Через две недели возвращаюсь в Институт психоанализа, в кабинет для занятий логотерапией. Это небольшое помещение, на одной из стен которого— фотообои с портретом австрийского психиатра Виктора Франкла в окружении колючей проволоки (Франкл провёл несколько лет в концлагере) и космосом на фоне. Звучит не очень, а в действительности это, пожалуй, лучшие фотообои из всех, что я видел.

В аудитории человек девять-десять: студенты, Светлана, Алекс и переводчик с немецкого. Алекс также говорит по-английски, и мы болтаем с ним до начала сеанса — немного о Москве и о том, как будет проходить терапия. Мой сегодняшний терапевт — юная студентка, которая, кажется, находится в этой роли не в первый раз, но всё же заметно волнуется. Мне хочется ей помочь, но я не знаю как, поэтому просто волнуюсь вместе с ней. Наш сеанс начинается со стандартного для всех первых встреч вопроса о том, что меня сюда привело. Я рассказываю о том, что временами чувствую апатию, что моё состояние нестабильное и беспокоит меня. После девушка неуверенно спрашивает, есть ли в моей жизни хоть что-то, что мне всё же немного, но интересно. Не знаю почему, но я говорю о текстах: о том, что люблю писать и что это мне действительно интересно. Но тут же добавляю, что и этот интерес быстро угасает и я часто не могу дописать начатое. И что мне не кажется правильным заставлять себя писать. Мой терапевт спрашивает, что я сейчас пишу: роман, рассказ или, может быть, повесть.  

— Текст, — поправляю я.

— Хорошо, текст. И сколько уже написано?

— Девятнадцать страниц.      

После продолжительной паузы, когда, кажется, ни я, ни девушка напротив меня не знаем, о чём говорить дальше, вступает Алекс, обращаясь ко мне через переводчика.

— Как ты думаешь, сколько тебе ещё осталось написать?

Странно, но я почти наверняка знаю ответ на этот вопрос, хоть никогда им не задавался.

— Столько же. Может быть, чуть меньше.

Алекс улыбается. Он рассказывает, что в логотерапии написание текстов часто используется как метод. Наша жизнь, по словам Алекса, это ведь тоже в какой-то мере книга, которую мы пишем здесь и сейчас. Прошлое в этой книге уже не исправить, чернила высохли, но можно перенестись, например, на десять лет вперёд и посмотреть на свою жизнь и самого себя, представляя, что будет дальше. И здесь ты можешь не только читать, но и писать свою книгу: чернилами ещё ничего не написано. Наверное, только в этот момент, с этим человеком и при этом разговоре все эти метафоры не кажутся мне пошлыми. Напротив, я спокойно улыбаюсь, прекрасно понимая то, что и как мне говорит Алекс.

— Сейчас, когда ты переместился на десять лет вперёд и смотришь на себя оттуда, что бы ты посоветовал ему, своему протагонисту?

Я только ненадолго задумался — но не над вопросом, а над тем, что ответ снова пришёл ко мне почти сразу.

— Не торопись, — говорю я в первую очередь самому себе.

Вокруг ничего не происходит, но мне почему-то кажется, что вся аудитория, студенты, про которых я забыл и которые всё так же сидят неподалёку от нас и наблюдают за ходом сеанса, — все они услышали то, ради чего собрались. Алекс смотрит на меня всё с той же улыбкой и говорит, как важно брать на себя ответственность за то, что ты делаешь, ведь страница и дальше будет просить тебя написать её.

— Какой будет твой следующий шаг, следующая глава твоей жизни?

— Наверное, я возьму на себя ответственность и напишу следующую страницу.   

Мы договариваемся встретиться в апреле в таком же составе. Пожалуй, этот сеанс был единственным из всех, где я почувствовал себя комфортно. И, кажется, я входил в эту комнату с летящей в космосе колючей проволокой одним, а выхожу — немного другим человеком. Следующая глава, пожалуйста.

Интеграция психодрамы с другими подходами в работе с пациентами, страдающими психосоматическими расстройствами и зависимостями Текст научной статьи по специальности «Психологические науки»

ПСИХОТЕРАПИЯ И ПСИХОПРОФИЛАКТИКА

ИНТЕГРАЦИЯ ПСИХОДРАМЫ С ДРУГИМИ ПОДХОДАМИ В РАБОТЕ С ПАЦИЕНТАМИ, СТРАДАЮЩИМИ ПСИХОСОМАТИЧЕСКИМИ РАССТРОЙСТВАМИ И ЗАВИСИМОСТЯМИ

С. А. Кулаков, Р. Д. Миназов

РГПУ им. А. И. Герцена, Санкт-Петербург Реабилитационный центр «Преодоление», Казань

Работа с пациентами с «архаическими заболеваниями Я», психосоматическими расстройствами, химическими и нехимическими зависимостями (Г. Аммон) [1] и исследование их корней убедили нас, что применение одной психотехнологии не всегда дает ощутимый эффект, и мы искали вмешательства, подходящие для данной группы пациентов. В этом ключе такой «старый» психотерапевтический метод, как психодрама, на наш взгляд, оказался очень удачным инструментом.

Чем привлекает психодрама?

Психодрама обладает своей собственной хорошо разработанной теорией.

Психодрама позволяет обойти защитные механизмы. Психодраматические сессии не содержат формального анализа. Психодрама избегает оценок.

Психодрама выносит внутренние образы на психодраматическую сцену.

Символический (метафорический) разогрев позволяет специалисту быстрее войти в объектные отношения пациента. Психодрама — это одновременно аналитический и действенный метод.

Этот метод совместим с другими психотерапевтическими подходами.

С методом психодрамы хорошо сочетались теория объектных отношений [15], аналитическая психология, кататимная психотерапия или символдрама [5, 11], арт-терапия и арт-анализ. Объединение психодрамы с экзистенциальным анализом [4, 8, 13], подчеркивало ее традиционную принадлежность к экзистенциально-гуманистическому направлению. Трудно отказаться от интеграции психодрамы и системной семейной терапии. Семейная терапия, являясь по существу интегративным методом, использует очень много техник психодрамы, а такие методы, как семейные расстановки (Б. Хеллингер), геносоцио-грамма (А.А. Шутценбергер), без сомнения, испытали на себе большое влияние психодрамы и социометрии. Именно в семейной психотерапии впервые получили свое развитие конструктивистский и нарративный подходы [14], явившиеся своеобразной интеграцией философии постмодерна, теории и практики психоанализа, системного подхода. Психодрама также хорошо объединялась с такими методами, как гештальт-терапия [3] , бихевиоризм, и многими другими. Перечислим некоторые интегративные подходы, которые мы используем в своей практике.

Психодрама и объектные отношения. З. Морено [7, 9] предпочитала подход, который называли «вертикальным”. Этот подход сосредоточивается на прошлом и примитивных переживаниях и может быть назван регрессивным в том смысле, что рассматривает прошлое, события, происшедшие в детстве, пытаясь объяснить проблемы в настоящем. В этом отношении

З. Морено имеет много общего с психоаналитиками и их интересом к прошлому.

Многие психодраматические сессии переходят от сцен в настоящем к драмам детства. Такая способность интегрировать встречные (горизонтальные) и регрессивные (вертикальные) взгляды на функционирование психики является одной из сильных сторон психодраматической техники.

Основой создания этой теории послужило изучение воздействия индивидуальных отношений человека с внешним миром на его внутренний психический мир. Психика и личность представляются как результат связей людей с внешним миром, которые запоминаются (интернализуются) разумом в виде «объект-

ных отношений». Детство рассматривается, как период наиболее активного становления личности, хотя внутренние объектные отношения могут быть изменены и в зрелом возрасте (психотерапией или более глубокими переживаниями).

Процесс изменения психики ребенка при его отношениях с внешним миром называется интернализацией. В результате этого процесса образуется триада опыта: «Я-объект», «Ты/Другой-объект» и аффективная окраска этих отношений. Психическое развитие и после интеграции внутреннего мира не останавливается. Идет развитие «Сверх-Я» и «Я-Идеала», которые ведут к усложнению психики. Вход в объектные отношения можно получить через символические, кататимные предметы. Мики-Маус, что подарил дед внуку, а ребенок поменял на жвачки в школе, это объект, кукла, выброшенная матерью, это тоже объект. Нарушение объектных отношений может способствовать формированию различных ролевых конфликтов, которые можно выявить в ходе психодрамы.

Психодрама и трансактный анализ. Существует много приложений трансактного анализа к психодраме. Самое очевидное опирается на структурную модель личности и заключается в возможности психодраматической проработки ее составных элементов. Понятие «эго-состояний» как никакое другое подходит для ролевого разыгрывания. Уже простое представление протагониста с помощью трех (Родитель, Взрослый, Ребенок) или пяти (как в функциональной модели эго-состояний) персонажей, которые взаимодействуют между собой, спорят или конфликтуют, способно многое прояснить в понимании себя. Например, обнаруживается, что в какие-то ответственные моменты теряется контакт со Взрослым эго-состоянием, что мешает человеку совершать важные действия. Иногда за проявлениями Родительского эго-состояния стоит реальная родительская фигура, с которой у протагониста сложные и драматичные отношения. Особенности Детского эго-состояния могут дать ключик к проблемам из собственного детства человека.

С другой стороны, многие роли в психодраме, выражающие субличности человека, являются не чем иным, как вариантами его различных эго-состояний. Всем хорошо знакома роль «Кон-

тролирующего родителя», «Внутреннего ребенка» (Детское эгосостояние).

Психодрама и гештальт-терапия. Многие положения и технические приемы гештальт-терапии пересекаются с приемами психодрамы. В последние годы опора гештальт-терапевтов на теорию поля, а не на цикл-контакта еще больше сблизили оба этих опытных подхода, принадлежавших экзистенциальногуманистическому направлению. Преимущества психодрамы заключается в том, что она не столь жестко привязывает пациентов к такому концепту гештальта, как ответственность, а осознавание происходит за счет драматического действия и ин-сайта в действии.

Символдрама и психодрама. Символдрама направлена на работу с конкретными образами-символами, на которых фиксируется блокированная энергия, в результате чего эти объекты вызывают глубокие переживания или страх. Актуализировав подавленные чувства, символдрама может переходить в психодраму, если на роль символов, вызывающих определенные переживания, становятся реальные члены группы, заменяющие близких, родных и т.п. Мы в нашей практике обычно комбинируем эти методы.

Психодрама и экзистенциальный анализ. Экзистенциальный анализ (и логотерапия, как его составная часть) — это психотерапевтический метод, осуществляемый преимущественно в вербальной форме. В центре экзистенциального анализа стоит понятие «экзистенция» — наполненная смыслом, свободно и ответственно воплощаемая жизнь в создаваемом самим человеком мире, с которым он находится в отношениях взаимовлияния/взаимодействия и противоборства. У психодрамы и экзистенциального анализа есть общий базис, который, в принципе, позволяет применение средств из одного арсенала для целей другого направления. Обе школы относятся к экзистенциальногуманистическому направлению, используя феноменологический подход.

Отличие психодрамы от экзистенциального анализа в том, что теория психодрамы сведена к описанию набора технических средств и почти ничего не говорит о строении и законах разви-

тия и функционирования психики, а экзистенциальный анализ имеет основательную теоретическую структуру, включающую в себя антропологию, теорию мотивации, теорию эмоций и ценностей.

Остановка саморазвития, чем бы она ни была вызвана, обусловливает различного рода личностные, в том числе и психические нарушения. «Отказ от саморазвития», отказ от своих возможностей в рамках экзистенциального анализа — основной диагноз при самых различных нарушениях. Критерием эффективности такой психотерапевтической работы выступает восстановление способности к саморазвитию. В этом плане психодрама, устраняя акциональный голод через игровое действие, может одновременно ликвидировать и «экзистенциальный вакуум».

Соединение психодрамы и экзистенциального анализа помогает укрепить Я протагониста, увеличивает его спонтанность и усиливает контакт всех участников драмы с их глубинными духовными структурами, придавая действию дополнительную ценность и значительность.

Сравнивая подходы З. Морено и А. Лэнгле [8, 10] можно увидеть параллели между описанием s-фактора и глубинной духовной сущности (Person). Заслуга А. Лэнгле состоит и в том, что он предложил четыре базовые экзистенциальные мотивации. Пациент должен перестать паразитировать на реальности, он должен принять ее, найти свое место и выполнить четыре базовые экзистенциальные мотивации согласно современной теории экзистенциального анализа, разрабатываемой учеником В. Франкла Альфредом Лэнгле: сказать миру «ДА!», сказать жизни «ДА!», сказать себе самому «ДА!» и, наконец, реализовать свой потенциал через конкретные действия в будущем.

Психодрама и юнгианская терапия. Психодраму можно понимать как некий перевод архетипического содержания на язык конкретных пластических образов и действия. То, что мы можем увидеть и пережить, представляет собой не элементы психических структур, отпечаток которых несет на себе психодрама, а всего лишь некий их след, архетипический образ, который в данном случае является символом.

Во снах или многих психодрамах мы встречаем, например, паттерны (образы или действия), имеющие символический характер. Так, во время разогревающего арт-аналитического упражнения клиентка нарисовала свою изоляцию как «обезьянку Шиву». При расспросе удалось установить, что она живет у нее внутри, в грудной клетке (протагонистка страдает астматическим бронхитом). В ходе последующей психодрамы выявились ее тенденции к перфекционизму и сверхконтролю над мужем и подростком-сыном. В результате родственники и друзья стали отходить от нее. В одном из эпизодов легенды о Шиве боги послали карлика, который, возможно, не собирался ему вредить. Шива разорвал карлика пополам и станцевал на обезображенном трупе врага танец всепобеждающего добра. Обратная связь от вспомогательных Я, участвующих в психодраме, о чувствах, которые вызывает навязчивая забота протагонистки, позволила ей задуматься о той роли, которая не соответствует уже новому витку развития отношений в их семье.

Психодрама и поведенческая психотерапия. В рамках психодрамы помощь, которую оказывает психотерапевт, состоит в том, что он вместе с клиентом анализирует причины и характер поведенческих недостатков, выявляемых в ходе психодраматической сессии, приводящих к страданиям, планирует и осуществляет терапевтические мероприятия, направленные на устранение болезненных особенностей поведения [12]. Адаптивные навыки поведения приобретаются и «прорабатываются» также в ходе психодрамы. Терапевты-бихевиористы предполагали, что одни и те же принципы обучения лежат в основе как адаптивного, так и неадаптивного поведения.

Психодрама располагается где-то между современной терапией катарсиса и поведенческой терапией, поскольку признает лечебное влияние и катарсиса, и репетиции поведения и переобучения.

Психодрама и нарративная психотерапия. Нарративный подход (от англ. narrative — рассказ, повествование) предполагает, что пациент является тем, чьи знания, эмоции, идеология должны изучаться и использоваться для изменений. Нередко

именно в таких «воспоминаниях» обнаруживается патогенез различных расстройств.

Психотерапевт помогает пациенту создать новую реальность, антинарратив — иной жизненный сценарий, искать альтернативные варианты поведения взамен проблемных поведенческих и смысловых паттернов. Анализ может проходить в виде прояснения «тем», которые определяют способы организации жизненных событий. Поскольку у каждого пациента имеется множество таких тем, психодраматист старается обнаружить ту, что имеет непосредственное отношение к проблеме. Этот подход позволяет установить сотрудничество, предпринять совместные усилия по изучению и изменению тем. Дискурсивнологический способ не всегда помогает войти в мир переживаний пациента. Метафорический доступ к переживаниям пациента широко используется в психодраме с пациентами с тяжелыми расстройствами личности.

Работа с метафорами. В нарративном подходе метафоры рассматриваются как мельчайшие единицы описательнообразного способа мышления, позволяющие ослабить психологические защиты и раскрыть внутренний мир пациента. Они включают любую открытую или скрытую коммуникацию, в которой одно явление связано с другим. Жест, прикосновение, рисунок, скульптура и язык могут иметь «метафорический оттенок». Метафора — это проекция бессознательного, расшифровав послание, можно оптимизировать процесс психотерапии.

Монодрама. От психодрамы к индивидуальной психотерапии. Одной из возможностей применения техник психодрамы — индивидуальная работа с пациентами [16]. Методический арсенал монодрамы не ограничивается использованием пустых стульев для вспомогательных Я, а включает работу с символическим материалом как воображаемым, так и материализованным с помощью различных предметов, находящихся в кабинете монодрамо-терапевта. Монодрама показана в том случае, если, например, отсутствует группа, определенные моменты требуют строгой анонимности, работы в индивидуальной терапии, требуется быстрое управление в кризисных ситуациях и т.п.

Так Марина, 29 лет, обратившаяся за психотерапевтической помощью в связи психогенными поносами, на первой встрече сообщила следующую анамнестическую информацию. Замужем второй раз. Мужу 39 лет. Несколько лет не могла зачать ребенка, затем после лечения у гинеколога-эндокринолога возникла беременность, завершившаяся родами в срок. У ребенка был обнаружен порок сердца, успешно прооперированный. Муж, будучи занят на работе, мало уделял ей внимания, снизилась его сексуальная активность. Возник внутренний конфликт между желанием развестись и не расставаться с ребенком («муж ребенка, естественно, не отдаст: слишком тяжело он достался»). На второй встрече пациентке предложили раскрыть свой внутренний мир через методику «Я как сообщество», используя различные игрушки и символические предметы. Она отметила, что у нее есть «маска грусти», «домашняя часть», куклу с распущенными волосами она обозначила как «разлохмаченная обида». Затем остановилась на матрешке и сообщила, что у нее есть желание «большую часть впихнуть в малую», причем одна часть находится в будущем. Конфликт с мужем «раскрутил» ее воспоминания об одном парне, который остался в ее родном городе (она его держала как «запасной вариант», интимных отношений с ним не было). Используя технику «шаг в будущее», мы в монодраме воспроизвели с ней встречу с этим мужчиной (которого играл психотерапевт), и с «разлохмаченной обидой». Возник «инсайт в действии», который привел к осознанию, что она идеализировала брачные отношения и требовала от мужа невозможного.

В психодраме, которую мы относим к мультимодальной психотерапии [2], необходимо, в первую очередь, развивать технологии работы с аффектами пациента. Гнев, страх, тревога (angst, anger, аnxiety) имеют общий индоевропейский корень «angh» — ограничивать. Сюда же относится и ангина (стенокардия — angina pectoris). Причем эти «ограничения» возникают как при избытке влияния (агрессии) в «социальном атоме», так и дефиците любви и отражения. Второй важной задачей психодрамы является освобождение «обезьянки из клетки» как мета-

форы спонтанности (8-фактор, по Морено) через построение различных сцен из прошлого, будущего, фантастического.

Мы перечислили не все возможные комбинации психодрамы с известными приемами и техниками. Некоторые пациенты с одним и тем же «диагнозом» имеют, вместе с тем, разные интересы, сильные и слабые стороны, и эти различия часто больше влияют на прогноз, чем сам диагноз. Одни пациенты получат больше от психодрамы в сочетании с арт-анализом, другие с юнгианской терапией. Преимущество психодрамы заключается, с одной стороны, в том, что интенсивность лечебного воздействия распределяется между участниками группы, с другой стороны, при этом снижается уникальность симптоматики и появляется возможность обсуждения проблем с другими людьми. В эклектизме делается акцент на технической, практической стороне, на избирательном использовании различных видов вмешательства применительно к конкретной ситуации, интеграция (мультимодальность) чаще ассоциируется с синтезом единой теории на основе различных подходов.

Интегративные процессы в современной психотерапии являются прогрессивным движением по пути построения универсальных психотерапевтических теорий, методологий и практик. Они помогают дополнять и взаимно обогащать различные психотерапевтические подходы. Интеграция вносит вклад в развитие универсальных языков для взаимопонимания различных теоретических школ, что облегчает не только обмен методами, но и выход за пределы узкой и односторонней картины психологической проблематики, характерной для многих подходов.

Литература

1. Аммон Г. Психосоматическая терапия / Г. Аммон. СПб.: Речь, 2000.

2. БлатнерА. Теоретические основы психодрамы / А. Блатнер // Психодрама и совр. психотерапия. 2003. №4. С. 4-14.

3. Булюбаш И.Д. Руководство по гештальт-терапии / И. Д. Булюбаш. М.: Изд-во Института психотерапии, 2004.

4. Ефимова И.Н. Психодрама + экзистенциальный анализ: о пользе перекрестного опыления / И.Н. Ефимова // Психодрама и совр. психотерапия. 2004. №1-2. С. 64-73.

5. Кулаков С. А. Символдрама — психодрама: интеграция подходов в ходе учебной супервизии / С.А. Кулаков, О.А. Жаринов // Психодрама и совр. психотерапия. №1. 200б. С. 12-17.

6. Кулаков С. А. Практикум по психотерапии психосоматических расстройств / С. А. Кулаков. СПб.: Речь. 2007.

7. Лейтц Г. Психодрама: теория и практика / Г. Лейтц. М.: Прогресс. 2007.

S. Лэнгле А. Person: экзистенционально-аналитическая теория личности: сб. ст.: пер. с нем. /А. Лэнгле. М.: Генезис, 2005.

9. Морено З.Т. Обзор психодраматических техник / З.Т. Морено // Психодрама и совр. 2003. № 2(3). С. 4-15.

10. Морено З.Т. Психодрама / З.Т. Морено. М.: ЭКСМО-Пресс. 2001.

11. Обухов Я. Л. Символдрама введение в основную ступень / Я.Л. Обухов. Ростов н/Д., 2005.

12. РомекВ.Г. Поведенческая психотерапия. М.: Изд.центр Академия, 2002.

13. Франкл В. Теория и терапия неврозов: введение в логотерапию и экзистенциальный анализ: пер. с нем. / В. Франкл. СПб., 2001.

14. Фридман Дж. Конструирование иных реальностей: Истории и рассказы как терапия: пер. с англ. / Дж. Фридман, Дж. Комбс. В.В. Самойлова. М: Класс, 2001.

15. Холмс П. Внутренний мир снаружи: психодрама и объектные отношения / П. Холмс. М.: Класс. 2000.

16. Эрлахер-Фаркас Б. Монодрама: исцеляющая встреча: от психодрамы к индивидуальной терапии: пер. с нем. / Б. Эрлахер-Фаракс, К. Йорда. Киев.: Ника-Центр, 2004.

Напарник по психодраме: Монодрама (Автодрама)

Примечание. Некоторые люди заблокировали это электронное письмо. Если вы или ваши знакомые сделали это и по-прежнему хотите получать мои нечастые сообщения, пожалуйста, разблокируйте.

В своей книге The Psychodrama Companion я кратко описал монодраму (также называемую автодрамой ) . Он находится в главе «Расширенная разминка» и предлагает использовать его в качестве разминки, которая может привести к разыгрыванию психодрамы. Это можно делать с аудиторией или в одиночку.

В монодраме главный герой играет все роли; я, директор, двойник и вспомогательные эго. На сцене никого не используют. Главный герой призывает к смене ролей, использует реквизит, делает самопрезентации и говорит в двойных и вспомогательных ролях. Это особенно хорошо использовать на тренировках, чтобы проверить спонтанность обучаемых.

Во время тренировки я провел персональную монодраму, в которой исследовал, как смерть отца помешала мне двигаться вперед по жизни. Во время монолога я тащил по сцене тяжелую спортивную сумку, чтобы показать, как его смерть помешала моему прогрессу.

Вторая персональная монодрама посвящена моей привычке курить. Он исследовал успокаивающее и расслабляющее воздействие курения, а также его вредное воздействие. В последней смене ролей, когда я сказал, что хочу бросить курить, мои сигареты сказали мне пойти к черту. Это разозлило меня достаточно, чтобы бросить курить. Странно, как гнев так мотивирует.

У меня были клиенты, которые делали монодрамы относительно того, как они вписываются в свою семью, рабочее место и социальные ситуации; короче говоря, их социальные атомы и социометрия.

Эта разминка / вмешательство / разыгрывание довольно универсальна; предоставляет психодраматистам много информации; и может вести во многих направлениях, будь то групповой, индивидуальный, семейный или семейный сеанс.

Члены группы должны делиться информацией

с человек, выполнивших монодраму.

Чтобы заказать информацию о The Psychodrama Companion , просмотрите несколько сообщений ниже в блоге или свяжитесь со мной: IQWysong@gmail.com



Открывая новые миры: трансформационные достижения в психодраме, социометрии и групповой психотерапии —

Пожалуйста, присоединяйтесь к нам на нашей 77-й ежегодной конференции 2-5 мая 2019 года в отеле Manchester Downtown, Манчестер, штат Нью-Хэмпшир.Посетите http://www.asgpp.org для получения дополнительной информации.


Ирина Тычина. ИНТРАПСИХИЧЕСКАЯ МОНОДРАМА КАК МЕТОД ОБУЧЕНИЯ И ПОИСКА ВНУТРЕННИХ РЕСУРСОВ ЛИЧНОГО РАЗВИТИЯ

(2016) Наука и образование, 5, 251-256. Одесса.

Ирина Тычина ,
кандидат психологических наук,
доцент,
Кафедра социальной и прикладной психологии,
Житомирский государственный университет им. Ивана Франко,
, ул. Большая Бердичевская, 40., Житомир, Украина


ИНТРАПСИХИЧЕСКАЯ МОНОДРАМА КАК МЕТОД ОБУЧЕНИЯ И ПОИСКА ВНУТРЕННИХ РЕСУРСОВ ЛИЧНОГО РАЗВИТИЯ


СВОДКА:

Одно из основных человеческих качеств — это способность людей думать о себе, своем предназначении, истинных желаниях и жизненных целях. Развитие методов саморефлексии и самообладания не только способствует лучшему самопониманию, но также помогает увидеть свои сильные стороны, определить области развития.В этом отношении актуальны методы использования техник психодрамы в индивидуальном консультировании с целью раскрытия внутренней природы личности клиента. Статья направлена ​​на анализ возможности реализации идей психодрамы в игре-монодраме в процессе консультирования и выявление основных этапов метода интрапсихической монодрамы. Монодрама рассматривается как вариант психодрамы, когда все роли исполняет сам главный герой. Пространство комнаты используется для построения сцены, пустые стулья или символические предметы играют роль других людей.Игра Монодрама, в зависимости от поставленных клиентом задач, может быть разной: межличностной, фантастической, внутриличностной. Последовательность работы в методе внутриличностной монодрамы может включать три этапа. Первый шаг предполагает встречу с маской, чтобы понять, зачем она нужна и в какой роли. Второй шаг включает определение ролей, которые скрывает маска. На этом этапе возможна реализация всего репертуара личности. Третий шаг — заключительный, на котором происходит анализ репертуара ролей главного героя для развития «Эго».Интрапсихическая монодраматическая работа позволяет увидеть и понять все ролевые части «Эго», которые добровольно кому-то демонстрируются и надежно скрыты от других. Кроме того, интрапсихические психодраматические эксперименты дают возможность узнать больше о себе для себя, о себе для группы, для общества и человечества в целом


КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА:

психодрама, монодрама, интрапсихическая монодрама, межличностная монодрама, фантастическая монодрама, главный герой.


ПОЛНЫЙ ТЕКСТ:


ССЫЛКИ:

1. Горностай П. П. (2007). Личность и роль: ролевой подход в социальной психологии личности: монография. Киев: Интерпресс ЛТД.
2. Киппер Д. А. (1993). Клинические ролевые игры и психодрама. Никулычев М.Ю., Григорьева Ю.Г. (пер.). Москва: ТОО «Независимая фирма« Класс ».
3. Морено, Я. Л. (2001). Психодрама [Психодрама]. Пимочкина Г., Рачкова Е. М .: Апрель Пресс; Изд-во ЭКСМО-Пресс.
4. Пицеле П. (2009). Подростки изнутри: интрапсихическая психодрама. Психодрама — вдохновение и техника — Психодрама — вдохновение и техника. Холмс П., Карп М. (Ред.). Мершавка В., Ченцова Г. (пер.). Москва: Независимая фирма «Класс».
5. Татенко В. О. (2006). Субъектно-вчынкова парадигма в современной психологии. Людина. Subiekt. Вчинок: Философско-психологични студии — Человек. Тема. Действие: Философско-психологические этюды. Татенко В. О. (Ред.). Киев: Лыбидь.
6. Товон, К. Б. (2013). Принципы психодрамы. Руководство по психодраме — Руководство по психодраме. Карп М., Холмса П., Товон К. Б. (Ред.). Прокопова О.П. (пер.). Киев: Изд. П. Горностай.
7. Титаренко Т. (2003). Життьевы свет особенности: у межах и за межамы буденности. Киев: Лыбидь.
8. Эрлаксер-Фаркас, Б., Жорда, К. (2004). Монодрама: Исцеляющая встреча. От психодрамы к индивидуальной терапии. От психодрамы к индивидуальной терапии. Киев: Ника-Цетр.

Луи Брегер и пример Яэль: Драма надежды

параметры, которые повлияли на это тематическое исследование с акцентом на интерсубъективный подход

Зива Браха Гидрон

Это тематическое исследование является свидетельством тех редких и неуловимых моментов, из которых создается «Драма надежды».

Это моменты, которые я определяю как святые моменты. Когда терапевт и пациент колеблются в «театре жизни» в противоположных движениях, которые постепенно синхронизируются. Что-то начинает встречаться, и это становится театральным танцем на нескольких языках. Это странно и аморфно, но в то же время ясно.

Я бы сказал, что «Драма надежды» состоит из трех центральных элементов: внутреннего и внешнего движения души, способности осознавать переходы между эмоциональным и поведенческим состояниями и желания интегрироваться между различными частями себя.Это творение, которое одновременно содержит напряжение и расслабление. Разрушение и ремонт.

Основными игроками являются терапевт и пациент, которые оставляют свои ранее известные роли и берут на себя новые, где теперь они могут выступать на «сцене души», а вместе с ними они могут появляться на «сцене жизни». Актера на сцене нужно видеть и слышать. Когда мы читаем об «эмоциональном театре» в этом тематическом исследовании, я ожидаю услышать голос терапевта, но также и пациента.Голос — это выражение присутствия.

Когда я подошел к изучению терапевтических характеристик этого тематического исследования, я впервые услышал голос пациента. Почти в каждом тематическом исследовании, с которым мы знакомы в психологическом фолианте, кажется, что отсутствует голос пациента. Но здесь, в случае Луи Брегера, голос пациентки говорит с нами и (по просьбе ее терапевта) также определяет параметры, которые позволят ей исцелиться и измениться — и построить свою жизнь заново.Луи Брегер хотел, чтобы мы ее услышали. Не только с помощью диагностических фактов или объективно, как это обычно делается для описания подобных случаев. Здесь он хочет, чтобы мы слушали ее таким образом, чтобы позволить пациенту самой рассказать историю своей терапии — через ее субъективный взгляд.

Поступая так, Брегер уже много говорит о том, как он воспринимает психотерапию. Как сказал Майкл Эйген (2004): это движение внутрь и наружу, внутреннее движение души внутрь и к другому внешнему.И то, что Мартин Бубер (1980) назвал встречей двух субъективных факторов, которая создаст такую ​​связь, при которой один будет чувствовать себя настоящим, истинным и реальным, лицом к лицу с другим. Брегер-терапевт и Яэль-пациент, каждый из которых хочет влиять на другого, и оба желают быть «здесь и сейчас». Они оба готовы двигаться вперед, делая выбор между творческой жизнью или смертью, лишенной жизненных сил — выбор, который мы все должны сделать сами.

Вложения

Психодраматическая терапия для онкологических больных

Жизнь современного человека очень напряженная и напряженная.Это сказывается на здоровье и приводит к психическим расстройствам. Основными нарушениями здоровья, от которых страдает большая часть населения, являются сердечно-сосудистые заболевания, инсульт и рак; в то время как психические расстройства включают наркоманию, травмы, депрессию и другие психические заболевания. Несмотря на использование современных методов лечения, результат не всегда бывает удовлетворительным, из-за чего человек обращается к другим методам лечения. Это могут быть альтернативные или дополнительные методы лечения. Существуют различные дополнительные методы лечения, такие как рейки, регрессионная терапия, йога, терапия кристаллами, психодрама и другие.Сообщается, что все эти методы лечения прямо или косвенно приводят к успеху в лечении пациентов с этими расстройствами.

Психодраматическая терапия для онкологических больных

Рак — это заболевание, характеризующееся неконтролируемым разрастанием клеток. Когда пациент заболевает раком, это медленно растущая масса клеток, которые часто остаются бездействующими. Однако позже он может или не может активно размножаться. При распространении рака в качестве стандартной схемы лечения больные раком должны пройти хирургическое вмешательство, лучевую терапию и химиотерапию вместе с консультированием.Во многих случаях это не дает хороших результатов, и часто больной раком умирает. Было высказано предположение, что для преодоления этой трагедии наряду с обычным лечением необходимо также использовать технику психодрамы. Многие больные раком испытывают отчаяние, маскировку, страдания и более глубокие страдания, которые необходимо исцелить. Было замечено, что экспериментальное вмешательство психоонкологически хорошо обученного терапевта имеет наилучшие шансы замедлить рост рака и повысить шансы на выживание.

Что такое психодрама?

Психодрама — это творческий терапевтический подход, который использует управляемое драматическое действие для изучения проблем. Это форма психотерапии, разработанная доктором Джейкобом Леви Морено, доктором медицины в 1921 году. Она называется так, потому что индивидуум или группа разыгрывают жизненные ситуации в форме драмы. Это делается под умелым руководством терапевта или постановщика психодрамы.

В каждом сеансе участник воспроизводит определенные сцены из прошлых ситуаций (или внутренних психических процессов) в настоящем времени.Это позволяет людям выразить то, что они испытали в прошлом, что они не могли выразить тогда. Цель состоит в том, чтобы пациент, страдающий от любой боли при воспроизведении и повторном ее прохождении, мог получить психологическое / ментальное исцеление, которое в конечном итоге устранит страдание. Находясь в группе, участники играют роль аудитории, чтобы заставить их осознать проблемы и способы их решения. Таким образом, психодрама позволяет безопасно практиковать новые роли, увидеть себя со стороны, получить понимание и измениться.Это еще больше улучшает и расширяет личную и профессиональную жизнь участника. Однако, чтобы добиться успеха, требуется психодраматический терапевт с большим пониманием и терпением по отношению к участнику.

Как психодраматическая терапия помогает онкологическим больным в исцелении?

Психодрама применяется к онкологическим больным, поскольку глубокая внутренняя работа и внешнее обучение могут помочь им справиться с проблемами рака. Большинство раковых заболеваний начинают агрессивно размножаться из-за психологического расстройства, причиненного пациенту каким-либо неудачным жизненным происшествием.Следовательно, необходимо, чтобы пациент осознавал такие инциденты и подавленные чувства, которые приводят к расстройству ума и тела. Посредством сеансов монодрамы или групповой терапии психодраматический терапевт выявляет эти подавленные чувства больного раком. Это позволяет пациенту лучше понять и понять сложную ситуацию и эмоциональные проблемы, с которыми трудно справиться, а иногда и причины рака (например, рак легких из-за чрезмерного курения).Это осознание часто приводит к тому, что пациенты испытывают «крик счастья». Есть сообщения об исследованиях, согласно которым использование психодрамы приводит к положительным результатам с точки зрения медленного прогрессирования или полного регресса рака. Таким образом, эта творческая техника помогает в исцелении больных раком, благодаря чему они заново переживают радость, жизнь и становятся выразительными.

Различные методы, используемые в психодраматической терапии для больных раком

В психодраме используются два основных метода:

  • Монодрама: Это психодрама, которую проводят больной раком и терапевт.И терапевт (руководитель), и пациент сидят и кратко рассказывают о заболевании, диагнозе и стадии лечения. Присутствуют разные стулья, они называются соответственно и используются во время психодрамы. Второй сеанс включает в себя действие пациента, а последний сеанс состоит из технического дискурса.
  • Групповые сеансы психодрамы: Включает только онкологических больных. Хотя все они незнакомы друг с другом, они связаны, поскольку все страдают от рака. Это в дальнейшем приводит к созданию взаимной двойной связи комфорта и безопасности между участниками.Сеансы групповой терапии дают пациентам возможность исследовать, выражать и определять чувства, делясь друг с другом, благодаря чему они чувствуют себя менее одинокими или изолированными. В процессе один из больных раком становится главным героем, фокусирует и разыгрывает конкретную личную эмоциональную проблему. Сцены похожи на ситуации из реальной жизни или являются экстернализацией внутренних психических процессов. Другие члены группы становятся системой поддержки или помощниками, которые поддерживают главного героя, играя другие важные роли в сцене.

Во время взаимодействия больного раком заставляют использовать определенные специфические техники, включая зеркальное отображение, удвоение, монолог и смена ролей. Каждое занятие разделено на три фазы: разминка, действие и обсуждение после обсуждения (обмен). Сеанс разминки активирует участников и заставляет их осознать настоящий момент. В разделе «Действие» происходят фактические сцены и, наконец, в пост-обсуждении разные актеры комментируют действия больного раком.

Быть частью психодраматической группы на пути к онкологической помощи — это интенсивный опыт для выражения эмоций и боли в отношениях из-за рака, как отмечали различные участники.У них есть возможность открыто раскрыть себя.

Ниже приведены основные техники психодрамы, используемые либо в монодраме, либо в групповой сессии:

  • Отражение: Пациент сначала разыгрывает переживание. Затем выходит и смотрит, как другой актер играет ту же роль.
  • Удвоение: Когда главный герой не может правильно выразить какие-либо мысли и чувства из-за застенчивости, вины и страха, пациенту разрешается делать двойные попытки придать форму этим мыслям и сделать их более осознанными.
  • Ролевая игра: Главный герой изображает человека или объект, который вызывает у него проблемы.
  • Soliloquy: Пациент громко выражает мысли.
  • Смена ролей: Главный герой изображает другого человека, а второй актер изображает пациента в определенной сцене.

Сообщалось, что как индивидуальная, так и групповая сеансовая терапия смягчает и уменьшает психологические эффекты, которые способствуют эмоциональной травме и проблемам, с которыми сталкивается во время рака, а также удовлетворяет повседневные жизненные трудности, испытываемые пациентом, чтобы обеспечить целостный образ жизни.

Каков размер группы психодрамы для онкологических больных?

В некоторых исследованиях проводились групповые сеансы психодрамы с 8 участниками. Как правило, в психодраме нет определенного количества членов группы, поскольку группы затруднены из-за нерегулярного посещения участников раком из-за лечения или других последствий лечения или болезней. Однако в психодраме меньшие группы предпочтительнее больших групп, поскольку терапевт может легко обращать внимание на меньшие группы людей.

Как долго длится программа психодраматической терапии?

Сеанс психодрамы обычно длится от 90 минут до 2 часов и фокусируется на одном участнике или группе пациентов.

Заключение

Психодрама — мощная терапевтическая техника. Небольшое количество опубликованных исследований по лечению онкологических больных с помощью психодрамы показало, что они излечивают их от рака и позволяют им вести удовлетворительный образ жизни. Таким образом, следует поощрять использование психодрамы вместе со стандартным лечением онкологических больных для продления их выживания и достижения целостного исцеления.

Также читайте:

Международная конференция по психодраме с детьми и молодежью

Автор / ов:

Ljubica Duspara

Звонимира Ложен

Заголовок:

«Какой дом мой?» Символ дома в детской психодраме приемных детей

Аннотация:

Ребенок, переживший потерю и брошенный биологическими родителями и опекунами, несет в себе семейный опыт, воспоминания и идентичность.В то же время ребенок ищет свое место в новой семейной системе. С другой стороны, приемные родители потеряли своего «воображаемого» ребенка и способность быть биологическими родителями. Теперь они должны принять «чей-то» ребенок как своего собственного и сыграть новую роль как можно лучше. По всем этим причинам переходные трудности часто возникают с родителями и приемными детьми.

Мы обсуждаем развивающий курс в детской психодраматической группе трех сводных братьев (два мальчика и девочка), усыновленных одной семьей, чтобы показать, как дети использовали символ дома и что он значил для них в детстве. психодраматические мастерские.

Дом — очень богатый символ.

В наших мастерских создавались разные дома: замки, шатры, дома посреди леса, дома под открытым небом, дети строили дома, насильно врывались в чужие дома и стыдились собственного. Много эмоций и состояний изменилось как в детских душах, так и на сцене детской психодрамы.

Для детей дом был всем этим — безопасным домом, семьей, опасным местом, местом, которое показывает их хрупкость, желаемую цель, их пристрастие и их незащищенность.

Во время сеансов терапевты могли воспринимать различные эмоциональные состояния, которые постоянно менялись: беспомощность, брошенность, соперничество, ревность, заниженная самооценка, трудности с принятием правил, разделение трудностей, сосредоточение внимания на соревновании, борьбе и конфронтации как источнике агрессии. .

Будет показано, как дети справлялись с чувством хрупкости, временности, страхом перед новыми переменами и чувством возможной опасности нового отказа, несмотря на принятие приемными родителями.

Будут представлены различные роли в группе психодрамы, а также амбивалентность и трудности, которые дети проявили в процессе интеграции в приемную семью.

Выделены ключевые процессы идентификации и этапы социально-эмоционального развития детей.

Биография:

Любица Дуспара — психолог, психотерапевт, педагог интегративной детской психотерапии, психолог-консультант.Предоставляет поддержку детям и семьям из детей раннего возраста посредством поощрения раннего развития и поддержки родителей в раннем общении и поощрения программ приверженности. В своей профессиональной деятельности она занимается детской психотерапией и консультированием родителей, что является неотъемлемой частью терапии. Она постоянно ведет детские психодраматические группы с детьми, страдающими эмоциональными и поведенческими трудностями. Игровая терапия с использованием различных методов и техник — это повседневная работа, направленная на стимулирование эмоционального восстановления детей и гармонизацию отношений с другими людьми в окружающей среде.Она также занимается консультированием взрослых посредством индивидуальной и групповой поддержки. Интегративный подход к терапии проявляется в постоянной специализации в различных областях и терапевтических направлениях, из которых она особенно любит психодраму. Активный участник профессиональных конференций, ведущий в области психологии развития и детской психотерапии, особенно детской психодрамы. Соорганизатор и соведущий 1-й и 2-й конференций UPSI по методам интегративной детской психотерапии на практике, проведенных в 2018 и 2019 годах. Член SPUH, соучредитель и президент Ассоциации интегративной детской психотерапии с 2012 года.

Звонимира Ложен — магистр психологии, интегративный детский психотерапевт и педагог интегративной детской психотерапии с тридцатилетним опытом работы в области воспитания и образования — области психологии раннего детства и дошкольного развития.Назначен советником Министерством образования и спорта. Постоянно занимается консультационной работой с родителями и обучением профессиональных и педагогических кадров в области образования, связанного с ранним и дошкольным возрастом детей. Помимо работы с широким кругом детей и родителей, она профессионально занимается проблемами детского развития, поддержки и психотерапии для детей с отклонениями в развитии и эмоциональными отклонениями. Во время своей профессиональной карьеры она постоянно получала образование в области интегративного супервизии, оригинальной теории аффективной привязанности в семейном консультировании, области эмоционального интеллекта и применения программ для стимулирования эмоциональной грамотности детей.Соавтор различных программ по безопасности, защите и профилактике детей. Активно участвует и организует профессиональные конференции, связанные с реализацией развивающих и профилактических программ, представляя опыт работы с детьми с использованием различных методов детской интегративной психотерапии.

Автор / ов:

Бранева Инна

Заголовок:

Презентация фестиваля психодрамы, Пловдив, Болгария

Аннотация:

Фестиваль психодрамы в Пловдиве, Болгария — это особая форма презентации психодрамы и социодрамы.Основан в 2012 году, проводится ежегодно (2012-2019, продолжится в 2022 году), основные цели Фестиваля:

Обеспечить игровое, дружелюбное и свободное пространство Психодрамы для различных психодраматистов, молодых психодраматистов и художников, работающих в методах, близких к психодраме / искусству, музыке, сцене, смешанному искусству /;

Открыть это пространство для людей — взрослых, детей, подростков — которых никогда не касалась психодрама, но которым интересно заглянуть внутрь.

Биография:

Старший тренер по методике психодрамы, социометрии и групповой терапии — Институт психодрамы DEA, Болгария.Тренер и куратор социальных работников, психологов, педагогов и др. — в социальных центрах для детей и семей риска, детей с ограниченными возможностями; школы и детские сады; Плейбек-театр и др. Психотерапия с отдельными лицами — детьми / 0-18 / и взрослыми, семьями — с использованием монодрамы, социометрии, ролевых игр. Соорганизатор фестиваля психодрамы, Пловдив, Болгария. Тренер и терапевт по методу реляционной психомотричности.

Автор / ов:

Андрей Бартолак

Заголовок:

Детская психодрама с братом и сестрой нейроразнообразного ребенка: пример из практики

Аннотация:

Взросление с нейроразнообразным братом или сестрой, сталкивающимся с социальными, коммуникативными и поведенческими трудностями, вносит в жизнь ребенка ряд проблем.Ожидается, что нейротипичный ребенок в семье будет значительно более независимым, «здоровым», более сильным и компетентным, способным выполнять семейные обязанности, которые иногда могут выходить за рамки типичного возрастного диапазона. Исследования подтверждают, что эти дети чаще испытывают чувство вины, гнева и стыда, одиночества, изоляции и пренебрежения. В то же время они могут испытывать чувство потери (детства) и беспокоиться о своем будущем. В этой презентации будет показана работа с 8-летней девочкой, растущей в семье с двумя родителями, и старшим братом в спектре аутизма.Девочка приняла участие в 15 детских сеансах психодрамы, которые проходили в группе из шести детей и двух терапевтов в течение одного учебного года. Анализируя ее роли в психодраме, он показывает, что девочка играла темы, связанные с ее жизнью: отношения с матерью, чувство невидимости, защитное отношение к другим, «быть ребенком» и «где я принадлежу?». Она играет роли целительницы и защитника слабых, останавливает хаос и создает убежище для себя и всех, кто нуждается в защите и безмятежном покое.Благодаря своей роли королевы, она выражает потребность в том, чтобы ее наконец заметили и узнали в своей семье, а также чтобы у нее была некоторая власть в принятии решений и ценились ее потребности. С помощью психодраматической игры она находит невербальные и творческие способы общения со своим братом. Ее возвращение к реальности за пределами символического мира детской психодрамы с использованием сложной системы порталов занимает много времени, требует концентрации, сосредоточенности и последовательности и является захватывающим примером переходного процесса, который в противном случае был бы для нее сложной задачей.

Биография:

Андрей Бартолак: PhD, MaPsy, BaOT, старший преподаватель, исследователь, автор и практик детской интегративной психотерапии (EAIP).

Автор / ов:

Мария Орбан

Заголовок:

Краткая история Ассоциации детской психодрамы APCA-KH, Румыния

Аннотация:

Ассоциация детской и подростковой психодрамы «Кенде Ханна» (APCA-KH) — была основана в 2009 году в Клуж-Напока / Клаузенбург / Коложвар, Румыния (Трансильвания).В ПЛАКАТЕ будет кратко представлен рост и эволюция за последние 10 лет, как детская психодрама распространяется в Румынии. Это краткое схематическое резюме даст вам представление о положении APCA-KH в румынском профессиональном контексте и о повседневной работе детских психодраматистов. Для информации будет использовано много фотографий и мало статистических данных.

Биография:

Мария Орбан — психолог, психотерапевт, психодраматист, тренер по детской психодраме и системной парной и семейной психотерапии, Клуж / Клаузенбург, Румыния, более 15 лет профессионального опыта работы с детьми и подростками в индивидуальной и групповой обстановке, семейная и семейная психотерапия , с 2016 предлагает курсы повышения квалификации по детской психодраме.Публикация: Орбан, М., Роман, М., Сёке, Э .: Психодрама с детьми: метод самоисцеления для детей в группе. Часть I и II, в обзоре румынской Психодрамы (Revista Română de Psihodramă), нет. 4/2015 и нет. 5/2016.

monodram — Перевод на английский — примеры польский

Эти примеры могут содержать грубые слова, основанные на вашем поиске.

Эти примеры могут содержать разговорные слова, основанные на вашем поиске.

Chodzi do psychoterapeuty i jako część terapii przygotowuje monodram .

Это психотерапевт и в рамках терапии готовит монодраму .

«Nie tylko dla siebie» — вензель

Miranda kontynuowała swój monodram pt.»Не кочам Стив’а».

Миранда продолжила свое шоу с участием одной женщины … Я не влюблена в Стива.

Jej monodram Dust został wystawiony przez Театр красной пыли на фестивале Алис-Спрингс в 2003 году, póniej przejęty przez Театральная труппа Дарвина.

Ее шоу одной женщины Dust было произведено Red Dust Theater для фестиваля в Алис-Спрингс в 2003 году и снято Darwin Theater Company.

monodram o Prof. Janie Karskim, wykonaniu Sebastiana Rysia,

Монодрама о профессоре Яне Карски в исполнении Себастьяна Ри;

Projekt koncentruje się głównie wokół muzyki, ale przewiduje też udział innych form wyrazu, takich jak performance, multimedia, monodram .

Проект ориентирован в основном на музыку, однако он также включает другие формы выражения, такие как: перформанс, мультимедиа, , монодрама, .

W Jednym г obserwowany przez покой Kamery monitoringu, grający сэм siebie Жак Вебер ćwiczy — podobnie жак ж sztuce «Hotel Europa» Бернарда-Henriego Lévy’ego, która była дла Tanovicia inspiracją — swój monodram о przeszłości я teraźniejszości.

В одной из комнат, наблюдаемых камерами наблюдения, играя самого себя, Жак Вебер тренирует — как в «Hotel Europa» Бернара-Анри Леви, вдохновителя Тановичи, — свою монодраму о прошлом и настоящем.

Mariusz, 30-летний актор, nie może grać, bo zapomina roli, gdy tylko staje na Scene. Chodzi do psychoterapeuty i jako część terapii przygotowuje monodram .

Мариуш, 30-летний актер, не может играть, потому что забывает роль, как только она становится сценой. Это психотерапевт и в рамках терапии готовит монодраму .

Написал так для новой монодраммы Ворон (Крук), с той премьерой застежки в Бруксели, Луксембургу, Амстердам, Парью и Японией с ансамблем Люцилин.

Впоследствии Хосокава написал для нее свою монодраму « Ворон», премьера которой состоялась в Брюсселе, Люксембурге, Амстердаме, Париже и Японии с ансамблем Lucilin.

Славомир Батыра współpracował również z Teatrem im. Юлиуша Остервы w Gorzowie Wielkopolskim gdzie zrealizował sztukę Babcia, napisaną przez Michała Walczaka oraz monodram «O łuskaniu fasoli» на podstawie prozy Wiesława Myśliwskiego.

Славомир Батыра сотрудничал с Театром Юлиуша Остервы в Гожув-Велькопольском, где поставил пьесу «Бабция» по сценарию Михала Вальчака, а также монодраму « O łuskaniu fasoli» по произведениям Веслава Мысливского.

Pierwsze cztery zostały napisane w latach 1956-1961, tylko ostatni, monodram Listy naszych czytelników — w 1972.

Первые четыре драмы были написаны между 1956 и 1961 годами, и только последняя, ​​ monodrama Listy naszych czytelników (Письма наших читателей), была написана в 1972 году.

Szafa — monodram wykonaniu Moniki KUFEL z Tarnowskiego Teatru im.Л. Сольскиего; сценарии: Моника Куфель и Марцин Бялы на motywach utworów Hanny Krall и Olgi Tokarczuk или фрагмент Lokomotywy Юлиана Тувима.

Гардероб — монодрама Моники КУФЕЛЬ Театра Л. Сольского в Тарнуве; сценарий Моники КУФЕЛЬ и Марчина БИАЛИ по мотивам произведений Ханны Кралль и Ольги Токарчук с фрагментами детской поэмы Юлианы Тувим «Локомотив».

Monodram aktorsko-wokalny, zawierający przypowieści i songi Lejzorka Rojtszwańca, stworzony w oparciu o książkę «Burzliwe życie Lejzorka Rojtszwańca» Эренбурга.Opowieści «krawca mężczyźnianego» z Homla, którego porwał w szeroki świat wiatr historyii.

Актерское мастерство и пение монодрама с притчами и песнями, написанными Лазиком Ройчванцем по книге Эренбурга «Безумная жизнь Лазика Ройчванца». Рассказы «портного-мужчины» из Гомеля, захваченного миром и историей.

Szefowo, Stuart reżyserował monodram ofiary.

Cztery lata później zagrałem swój monodram na Festiwalu Teatrów Niezależnych.

Четыре года спустя я сыграл свою персональную постановку на фестивале независимых театров.

Отржимал так, чтобы получить театральный Guldmasken в 2007 году за монодрам Доктор Гласс Хьялмара Сёдерберга.

Он также получил шведскую театральную премию Guldmasken за сольную пьесу « Doktor Glass of Hjalmar Söderberg» в 2007 году.

To monodram o oblężeniu Troi z perspektywy konia trojańskiego.

Это , пьеса одной женщины об осаде Трои, рассказанная с точки зрения троянского коня.

Чтобы шутить Маркуса, десять wspaniały dramaturg, o którym ci mówiłam, i który pomaga mi napisać monodram .

Monodram для сопрано, металлических перкуссионных и других виолбассов до ostatnia część cyklu Genesis.

Monodram per soprano, metalli di percussione e sei violbassi — последняя часть цикла Бытия.

Część z nich jest zresztą płatna. O spektaklu Monodram «Nie tylko dla siebie» oparty został na tekście Barbary Nativi, zrealizowany przez Urszulę Szydlik-Zielonkę.

Czêæ z nich jest zreszt ± p³atna. О спектакле Monodram «Не только для себя» по тексту Барбары Нативи реализовала Урсула Шидлик-Зелонка.

Психодрама — Mereja Words

Английский

Существительное
Психодрама ( множественное число Психодрамы )
  1. Форма психотерапии, в которой пациент играет роль в контексте, разработанном психотерапевтом.
  2. Драма в такой форме

Тезаурус

Движение Арика, Тренинг на семинарах Эрхарда, Гранд Гиньоль, Новое сознание, Игра страсти, Пентотальское интервью, SAT, T-группа, шоу Тома, абреакция, отыгрывание, антимаска, тренировка самоуверенности, успех аудитории, балет, модификация поведения, поведенческая терапия , биоэнергетика, биологическая обратная связь, бомба, телевизионная драма, бурлеск-шоу, катарсис, шарада, вешалка на скалах, закрытая драма, комедийная драма, конфронтационная терапия, совместная терапия, повышение сознания, консультирование, критический успех, дневной сериал, диалог, директивная терапия, документальная драма , драма, драматическая пьеса, драматический сериал, дуодрама, дуолог, эмоциональное освобождение, терапия встречи, эпический театр, эст, экспериментальный театр, феерия, неудача, семейное обучение, феминистская терапия, провал, гассер, гештальт-терапия, раздача подарков, групповая психотерапия , тренировка групповых отношений, тренировка групповой чувствительности, групповая терапия, хэппенинг, хит, хит-шоу, гуманистическая терапия, гипноанализ, гипноз, гипнотерапия, гипноз, импровизация национальная драма, законная драма, марафон, брачная встреча, маска, мелодрама, лечение разума, шоу менестреля, чудо, чудо-спектакль, монодрама, монолог, мораль, моральная пьеса, моторная абреакция, музыкальная драма, музыкальное ревю, мистика, мистерия, наркоанализ , наркогипноз, наркосинтез, наркотерапия, недирективная терапия, трудотерапия, опера, выход, театрализованное представление, панельное шоу, пантомима, пастораль, пастырское консультирование, пастырская драма, пьеса, спектакль, игровая терапия, игра, первичная терапия, проблемная игра, длительный наркоз, психокатарсис, психологическое консультирование, психохирургия, психосинтез, психотерапия, психотерапия, очищение, викторина, радикальная терапия, радиодрама, рационально-эмоциональная терапия, терапия реальности, рекреационная терапия, регрессионная терапия, релиз-терапия, обзор, ревю, терапия криками, сенсационная игра , тренировка чувствительности, тренировка сенсорной осведомленности, сериал, шоу, ситком, комедия ситуаций, скетч, лечение сна, мыло, мыльная опера, социодрама, спектакль ле, сценическая пьеса, сценическое шоу, прямая драма, успех, поддерживающая терапия, драма ожидания, таблица, живая картина, ток-шоу, телепрограмма, телевизионная драма, телевизионный спектакль, театр жестокости, тотальный театр, учебная группа, транзакционный анализ, трансцендентальная медитация , трансперсональная терапия, варьете, водевиль, водевильное шоу, средство передвижения, профессиональная терапия, успех молвы, работа

.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.